Неправильная

Глава 19

— Но я думала ты это не серьёзно... Просто на эмоциях сказал. — Я стояла перед Саиром и глупо хлопала глазами, не веря в происходящее. Он, что серьёзно, сегодня собрался в храм?! Жениться?!

— Нет, Аста, я в тот момент, был серьёзен, как никогда. Мои эмоции лишь подтолкнули меня к решительным действиям. Именно сегодня и не днём позже мы поженимся. — безаппиляционно заявил, мой в скором будущем муж. Подойдя ко мне близко-близко, так что я чувствовала его тепло, он обхватил моё растерянное лицо ладонями, трепетно поглаживая большими пальцами по шекам, заглянул мне в глаза, затягивая в свой медовый омут. — Я чуть с ума не сошёл, когда понял, что мог тебя потерять на всегда. Сегодня ты станешь моей женой, и я смогу уже на законных основаниях, запретить тебе рисковать собой. — я только открыла рот, чтобы возразить, сказать, что я осознала свою ошибку и больше рисковать собой не собираюсь (постараюсь, во всяком случае), но мне не дали сказать и слова. — И не смей даже думать, что я включил собственника, тирана и шовиниста, что собираюсь лишать тебя свободы, и что ты там ещё о нас обо всех думаешь. Я просто боюсь тебя потерять. Я и дня без тебя прожить не смогу. Ты понимаешь это? Не смогу. Я не собираюсь лишать тебя свободы, хочешь преподавать в академии преподавай, запрещать не стану, но рисковать собой, я тебе больше не позволю. И не забывай, что в скором времени нам предстоит приём у императора, где планируется подсунуть тебе как можно больше выгодных женихов и я хочу к этому моменту быть в полном своём праве решать, кому вступать в нашу семью, а кому нет. Я не допущу, чтобы тебя принуждали к браку с кем-либо. Я обещаю тебе, ты больше не выйдешь замуж за кого-то ещё, пока сама того не захочешь. — Саир прижал меня к себе крепко-крепко, словно пряча от всего мира в своих объятьях, обещая мне тем самым защиту от всех невзгод и несчастий. — Ну и, если быть до конца откровенным, я просто эгоистично хочу, чтобы ты стала моей, целиком и полностью и перед законом, и перед богами, что подарили мне тебя. — усмехнулся он мне в макушку — Или ты передумала, выходить за меня замуж? — задал мне вопрос, внезапно отстранившись и пытливо заглядывая мне в глаза.

— Что?! Нет! — опешила я от его предположения. — Просто всё как-то слишком быстро, у нас ведь элементарно ничего не готово.

— Я сообщил радостную новость родителям, они уже всё готовят. Тебе не о чем беспокоится. Мы поженимся в храме моего родного городка. Конечно, за столь короткое время, мы не сможем организовать церемонию с королевским размахом, но если ты захочешь, через время мы проведём повторную церемонию, торжественную, пригласим кучу родных и близких, если захочешь, будешь лично заниматься организацией и сделаешь всё как захочешь сама... — Саир продолжал воодушевлённо говорить что-то ещё, а мой мозг зацепился за одно конкретное слово “родители”.

— Блин. Твои родители. Я ведь с ними даже не знакома. — заскулила я, хватаясь за голову.

— Ну вот как раз и познакомитесь. — заявил он, как ни в чём небывало, пожав плечами и начал спокойно готовить мой наряд.

— Саир, но я к этому совершенно не готова. — меня постепенно начала затапливать паника.

— Зная тебя Аста, ты никогда не будешь к этому готова, поэтому больше откладывать мы это событие не будем. — отрезал он последние пути отступления.

А меня в этот момент охватил ступор. Настоящий панический ступор. Что со мной случалось крайне редко. Я думала, что после войны и того, что мне пришлось пережить на ней, мне это больше не грозит. Но как же я ошибалась. Стоило мне осознать неотвратимость происходящего, как мой мозг пронзили тысячи мыслей, не дающих вздохнуть полной грудью. Я сегодня выйду замуж. Я сегодня стану женой. Сегодня полностью, вверю свою жизнь в руки Саира. Жизнь которой я привыкла распоряжаться самостоятельно. Что нас ждёт в будущем? Каким мужем будет Саир? Какой женой стану я? А дети? Ведь у нас когда-то будут дети. А вдруг он затребует ребёнка сразу? А какими мы будем родителями? Боже, я сегодня познакомлюсь с его родителями. А вдруг я им не понравлюсь? А ведь наверняка так и будет. Ведь я слишком отличаюсь от девушек их мира, тихих, спокойных, покорных изящных, женственных. Я слишком своенравная, свободолюбивая, грубая... Я неправильная. Когда я давала ему своё согласие, почему-то все эти мысли не посетили мою буйную голову.

