Неправильная

Эпилог

Как же всё просто было в моей голове, когда я придумала весь этот план, по факту весь процесс оказался сложным, муторным и не быстрым. Сначала долгие и нудные переговоры, потом организация переброса и распределения части Асдарской армии, военной техники и боеприпасов на Вреироне, а также Боевых магов с Вреирона на Асдаре. Ответственным за организацию работы Асдарской армии на Вреироне я назначила Арана. Именно он по сути начал этот путь, ему и продолжать. На этот раз ему не удалось отвертеться, от встречи со мной, ведь я теперь не хухры-мухры, а целый посол, ответственное лицо. Правда такой себе из меня посол получился. На Вреироне мало кто меня воспринимал всерьёз, для них женщина, занимающая такой пост — не более чем неудачная шутка. И если бы не протекция советника и неустанная поддержка мужа, я бы с этим со всем не справилась и в помине.

Командующим Асдарским интернациональным подразделением, на Вреироне был никто иной как мой братишка Шон, я свела его с Араном и свалила в закат, потому что видела, как ему тяжело видеться и контактировать со мной, да и самой, надо признать, тоже не просто. Поэтому я решила не тригерить лишний раз, а отправилась на Асдар в составе Вреиронской делегации. Сопровождали меня конечно же Саир и Эрик Деккер. Там мне предстоит долгая и сложная работа и некогда будет думать о делах сердечных. Ведь война со Стаирэлом ещё не закончена и именно обретя преимущество в виде магии, мы рассчитываем переломить ход этого затянувшегося военного конфликта, в нашу пользу.

Когда основная работа по организации была проделана и процесс был налажен, я по своему обыкновению, тоже рвалась в бой, вместе со всеми, но мне доходчиво объяснили, что я больше не военнообязанный снайпер, а политик, и не ползать мне больше по окопам, и не высиживаться в снайперской засаде. А Саир со всем энтузиазмом ухватился за идею отправить меня в декрет, когда я однажды в шутку озвучила эту мысль.

Не поверите, но самым сложным в организации работы Вреиронских магов на Асдаре, оказалось — Акцентировать их внимание на поставленной задаче, а не на холостых Асдарках.))) Как рассказывал мне Шон на Вреироне ситуация не лучше, практически всех девушек, которые оказались на Вреироне тут же взяли в оборот, ушлые женихи.

Как и сказал однажды советник — изменения начались и это необратимый процесс, который захлестнул весь Вреирон. Моё появление там было снежным комком, а открытие границ стало той самой снежной лавиной, которая накрыла в дальнейшем всю планету, все сферы деятельности этого мира, не обойдя стороной ни чего. Даже после ожидаемой, безоговорочной победы над демонами, процесс перемен не остановился, он только набрал обороты. Конечно, процесс этот не быстрый и довольно болезненный в масштабах целого мира. Было много тех, кто не доволен происходящими изменениями, тех кто отчаянно цеплялся за старые устои, были и те кто понимал, что в целом изменения нужны и неизбежны, но они пытались их подстроить под себя, повернуть их в свою пользу.

Как сказал Шон Вреирон как живой организм, в ДНК которого вживили новый геном и теперь он неизбежно мутирует. Сейчас это что-то совершенно непонятное, изломанное, ощетинившееся, но одно ясно точно — прежним он уже не будет никогда.

Прошёл уже год, как я смогла вернуться домой, и мы открыли границу мира. Мы с Саиром окончательно переехали и обосновались на Асдаре, но часто навещаем его близких на Вреироне. На Асдар перебралось не мало жителей Вреирона, обзаведясь здесь семьями, в числе их оказался и Аран. Его охмурила предприимчивая санитарочка — Сара Кариф, которая была в составе Асдарского медсанбата на Вреироне. Она взяла его тёпленького, с глубокой душевной раной, пожалела, приласкала, приголубила и он растаял. Сара делает его счастливым. Сейчас эти двое ждут дочку. Я искренне рада за него и рада, что наши отношения слава богу наладились.

Эрик Деккер, оказался из тех, кто не захотел так кардинально менять свою жизнь и найдя на Асдаре своё счастье, увёз её к себе домой, на родину, так ещё в прибавок ко всему смог её уговорить на брак с несколькими мужчинами, в их семью вошёл и Кевин. Да ситуация с женщинами на Вреироне становится лучше, но окончательно гендерное равновесие установится ещё не скоро, поэтому многомужество там, пока ещё не утратило своей актуальности и некоторые пришлые девушки соглашаются на такой формат семьи. Советник же почему-то не воспользовался такой замечательной возможностью и не торопится с женитьбой, говорит, что у него сейчас других забот хватает.

