Обреченная на трон

Сибис выглянул из кухни и бросил на Нину оценивающий взгляд.

— Вы выглядите так необычно в этом. Но, как ни странно, вам это идет.

Парень прошептал заклинание, и вся одежда села идеально по фигуре, в том числе и обувь стала по размеру.

Нина посмотрела на себя, потом на эльфа.

— Сибис, в тебе умер кутюрье, — восхищенно воскликнула Нина.

— Кто во мне умер? — ужаснулся эльф.

— В тебе, ой как же с вами эльфами сложно. Идем к туману, провожатый.

— Нет, на единороге поедем. Так быстрее будет.

— На единороге? Ох, ты елки палки. На единороге. Сибис, а может у вас кареты есть там, я не знаю, экипажи.

— Хозяин предпочитает единорогов прочему транспорту, так что… А пешком, это очень далеко. Если боитесь, поедем на одном единороге. Согласны?

— Да, только я сижу сзади, как на мотоцикле.

— На чем? — снова нахмурился эльф.

— Не важно, но я сзади тебя сяду, окей.

— Хорошо, я Вас понял.

Эльф закрыл дом, и они вместе отправились к единорогу. Белоснежное животное было таким красивым, что Нина залюбовалась. Эффект, солнце в лучах заката, был постоянным в этих местах, и создавалось волшебное ощущение, что ты находишься в необычайно красивом сенсорном мире. Все переливалось огоньками, даже эльф едва мерцал.

Он оседлал единорога и приблизился к Нине.

— Помоги мне на него забраться.

Эльф протянул руку, и девушка оглянуться не успела, как была усажена позади Сибиса.

— Все в порядке?

— Да, — отозвалась Нина.

В следующий момент единорог сорвался с места, а Нина, забыв о правилах приличия, обняла эльфа так, что оторвать ее от него возможно только клещами. Он сначала смутился, но потом привык. Никогда ничего подобного он не испытывал. Его девушка недавно позволила подержать ее за руку, а тут такие объятия. Пусть со спины, но парня это сильно взволновало.

Единорог развивал небывалую скорость, и три часа спустя, он, наконец, начал замедляться. Нина все еще крепко держалась за эльфа и боялась открыть глаза.

— Принцесса Нина, мы прибыли, — заключил Сибис.

— Прибыли? Да? Ага. Ох, ну и скорость. Вот это аттракцион. Я на американских горках меньше боялась.

Парень начал привыкать к странным словесным оборотам и сравнениям, которые все равно не понимал.

— Можете меня больше не обнимать. Я спущусь и помогу Вам, — смущенно проговорил Сибис.

— Хорошо, — Нина отпустила своего нового друга, и он тут же оказался на земле.

— Прыгайте, я поймаю.

— Прыгать? Ты серьезно? Мне кажется, я не смогу.

— Прошу Вас. Я помогу.

Неожиданно единорог фыркнул, а Нина испугалась и спрыгнула, тут же оказавшись в объятиях Сибиса. Эльф мило улыбнулся, повисла неловкая пауза.

— Так, спасибо за помощь, Сибис, и передай Альериану мой пламенный привет, да и Стасу тоже. Сейчас разберемся с этим туманом.

Нина тут же шагнула в сторону таинственной плотной дымки.

— Нина, он убьет Вас!!! Стойте!!! — Сибис приблизился, и тут же ощутил, как горло начало сдавливать невидимыми тисками. Он не мог следовать за ней, а девушка уверенно шагнула прямиком в туман.

Эльф прислушался. Было тихо. Девушка обманула его. Так быстро убежала, что он, не ожидая такого, не успел среагировать и теперь ломал голову, что же делать. Его точно казнят за такое, и ему оставалось только ждать. Вдруг Нина вернется. Но девушка так и не появилась. Сибис обреченно оседлал единорога и отправился в обратный путь. Ему точно не поздоровится. В этом он был уверен. А Альериан еще и мысли читать умеет, и все узнает, даже то, что девушка его взволновала. Грустный парень отправился в графство Альериана, чтобы смиренно принять свою судьбу…

Глава 16. Болото-зона отчуждения…

— Лукреций, а ты уверен, что мы не заблудились? Как-то холодно здесь. И москиты больно кусаются.

— Нет, мы не заблудились. Еще часов пять в том же темпе, и мы доберемся. Понимаю, что холодно и сыро, но я тебе говорил, что чернокнижник не самая лучшая компания. Найдем моего друга, он укажет, где скрывают Яныка, и мы вытащим его.

— А кто твой друг?

— Сын кикиморы. Только бы на месте был. Он один знает и сможет указать нам путь.

Нитара промерзла, и к тому же постоянно отмахивалась от назойливых насекомых.

— Нитара, не останавливайся, — Лукреций обернулся и увидел, что девушка по пояс погрузилась в болотную трясину.

— Меня затягивает! Засасывает! Не бросай меня!

Мгновенье и только ее голова осталась на поверхности. Лукреций бросился к девушке, лег рядом и протянул руки. Она ухватилась за них, как за спасительную соломинку, и он уверенно стал вытягивать ее. В итоге Нитара мокрая и грязная, вся в слезах обняла Лукреция и плакала, плакала.

— Я же говорил тебе, идти след в след. Шаг в шаг. Здесь болото. Это понятно? Назидательно проговорил Лукреций, утешая свою непутевую попутчицу.

— Я шла, но оступилась, упала…и вот…

— Поднимайся. Ночь скоро. Совсем замерзнешь. Нам нужно спешить. Тебе нужна сухая одежда.

Девушка чихнула. И снова шла за чернокнижником, теперь стараясь не сбиться со следа. Одно радовало — теперь ни комары, ни слепни, ни мошки ее не кусали. Болотная жижа подсохла и образовала защитный слой, да и запах, конечно, тоже был мерзкий.

Так вот измотанные и уставшие они добрались до места. Больше, конечно, устала Нитара. Лукреций привык к такой жизни и чувствовал себя довольно неплохо.

Наконец, он увидел дом. Их взору открылась мшистая поляна, на котором стояло жилище, покрытое тем же мхом. В небольшом оконце виднелся свет свечи, и Лукреций едва улыбнулся.

— Вот это место, которое я искал. Остановимся здесь на ночлег. А тебе вообще лучше здесь остаться. Проблемная ты попутчица, сильно тормозишь меня.

— Ах, вот ты как? Ну и ладно. Я вообще одна назад пойду сейчас, — выпалила Нитара и вздернула подбородок.

— Будешь тонуть в болоте, зови. Но, только если близко от этого места, а так, сгинешь в этих болотах, как есть. Вперед, красавица.

— Что ты говоришь такое? Смерти моей хочешь? Смерти, да? Да чтоб тебе пусто было, чернокнижник несчастный! Не нужен ты мне больше. Сухарь черствый. Ничего не понимаешь.

Нитара побежала в сторону болота вся в слезах и с лету налетела на мужчину. Он выглядел ужасно и очень крепко ее удержал.

— Ох, какая темпераментная особа. Никак дочь Чиратоса? — усмехнулся очень странный по виду обитатель этих мест.

— А ты кто такой? Фу, какой грязный, противный.

Мужчина удивленно приподнял бровь и потом рассмеялся. Голос был каким-то хрипловатым.

— А ты бы на себя в зеркало взглянула, Ни-та-ра. Лукреций, как так долго держишься. Такая горячая девочка рядом.

— Лярв!!! Ты здесь, я уж думал, не застану тебя у матери, но очень надеялся на встречу.

— Ты под счастливой звездой родился. Я здесь со вчерашнего дня. Занятная ситуация получается. Рольф нашел внучку Мирамистины, и сейчас они здесь. Хочу быть в первом ряду, когда все начнется. У эльфов тоже довольно весело. А ты зачем туман этот создал, Лукреций? Там такие последствия могут быть.

— Отпусти меня, мерзкий, — подала голос Нитара.

— Мерзкий? А кто-то у нас свести счеты с жизнью собрался? — усмехнулся Ларв.

— Я собралась домой, потому что…

Лярв рассмеялся.

— Так, Лукреций, зачем Нитару обидел. Смотри, отцу пожалуюсь, он тебе быстро ушки оборвет.

— Отцу? Да нет у меня отца. Сирота я. Меня королева Мирамистина нашла. Я при дворе служу много лет. Потом вот выгнала она меня, а Рольф приютил. Ему теперь служу.

— Вот я и говорю, обидели девчонку. Так все, идемте, мама ждет, и с мамой спорить нельзя.

Лярв, не отпуская Нитару, шагнул в сторону маленького домика, и Лукреций двинулся за другом. Чиратоса он знал лично, но то, что Нитара как-то связана с ним, не знал. Сейчас все это его очень настораживало.

— А я думаю, чего так долго они там разговаривают. О, Нитара, и ты с ними, — старая кикимора была весьма непривлекательна. Зеленоватая кожа, бородавка, черное платье, такой же фартук, платок с бахромой на голове, глаза, цвета янтаря и крючковатый нос.

— Откуда вы все меня знаете? — удивилась девушка.

— Так тетка твоя, вот и знаю. Что же племянницу не узнаю свою.

— Не тетя вы мне. Посмотрите на себя и на меня, — возмутилась Нитара.

