Не родные

Глава 15

Кирилл

В глаза словно песка насыпали. Ночь прошла сложно и почти без сна.

В рот то и дело лезли густые волнистые волосы, пахнущие клубничным шампунем, а тело занемело от неудобной позы, в которой мне пришлось лежать.

Вита шумно вздыхает и перестаёт двигаться, замирая словно пугливый заяц. Проснулась, значит. Удивлена? Я тоже. Потому что до этого момента она как только не изгалялась надо мной. Сначала вплотную пододвинулась. Дрожала как осиновый лист, согреться хотела. Я накрыл её пледом и отполз на самый край кровати, но она и там меня достала. Вжалась ягодицами в пах и так активно ёрзала, что встал бы даже у мёртвого.

Хотел уйти в комнату для гостей, но решил потерпеть до утра. И не в таких условиях приходилось спать раньше: стоя, сидя, в ливень и лютый мороз… А с девушкой, пусть даже Витой, вообще ерунда.

— Ты, как я понимаю, не спишь? — спрашиваю негромко, чтобы не испугать.

Ситуация щекотливая и неоднозначная. Неправильная, одним словом.

Вита заметно напрягается, но не предпринимает попыток встать и уйти.

— Ага, проснулась… Ты зачем меня к себе пододвинул?

— Ничего себе заявочки! — усмехаюсь в ответ. — Это вообще-то ты ко мне полезла.

Я не вижу лица Виты, но почему-то представляю, как заливаются румянцем её щёки. Наверное, не стоило смущать девчонку.

— Не может быть… Скажи, что ты шутишь, Кирилл.

— Если тебе станет от этого легче, то окей, я шучу.

— Извини… — вздыхает она. — Я не контролировала себя.

Должен добавить, что я тоже. Всё как-то само собой получилось. По-дебильному… Вроде взрослый мужик, а лежу два часа и сдвинуться с места не могу. Или не хочу?

— Это ведь… естественно, да? То, что я сейчас чувствую… — спрашивает с заминкой Вита, намекая на мой стояк.

— Да, это естественно, но провоцировать не стоит.

— Эм… И что мне делать?

— Встать и уйти к себе. И поживее.

Провинциалочку не приходится долго упрашивать. Она быстро вскакивает с места, одёргивает тонкую, облепившую хрупкое тело ночную сорочку и резво выходит за дверь. Наконец-то.

Перевернувшись на спину, тянусь к телефону. Снимаю блокировку, ищу в контактах номер Лены. Кажется, наша ссора затянулась и именно сегодня я готов сделать шаг навстречу. Два месяца без секса, чёрт возьми.

— Слушаю, — звучит в динамике мелодичный голос любовницы.

— Не хочешь приготовить для меня завтрак? Я бы заехал перед работой.

— Самсонов, ты в своём репертуаре! Удивительно, что в лоб не спросил, хочу ли я с тобой потрахаться.

— Хочешь?

— Ты променял меня на свою малолетку.

Обиженный голос срывается на истерику. Начинается.

В начале наших отношений Лена не была такой. Покладистая, добрая, приветливая и улыбчивая. Соглашалась на все условия и клялась, что после развода не хочет больше никаких серьёзных отношений. С появлением Виты в неё будто демон вселился. Необоснованная ревность, претензии, намёки на счастливое совместное будущее. Похоже, пора заканчивать. Я не привык, когда мне так активно ебут мозги.

— Я думала, что ты вернёшься после длительной командировки и свободное время мы будем проводить вместе. Я соскучилась, Кирилл.

— Лена, в последний наш разговор я тебе всё доступно объяснил.

— Помню-помню, ты за ней присматриваешь, — вздыхает любовница. — А мне что делать, Кир? С ума сходить? Переживать, спишь ты с ней или нет, пока я не рядом?

— Я же сказал, что нет. Ты должна верить моим словам.

— Должна. И хочу тебе верить, но у меня не получается. Всё время думаю о том, что твоя подопечная моложе и красивее.

Блядь, Лена… Да, Вита молодая и красивая, но ей всего двадцать. Девчонка совсем. Несмышлёная, глупая, потерянная. Я не до такой степени отбитый, чтобы рассматривать её в качестве любовницы и тащить к себе в постель. Сегодняшняя ночь не в счёт. Это были непредвиденные и неконтролируемые обстоятельства.

— Короче, Кир, извини, но с завтраком и сексом сегодня никак. К тому же у меня начались месячные, — звучит контрольным выстрелом в голову.

Закончив разговор с Леной, я встаю с постели и иду в душ. Свет до сих пор не дали. Горячей воды, соответственно, тоже нет, потому что она подаётся от электрокотла. Нелюди. Но холодная вода тоже ничего. Бодрит.