Сейчас прижимая к груди нашего с Саиром новорожденного сына Нарима, что сладко причмокивал, взирая на мир своими медовыми глазками как у папы, я понимаю, что всё ненапрасно. Я счастлива, все мои близкие и родные тоже, жизнь налаживается.

Вот и подошла к концу наша история. И вроде бы все счастливы и вроде бы хеппи-энд, но кое-что мне всё никак не даёт покоя… Когда я только начинала писать эту книгу, в моей голове сразу же выстроился весь сюжет, от и до, и финал в моём воображении выглядел именно таким, каким вы его только что прочли. Но так уж вышло, что в процессе написания, я сама себя подвела к тому, что я хочу видеть совершенно другое завершение истории. И сейчас хочу предать на ваш суд второй вариант концовки. А вы уж сами выбирайте, что вам больше пришлось по вкусу.

От лица Арана.

Я как обычно в последнее время, бесцельно валялся на кровати в своей каморке, меланхолично вертя в руках уже замыленный практически до дыр лист бумаги и предавался своим далеко нерадостным мыслям, когда ко мне ворвался незваный вихрь Дамиан.

— Ты опять здесь и опять совершенно бестолково убиваешь своё драгоценное время! — как всегда, ни здрасьте вам ни до-свиданья, с порога уже какие-то упрёки.

— Дамиан, что ты опять от меня хочешь? — устало вздохнув спросил я, даже не взглянув в его сторону.

— Ты знаешь, что. — не сбавляя напора продолжил друг говорить загадками, хотя какие там загадки, сейчас опять начнёт наступать на больную мозоль. — Почему ты здесь?! Пока на границе затишье и демоны не пытаются пробить брешь, пока у тебя есть свободное время, почему ты не околачиваешься у её порога? Ты ведь уже признался сам себе что любишь её? — он не спрашивал, он утверждал, да у меня на лице всё написано, тут и спрашивать нечего. — Лежишь тут и корчишь из себя страдальца. Возьми себя в руки и иди к ней! Ты должен добиваться её! Но вместо этого ты лежишь подыхаешь тут от тоски. — он, не жалея моих чувств, безжалостно бил по больному, а потом вдруг утих, сел на стул рядом со мной и глядя прямо мне в глаза произнёс то, чего я боялся признать. — Ты ведь понимаешь, что произошло? Да ты не можешь этого чувствовать, как я или Каино, но ты это должен понимать. В тебе тоже есть кровь ликанов. Она твоя истинная, ты нашёл свою истинную и не имеешь права её отпускать. Ты должен её убедить, что вы должны быть вместе.

— Поздно. — произнёс я одно короткое, но ёмкое слово, надломленным голосом. Протягивая Дамиану тот самый злополучный лист бумаги.

Это было прощальное письмо от Асты, которое мне передал Кевин. Я старательно избегал любых встреч с ней, оборвал на корню всё наше общение, я искренне считал, что так будет лучше, что время лечит и что, если мы перестанем видеться, мне станет легче. Но со временем становилось только хуже. А когда я получил это письмо и узнал, что советник внял моей просьбе и отдал ей этот артефакт, что они с Саиром уйдут в её мир, я понял, что легче мне уже не станет никогда.

— Что это? — растерянно спросил Дамиан, забирая из моих рук листок и вчитываясь в ровные строки. С каждым прочитанным словом его лицо всё больше вытягивалось, приобретая неверящее выражение. — Это шутка такая?

— По мне где-то видно, что я шучу?! — раздражённо бросил я. Мне и так более чем хреново, ещё он пришёл и подливает масло в огонь. Какого чёрта ему вообще от меня надо?! — прямо безудержное веселье. — пробухтел уже тихо, беря себя в руки — Она вернулась в свой мир. Она ушла. Всё, её больше нет.

— Нет!.. Нет, нет, нет! Не так всё должно было быть. Не так! — вдруг взвился Дамиан, хватаясь за голову. Он то чего? — Вы должны быть вместе. У вас родится …

— Дочь, на которой ты потом женишься. — перебил я друга, закончив за него уже заезженную фразу. Надоел уже в самом деле. — Я помню. Дам, может хватит?! Это уже несмешная шутка. Особенно сейчас.