— Я Стинея, сестра твоего отца, и мать этого никчемного. Странник он у нас Лярв Фил. Предпочитает, чтобы его называли по расе Лярв. Все воспринимает этого Лярва так, как он привык. А я, как мама зову его Фил, и пусть бесится, сколько хочет. Мое порождение тьмы и болот, мой сын, так что мне можно.

— А почему я-то ему сестра? Не сестра я ему.

— Мой брат чернокнижник Чиратос. Предводитель чернокнижников. Тебя нашла Мирамистина, говоришь? Ну, правильно, если нашла, то пожалела, приютила и поскольку чернокнижников не жалуют, то сделали из тебя прислугу. А за что выгнали?

— Я конюшню чуть не сожгла. Только я не жгла. Сам пожар, как-то случился и Грегори подтвердил, а Мирамистина не поверила и черной меня назвала тогда. Рольф приютил, вот и у него живу с тех пор.

— А конюшню ты все-таки подожгла, Нитара. Нитара на языке чернокнижников означает — огненная. У тебя магия огня, чернокнижница. Потому что твоя мать ведьма огня Флея.

— Как же поверить то вам? Я же считала, что я сирота.

— Ну, это твое право, верить, не верить, — усмехнулся Лярв.

— То-то я озадачился, когда она применила заклинание и чуть сама себя не сожгла.

— Лукреций, а ты тоже не раскидывал бы повсюду свои писания, — проворчала кикимора.

— Дак я выполнял задание императрицы, вот и оставил вещи в замке Рольфа.

— Здесь они, наши миссионеры, заблудились немножко, но выйдут. Рольф в себя придет, и выйдут. С обонянием немного проблемы возникли.

— Так мне что же теперь? Куда мне идти? — озадачилась Нитара.

— Знаешь, что, сестренка. Есть такие слова в сказке. Там, в мире Дня. Направо пойдешь, коня потеряешь. Налево пойдешь, богатым будешь, а прямо пойдешь, свое счастье найдешь. Ну не работает это правило на болотах. Мы на островке находимся, а вокруг болото. И тут хоть в какую сторону пойдешь, свою гибель найдешь. А я не могу себе позволить лишиться единственной сестренки. Как тебя спрятали хорошо, и не найти.

— Да не прятал меня никто.

— Ну да, защита на тебе была, а вот теперь кто-то снял ее.

— Это вы про ауру лилового цвета? Так это я снял. Еще подумал, странно для человека, такую ауру иметь. Она плохо на меня действовала, вот и снял, — отозвался Лукреций.

— Лукреций. Так я в долгу у тебя. Сестренку нашел, еще и сюда привел. Проси, чего хочешь. Как золотая рыбка, любое желание исполню. И не одно. Считай у тебя, друг, безлимит по понятным причинам.

— По каким причинам, Лярв Фил?

— Давай без Фил. Бесит, честное слово, — Лярв перевел свой взгляд на Лукреция. — Ну, так, это, давай не всю информацию сразу на девушку сваливать. Пусть текущие новости переварит. — Раздался странный стук в стекло окна.

— Ага, вот и Галчонок пожаловал, — отозвался Лярв.

— Кто?

За окном появилась птичка. Маленькая с красной грудкой, а оперение у нее фиолетовое.

— Почтальон местный. Мой личный. Сам приручил и обучил. Вот я вернулся, и он меня нашел.

— А почему Галчонок?

— Да это так мне захотелось, иногда зову Хватайка, но это когда очень дерзким птиц становится. Тоже из королевств Дня словечко. И так, а теперь давайте по существу. Залетай галчонок, и для тебя работенка есть.

— Какой миленький, — улыбнулась девушка.

— Нитара, ты если хочешь с Лукрецием можешь отправляться, и у тебя магия огня есть, так что пользуйся. Бытовая магия есть у всех. — Лярв шепнул что-то на ухо, и платье Нитары очистилось, как и тело, и лицо. Да и вообще сама девушка. Только волосы стали немного темнее, чем были.

— А почему у меня волосы темнеют?

— Ну, так, защиту сняли некоторые, и ты постепенно станешь такой, какой и была в детстве. Ну как? Так лучше? Ты не смотри на меня, я существо болотное и довольно мерзкое, но своих родных и кровных в беде не бросаю. Так что, сестренка, сама решай с кем ты у нас будешь. Со мной? К слову, я могу обеспечить тебе защиту от любого врага, и что важно, никуда не надо ходить или с чернокнижником, который тебя бесит.

— Я бы предпочел, чтобы Нитара осталась с тобой, Лярв, — отозвался Лукреций.

— О, ты сам это осиное гнездо разворошил, так что теперь на судьбу не жалуйся. Как девушка решит, так и будет. Далее, что касается Яныка. Его действительно нет во дворце. За мертвым озером есть лес Ночных фей. Там-то и держат его. У трех сестер. Им хорошо заплатили. Цепочка длинная, и кто отдал приказ, определить не могу. Дорога туда через королевство Лунного света. Так что вернуться придется. Но там Филипп на тебя охоту устроил. И на Нитару. Так что смотри сестренка. Попадешься генералу, не пощадит.

— Я Яныка упустила, и мне нужно помочь Лукрецию его отыскать. Я виновата. Только я.

— Ну, начинается. Ваше благородие госпожа удача. Хорошо, тебя теперь от этого чернокнижника и клещами не отцепить, еще бы.

Лярв посмотрел на Лукреция очень проницательно, а тот дал понять, чтобы друг молчал. Кое-что для себя Лукреций понял, и Лярв очень хотел озвучить это вслух.

— А что за Даша, которую нашел Рольф?

— Сказал же, внучка Мирамистины она. Я напишу ей письмо, а галчонок передаст. Даша должна понимать, что здесь происходит. В моих интересах помочь Дарье.

— А тебе то, что с того, Лярв?

— А вот этого сказать не могу. У меня свои секреты и свои интересы. Где Яныка искать я сказал, только вот с недавних пор. Буквально, три часа как, я почувствовал странную магию в тех краях. Магия не наша, и ее обладатель пересек тот смертельный туман, который отгораживает королевство Звездной феерии от королевства Лунного света. Этот маг направляется как раз в сторону мертвого озера и скоро пересечет мост. Как бы вам не встретить его в королевстве Ночных фей. Ничего не знаю про это существо. Только то, что оно не из нашего мира, и что пересекло беспрепятственно тот туман, что защищает королевство Мирамистины. А вот миссия этого существа не известна.

— Его следует опасаться?

— Не знаю, не могу сказать.

— Так, ну дела делами, а обед по расписанию. У меня грибной суп. Лярв недавно здесь и еще не охотился. А грибы тут повсюду. Так что милости прошу. Как говориться, чем богаты.

Все принялась за еду, кроме Лярва.

— А ты что не ешь Фил, ой, это, как тебя, Лярв.

— Я на особой диете. Боюсь, что это зрелище не для слабонервных. Суп с грибами мне не подойдет.

— Тетя Стинея, а чем Лярв питается?

— Что же ты в моем присутствии и в третьем лице, сестренка? Я ем летучих мышей. Сырых. Отлавливаю и ем.

— Только мышей? А может там, белок, каких?

— Нет, не вкусно, а мыши да, очень вкусно. Ну, все, любопытная моя сестренка. Проведете эту ночь у нас, а утром отправитесь в путь. Комната налево и прямо увидите.

— Одна на двоих? — уточнила Нитара.

— Нитара, ты на болотах, в гостях у Лярва. Это не пятизвездочный отель, так уж извини. Придется потесниться.

— Хорошо, я согласна, Фил, ой Лярв.

— Идем, Нитара, не съем я тебя.

Отозвался Лукреций и потянул девушку в сторону комнаты. Он знал, что она очень устала, и поэтому решил воспользоваться гостеприимством друга, а утром отправиться в путь. Ночь в королевствах ночи была такая, что видимость была нулевой.

Комнатка была небольшой, а кровать средней не для одного человека, но и для двоих тесновато. Лукреций скинул свой рюкзак с плеча, а Нитара прошла ближе к кровати и села.

— А ты где спать будешь?

Спросила Нитара. Лукреций осмотрел все вокруг. Одна кровать, стул, стол и все.

— Вероятно, на кровати, — отозвался чернокнижник.

— Эй, я первая ее заняла, — возмутилась девушка и посмотрела на чернокнижника с вызовом. Вот не боялась она его и все тут.

— Потеснишься. Не такая уж ты необъятная, чтобы нам вместе места не хватило, — невозмутимо заключил Лукреций.

— Да как ты смеешь так обо мне? Сейчас как, как…

Нитара разозлилась, и волосы Лукреция вспыхнули огнем. Он тут же потушил пламя, и бросил на Нитару убийственный взгляд.

— Нитара, накажу, если продолжишь в том же духе. Контролируй свои эмоции, а то спалишь дом Лярва, а ты знаешь, что строительство дома в этих местах, это практически невыполнимая задача, так что держи себя в руках.

— Я сплю на этой кровать одна. Точка, — проговорила девушка и улеглась по центру на мягкую подушку.

— С запятой, и я тоже, — иронично отозвался Лукреций.

— Вот уж нет, — Нитара легла звездой, посередине показывая, что не собирается уступать кровать чернокнижнику.

