Недотрога для хищника

Эпилог.

Семь месяцев спустя…

— Марс, миленький. Ну объясни, почему именно в этот день мы должны ехать в ЗАГС?

Я натягивала на себя платье — по-другому не сказать, потому что живот у меня стал такой огромный, что одной было сложно справится. Приходилось просить Марса, чтобы помог мне в этом тяжелом деле.

— Так сложились обстоятельства?! — Он, улыбаясь, подошел ко мне и стал помогать. С его помощью легкое нежно-голубое платье было застегнуто, оставалось натянуть туфли. Я не могла понять, почему подружка невесты должна надевать такой шикарный наряд. Лиф платья был украшен бриллиантами, а количество подьюбников было таким, что со стороны я казалась облаком. Но платье было просто шикарно!

— Марс, я как слон в этом платье. Давай я надену что-то другое. Черное там… — не успокаивалась, потому что чувствовала себя некомфортно.

— Ну нельзя… Ты же знаешь, что потом начнется… Потерпи пару часов, мы уедем, и потом надевай что захочешь.

Его теплые ладони легли на мой живот, я откинула голову на его грудь и даже немного расслабилась. Что еще для счастья нужно? Мне — только любимого рядом, и все проблемы уходят.

— Я буду слоном на фотографиях, свадебных… Особенно на фоне гостей…

— Неправда, ты у меня самая красивая, недотрога. — Легкое касание губ — и я забываю про фотосессию и гостей.

— Ты отвлекаешь меня от истерики. Не даешь покапризничать…

— Вот родишь и будешь истерить. Ты когда ругаешься, такая сексуальная… Я точно найду способ тебя успокоить…

— Я в этом не сомневаюсь, милый. Но, кажется, мы начинаем опаздывать…

Его губы порхали по моей шее, он не целовал, а просто ласкал и будоражил каждую клеточку моего тела. Мне уже хотелось скинуть платье и остаться с ним дома. Нежиться в постели, а не ехать в ЗАГС.

— Ты права.

— Вы готовы или нет? — после стука вошел в нашу комнату Богдан. — Меня Крис на куски порвет, если мы опоздаем!

— Не переживай… — начал было Марс, но Богдан отмахнулся:

— Ай, отстать! У тебя не было такого: «надо этот букет заказать», «бутоньерка не такая», «смотри какие красивые цветочки, я их хочу». А платье?! Это вообще было феерично! «Вот это будет лучше смотреться на мне… Хотя стой, это самое лучшее, что я могла видеть… Этот костюм не подходит, он тебя полнит, а в этом как пострел, а этот идеальный»…

Богдан передразнивал Крис, и от того, что делал это серьезно и очень волнуясь, выглядел так уморительно, что мы с мужем рассмеялись.

— Ты думаешь, Марс избежал этой участи? — попыталась я его успокоить. — Для Крис найти платье было все равно легче, чем на меня… — погладила свой необъятный живот.

Богдан посмотрел на меня и как-то даже успокоился:

— Ты прекрасна! Тебе не стоит переживать, Мия.

— Ага, как в ЗАГСе рожу. Приспичило же вам… Можно было на месяц пораньше, или на месяц попозже. Нет, прямо сейчас нужно было пожениться! — начала я опять ворчать.

— Все вопросы к Крис, — теперь Богдан улыбался.

Он вручил мне букет, а на костюме Марса закрепил ту самую бутоньерку.

— Поехали, нельзя волновать невесту в такой день задержкой.

Мы вышли из дома и сели в лимузин.

Во дворе дома Крис уже собрались гости.

— Там Крис лютует, — встретила меня одногруппница.

— Не переживай. Я все улажу.

После того похищения мне большого труда стоило уговорить Марса и Богдана не портить жизнь Максиму. Сама я писать на него заявление отказалась наотрез. Но все четверо вместе с Кристиной мы пришли встретиться с ее родителями и серьезно обо всем, что случилось, поговорить. Отец Крис принял единственное возможное в той ситуации правильно решение — отправил сына служить, а после он должен был продолжить карьеру военного. Максиму нужна дисциплина.