— А с чего ты взял что я шучу? — совершенно серьёзно, без единого намёка на юмор бросил он и уставился на меня с … осуждением? Это ещё что значит? — Я нисколечко не шучу. Я это говорю сейчас на полном серьёзе. Я с полной уверенностью могу тебе сказать, что в вашем союзе родилась бы девочка и она бы была моей истинной. — Сказал он то, чего я ну никак не мог от него ожидать. Да и как он это понял? Какая-нибудь гадалка-шарлатанка нашептала что ли? А он повёлся? — Я это понял ещё в тот момент, когда ты мне вручил её прядь волос для поиска беглянки. Ваши запахи смешались и превратились в нечто особенное, что щекотало и нервировало все мои чувства. Да, конечно, это не запах моей истинной, но я больше, чем уварен, что всё было бы именно так как я сказал. А ты всё испортил своими же руками! Ты, именно ты сам отправил её туда, подарил обратный билет! — выкрикнул друг, сотрясая перед ошарашенным мной злополучным письмом, в котором содержались неопровержимые доказательства моей вины. — В благородство он решил поиграть. И к чему привело это твоё грёбаное благородство?! Теперь и сам тут лежишь сдыхаешь и меня лишил шанса на счастье. Какой же ты идиот. — с этими словами, он швырнул в меня смятый листок и вылетел из моей комнаты, оставив меня одного с разрушительными мыслями, которые сжирали, уничтожали меня изнутри.

Две недели я не жил. Существовал. Превратился в собственную тень. Распугивал своим видом всех окружающих. Даже не единожды посещала гнилая мыслишка покончить уже с этой жизнью. Когда демоны снова явятся, кинуться в самое пекло, подставиться под удар. Но я каждый раз гнал эти мысли от себя. Наша смерть, даже если она приносит облегчение нам — это всегда испытание для других, для наших близких. Наша жизнь нам не принадлежит. Не стоит на неё покушаться. Но вскоре произошло событие, которое подарило мне надежду, заставило воспрять духом. Событие, которое в последствии всколыхнуло весь Вреирон — в наш мир прибыла целая иномирная делегация с предложением военной помощи. К нам прибыли Асдарцы, готовые поделиться с нами своими технологиями, своими знаниями, опытом и помочь победить демонов. Аста. Это именно она их привела, это было ясно, как белый день. Хотя о ней самой вестей не было.

Сначала я ждал её. Ждал что она придёт. Потом до меня дошло — а с чего она вообще сама должна ко мне идти? Тем более после того, как я сам оборвал все контакты с ней. Сорвался в столицу, хотел её найти, но её там не было. Она вместе с советником участвует в переговорах, между двух миров, представляя сейчас именно наш Вреирон. Рандал Маватари теперь не отпустит её, ухватится своей стальной хваткой. Не к месту появились иррациональные ревность и обида. Противный червь засел в моём мозгу — она вернулась к нему, не ко мне. Ко мне не захотела даже на глаза появляться. Но глас разума всё-таки твердил мне, что Аста вернулась не к Рандалу, а для того, чтобы спасти наш мир, а видеться со мной не захотела,. да потому что сам этого и добивался.

У меня снова начали опускаться руки, но я не позволял себе снова утонуть в своём горе с головой, она здесь, она вернулась, значит не всё потеряно, я буду искать пути, на этот раз я не стану отступать. Но в тот момент, когда случилась наша встреча я растерялся. Это не был дружеский визит, это была официальная встреча. На Вреирон прибыла первая партия военных сил и техники Асдара, Аста познакомила меня с их командиром Шоном, официально назначила именно меня ответственным, за наше дальнейшее сотрудничество и снова исчезла, оставив в моей душе непонятный осадок.

Это была Аста, та самая, которую я полюбил, но я её не узнавал. Она вела себя нарочито отстранённо и холодно, отводила глаза, старалась свести всё наше общение к минимуму. А вот с командиром их подразделения, они явно были более чем в хороших отношениях. Они тепло попрощались и Аста обронила, что она теперь со спокойной душой может отправляться домой. Она уходила, а я просто смотрел ей в след и не знал, как быть дальше. Правильно сказал Дамиан, я всё разрушил сам, своими руками. Как теперь всё исправить? А нужно ли? Ей это нужно? Нужен ли ей такой баран как я?