Он давно так не развлекался. Только Нитара не огнем играла сейчас, а с огнем. Она в прямом смысле его провоцировала. Лукреций скинул свой плащ, камзол, рубашку и сейчас снял свои сапоги. Что-то шепнул, и тем самым очистил тело и одежду. На болотах магия не работала, там была нейтральная зона, а вот на островке магия откликнулась.

— Так, Нитара, место мне уступи, иначе скину тебя с кровати, и будешь спать на полу.

— Вот уж нет, — помотала головой Нитара.

Лукреций поднял кровать вместе с Нитарой, и она скатилась на пол, при этом больно ударилась, и теперь потирала руку. Лукреций лег на кровать и укрылся одеялом. Нитара легла рядом и попыталась столкнуть этого наглеца с кровати, но тщетно.

— А ну вон пошел, грубиян! Это моя кровать, сказала!

Нитара изо всех сил пыталась столкнуть его с кровати, но безрезультатно. В итоге выдохлась.

— Ну и черт с тобой. Поджечь бы тебя, чтоб убежал, сверкая пятками, — и в голове Нитары созрел коварный план.

Она уже представила, как сейчас подпалит ему пятки, но Лукреций резко перевернулся и прижал Нитару к кровати за плечи.

— И только не говори потом, что я тебя не предупреждал. — Он впился в губы девушки в поцелуе, обезоруживая, сметая все преграды.

«Видят боги, я держался, сколько мог, но она мертвого допечет, не могу больше. Пусть горит моя душа в аду, но я не могу больше держаться. Ты моя, бестия».

Лукреций избавил из обоих от одежды, а Нитаре и слова вымолвить не позволил. Помнил, что были слабые попытки к сопротивлению, но она так его распалила в своих попытках его столкнуть, что пробудила неистовое желание. Изголодавшийся по любви чернокнижник забылся, сорвался в бездну страсти и любил. Нитара была его счастьем, горем, наказанием, наркотиком и наваждение. Он не знал, что так бывает. Так горячо и нежно. Она дарила наслаждение, безумную страсть. И он не знал, бывает ли что-то лучше.

Лярв подтвердил все его домыслы сразу, как только встретился с ним взглядом.

«Она истинная твоя, дурак, вот и бегает за тобой, как привязанная».

Лукреция словно жаром обдало. У чернокнижников такое тоже случается, но очень редко. Почти один случай на тысячу. И вот подарила Лукрецию судьба такой бесценный подарок. Нитара, она и вовсе не осознавала, что с ней. Увидела его и пропала. Никакой Грегори ей и даром больше был не нужен. Только он. Противоречивый отец одиночка с грустным уставшим взглядом.

Да она, бесила его, выводила из себя, но это обратная сторона страсти и любви. Такой путь они проделали навстречу друг другу. Их дыхание смешалось. Сердце отдавалось глухими ударами, и близость дарила разрядку, блаженство и понимании, что они созданы друг для друга. Она ощутила боль лишь на короткую секунду, а он все понял, исцелил, залечил. Они потеряли счет времени, забыли о проблемах, ради этой ночи. Нитара еще не думала, что скажет ему утром. А он точно знал, что не отпустит больше Нитару от себя…

Глава 17. Неземное притяжение.

Даша проснулась и, не открывая глаз, потянулась. Было тепло и удобно. Пахло свежестью.

— М-м-м, — протяжно простонала девушка, — лишь бы это не было сном, и этот обалденный парень мне не приснился.

Она еще раз мечтательно вздохнула и открыла глаза. Все вокруг не было сном. Это точно. Внутренняя часть огромного дерева, мягкая подстилка из странных мохнатых веток, шелковистой листвы, а еще куртка Рольфа. Даша приподнялась и осмотрелась. Она вспомнила, как ей вчера было страшно ровно до тех пор, пока он не обнял ее. На край дупла, как на край окна, села птичка и стала крутить пестрой головкой, рассматривая девушку то одним глазом, то другим.

— Привет, — прошептала Даша тихо, чтобы не спугнуть пернатую птаху.

Пичуга замерла, сверкнула оценивающе глазом бусиной и клюнула кору дуба.

— Ч-чви-и-ирк, — пропела мелодично она, — Галка, Галка.

— О-хо-хо, — в изумлении придвинулась Дарья ближе к краю огромного дупла.

Она боялась спугнуть птичку, но та сидела на краешке, и казалось, сама изучала девушку.

— Это так тебя зовут? Галка? Приятно познакомится, а я Даша.

— Даша? — словно переспросила птичка, — Даша. Беги, Даша, — стала она прыгать по краю древесины, — за мной беги, Даша. На болота, беги. Волк плохой.

Девушка остолбенела от всей этой тирады, выданной крохотной птичкой. Она встречала попугаев, которые могли целыми фразами даже и не цензурными словами похвастать. Но, это было другое. Пичуга словно разговаривала с нею и даже к чему-то призывала. Птичка, не договорив, резко вспорхнула, и ее словно и не было. Дарья зажмурилась, встряхнула головой и растерла глаза руками.

— Странная какая, — сказала она, — и открыла снова глаза, — не привиделось ли мне?

Тут она увидела улыбающееся лицо Рольфа, и сама заулыбалась ему в ответ. Парень ловко забрался внутрь.

— Не привиделось, Даша, — бодро сказал он, — мы в мире Королевств Ночи и нам надо идти. — Он протянул руку и помог ей встать на ноги.

— Завтрак ждет нас внизу, — внезапно замялся он и опустил взгляд, — я не знаю, что именно ты привыкла есть по утрам.

— О, спасибо. Это, кстати. Я голодна так, что готова съесть целого быка.

У парня отвисла нижняя челюсть, а глаза выпучились.

— Быка?! Вот это аппетит!

Он резко почесал затылок, от чего его волосы смешно взъерошились.

— Даже моя тетя Фелиция не съедала столько за раз. А она была брюхата четырьмя волчатами. Да, у нее еще тот был аппетит. Особенно, когда уже была на сносях. Быка. Так. Быка.

Парень смешно стал шевелить губами и глазами. Он явно соображал, где взять на завтрак быка. Дашу все это так позабавило, что она заливисто рассмеялась. Рольф замер, глядя на нее недоуменно.

— Пошли завтракать, — взяла она его смело за руку, — с тобой все ясно. С чувством юмора напряженка. Учту. Это так говорят в переносном смысле «съесть быка», когда ну очень кушать хочется. А так я согласна на любой завтрак. В нашем случае не до жиру.

Рольф помог ей спуститься на землю. Даша поправила на себе одежду и стояла в ожидании парня. Тот, будто и не было всей этой высоты, ловко соскочил вниз, словно заскользил по стволу как подкурщик, чем восхитил ее еще больше.

Молодой человек показал рукой, куда надо идти, а сам стал заметно отставать. Он был задумчив, и когда Даша пару раз обернулась, то увидела, как он идет с поднятыми глазами вверх и постукивает пальцами по щеке. Даша тихо засмеялась и закусила губку. Все что с нею произошло, она воспринимала с утра, как романтичное свидание. Она не испытывала чувства неловкости рядом с Рольфом. Как — будто они уже давным-давно знакомы.

Послышался лай Лаки. Пес кружился на полянке и приветственно вилял пушистым хвостом. Девушка потрепала питомца за шею и спросила, есть ли тут поблизости ручей. Ручей оказался как раз за ближайшими кустами. Даша встала и ушла в указанном направлении. Волк пожелтевшими глазами уставился на соблазнительно двигающуюся попку девушки.

— Даже не вздумай, — послышалось в голове Рольфа, — а то твоим блохам придется жить на твоей остывающей тушке.

— Кто бы говорил, — оскалился волк, — не ты ли с утра занимался тем, что пытался выкусить парочку у себя под хвостом.

— Ха-ха-ха, — прозвучал ироничный смех в голове оборотня, — Дарья хорошая хозяйка и она всегда вовремя обрабатывает меня препаратами от блох и клещей.

Рольф скривился и клацнул зубами в направлении Лаки. А сам во время ментальной перепалки с песиком все время посматривал в сторону, куда ушла девушка.

— Откуда ты взялся, болтливый злобный пес? Если бы не твоя хозяйка, загрыз бы тебя уже давно, но Даша расстроится.

Лаки хитро прищурил круглые глаза и тут же прошелся мимо волка, сильно прихрамывая на переднюю лапу.

— Вот возьму и скажу Даше, что ты меня травмировал. Интересно, как она после этого будет смотреть на тебя, волчонок?

Но Рольф тоже был не промах. Он широко раскрыл рот и изобразил тихо гомерический хохот, даже живот руками обхватил.

— Стесняюсь спросить, и как ты это ей донесешь? На своем родном: «Гав, гав». Или нет, жалобно и протяжно, типа он меня обидел, побей его, Даша. И звучать это будет так: «Тяв-тяв». Если ты еще не заметил мохнатый, Даша не понимает твоих этих «Гав» и «Тяв». А я не собираюсь ей открывать то, что понимаю тебя. Так что, пушистик, один-один!

Рольф не выдержал. По его мнению, она уже ушла давно. Он сделал пару шагов в направлении кустарника и получил на свой маневр предупреждающее рычание собаки.

— Ее уже давно нет, — сердито развел он руками, — а вдруг на нее напали? А я тут.

Но Лаки и не думал уступать путь. Наоборот, он стал в боевую стойку и был готов броситься на волка. Рольф отступил, но был недоволен и даже взбешен. Его чувство тревоги росло с каждым мгновеньем.