Так и варилась я в своих невесёлых мыслях, находясь в паническом ступоре, не замечая ни чего во круг. Как Саир нарядил меня в новое платье, как уложил мои непослушные волосы, в подобие изящной причёски (насколько это вообще возможно с моей длинной), как мы шагнули в арку портала, как вышли на площади незнакомого города. Всё это время он пытался меня успокоить и подбодрить. Очнулась лишь когда меня стиснули в крепких, чужих объятьях, с восторженными возгласами.

— Саир! Сынок! Как же я рада! Как рада! Почему ты не сообщил раньше? Так долго скрывал от нас своё сокровище... - над нами без умолку щебетала, добродушная, румяная женщина с добрыми медовыми глазами, зацеловывая и затискивая, между своими возгласами, поочерёдно, то меня, то Саира.

— Тати, умерь свой пыл, ты смущаешь нашу невестку. — смеясь попытался успокоить женщину, высокий, статный ликан, очень уж похожий на Саира, разве что постарше и оттенок глаз немного отличается. — Здравствуй сын, рады вас видеть. — поприветствовал он моего мужчину, легко приобняв, а после вопросительно уставился на меня, в ожидании, когда же нас представят.

— Мама, отцы, знакомьтесь это Аста моя истинная пара и будущая жена. — с гордостью представил Саир, выставляя растерянную меня, перед той самой женщиной и четырьмя мужчинами. — Аста это мои родители: мама — леди Татиалия, отцы — Малалиэл, Грецран, Алмит и Дронан, с братьями и их семьями познакомишься позже.

Мать Саира и двое её мужей были ликанами, двое людьми. Так на первый взгляд и не скажешь, что они его родители, выглядят больно молодо, не знай я кто передо мной, приняла бы за старших братьев и сестру. Разве что глаза немного выдают возраст, смотрят не как молодые, проглядывает мудрость прожитых лет. Пока что с их стороны я не заметила ни враждебности, ни предвзятости, ни холодности, ничего того, что я себе накрутила. Хотя может это, потому что они меня ещё плохо знают. Главное не опрофаниться перед родителями своего мужчины и не испортить первое впечатление, пока оно ещё положительное, поэтому выдавливаем максимально приветливую улыбочку (приветливую, Аста, а не твой привычный оскал) и в перёд знакомиться.

— Добрый день. Приятно познакомиться. — пропищала я, пытаясь прогнать остатки ступора и паники.

— Как же мы рады! Не передать словами. — снова защебетала женщина со слезами на глазах. — Дождался-таки, свою истинную, своё счастье.

Нас снова затискали, заобнимали, зацеловали, вобщем встретили, тепло и радостно. Из этой встречи я успела сделать вывод, что родители действительно рады за сына, им плевать соответствует его выбор, каким-то стандартам и идеалам или нет, главное, что он счастлив. А дальше не успела я вздохнуть с облегчением, как жениха куда-то умыкнули его отцы, а меня взяла в оборот моя будущая свекровь, позже к ней присоединилась жёны братьев Саира. Меня увезли в их местный салон красоты, где меня замачивали, тёрли, натирали, умасливали, делали всевозможные, притирки, примочки, масочки и ещё много чего, с чем я не знакома.

Сначала я немного посопротивлялась (ну не привыкшая я к такому), а потом сдалась на волю моих будущих родственниц и умельцев-мастеров. И не потому что они умеют хорошо уговаривать, а потому что я сама решила начать меняться, ради Саира. Да он принимает меня и такой какая я есть, не пытается меня переделать под себя, под их реалии, но я хочу становится рядом с ним лучше. Начну с малого. Хотя бы сегодня попытаюсь стать женственнее, нежнее. Хочу, чтобы в столь важный для нас день, рядом с моим мужчиной стояла, красивая, ухоженная, нежная девушка, а не грубая, неотёсанная солдафонка. А дальше надеюсь у меня получится побороть себя, изменить своё мировоззрение, свои взгляды на жизнь, свои принципы.

Менять себя, свой внутренний мир, всегда не просто. Приходится себя ломать. Во всех мирах, нет ничего более могущественного, чем перелом сознания. Ты можешь изменить цвет волос, свою одежду, место жительства, своё гражданство, своё окружение, но если ты не изменишь мышление, то события вокруг тебя, будут дублироваться раз за разом. Потому что всё что изменилось, изменилось лишь снаружи, в то время, как внутри тебя всё осталось, как и было.

Всю свою сознательную жизнь я была бунтаркой, пёрла против системы, постоянно с кем-то боролась, что-то доказывала. Вся моя жизнь постоянная борьба. И когда я попала на Вреирон, всё вокруг поменялось, а я нет, я осталась прежней. Вместо того, чтобы стать гибче и начать подстраиваться под новые реалии, я продолжила бороться с упорством барана. До вчерашних событий.