После этого наши отношения с родителями подруги не испортились, и сейчас они встретили меня с теплой улыбкой:

— Проходи, Мия. Она нетерпелива сегодня. А ты очень красивая, — тихо добавила она и обняла меня.

Мне не хватало мачехи. И сейчас я это поняла. Не хватало такого теплого отношение мамы и брата… Я по ним безумно скучала, но за эти месяцы мне не удалось к ним выбраться. Меня укачивало в любом транспорте, если ехать приходилось долго.

Я толкнула дверь в комнату Крис и сразу увидела подругу. Она стояла, сложив руки на груди и потопывая носком туфля:

— Нет, ну ты даешь! — возмущенно начала.

Но я подошла к ней и обняла ее, наклонившись — живот мешал:

— Я слон, на которого не налазило это платье, запутались в юбках, еле справились. Не сердись…

Ее глаза сразу заблестели, она уже привычно засюсюкала с моим животом:

— Маленький, не тесно тебе там? Не передавили тебя этим платьем?..

В своем платье, когда присела, она выглядела как принцесса на облаке. В ее волосах сверкала изящная диадема, а тугой корсет платья, красиво подчеркивающий и приподнимавший грудь, весь был расшит стразами Сваровски. Мы с ней были похожи, только она в белом, а я в нежно-голубом.

— Ты прекрасна, Крис! Боже, я сейчас расплачусь только от одного твоего вида.

— Мия… — она встала и, уперев руки в боки, внимательно на меня смотрела. — Только попробуй зареветь. Я, между прочим, не хочу плакать, а если ты заревешь, то не смогу удержаться. И так на грани. Держи себя в руках!

— Не буду, не буду. Прости, это просто такой момент и эти гормоны…

— Момент?! — уставилась она на меня. — Мия, у вас с Марсом что… не было свадьбы?!

— Я счастлива, что мы вместе, что он всегда рядом, иногда даже когда не нужно. Он любит меня, а я его, а свадьба… Ну что свадьба? Разве это важно была она или нет?..

Я бы тоже конечно хотела свадьбу, но уже давно не думала об этом. Наша с Марсом история сложилась иначе.

— Знаешь, я ведь тоже не хотела пышное торжество. Думала, распишемся и просто посидим с тобой, Марсом и родителями. Но Богдан настаивал. Больше, конечно, потому что хотел подарить мне праздник, но и в их кругу принято по-другому. А все эти праздники нужны для бизнеса, работают на репутацию… Я устала готовить эту чертову свадьбу! Бесконечные салоны, каталоги, вопросы, вопросы, вопросы… Сплошной гемор и не проходящая мигрень… — она тяжело вздохнула.

— Репутация? Причем здесь его репутация? — не понимала я.

— Ох, Мия, все эти свадьбы, похороны, дни рождения всегда работают на бизнес, на них обсуждаются дела, налаживаются связи… Невеста или жена должна быть на высоте, — она тронула рукой диадему с бриллиантами. — Чувство, что я витрина возможностей будущего мужа…В общем, не забивай себе этим голову, — отмахнулась она.

— Тогда у Богдана должна быть самая блестящая репутация, а выгодные контракты должны сыпаться на него как из рога изобилия — с такой-то невестой! — ободряюще улыбнулась я, увидев нахмурившуюся и расстроенную невесту.

И подумала, что, наверное, потому Марс и не устроил пышное торжество для меня. После всего пережитого и беременности я бы, наверное, вместо счастья впала в глубокую депрессию. Ведь на самом деле, подготовить свадьбу — настоящий каждодневный труд, а я не чувствовала в себе сил на это. Мне нравилось, что муж просто рядом и любит меня.

Нас позвали родители Крис — время поджимало, жених нервничал, пора было выдвигаться в ЗАГС.

В лимузине Богдан нежно ворковал со своей невестой, они постоянно целовались, будто нас и не было. Крис порозовела и выглядела трогательной и очень счастливой. Марс не отставал от брата — тоже не выпускал меня из рук и ласково шептал нежные непристойности.