— Эй, пушистик! Да что ты, в самом деле. Да не собираюсь я подглядывать. Я только убедиться хочу, что она в порядке.

— Она в порядке, — раздалось сердитое ворчание в голове Рольфа, — и знаю я твое желание совсем не подглядывать. Я тебя, волк, читаю, как открытую книгу. И не смей называть меня пушистиком, куцый хвост.

— Да что б тебя, — выругался оборотень и отступил окончательно.

Он знал, тут действительно безопасное место. Девушке ничего не должно угрожать. Но она скрылась из поля его зрения, а нюх его подводит почему-то. Рольф места себе не находил от беспокойства, но его порывы последовать за нею, действительно выглядели странно.

Даша вернулась довольно быстро, она привела себя в порядок, умылась и была готова посмотреть, что Рольф придумал им на завтрак. Волк так обрадовался ее возвращению, что смутились они тут же оба. Лаки закатил янтарные глаза и спрятал их под лапки.

Эти двое, словно в смешном немом фильме, боятся друг до друга дотронуться. А стоит все же этому случиться, тут же все одновременно выпадает у них из рук.

Девушка сидела на траве, а оборотень суетливо ухаживал за нею.

— Это, — преподнес он ей широкий лист с ягодами и орехами, — все, что мне удалось с утра разыскать. Если бы знал, что ты любишь на завтрак жир и мясо, я бы встал еще раньше и попытался поохотиться. Тут есть пару мест, где водятся жирные утки, но туда надо сбегать. Завтра…

— Стоп! — взмахом руки перебила его Даша. — Кто тебе сказал, что я люблю на завтрак есть жир?

Рольф замер с открытым ртом. Он-то сам бы не отказался от сладкого кусочка жира, конечно, лучше сладкого кусочка жира с мяском, но Даша сказала, что не до жира с утра. Ей больше нравится простой жир. Теперь ему тоже так больше нравится, но почему она опять смеется над ним?

— Неужели тебе поведал о моих страшных гастрономических секретах Лаки?

Даша подняла с листочка красную ягодку очень похожую на клубничку и осмотрела ее. Сверху на ней сидела капелька прозрачной воды. Рольф не только позаботился о ее завтраке с утра, но все заботливо вымыл. Внутри сразу стало так приятно. Никто не ухаживал за Дашей никогда. Она сама в основном даже не допускала ни одного парня до этой стадии отношений. Она положила сладость в рот и подумала, что сегодня обязательно его поцелует.

Внутренний удар заставил сердце волка остановиться, и он даже чуть отшатнулся. Он не узнал, о чем она подумала только что, но он ощутил, что она вот сейчас его выбрала. Все тело покрылось мурашками, на руках стали увеличиваться когти. Рольф понял, что он на грани перевоплощения, и ему стало ужасно страшно. Даша еще не готова узнать, что оборотни — это не выдумки и тем более увидеть его таким. Но процесс ему было уже не остановить. Рольф не мог совладать с собственной сущностью.

Даша увидела, что парень схватился за грудь и сильно побледнел. Кровь словно схлынула с его лица. Она положила листок на траву и встала. Только она не знала, что сейчас ей лучше к волку не подходить. Рольф сильно зажмурился и стиснул зубы. Боль была невыносимой, его колено подломилось, и он резко опустился вниз. Пальцы впились в траву, когти уже до крови врезались в ладони. Внезапная боль в ноге привела Рольфа в чувства. Он крутанул головой и увидел, что Лаки глубоко впился зубами ему в голень.

— Не стоит благодарности, — пронеслось тут же в голове, — зятек.

Рольф увидел, как блеснули глаза собаки голубым и тут же снова стали обычными собачьими. Укус Лаки вернул его в сознание и этого мгновенья хватило.

— Спасибо! — крикнул он и со всех ног пустился бегом в гущу леса.

— Не за что, — ответила Даша и изумленно развела руками.

Она посмотрела на Лаки и пожала плечами.

— Что это с ним? Он решил прогуляться? И на долго?

Только Лаки ей в ответ стал вилять весело хвостиком и забавно чихать, встряхивая время от времени золотистой головой. Даша беспокойно посмотрела в сторону, куда умчался со всех ног Рольф.

— Странный он. Да, Лаки?

— Гав, — было ей ответом.

— Как ты думаешь, я бы могла ему приглянуться?

Даша закусила нижнюю губу и размышляла. Она уже переживала, что Рольфу что-то не понравилось в ней. Девушка вернулась, быстро съела половину содержимого листа. Остальное оставила для Рольфа. Лаки все время кружился рядом, отираясь о ее спину боками.

Рольфа долго не было. Даша устала ждать. Она тяжело вздохнула, свернула листик с ягодами и аккуратно уложила его в рюкзачок.

— Эх, Лаки-Лаки, — потрепала она пса за ухо, — если бы ты знал, как он мне понравился, я бы его даже поцеловала. Но…

Девушка поднялась и направилась в ту сторону, куда уже давно сбежал Рольф.

— Пошли, мой друг. Вот только сейчас я понимаю слова Нины. Она говорила, что за моим перебором будет у меня недобор. Стоило только парню мне понравиться, как он тут же сбежал от меня. То я от всех бегала, и вот сбежали от меня.

— Гав, — раздалось рядом. Это был Лаки.

— Да не утешай меня, — со вздохом махнула рукой Даша, — все нормально.

Слезы выступили тут же на глазах.

— Только почему-то плакать хочется.

Даша глубоко вздохнула и двинулась в сторону живописной каменистой тропинки, по кроям которой возвышались величавые деревья. Девушка привыкла к тому, что солнце здесь было всегда не ярким. Эффект вечера и едва розовый закат говорил о том, что здесь день. Ночью становилось очень темно и жутко страшно.

Даша очень медленно, прогулочным шагам пошла по тропинке, постоянно оглядываясь по сторонам и ожидая, что вот сейчас Рольф их догонит, и она снова попадет в плен его обаяния. Его настоящая мужская привлекательность сводила с ума, и давала фантазии разгуляться. Но сейчас ее спутниками была неизвестность, легкое чувство растерянности и разочарование. Лаки поддерживал Дарью своим присутствием. Верный пес не давал ей начать паниковать.

Глава 18. Эльфийские страсти.

«Как же мне рассказать графу обо всем. Казнят меня. Так, спокойно, эльфы казни не боятся, но как же все-таки умирать не хочется. И Селина только начала отвечать мне взаимностью. Так долго добивался ее расположения. Нина, Вы убили меня, в прямом смысле этого слова».

Парень, завидев графа, побледнел, даже в ушах зазвенело от напряжения, но он стоял и решил для себя, что честно все расскажет.

Небо потемнело, и звезды сегодня светили особенно ярко. Наконец единороги графа и принца Стаса остановились, и эльфы спешились.

— Сибис, в чем дело? Ты неважно выглядишь, — Альериан насторожился. Некогда всегда веселый садовник явно их ожидал и боялся говорить о том, что мучило его сейчас. Стас бросил обеспокоенный взгляд в сторону замка и не хотел больше стоять рядом с графом, а желал скорее обнять свою Нину.

Сегодня он встретился с королем Верлиалем и получил разрешение. Никто не стал с ним разводить долгие беседы. Правитель лишь едва улыбнулся, когда узнал, кто он и тут же дал разрешение отправиться к туману и совершить попытку пересечь границу. Но на протяжении всего этого времени Стас думал о Нине. Очень переживал за нее, и как оказалось не зря.

— Ваше превосходительство, принцесса Нина сбежала. Она сделала это по моей вине.

— Что? — Стас подлетел, схватил Сибиса за горло и прижал его к дереву. Юный эльф кашлянул, ощущая удушье.

— Принц Стафарс, я не знал что так будет, вы никаких распоряжений на счет вашей жены не оставляли, и я только лишь исполнял ее приказы.

— Отпусти его Стас. Если Сибис сейчас умрет, мы ничего не узнаем. Дай ему все объяснить, и если вина серьезная, его казнят.

Ровным голосом проговорил Альериан. Тот пытался не выказать своей радости. Ведь если Стас ему был нужен, то Нина ему не очень нравилась. Нет, он понимал, что она жена Стафарса, но от этого его чувства лучше по отношению к Нине не стали.

Стас нехотя разжал пальцы, но взглядом уже придушил юного эльфа, потом воскресил и еще раз придушил.

— Ваше превосходительство, принцесса Нина приказала мне дать ей мою одежду. Сказала, что в платье ей будет неудобно и попросила проводить ее до заколдованного тумана. Я проводил ее на единороге, а она вдруг неожиданно прошла сквозь него, словно он и не заколдован вовсе и не вернулась. Я не смог преодолеть туман. Он иссушает мою кожу, и я уверен, что погибну, если пройду сквозь него.

— Но твой долг ценой собственной жизни защищать хозяев, — заключил Альериан.

— Все так. Я так и хотел сделать, даже зная, что погибну. Но что тогда толку от моей смерти, а так я вам все рассказал сейчас и теперь готов умереть от вашей руки граф Альериан.

— В этом есть смысл. Ну что, ж ты заслуживаешь казни.

