Неправильная

Глава 18

Ведомая Кевином, я безропотно топала в сторону крепости, из которой, нам на встречу спешило подкрепление, боевые маги, пришедшие стационарными порталами из других частей. И практически каждый удостоил нашу парочку своим вниманием. Как же, бабу с оружием в руках, всю в крови (хоть это и не моя кровь, но им то это неизвестно) ведут с поля боя. Кто-то провожал нас с неверием, кто-то с обычным удивлением и непониманием, кто-то заинтересованно, некоторые из моих ещё вчерашних "учеников" с пониманием и уважением, а вот и гордый орёл с уже целым клювом, окатил меня тонной высокомерного презрения. А мой сопровождающий в это время отчитывал меня как маленького нашкодившего ребёнка.

— Все женщины как женщины, сидят себе дома спокойно, платьица и цацки выбирают, обсуждают свежие сплетни, а этой войну подавай. — ворчал он, волоча меня за собой — Вот чего тебе в жизни не хватает, скажи? Такие мужики вокруг тебя вьются, они же весь мир к твоим ногам готовы положить. Сидела бы себе спокойно в столице, в шелках и золоте, подальше от этой войны, балы там всякие посещала да театры. Бери от жизни всё, живи припеваючи, не зная забот и хлопот. Так нет же, она в бой лезет, жизнью рискует, наплевав на приказ капитана. Ты чем думала, когда туда попёрлась?! Ты что думаешь, что такая не заменимая? Что без тебя не справимся? Такого ты о нас мнения?! Да в тот раз мы бы не справились без тебя, признаю и мы тебе благодарны. И благодарны за те знания и опыт, что ты нам дала, за твоё оружие и идеи. Но теперь всё. Дальше мы сами. Ты уже помогла, мы теперь в состоянии защитить этот город, источник, мир. Мало того, что о своей безопасности не думает, так ещё и на других плевать. Ты понимаешь, что капитан, чуть не выжег себя полностью, когда тебя увидел! Что ты за баба такая неправильная?!

А я шла пришибленная новым открытием. Кому-то может быть не всё равно на меня. За меня кто-то может по-настоящему беспокоиться, переживать. Там на Асдаре, за меня, конечно, переживали отец и Шон, да и мачеха, наверное. Но это я воспринимала, как нечто должное, само собой разумеющееся, ведь это мои самые близкие и родные. Командование, тоже часто меня отчитывало, когда я бездумно рвалась в бой рискуя собой, но они больше переживали не за простого человека, они просто боялись потерять ценные кадры, не более того. А здесь, за меня по-настоящему переживают, по сути, совершенно чужие мне люди. Они переживали не за ценного и незаменимого специалиста, а за простую девушку — Асту. И для меня это оказалось так непривычно. Осознавая этот факт, я стала понимать как же Кевин сейчас прав. И дело даже не в том, что я привыкла к такой жизни, к такому отношению, а в моём нежелании принимать новую действительность, что я не на привычном Асдаре, а в другом мире и здесь всё по-другому. И мне ведь неоднократно об этом говорили, а я как упёртый баран, гнула свою политику, пёрла против системы, не желая признавать очевидного, никто не желал мне зла, практически каждый из тех, кто меня окружал, по-своему заботились обо мне, желали добра. А что я в ответ?.. Только доставляю новые хлопоты и подвергаю опасности окружающих. Даже Кевин пострадал из-за меня, прикрыв собой. Осознание этого всего прилетело ко мне, словно обухом, по моей бестолковой голове.

Из части меня забрал рассерженный Саир, лично примчавшийся туда, сразу, как только снова появилась магия. Сначала, не разобравшись в ситуации, он кинулся на Арана обвиняя его в том, что посмел подвергнуть меня опасности, а когда я чистосердечно призналась в содеянном, он молча посмотрел на меня таким взглядом, что уже не нужны были никакие слова. Аран же не скупился на эмоции, отчитал меня по полной и в довесок запретил мне отныне появляться близ границы.

Перед ним я чувствовала вину больше всего. Я видела, как ему сейчас тяжело. Измученный, бледный с несколькими небольшими ранами, он еле стоял на ногах. "Ты понимаешь, что капитан, чуть не выжег себя полностью, когда увидел тебя?!" — звучали в моей голове слова Кевина. Этот человек, чуть не отдал свою жизнь из-за меня. Из-за той, что даже не замечала его чувств. Из-за той, что не может на эти чувства ответить взаимностью. Ну что мне стоило, просто послушать его и сидеть на жопе ровно. Но нет же, я же гордая, сильная, смелая и никто мне не указ! И мне позарез нужно всем это доказать. Дура! Круглая, беспросветная дура!