А в ЗАГСе меня ждал сюрприз…

Мы вошли в огромный зал для торжества, он был чем-то похож на дворец Богдана. Такой же светлый, высота потолков уже не так была в новинку, но поражала золотая лепнина, которой были украшены потолки и стены.

— Брачующиеся, — к нам вышла женщина и она обращалась к нам четверым, что повергло меня в шок. Возможно, она просто перепутала нас с Марсом из-за нарядов, потому что мы мало отличались от Крис с Богданом. — Через пять минут входите в зал номер три. Там всех вас и распишем.

— Хорошо, — Богдан и Марс ответили синхронно, а у меня перехватило дыхание. Пульс забился с такой скорость, что перед глазами заплясали белые мурашки.

— Марс… — прошептала, еле шевеля губами.

— Мия, — он повернулся ко мне и улыбнулся, только эта улыбка не стирала волнение, а только сильнее подстегивала его. — Мы сейчас с тобой поженимся…

— Как?.. Мы же уже женаты… — я ничего не понимала.

Ведь печати в паспорте уже стоят.

— Я не могу по-другому. Мне нужно знать, что ты готова пройти со мной дорогу длинною в жизнь. Ты всегда могла уйти, обратится в суд и признать брак недействительным. Ведь все что я сделал — легко признать фикцией. Но ты оставалась рядом. Не отказалась от нашего ребенка, хоть он менял твою жизнь полностью. Поэтому я не могу лишить тебя такого праздника. Если ты сейчас скажешь, что хочешь подумать и перенести торжество — мы все поймем. Я сделаю, как ты захочешь, может быть, отдельно…

Он осёкся, увидев в моих глазах слёзы. Было видно, что напрягся, что сильно взволнован и впервые в жизни его глаза блестели влагой.

А у меня перед глазами пролетели все события, которые нас свели, и я не смогла найти ничего, что могло бы меня заставить отказаться от него. Да, порой он злился на меня и никогда не верил, но всегда защищал, был рядом и думал обо мне. И всё изменилось в ту ночь…

— Я согласна… — прошептала, кивая, чтобы он понял скорее мой ответ, чтобы вдохнул, потому что не дышал всё это время, как и я.

Казалось, замер сам воздух, звуки, жизнь вокруг в ожидании моего ответа. Марс умеет удивлять, но сегодня он превзошел самого себя.

Он взял меня за руку и повел к залу номер три. Я только успела обернуться на подругу — она сглатывала слёзы радости за меня и, видимо, заплакала тоже от волнения. Они вместе с Богданом дружно подняли вверх большие пальцы обеих рук и переглянулись, тут же прыснув смехом. А я поняла, что она всё знала. Они все сделали это для меня.

Мы все четверо вошли в зал под звуки марша Мендельсона, исполненный живым оркестром…

— Мия и Марс, прошу вас подойти и поставить свои подписи… — сказала регистратор, вырывая меня из мыслей о Марсе.

Он взял ручку, уверенно и размашисто оставил подпись, выпрямился.

— Мия, когда я заполнял заявление для нас, то поставил галочку, что ты возьмешь мою фамилию… — Он протянул мне ручку.

Я все уже решила давно… и просто оставила подпись…

Мы вышли из ЗАГСа. Огромные букеты цветов, громкие поздравление, и аплодисменты, караваи и зерно с монетами, щедро сыпавшимися на нас четверых… Я все еще была ошеломлена, и смотрела на гостей и журналистов немного отрешенно. Я знала многих, но сердце сжалось от мысли, что здесь нет моего отца…

…но я увидела мачеху с моим братом на руках. Она утирала слёзы, а он держал букет красивых цветов. Я вырвалась их рук мужа и бросилась к ним, обняла обоих, поцеловала мокрее щёки женщины и взволнованного ребенка. Он протянул мне букет:

— Это тебе, Мия… — Ты такая красива…

— Я очень за тебя рада… — прошептала женщина. — Поздравляю, ты заслужила счастье…

— Спасибо…

— Беги к мужу, мы ещё успеем наговориться, ты мне обязательно все расскажешь.