— Нет, Альериан, этот мальчишка проводит меня к туману, покажет, где именно прошла моя Нина, и пойдет со мной. Возможно, даже выживет. Альериан ты обязан оставаться в королевстве. Тем более ты командуешь армией Верлиаля, а этот сопляк пойдет со мной. Елисей Силович недоделанный, блин. С девушками нужно быть осторожным. Ясно тебе? А моя жена, она особенная. Очень красивая и умная, и не дай бог, с ней что-нибудь случиться, я тебя лично казню. Все понял, Елисей?

— Я Сибис.

— Вот я почти так и сказал. За мной.

— Стас, может, ты для начала поужинаешь и приготовишься к дальней дороге?

— Альериан, ты не понимаешь. У меня жена пропала. Я не могу сидеть и чаи с тобой распивать. Я должен ее найти и вернуть. Черт, знал же, что нельзя ее оставлять. Это она на меня обиделась. Точно знаю. Она когда обижается, очень изобретательной становится, и каждый раз придумывает для меня все новые и новые квесты. Восхождение на Эверест мне кажется теперь детской игрой. Тут-то где ее искать?

Сибис растерянно отправился к своему единорогу. В это время Стасу вынесли дорожную сумку и меч. Альериан подошел к единорогу Стафарса.

— Послушай меня. Места за туманным занавесом опасные. Там земли троллей, там вампиры и некроманты.

— Знаю-знаю. Там чудеса, там леший бродит, русалка на ветвях сидит.

— Русалок там нет, Стас, но…

— Никаких «но», Альериан. Я дойду вот с этим перстнем до самой Мирамистины, и если хоть волосок упадет с головы моей Нины, я им такие чудеса покажу. Распустились…

— Голос Стаса изменился, стал громким, жестким, командным. Как-то Альериан на фоне Стафарса, теперь смотрелся каким-то мягким и миролюбивым, а ведь гроза Звездной феерии, сам генерал.

Стас направил единорога в сторону леса, и Сибис старался поспевать за ним. Он следовал за ним, не отставал, но особо близко не приближался, и даже дышать в его присутствии боялся. От беспокойства Стас словно обезумел. Он никогда не был настолько зол, а этого эльфа хотел убить. А еще он был зол на себя и этот мир.

«Да лучше бы дома были, среди людей, и работал бы дальше как работал. Вот как я без тебя теперь, Нина? Как?»

— Принц Стафарс, мы почти прибыли, — осторожно проговорил Сибис.

Стас присмотрелся и увидел стену серо-фиолетового тумана, не имеющей ни конца, ни края, как в стороны, так и вверх. Внутри плотного тумана виднелись всполохи молнии разного оттенка от белого до зеленого и красного.

— А то без тебя-то я не догадался, что это и есть тот самый туман. Так, ну что, внуши единорогом, чтобы домой топали, не перенесут они такого путешествия.

— Что? — растерялся Сибис.

— Так, еще и со слухом проблемы. Читай по губам. Единорогов надо отправить домой ментально. Окей?

— Ок… что? — добавил юный эльф и встретился с убийственным взглядом Стаса. — Про единорогов понял. Сейчас-сейчас.

Сибис что-то шепнул, и единороги, как дрессированные собаки за палкой, устремились в сторону леса. Эльфы, точнее все эльфы умели разговаривать с животными, и Стас тоже почти понял, как это делать, но с ним ведь был Сибис, и он не хотел пытаться сделать это сам. Пусть юный садовник выслуживается, раз провинился.

— Ну что, идем, Елисей. Пора преодолевать этот туман, — Стас принюхался. — Токсичный он, однако, но говорят перстень у меня чудный, и он нам поможет. Так, черт, ну ладно. Давай руку и не отпускай, если жить хочешь. Отпустишь, умрешь.

Сибис боялся. Действительно боялся, он не был сильным эльфом, потому-то и был садовником, а не воином в армии Альериана, и сейчас очень жить хотел.

— Идем.

Стас, крепко держа за руку Сибиса, шагнул сквозь туман, уверенно и с долей любопытства. Туман они преодолели без особых последствий.

— Апчхи, — чихнул садовник.

Стас отпустил его руку и окинул юнца мимолетным взглядом.

— Будь здоров, — добавил Стафарс и стал осматриваться по сторонам.

— Здоров?

Юному эльфу было так же сложно с принцем, как и с Ниной, но сейчас помимо растерянности он испытывал еще и страх. Принц имел полное право убить его в любой момент, и от этого было просто невыносимо тревожно.

Туман был весьма необычным, и помимо убивающего серого вещества растворенного в воздухе и магии защиты был еще эффект быстрого хаотичного перемещения. То есть они вышли не в том же месте, что и Нина, а в другом.

Сейчас Стас осмотрелся. Мшистые тропы были насыщенного зеленого цвета. Бордовая ягода виднелась повсюду, и деревья, напоминали высокие папоротники.

— Топи гномов. Это не Королевство Лунного света, — тихо сказал Сибис.

— Отлично, тут еще и громы есть. И что ты предлагаешь делать? И куда исчез туман?

— Я не знаю, я не очень разбираюсь в магии.

— Значит и Нину перенесло куда-то и возможно не к гномам. Елисей, а в географии этого бредового мира ты силен? Король говорил, что туман создали по приказу королевы как там Хлоргексидины, нет как-то по-другому…

— Мирамистины,

— Ага, вот, знал, что для горла полоскательное средство так называется. Ну, так вот, как нам добраться до этой самой дамочки, которая и создала это волшебство.

— Нет точных сведений, что это именно по ее приказу. Это так думают наш король и главнокомандующий. Королева Мирамистина правит справедливо и ходят слухи о ее невероятной доброте.

Стас скосился на садовника и скривил губы в задумчивой улыбке. Столько противоречий. Альериан говорит несколько иные вещи, в то время как простой нарой кардинально другого мнения. Миры разные, а проблемы одни и те же. Что тут, что там пропасть между простым народом и власть имущими непреодолимая. Как разобраться кто играет не по правилам? Сибис увидел, как на него смотрит принц и резко умолк, прочистил горло и заговорил о другом.

— Территория гномов не большая. До границы три дня пути через мшистый покров, а потом болото и если удастся его преодолеть, попадем на территорию Королевства Лунного света, но без лошадей месяца полтора пути.

— Полтора месяца! Это долго. А быстрее способ есть?

— Нет. Другого пути нет, — отрицательно покачал головой Сибис.

— Но как узнать, в порядке моя жена или нет?

— Это можно, — Сибис подошел к Стасу. — Позвольте вашу руку.

— Ты что, Елисей? Да, кстати, у тебя как с ориентацией, все в порядке?

— Да, нормально, голова не кружится и не тошнит.

— Да нет, я не об этом. Тебе мальчики не нравятся?

— Мальчики?

— Ну как тебе сказать, когда ты видишь парня и девушку, кого ты хочешь больше поцеловать, его или ее?

Сибис в прямом смысле подзавис от такого вопроса. Для него ответ очевиден. Но причины, которые заставили Стаса спросить озадачили юного садовника вдвойне.

— Я. Мне нравятся девушки, но у меня уже есть невеста, если вас именно вопрос моей свободы интересует, и я планирую лет через десять на ней жениться.

— Через сколько?!

Сибис смутился «И почему что Нину, что этого Стаса так удивляют долгие ухаживания?».

— Ну, окей. Держи руку, смотри, — вдруг добавил Стас, и Сибис постарался по-быстрому переключиться и оценить-таки татуировки на руке принца. Юный эльф увидел то, что хотел.

— Ваши супружеские руны говорят о том, что Нина все еще жива, — и довольный Сибис на этот раз уверенно посмотрел на Стаса.

— Отлично, Елисей. Только я и так понимаю, что Нина жива. Не допускаю мысли, что кто-нибудь посмел ее убить, но как сейчас ее состояние? Ты способен оценить? Может, заболела она, я не знаю или в беду попала.

— Нет, этого я определить не могу. Когда доберемся до лярв, то можно будет найти одного их представителя. Он странник, и он может подсказать.

— Странник? Лярва? А кто это?

— Как объяснить. Это сущности паразиты. Их по законам принято убивать, оттого и прячутся на болотах. Там их не трогают.

— А простолюдинам законы не писаны? — усмехнулся Стас, — вы знаете где прячутся преступники и как партизаны помалкиваете.

Этот факт опустил еще одну монетку в копилочку сомнений Станислава. Он привык всегда полагаться на собственное мнение и делать выводы не по тому, что говорят, а по фактическим поступкам. А факты пока таковы, что народ не совсем оказывается послушен своим господам. Взять хотя бы, что опальные преступники благополучно пользуются расположением низших слоев общества. Попахивает революционными настроениями.

— Но нам не повезло оказаться в самой дальней провинции, и мы только через болота сможем попасть в Королевство Лунного света, — закончил Сибис.

— Тогда в путь, Елисей, — вздохнул Стас, но как-то уже мягче.

Стас не был особо разговорчивым и периодически задавал вопросы относительно их маршрута, и вот, наконец, им попались первые гномы. Они были невысокого роста, примерно чуть выше пояса эльфа. При виде путников они старались отбежать подальше. Видеть представителей Звездной феерии им не приходилось, и местные побаивались их. Нападать или попытаться заговорить никто не рисковал.

— Честно говоря, я по-другому себе гномов представлял. В целом на лилипутов похожих. Безобидный народ.

— Они живут в резервации. Население не большое, и они не способны себя защитить, а посему их территорию обложили налогами, и они едва сводят концы с концами.