Именно вчерашний бой стал для меня переломным моментом. Сколько в моей жизни уже было боёв? Не счесть. Но не один из них не повлиял на меня так. Чего только мне не пришлось пережить за мой короткий век, но именно вчерашний бой стал для меня показательным, помог мне сделать выводы и расставить приоритеты. Нет, я не изменилась в одночасье, по щелчку пальцев, но теперь я буду к этому стремиться. Впереди меня ждёт самый сложный и самый важный бой — мне предстоит победить саму себя.

Спустя пару часов моих мучений и кропотливой работы умельцев-мастеров, я вся благоухала, а моя кожа буквально светилась изнутри и была нежной и гладкой словно шёлк. Свели даже извечные мозоли с моих рук. Магия воистину творит чудеса. Следом за меня взялись уже другие кудесники, которые колдовали над моей внешностью, создавая образ прекрасной невесты. Спустя ещё примерно два часа, из зеркала на меня смотрела, молодая, прекрасная незнакомка, смутно похожая на Асту Олгран.

По традициям Тидона, меня нарядили в ярко красное платье, расшитое золотом, так как красный цвет считается цветом любви и страсти. С помощью магии мне отрастили волосы, длинной до лопаток, собрали их в изящную причёску и увенчали её подобием короны из красных цветов, бус и кристалов. Яркий, броский макияж, хоть для меня и был дико непривычен, но надо отдать должное, очень хорошо гармонировал со столь же ярким нарядом. Открытую область груди и рук мне расписали ритуальными узорами, золотистой краской. Завершающим аккордом моего образа были рубиновое колье и серьги.

Было очень красиво, ребята постарались на славу, но мне непривычно смотреть на себя такую, я была какая-то не я. Да и вообще, как-то не вязался у меня красный цвет с образом невесты. Красный цвет у меня больше ассоциировался с кровью. Невольно в голове всплыло моё фронтовое прозвище "Леди Смерть", пожалуй, это более уместно к такому образу. Встряхнула головой, прогоняя совершенно неуместные мысли. Я начинаю новую жизнь, пора оставить прошлое в прошлом и не тянуть с собой в светлое будущее этот ненужный "чемодан".

Провинциальный городок, в котором родился и вырос Саир был не большим, и их храм по сравнению со столичным, казался маленькой часовенкой, но каким-то более уютным что ли, более приветливым, располагающим к проведению, тихих, скромных, но очень важных в жизни человека таинств.

Провожать меня к алтарю, передавать, так сказать, из рук в руки, моему будущему мужу, вызвался его родной отец. Моё сердце трепетало, а руки дрожали от волнения, которое охватило меня, стоило ступить на порог храма и увидеть своего любимого мужчину. Саир стоял у алтаря в строгом, чёрном костюме, такой красивый, статный, мужественный и весь мой, об этом буквально кричали его глаза. Он пожирал меня ими, пока я медленно шествовала к нему, ведомая его отцом. А его взгляд пылал любовью, страстью, жаждой, желанием обладать, торжеством и ликованием, ведь он победил, покорил меня. Но я не чувствовала себя побеждённой, а быть покорённой этим мужчиной я была счастлива, и без сомнений покроюсь ему снова и снова.

Отдав меня в руки Саира, его отец, отошёл в сторону к остальным. А мы, взявшись за руки, не могли оторвать друг от друга взгляда, без слов говоря о своих чувствах. Жрец, предварительно, спросив у Саира (конечно, я же женщина и не должна иметь своего мнения, да и плевать мне сейчас не это) “добровольно ли мы вступаем в брак?”, “действительно ли мы хотим соединить наши жизни?” и получив согласие начал зачитывать молитву. Закончив молитвенный напев, жрец дал знак отцам, они каждый по очереди подошли к нам, осыпали наши головы красными лепестками и благословили. Последним к нам подошёл, родной отец Саира, так же осыпав наши головы лепестками и благословив, он обвязал наши сцепленные руки красной лентой, с вышитыми золотом рунами. Снова начав свои напевы, жрец полил на наши руки водой из ритуальной чаши, мы торжественно зачитали клятвы и наши запястья, под лентой укутало золотистым свечением. После того, как с наших рук сняли ленту, под ней, на коже, оказались брачные вязи. Оторвав взгляд от наших рук, я заглянула в самые любимые медовые глаза своего мужа, лучащиеся счастьем и смотрящие на меня с такой нежностью и любовью.

— Я люблю тебя жена моя. — прошептал Саир.

— И я люблю тебя муж мой.

Только одна мысль омрачала этот момент — “Как жаль, что сейчас рядом со мной нет отца и Шона”.