Три месяца спустя…

Перед родами я все же взяла академический отпуск в универе, мне было уже тяжело. Решила, что продолжу обучение после того, как мой ребенок пойдет в садик. Профессия, которую я выбрала, призвана спасать жизни и здоровье людей, и я не собиралась учиться спустя рукава. Я собиралась стать таким же хорошим врачом, как мой папа. И ребенок должен получать все внимание родителей. Поэтому сделала шаг назад, чтобы потом сделать два вперед.

Сегодня был тяжелый день. Малышка спала неспокойно, и я ни на секунду от нее не отходила. Ноги гудели, я приняла ванну, накинула на себя халат и быстро вошла в комнату.

Мой муж уже вернулся.

— Привет, — подошла и крепко обняла его.

Он вел новый проект, и я прекрасно понимала, что он старался для нашей семьи, и не так остро реагировала на его задержки на работе, а он старался любую свободную минуты быть с нами.



— Как вы? — он укутал меня в кольце свои рук.

— Тяжело, но мы справились… — улыбнулась. Он коснулся моего лица, просто положил ладонь, а мне захотелось прикрыть глаза и замурлыкать. — Мне этого не хватало… — прошептала.

И он понял, о чем я. Мгновенно прижал меня к себе, коснулся губами виска и обжег горячим дыханием:

— Ты уверенна? — прошептал.

Я просто повернулась и потянулась к его губам…

Они у него такими сладкие, мягкие…. Не хотела отрываться, но это было и не нужно. Он целовал меня жадно и горячо, его руки ласкали и заново исследовали моё тело. Халат полетел к ногам, и я стояла в его руках обнаженная. Сдёрнула с него свитер и снова бросилась в его руки, впилась в его губы своими. Нас уже невозможно было разъединить. Он меня целовал, а я лихорадочно расстегивала ремень и молнию на джинсах. Пальцы дрожали от нетерпения, но у Марса выдержки было больше.

Он подхватил меня под попу, буквально закидывая на себя. Ногами обвила его талию, и теперь пряжка его ремня терлась о мою промежность. Я застонала от дискомфорта, потому что не ее хотела там почувствовать…

— Ма-арс… — простонала.

Он уложил меня на нашу кровать, снял оставшуюся одежду и лег рядом. Он не торопился. Коснулся подушечками пальцев моего живота. Нежно, томительно медленно вел их к груди, и мое дыхание сбилось. Я зажмурила глаза и свела бедра, от его касаний жаркая волна поднималась во всем теле. Он обвел ореол соска пальцами и припал к нему губами, медленно втягивая его и лаская языком напряженный сосок. Эти ласки сводили меня с ума, а Марс словно не мог насытиться отзывчивостью моего тела. Я от каждого его прикосновения, поцелуя просто таяла и млела.

— Ты невероятен… — простонала, цепляясь за него. — Иди ко мне… прошу…

Он накинулся на мои губы и теперь был похож на цунами, которое накрывает резко, но такой сильной волной, что просто смывает все мысли. Остается только наслаждение. Только мы… Ничего больше.

Марс раздвинул мои бедра и устроился между ними. Провел пальцами по влажным складочкам и неглубоко вошел в меня. Дыхание перехватило, стонать уже не осталось сил. Но его пальцы сменил член, он, медленно растягивая меня, вошел на всю длину.

Я почувствовала небольшой дискомфорт, но Марс дал привыкнуть к его размеру и только задвигался резче. В глазах искры, кончики пальцев начали неметь. Мы ни на секунду не оторвались друг от друга. Жаркие поцелуи, мощные толчки Марса — и скоро я уже внутри словно сжалась пружина и выпрямилась, пробивая тело такой крупной дрожью наслаждения, что мой муж не выдержал.

Мы разделили этот момент на двоих.

— Я люблю тебя, Мия… — он подтянул меня к себе, укутывая нас одеялом.

— Я люблю тебя, — уткнулась носом в его шею и вдохнула аромат кожи любимого мужчины.

И это навсегда…

Конец