— Какая несправедливость. А кто проявил такую жестокость? Королева Лунного света?

— Нет. Тролли, вот кто влияет на судьбы этого народа, и им не дают расслабиться, постоянно повышая налоги. За неповиновение их казнят прямо на площади, рядом с центральной башней. Скоро мы до нее доберемся.

— Маленькая территория и некому защитить, а почему королева Лунного света закрывает на это глаза?

— Вероятно она просто не знает. Подхалимы в ее окружении стараются отчитаться о бесконечных успехах в королевствах. А выездные ревизии она не совершала уже очень давно. — Пожал плечами Сибис.

Оказавшись на главной площади этих земель, Стас заметил, как женщину гнома привязывают к столбу огромный страшный воин. Его лицо искажала предвкушающая улыбка, а в руках его был кнут. Он взял его в руки, и Стас на секунду растерялся. А тролль с силой ударил несчастную, и кровь тут же проступила. Образовалась глубокая рана на ее обнаженном плече. Принц скривился, словно от зубной боли, а потом уверенно пошел к нему.

Эльф вынул меч, и когда тролль замахнулся, Стас рассек кнут на несколько частей, а потом приставил меч к горлу тролля.

— Эй, кто ты такой?

— Беги отсюда, большая мартышка, а иначе я займусь твоей дрессировкой и поверь мне, дрессировщик из меня так себе.

Тролль вскочил и, вынув свой меч, бросился в атаку. Стас понял, что ему предстоит сражаться. Видел он, как это делается, только, когда Нина заставила его смотреть вместе с ней все части фильмов «Гардемарины» и «Пираты Карибского моря», и это были в принципе все его познания. Сибис подбежал к женщине гному и принялся освобождать ее от веревок, которые сильно стягивали ее руки и ноги.

Стас отражал удары тролля и сам не нападал, но вскоре ему пришлось проявить смелость и взять инициативу в свои руки. Не совсем ловко не всегда правильно, но у Стаса была колоссальная сила удара, и он как-то так извернулся, что тролль как-то сам насадился на острие оружия Стафарса, который даже меч бросил от неожиданности.

— Вот же черт, какой запах отвратительный.

Из-за угла появились еще тролли, и Стас, наплевав на запах, вытащил свой меч из раны тролля, который был уже мертв. В его направлении бежало еще четверо воинов, и Стасу шустро пришлось отражать удары. Почти даже научился это делать, и когда понял, что сейчас погибнет смертью храбрых, ему пришли на помощь.

Мужчина, точно мужчина. Но его лицо было в чем-то зеленом. Странные коросты, болячки, и одежда напоминала очень старый поношенный джинсовый костюм с модными дырами на коленях и локтях.

У него было два клинка, и он помог Стасу отражал удары. Только работал очень ловко и даже Сибису крикнул.

— Послушай, мелкий. Помогай, давай, хватит старушку утешать, ей свои помогут.

В следующий момент прибежали еще тролли. Стас постепенно разобрался, как нужно убивать быстро, на запах и вовсе перестал внимание обращать. В итоге Сибис тоже стал сражаться, и когда оставалось не больше четырех троллей, юный эльф вскрикнул. Его плечо глубоко рассек меч тролля, а в следующий момент Сибис пронзил его сердце.

— Ну что, неплохо для первого раза, — усмехнулся странный воин.

Кровь струилась из раны юного эльфа, а воин подошел к парню и, едва улыбнувшись, мазнул своей рукой прямо по его ранению. Теперь рука была грязной, но раны не было.

— Так себе из меня целитель, но иногда я могу, когда магию подкоплю. Сибис, а ты лентяй. Такой эльф многообещающий и в садовниках сидишь. Не хорошо.

— А ты крутой, бродяга — заключил Стас.

— Ну да, я такой. Только я не бродяга, Стас. Вот какого черта ты здесь делаешь, а? Я зачем вообще ваши чертовы задницы в Королевствах Дня прятал? Рано вы сюда притащились. Очень рано.

— А ты можешь меня и Нину вернуть обратно домой?

— Я? Я-то могу, только не я вас сюда притянул и понимаете, вы немного теперь не вписываетесь в концепцию того мира из которого вас перетащило. Но тебя-то, положим, я сразу увидел, но Нина. Как среди миллиардов жителей планеты ты нашел ее, а еще и притащил в этот мир? Стас, вот ты не везучий по жизни человек, то есть эльф. И тебе даже с женой не повезло.

— Почему с женой не повезло-то? Хорошая девушка, красивая. Я люблю ее очень.

— А характер не смущает?

— Она милая.

— Она милая? Нина милая. Ну-ну. А знаешь. Пусть будет, что будет.

— А где она, ты знаешь?

— Я-то знаю, только тебе туда вход заказан. Надо сначала одного очень самоуверенного оборотня найти и его даму сердца.

— Какого оборотня? И какую даму сердца?

— Оборотня, положим, ты можешь не знать, а вот даму сердца ты знаешь хорошо. Даша. Девушку зовут Дарья Любимова. Очень талантливая художница.

— Дашка? Даша тоже здесь? Да быть не может. Ты скажи мне, как тебя?

— Лявр.

— Лявр, моя Нина она в порядке?

Существо с шумом выдохнуло и, оторвав кусок от форменного камзола убитого тролля, тщательно принялся вытирать клинки от крови.

— Нина? Ну как тебе сказать. Наверное, по понятиям этого мира, да, она в порядке. Правда, кое-что ей все-таки пришлось пережить, но в порядке. Жива и относительно здорова.

— Почему относительно, скажи? — Стас чуть не схватил Лавра за грудки и не встряхнул хорошенько.

— Полегче, принц, рубашку свою запачкаешь. Я же сказал, оставь Нину пока в покое. Все равно там, где она сейчас находится, мы быть не можем. Пока не можем. А вот до Даши проводить могу, и разговор у меня к Рольфу имеется серьезный, так что провожу вас до него.

— Вы странник? Фил? — осторожно спросил Сибис.

Лявр сморщился после того, как его назвали подобным образом.

— Сибис, вот Стас тебя не убил и зря. У меня желание придушить тебя тоже появилось. Мой юный друг по-эльфийски тебя прошу, не называй меня Фил, но к слову, да, это я Лявр, и да, я странник. А у тебя есть ко мне какая-то личная просьба, верно?

— На самом деле есть, но я понимаю, что это будет излишне самонадеянно с моей стороны.

— Ну да, это так, но твоя молчаливость раздражает. Я готов тебя выслушать.

— Будем ли мы вместе с Селиной?

— С Селиной? А знаешь, что я тебе скажу, приятель, — Лявр подошел к нему ближе. — Не важно, кто девушка эльфийка, ведьма или фея. Запомни, девушки любят сильных, смелых и решительных парней. Это в основном. Да есть девушки, которые путают любовь и жалость, и тогда готовы выйти замуж за неуверенного в себе мужчину и решать все проблемы и его, и свои до самой своей смерти. И хорошо, если он, хотя бы ей помогать пытается, но бывает и еще хуже. О чем это я? Ах да, я к тому, что будешь садовником, и никогда она не станет твоей. Станешь воином, и через год сделаешь ее своей, и она не сбежит. Никуда не денется от тебя. Смени садовые ножницы на меч, лук и стрелы и будет тебе счастье.

— А ты кто такой? Ну, если из сказочных персонажей? Леший, тролль или домовой? — вдруг спросил Стас, с интересом рассматривая странника.

После этого Лявр рассмеялся так, что хохот эхом пронесся по просторам земель гномов, а сами гномы спрятались по домам. Троллей убили эльфы, и тот, кого они считали кем-то вроде легенды, был сейчас так близко. Лявра встретить многим не доводилось, но приближаться к нему тоже не рисковали. Он как призрак, существо, от которого веяло опасностью.

— Стас, ты сделал мой день. Давно так не смеялся. Нет, сказки оставим в покое. Ну, чтобы не сильно вдаваться в подробности, я обитатель этого мира. Ну а если уж совсем не вдаваясь ни во что, то просто странник.

Сибис слегка усмехнулся, теперь не его считают наивным. Даже как-то легче стало. Да и понял юный эльф для себя, что убивать его не собираются.

— Обитатель болот, это как сын кикиморы?

— Вот, ну прям угадал. И сын кикиморы тоже. А теперь топаем на поиски Рольфа.

— Так Дашу же ищем?

— Найдем Рольфа, найдем и Дашу. И хватит долгих разговоров. Ты Стас про этот мир не знаешь ничего, а я знаю все. Мелкий, и то больше знает, но решил провести для тебя месячную экскурсию наслаждаясь просторами земель Королевств Ночи. Но это до первого отряда орков или троллей, да и армия Филиппа те еще шакалы. Но у них своя цель. За Лукрецием гоняются.

— Кто такой Лукреций?

— Это хороший вопрос, и на этот вопрос ответ знаю, но не скажу. Всему свое время, друг мой ушастый. Да ты в образе эльфа, довольно неплохо выглядишь, а так чуть краше меня был.

— Очень смешно, только теперь во мне все слишком. Аппетит, сила, сон, злость.

— Ну, ты же эльф еще и королевских кровей.