Когда мы вернулись в академию, мне казалось, что все уже в курсе того, что я натворила и каждый встречный смотрит на меня с осуждением. А я шла со своей винтовкой, которую так и не выпустила из рук, и вся в чужой крови, как подтверждение моей вины.

— Саир, прости меня пожалуйста. Я очень виновата. — с трудом, я заставила себя произнести эти простые, казалось бы, слова.

Очень сложно перед самим собой признать свою неправоту, но ещё сложней признать это перед окружающими и просто попросить прощения.

Саир остановился посреди комнаты, но так и не обернулся. Он был зол, чертовски зол. Вся его фигура была напряжена до предела, грудная клетка тяжело вздымалась, кулаки сжаты, мужчина с трудом сдерживал свой гнев, но по-прежнему молчал. И это молчание давило на меня бетонной плитой.

— Саир не молчи пожалуйста. — жалко проблеяла я, как овечка на заклании, не выдержав гнетущей тишины, но подходить к нему не рискнула. — Скажи хоть что-нибудь. Наори на меня в конце концов. Но только не молчи.

— Аста, пожалуйста... Я с трудом себя сейчас сдерживаю. Ты даже не представляешь как я зол. — скрипя зубами, хрипло произнёс он, запрокинув голову в верх, борясь со своими эмоциями.

— Ты, наверное, теперь передумаешь на мне жениться. — глухо произнесла я, спуская с плеча винтовку, опуская её на пол.

— С чего ты то взяла?! — резко развернувшись спросил Саир. — Откуда такие мысли? Аста, скажи, что творится в твоей голове?

— Я тебя не достойна. — опустив глаза, прошептала то, что крутилось у меня в голове. — Зачем тебе такая неправильная, упрямая, проблемная? Ты сможешь найти себе лучше. Тихую, скромную, спокойную,

— Что ты несёшь?! — в доли секунды, преодолев расстояние, между нами, припечатав меня к двери, от которой я так и не отошла, прошипел он, с горящими глазами. — Сколько ещё раз я могу тебе повторять, что кроме тебя мне никто не нужен?! Ты моя, я твой. Я люблю тебя такую, упрямую, безрассудную, но самую лучшую. Да ты совершила ошибку, ты была не права. Все и когда-то совершают ошибки. Главное суметь это признать и сделать правильные выводы. Ты свою ошибку признала, только вот выводы ты делаешь какие-то неправильные. Я тебя люблю. Слышишь? Люблю. И никогда тебя не отпущу. Даже не рассчитывай. — буквально прорычал он мне всё это в лицо и не позволив опомниться и сказать хоть слово, закрепил всё выше сказанное жёстким властным поцелуем.

Его нисколько не заботило, что я вся грязная и в чужой крови, он буквально пожирал меня клеймил, присваивал. А я полностью отдалась его воле, потому что поняла, что тоже люблю и жутко боюсь его потерять.

Не разрывая поцелуя, Саир потащил меня в ванную, на ходу стаскивая с нас одежду. Он не сдерживал себя, свои эмоции, что клокотали сейчас в нём, не был нежным и трепетным, как в первую нашу ночь. Властный, подчиняющий и бескомпромиссный. Его поцелуи были жадными и жалящими, прикосновения грубыми. Он не щадил ни моё тело, ни мои чувства. Сжигал своей страстью, наказывал, за то, что смела сомневаться. А я принимала его всего, его чувства, его эмоции, полностью растворялась в нём, подчиняясь его напору, отдавая всю себя его власти. Я полностью капитулировала перед ним и почувствовав это, на пике эмоций и наслаждения, мужчина впился в мою шею, своими клыками, следуя древним инстинктам, оставляя свою метку, присваивая меня окончательно, не давая шанса к отступлению.

— Прости. Прости моя девочка. Не сдержался. — шептал Саир, после того, как мы более-менее пришли в себя, зацеловывая моё лицо и место укуса. — Я чуть с ума не сошёл, когда пропала вся магия, а ты ещё не вернулась, а когда увидел тебя там, всю в крови, с оружием в руках, меня вообще перекрыло.

— Это ты прости меня. — сказала я, обхватив его лицо ладонями, ловя взгляд, самых невероятных, медовых глаз. — Я тоже тебя люблю.

— Повтори ещё раз. — не веря, попросил он, пристально вглядываясь в мои глаза.

— Люблю тебя. — повторила я, подкрепляя свои слова, тонким ручейком магии, подкреплённой, всем тем, что сейчас у меня на душе, на сердце, пропуская его через ладонь, которой я поглаживала, по его колючей щеке.

— Аста! — утробно прорычал он и впился мне в губы новым жадным поцелуем, унося нас в новый виток страсти. — Завтра же идём в храм, я не намерен больше ждать ни дня.