Переодевшись, спускаюсь на первый этаж и застаю Виту у холодильника. Она по-прежнему на меня не смотрит. Смущается, нервничает. Все эмоции с лёгкостью читаются.

Вита нарезает бутерброды и пытается включить электрочайник. Вставляет его в розетку, несколько раз подряд щёлкает кнопкой… Затем, опомнившись, чертыхается. Забавная она и милая, очаровательна в своей наивности и непосредственности. Как вспомню её под наркотой и в коротком блядском платье, трясти начинает. Жалко будет, если однажды провинциалочку всё-таки сломают.

— Поехали, Вит. Дома позавтракать не получится.

— А бутерброды, Кирилл?

— Положи в холодильник.

— Давай я тебе с собой дам? — говорит она, вскидывая на меня чистые голубые глаза. — Будешь чаёвничать с коллегами и заодно перекусишь.

Я слабо представляю такую ситуацию, но всё равно для чего-то соглашаюсь. Наверное, чтобы её не обидеть.

Остановив машину возле универа, прошу Виту звонить и отчитываться обо всех передвижениях. Она послушно кивает на каждое моё слово, улыбается и желает хорошего дня. Чересчур приветливая, поэтому где-то глубоко в душе скребёт неверие. Немного постояв в неположенном месте и убедившись в том, что Вита вошла в здание университета, завожу двигатель и с чистой совестью еду на работу. Я сделаю из тебя человека, Вита.

Мне часто кажется, что с оравой разновозрастных бойцов в моём подчинении управляться куда проще, чем с одной двадцатилеткой. Они боятся и уважают своего командира. Если косячат, то тут же исправляются.

Объяснив ребятам задачи на сегодняшний день, иду к себе в кабинет.

Я люблю свою работу, она у меня на первом месте. Это тот самый осознанный выбор, о котором я никогда не жалел. Ни разу за пятнадцать лет карьеры. Охрененные эмоции, когда каждая выполненная цель отзывается вибрирующей радостью внутри. Ни с чем не сравнимые чувства, когда тебя награждают медалями и повышают в звании. Хочется не останавливаться. Упорно идти к конечной цели, чтобы потом, наконец-то добравшись до вершины, выдохнуть. И только после этого, возможно, обзавестись семьёй и детьми.

Директор службы безопасности в минувшем месяце сказал, что мне светит очередное повышение. Он уходит на пенсию и хочет передать своё кресло кому-то толковому. Пока решают между мной и Смолиным. Я понимаю, что должен показать себя образцово, поэтому выкладываюсь на максимум.

Звонок от Виты звучит непривычно рано. На часах только одиннадцать утра. И это настораживает.

— Кирилл, это я, Вита, — взволнованно произносит провинциалочка.

— У меня есть твой номер.

— Ну да, конечно, — нервно смеётся она в трубку. — Слушай, тут такое дело… У нас завтра очередная лабораторная работа по гистологии и цитологии, а Машка совершенно не понимает материал! Я пыталась ей объяснить на переменках, но этого времени мало. Совсем мало…

— Ближе к цели, малыш, у меня полно работы. К чему ты клонишь?

— Я задержусь после занятий и пойду к ней в общежитие. Вернусь поздно. Если сможешь, то закажи, пожалуйста, себе доставку.

— Насколько поздно?

— М-м, я не знаю, — начинает нервничать Вита. — В десять?

— Я могу забрать тебя после того, как позанимаешься с подругой.

— О нет, не нужно! Я такси вызову.

— Одной небезопасно находиться в городе в столь позднее время.

— Я не маленькая!

— Ты не местная. И глупая.

— А вот это уже обидно, — возмущается Вита и чуть позже, спокойным голосом, добавляет: — Всё будет хорошо, Кирилл, я справлюсь. Обещаю.

Она кладёт трубку, а я задумчиво смотрю в окно и понимаю, что ни черта ей не верю. Что-то тут нечисто. Подруга Маша, лабораторные, общага…

Прекрасно помню, какая вакханалия может твориться в тесных комнатушках: разврат, пьянство, наркотики и беспорядочные половые связи на старых панцирных кроватях.

Как представлю, что всем этим будет заниматься Вита, аж зубы сводит. Но, с другой стороны, я не всегда смогу быть рядом, чтобы ограждать её от этого.

Интересно, сколько раз нужно наступить на грабли, чтобы до человека наконец-то дошло, что пора сворачивать свою приключенческую деятельность? И сколько нужно нервных клеток мне, чтобы это спокойно пережить?