— Ну почему все влюблённые такие придурки? — вырвал меня из раздумий насмешливый голос Шона. Он смотрел на меня в упор и натуральным образом насмехался. Его реакция меня если честно не мало так озадачила. — Ну ладно Аста, она… ммм… — он неопределённо помахал руками в воздухе, словно не смог подобрать правильного слова, в итоге вообще просто махнул на неё рукой — что с неё взять. Ну а ты то что?

— Что? — тупо переспросил я.

— То, что ты влюблён в неё по самые уши видно невооружённым взглядом. У тебя на лбу прям бегущая, красная строка. Так какого же хрена ты её отпустил и стоишь глядишь ей вслед грустными глазами, как брошенный, побитый пёс? На сколько я понимаю, в реалиях вашего мира наличие одного мужа, не должно стать для тебя проблемой.

Этот товарищ очень уж мне напоминал сейчас Дамиана, со своими нравоучениями. Какого рожна каждый встречный-поперечный считает своим святым долгом сунуть свой нос в совершенно чужие дела? Кто он вообще такой?

— Потому что ей это не нужно. — бросил я раздражённо и собирался уже уйти, но Шон крепко схватил меня за плечо, вынуждая оставаться на месте.

— Ты дурак или совсем дурак? — не теряя своей весёлости, Шон прищурился, вглядываясь в меня, словно пытался разглядеть ответ на свой вопрос. — Ты серьёзно ничего не видишь? Не замечаешь, как она на тебя смотрит? В очередной раз убеждаюсь, что влюблённые полные придурки. Уверяю, Аста любит тебя не меньше, чем ты её, но сама себе боится в этом признаться. Она женщина, что с неё взять, сама не знает, чего хочет. А ещё она очень упрямая. Поверь приятель, я знаю её уже много лет, она мне как сестра и могу с уверенностью сказать, что она сейчас страдает наравне с тобой. Вбила себе в голову, что так будет правильно, потому что она родилась и выросла, в другом мире, где другие порядки и другие правила. И мучается сама и будет мучиться и дальше, потому что не умеет принимать собственнуе неправоту, она лоб себе разобьёт, но будет сама себя убеждать, что она права… Ну ты то мужик, в конце концов и именно ты должен взять на себя ответственность, за это важное решение. Взял ноги в руки, догнал её и переубедил. Обними, поцелуй, скажи, что не отпустишь… — он бесцеремонно толкнул меня в её направлении, разве что пинка не дал для ускорения. — Делай что хочешь, но я должен погулять на вашей свадьбе, я должен как положено выдать замуж свою сестрёнку. А то одну её свадьбу я уже профукал.

Сначала я по инерции сделал пару вялых шагов, не до конца осознав, что мне только что сказали, а потом сорвался на бег. Если это действительно так, если всё что мне сказал Шон правда, то действительно не отпущу. Я догнал Асту уже на выходе из части, она медленно брела, в компании пары наших вояк, вяло отвечая на какие-то их вопросы. Я не стал ни чего мудрить, а просто действовал по инструкции Шона — догнал, обнял, поцеловал, сказал, что не отпущу.

— Аран, что ты делаешь? — тихо прошептала шокированная Аста, стараясь не привлекать к нам ещё большего внимания. Но мне было плевать на всех. Я готов был кричать на весь мир о своих чувствах.

— Аста я тебя люблю больше жизни, и ты это прекрасно знаешь. Я честно хотел тебя отпустить, невзирая на то, что самому от этого сдохнуть хочется, потому что был у верен, что так будет лучше для тебя. Но теперь я в этом не так уверен. Скажи мне Аста, чего ты сама хочешь? Что ты ко мне чувствуешь? — я держал её в своих руках и боялся выпустить, я смотрел в её растерянные глаза и боялся, что увижу совсем не то о чём мне говорил её лучший друг.

— Аран… — глаза девушки, такие большие и чистые, неотвратимо наполнялись слезами, которые она тщетно пыталась скрыть от меня, отводя взгляд.

— Скажи мне Аста что ты чувствуешь? — с нажимом повторил я, не позволяя ей отвернуться и уйти от ответа. — Если я не прав, я отпущу тебя на всегда, исчезну из твоей жизни.

— Я … Я не знаю! — с надрывом ответила она, сдаваясь сама перед собой.

— Покажи мне. — прошептал я с облегчением, потому что отлично знал, что увижу, что почувствую, прижимая свою драгоценность к своей груди. — Открой мне свои чувства Аста. Ты знаешь как.