Лявр и Стас неплохо понимали друг друга, а Сибис, тот вообще старался лишний раз не отсвечивать. В нем и нужды-то особой не было, но Лявр решил, что он должен жизни нюхнуть, чтобы стать эльфом. Настоящим воином, который принимает решения самостоятельно и уверенно шагает по жизни.

***

Лярв помог пройти болота, да так, что через сутки они оказались на границе Королевства Лунного света.

Питаться приходилось тем, что найдут в лесу, ведь запасов сухого пайка, выданного Альерианом, хватило ненадолго.

На окраине Королевства была небольшая деревенька, в которой находилась самая древняя пещера, в которой практиковал старец темный маг. Он многое знал и многое умел. Жил он в заброшенном замке своего некогда хозяина. Многие жители Королевства побаиваются приближаться и к нему, и к замку, и к той зловещей пещере. Лявр же уверенно шагнул в сторону каменистой дорожки, которая вела к веревочному мостику.

— Жуткое место, не хватает черных воронов над замком для того, чтобы вселять ужас, ну или летучие мыши подойдут, — проговорил Стас настороженно.

— Летучие мыши это хорошо, это вкусно, — вдохновенно отозвался Лявр. — Так, разговоры в сторону. Нужно кое-что обсудить с моим другом. Я о старце, только вот меня терзают смутные сомнения. Странно все как то. — Лявр нахмурился.

Все трое прошли к замку, и Стас хотел постучать в дверь огромных размеров из тяжелого дерева, скрепленного массивными оловянными скобами.

— Очень странно, — странник прошел в просторный коридор и когда толкнул еще одну дверь, то оказался в библиотеке, огромных размеров, и Хватайка тут же приземлился к нему на плечо. — О, привет, лентяй. Что тут происходит?

— Лярва?! — услышали все трое голос оборотня.

— Рольф?! — тут же отозвался странник.

Глава 19. Сказочное свинство.

Рольф успел отбежать достаточно далеко, прежде чем преобразился. Чувства переполняли его сердце. Он конечно же много раз видел счастье и понимание со стороны, но сам никогда не испытывал сильного душевного притяжения к кому-либо сильнее, чем он испытывал чувства к своей королеве. Набегавшись вволю, и изрядно устав он вернул себе человеческий облик. И только теперь он заметил, что вокруг глубокая ночь.

— Даша?! — поздно спохватился он и крикнул в пустоту.

Он схватился с силой за волосы и несколько раз крутанулся вокруг. Он так далеко убежал от места, где осталась она одна.

А Даша в сопровождении верного Лаки все шла и шла вперед. Она держалась редколесья, и стоило ветвям начинать сгущаться, тут же поворачивала и шла туда, где больше света. Она все время думала о Рольфе и переживала за него. Его долю ягод и орехов девушка съела ближе к вечеру, а к ночи вышла на окраину маленькой деревеньки.

Она помнила, что ночи в этих местах невероятно холодные и уже ощущала прохладу. Обхватив себя руками и пытаясь согреть плечи, Даша пошла вдоль заросшей бурьяном улицы.

— Все дороги, — говорила она Лаки, — этой деревеньки непременно приведут нас к ее центру. А там должна же быть какая никакая гостиница.

Вскоре действительно и центр нашелся, и гостиница. Только, ни ее внешний вид, ни запах, витающий в округе, Даше совершенно не понравился. Даже Лаки заскулил, как-то сгорбился, и хвостик опустил к самой земле.

— Ну, — подбадривала Даша любимца, — не дрейфь, прорвемся. Возьмем номер на втором этаже. Может там так вонять помоями не будет.

Девушка вошла в общий зал и чуть не закашлялась. Густой сизый табачный дым, казалось, тут был гуще киселя. Она аккуратно пробралась между заросшими жирной грязью деревянными столами и подошла к барной стойке. Так для себя она определила место хозяина заведения. Тощий плешивый мужчина грязным фартуком протирал деревянные кружки.

— Добрый вечер, — начала Даша разговор. — Я хочу снять комнату на ночь.

Хозяин заведения, уставился на девушку воспаленными глазами. Даша нерешительно переминалась с ноги на ногу. Она ловила на себе любопытные взгляды посетителей. И ей теперь казалось, что ее юбка слишком короткая, а кофточка непростительно обтягивающая. Она тяжело вздохнула и повернулась снова к хозяину.

— Сколько стоит комната? Но я с собакой. Ее оставлять никак на улице нельзя. Она комнатная.

Вокруг стали раздаваться смешки и грубые шуточки. Хозяин поставил на стойку кружку. Она была ничуть не чище, даже после тщательного протирания ее фартуком. На руках у него были цыпки, словно, он их не мыл как минимум неделю. Даше тут же перехотелось даже спрашивать насчет ужина.

— Для тебя, принцесса, один су на одну ночь. Все комнаты заняты, расположу в хлеву. Там коровы, не замерзнешь.

— Коровы? — Даше показалось, что она не четко расслышала, что он сказал. — Какие еще коровы? Где?

— В хлеву, — невозмутимо повторил плешивый, — и спать будешь на попоне, что тебе дадут. Тронешь хоть пучок душистого сена, лишишься руки, воровка.

— Да как вы смеете!? — Даша даже голову вздернула. — Кто мог занять все комнаты в богом забытом захолустье?! Мне не нужен хлев!

— Тогда два су. Спать будешь в моей комнате, — мужчина осмотрел ее худенькую фигурку и неодобрительно скривился. — Страшненькая, конечно, придется затушить свечи.

— Да, что вы себе позволяете?! — вскрикнула Даша. — За два су и еще это?!

Она стянула с плеча рюкзак и достала бумажник, вытрусила все его содержимое на столешницу.

— Вот. У меня пятнадцать тысяч триста сорок восемь рублей! Это очень приличная сумма для такого грязного номера. Но чтобы он был только для меня и моей собаки и все! Никакого хлева, никакой попоны и тем более никаких соседей мне не надо. Берите все и покажите мне мой номер.

Мужчина наклонился и тронул пальцем бумажные купюры. Затем пальцем отодвинул в сторонку монеты, достал из ящика прибор напоминающий монокль. Взял одну десятирублевую монетку и пристально рассмотрел ее через прибор. Затем взял монету достоинством в пять рублей и прикусил ее зубами. Долго что-то прикидывал и, наконец, ответил.

— Ладно.

Он взял, сгреб в кулак все бумажные деньги и рывком забросил их в пылающее пламя камина.

Даша как увидела, что он сделал, так и лишилась дара речи. Она открыла рот и вытянула руки в сторону улетевших только что в огонь ее пятнадцати тысяч.

— А-а-а, э-э-э…

— Этого, конечно, маловато, — прикидывал хозяин заведения, — металла потянет примерно на полтора су. Но если тебе, принцесса, так нужен ночлег, ты его получишь. За разницу я заберу всего — лишь твою собаку.

Остолбеневшую девушку тут же кто-то стал толкать в сторону лестницы. Она от шока растеряла способность соображать. В голове от горького запаха дыма уже завелся свой туман. Он упиралась и не давала себя силой затолкать на ступени. С улицы раздался жалобный собачий вой.

— Собачье жаркое будет готово через часик, полтора, — выкрикнул в зал хозяин заведения.

Тут же зал ожил гомоном предвкушения долгожданного угощения. Даша, наконец, уперлась ногами в третью ступеньку и намертво схватилась руками за липкие поручни.

— Лаки!!! — выдохнула она и рванулась, что было силы. Руки, толкающие ее, ослабли, а девушка развернулась и стукнула того, кто стоял сзади своим рюкзаком по голове. Выбежала на улицу, а там дородная женщина тянула ее любимца, схваченного петлей за шею. Собака хрипела, задыхаясь, так как сил скулить уже не оставалось. Даша подбежала, выхватила палку с петлей у женщины и толкнула ту как можно сильнее.

— Ты чего, совсем!? — возмутилась дама, — распоясались тут всякие. А ну отдай пса. За него уже все уплачено!

Но Даша и не думала сдаваться. Она угрожающе зарычала и клацнула зубами в сторону женщины. Так Рольф делал, когда злился на Лаки. Тогда ее это забавляло, но теперь подействовало. Женщина округлила глаза и испуганно схватилась за грудь.

— Моя собака, — грубо пробасила Дарья и освободила шею Лаки от проволочной петли.

Пес рыкнул и весь встряхнулся. Затем бросился на пленившую его женщину и чуть не укусил. Та взвизгнула и пустилась наутек.

Даша схватила его за шею и бегло осмотрела на предмет, нет ли серьезных повреждений.

— Нам тоже лучше храбро убежать, мой милый друг, пока сюда не выскочили верзилы посерьезнее этой грубой бабки.

Даша устремилась прочь от этого заведения и остановились только за околицей. Она согнулась пополам и никак не могла отдышаться. Лаки так вообще завалился на траву и вытянулся во весь рост. Они оба были рады, что избежали серьезных проблем.

— Фух, — начала приходить в себя Даша, — зато как согрелась, а?

Девушка выпрямилась и засмеялась. Она поправила волосы и растерла лицо руками. Вокруг стояла непроглядная темень, и только сверчки нарушали тишину ночи. Она осмотрелась вокруг.

— Вон там, немного темнее, как кучка. Кажется это стог сена. Пойдем, посмотрим?

Действительно на скошенном поле были уже собраны аккуратные стожки. Даша забралась с самую середину и выдохнула с облегчением. Лаки теплым комочком прижался рядом.