Я открылся перед ней весь, показал ей всю ту бурю эмоций, что сейчас меня одолевала и ждал ответных действий. Сначала ничего не происходило, Аста затихла, в моих объятьях, притаилась, но потом тоненьким, нерешительным ручейком к моему сердцу стала подбираться её магия, подкреплённая её эмоциями. Она мягким, тёплым, ласковым лучиком ластилась, сплеталась с моими потоками, наполняя меня светом и счастьем. Теперь я точно уверен в том, что наши с ней чувства взаимны.

— Теперь точно не отпущу.

Аста тихо всхлипнула у меня на груди. Внутри неё рушились преграды и бастионы, которые она сама настроила, рухнула последняя крепость, в которую она заточила свои собственные чувства. Я просто поглаживал её по спине тихонько укачивая, как маленького ребёнка, даря ей свою поддержку. Сейчас ей нужно время смириться с собственными чувствами, с которыми она так старательно боролась, принять их. Мы так и продолжали стоять на выходе из части, у всех на глазах, я видел, как понимающий Кевин разогнал особо любопытных, позволяя нам побыть хоть немного на едине в такой момент.

Как бы я не хотел, но мне пришлось её отпустить на время. Этим же вечером я явился к Саиру с официальным визитом, по всем правилам нашего мира, просить у него разрешения вступить в их семью, стать его побратимом и мужем Асты.

— А я всё ждал, когда же это случится. Даже, грешным делом, испугался, что всё потеряно, когда недостающая часть, для перехода в другой мир была уже у нас на руках, а ты всё ещё не явился. — Усмехнулся он, ничуть не удивившись моему появлению. — Добро пожаловать в семью дорогой побратим.

Со свадьбой правда пришлось повременить. Сейчас был очень важный момент для обоих миров. Войны, которые шли и там и там разлучили нас на неопределённое время. Саиру и Асте пришлось вернуться на Асдар, для сопровождения наших магов. Но эта вынужденная разлука помогла нашей девочке менее болезненно, принять тот факт, что Саир у неё теперь не один, что я тоже её мужчина и неотъемлемая часть её жизни.

С помощью их технологий мы могли каждый день поддерживать связь, общаться. С каждым днём всё больше стирая границы, между нами, убирая с души Асты руины её прежних оборонительных сооружений, становясь ближе.

«Я бы хотела, чтобы ты видел, как светлеют мои глаза, когда я получаю сообщение от тебя, как я не могу говорить о тебе без улыбки, как я чувствую себя мгновенно счастливой, когда слышу твой голос. Я бесконечно люблю тебя и скучаю. Спасибо, что заставил меня это понять.»

В сотый раз уже перечитываю самое волшебное сообщение полученное, от самого дорогого и важного для меня человечка, заставляя своё сердце каждый раз пускаться в радостный бег.

5 лет спустя.

— Аран я должен её увидеть. Ты же понимаешь, что для меня это важно. — в нетерпении приплясывал посреди нашей гостиной Дамиан, пытаясь пробиться к нашей новорожденной дочери. — Вы и так затянули с этим делом. Её старшему брату уже четыре года. Могли бы и порасторопнее немного быть.

— Дам успокойся, она только появилась на свет, я тебя не пущу к ней. — стоял я на своём, не пропуская его к своей крошке.

— Куда ты там собрался кошак блудливый?! — ко мне присоединился мой будущий побратим Эрик Деккер.

Эрик начал подбивать клинья к Асте почти сразу, как только они вернулись с Асдара, но она до сих пор упорно держала оборону. Однако большое сердечко нашей женщины не устояло перед этим суровым воякой, но таким ласковым, нежным и трепетным с ней. Эрик станет четвёртым. Третьим стал кто бы мог подумать — Рандал Маватари — первый советник императора. Как я и предполагал, он не отпустит её из своих цепких рук.

— Дамиан, ради всех богов иди домой я сообщу тебе, когда можно будет прийти. — не желая с ним больше припираться, я просто развернулся и пошёл к своим любимым девочкам.

Я смотрел как наша крошечка чмокает, мило покряхтывая, старательно присасываясь к маминой груди, обхватив её своей маленькой ручкой, нежно поглаживал её золотистый пушок на голове и не верил своему счастью. Поднял взгляд, глядя в самые родные, бездонные глаза, глаза любимой женщины.

— Спасибо родная, за то, что делаешь меня счастливым.