— Страшно даже представить, — прошептала она в макушку пса, — чуть не потеряла тебя. Больше никаких деревень и грязных постоялых дворов с их грязными хозяевами. Вот самое место для принцессы — стог сена в поле.

Лаки ткнулся прохладным носом в щеку Даши, и у них одновременно заурчало в пустых желудках. Девушка погладила свой голодный животик и засмеялась.

— Да уж. В бытность простой рядовой девушки-художницы, я и ела сытнее и спала удобней. А как стала принцессой, так и голодная и грязная, и сплю в сене вообще в чистом поле. Даже не знаю уже, не зря я поменяла сытое простолюдинство на голодное принцессорство.

Лаки ласково заворчал и прижался плотнее, а Даша обняла его и закрыла глаза.

— Вот и я про то же, — зевнула она, — лучше хорошо жить обыкновенной девушкой, чем плохо принцессой. Все, надоело быть принцессой. Я разозлилась. И Рольф куда-то пропал. Эй, ты слышишь меня, красавиц мужчина? Я домой хочу. Так и знай.

Но ответом была тишина. Девушка вспомнила таверну и не нашла лучших слов, как из сказки «Золушка».

— Какое сказочное свинство, Лаки. Я буду жаловаться королю. Да, и на короля тоже, и на Рольфа, и на тетку невоспитанную, и этого грязного хозяина таверны…

Даша выдохнула, попыталась как-то успокоиться. Она понимала, что ей нужен сон, а завтра будет завтра.

Глава 20. Крылатая фея.

«Ох, Стасик-Стасик, и куда меня нелегкая занесла?»

Нина прошла через невероятно красивый мост и оказалась среди розовоствольных березок с лазурной листвой. Трава была тоже розовой.

— Гламурный какой-то лес, даже какой-то приторный. Вот Звездная феерия — это огромная сенсорная комната, где можно лечь под деревом и проваляться дня три, только изредка открывая глаза, чтобы посмотреть на все это мерцающее великолепие, а здесь. Здесь Пряничного домик не хватает.

«Что-то мне как-то не очень комфортно здесь, и спина чешется. Аллергия что ли. И запах цветов такой, ну не знаю, очень уж яркий».

Нина ощущала себя одинокой, хотя внешне этот мир не был ужасным. Никаких летучих мышей, волков и прочей гадости. Пушистые белки в изобилии на деревьях, а потом Нина увидела небольшой домик. Он был очень красивым. Переливался всеми цветами радуги, как ларец с драгоценными камнями, и девушка подошла ближе. Послышались голоса.

— Выведи его во двор и сделай это. Мне сказали, что этот мальчишка больше не нужен. В королевстве что-то произошло, и от ребенка надо избавиться, — от услышанного Нина была шокирована.

«Они что тут задумали?» а дальше Нина увидела, как из дома вышла женщина с крыльями, как у бабочки капустницы. Волосы были белоснежные. Она вывела мальчика, у которого были наручники на ручках, и на ножках были массивные цепи.

— Эй ты, белобрысая бабочка, а ну ребенка отпустила! — та посмотрела на Нину и удивленно приподняла бровь, а потом ее глаза заметно округлились.

— Нафира? Настоящая? Ваш же истребили давно?

— Кто? Ты еще и обзываешься, — а потом Нина неожиданно чихнула, и так чихнула, что не сразу поняла, что произошло. Прорвав одежду со спины, появились крылья расцветкой, как у ночного махаона, но гигантских размеров.

— Нафира? Живая? — фея, которая уверенно удерживала мальчика за руку, растерянно выпустила его ручку и отступила на шаг назад.

Нина нахмурилась, но не заметить то, что у нее теперь есть крылья, внушительных размеров не смогла.

— Эй, ты? Ты меня что, заколдовала? Ей, а ну расколдовывай, давай, немедленно!!! Ты белобрысая тварь, сейчас я тебе врежу, курица. — Отозвалась Нина, и фея стала меняться. Ее тело поглотил густой туман, и когда он рассеялся, перед Ниной стояла внушительных размеров курица.

— Курица. Настоящая, — деловито заключил Янык. Его ручки все еще сковывали цепи.

— Это что, что ли я ее в курицу превратила?

— Ты очень сильно этого пожелала. Нафиры так могут. Точнее только ты можешь. Говорят, что их давно истребили, а ты живая. Как тебе удалось выжить?

— Да не выживала я. А ты почему здесь находишься? Тебя ведь убить хотели?

— Я знаю. Я чернокнижник. Таких существ как я, только ленивые не пытаются убить. Не любят нас жители Королевства Лунного света.

— Говорю же не мир, а…

— Нафира, тише. Ваши слова они материальны. Что скажете, то и сбудется.

— Вот как? То есть, когда я сказала, что туман не смертельный. Он и стал не смертельным?

— Такие как Вы очень сильные феи, и если поймать такую, она может исполнять желания до бесконечности, а бесконтрольные желания приводят обладателя Нафиры к тому, что он не знает, чего хочет и убивает свою фею. А потом единогласно, на совете королевств, приняли приказ об истреблении всех Нафир.

— Такой маленький, а какой умный мальчик. Так я пока через мост не перешла, не умела так желания в жизнь воплощать, или умела.

— Наверное, способности проявились, когда Вы оказались на территории фей. Ваши способности пробудились, но с туманом, возможно, желание исполнилось частично.

— Мальчик, как тебя зовут?

— Янык

— Вот как? Буду тебя Яном называть. Так вот, мой маленький друг. Да кстати. Цепи исчезнете, — Нина наблюдала за тем, как легко исполнилось желание.

— Спасибо, Ночная Нафира.

— Зови меня Нина. Просто Нина. Вот же. Скажи Ян, а Нафира может быть замужем за эльфом? Представляю, как Стас удивится. Его жена ночной махаон мутант. Брр. Так надо разобраться, как крыльями управлять, — Нина закрыла глаза. — Руки, ноги, а это. Нина стала махать крыльями и тут же поднялась над землей метра на два. — Флай способности. Вот это я крутая. Еще и превращать умею что-то во что-то. Ян, надо выбираться отсюда.

— Я с вами пойду. Вы добрая?

— Идем. Ты же так беспомощен, мой мальчик.

— Нина, только не желайте от чистого сердца, а то сбудется.

— Так, я бабочка-мутант или золотая рыбка?

— Нафира. Вы точно не рыба. Чешуи нет, уверенно сообщил Янык, а потом из домика выбежала еще одна светлая фея.

— Нафира… — прошептала девушка, весьма побледнев и попятившись назад.

— А ну стой!!! Подойди-ка ко мне ближе. Не подчиниться девушка не смогла. Нафира действовала магией, и та подчинилась.

— Пожалуйста, не убивай…

— Не собираюсь. Скажи, как убрать крылья?

— Крылья, так это нужно чихнуть, и они пропадут.

— Да, вот же биология странного мира. А если я в полете чихну, то что, разобьюсь насмерть?

— Не чихнете. Не получится.

— Значит чихнуть. А как чихнуть, если не чихается?

— Цветок лесной мистирты. Он поможет.

— А у тебя есть мистирта?

— Нет, — девушка стала пятиться назад, и побежала. — А ну стоять, кобра ядовитая, — это Нина просто выругалась, случайно пожелала. Фея тут же обратилась в кобру и поползла.

Янык чувствовал, что эта Нафира для него не представляет опасности. Нафир действительно все боялись, но вот с чернокнижниками у них особая связь. И они даже иногда создавали пары. Фея без крыльев внешне похожа на чернокнижницу. Но, а с крыльями меняется и образ, и взгляд. Глаза становятся более светлыми и такой цвет, как ни странно, вселял ужас и страх у местных существ.

— Это Стас во всем виноват. Вот вернусь, когда в Звездную феерию, все уши его эльфийские оборву. Предатель.

— Стас — это Ваш муж? — поинтересовался мальчик.

— Он самый, — гневно кивнула Нина и уже представила, как будет обрывать уши Стасику.

— Неа, тетя Нина, не оторвете.

— Почему не оборву? Очень даже оборву.

— Нафира не может навредить мужу, если он у нее есть. Никогда не ударит или что-то еще. Такова природа.

— Мотылек-переросток недоделанный, — Нину будто осенило. — Ян, а ты ведь абсолютно прав, малыш. За всю жизнь я ни разу не ударила Стаса. Никогда не поднимала на него руку. Обидеться могла, да, а вот ударить нет. Это потому, что я махаон?

— Вы Нафира, а не Махаон.

— Махаон — Махаон. Ну что давай выбираться отсюда. Лично я хочу вернуться в Звездную феерию и разобраться со Стасом. Пусть даже без рук и крыла прикладства. Ян, а ты голодный?

— Немного.

— Сейчас, — Нина театрально вздохнула. — Хочу пиццу и чай. — Ничего не вышло.

— Не поняла. Почему не работает?

— Нафиры не волшебники, они только в порыве эмоций могут что-то создавать. А пища должна быть местной. Если Вы попытались создать что-то из своего мира, не получится.

— А откуда ты, малыш, знаешь, что я из другого мира?

— Вы родились не здесь. У тех, кто здесь родился, метка на руке проявляется при рождении в виде полумесяца. Ее видно только когда совсем темно, но я вижу такое и днем, а у Вас, тетя Нина, ее нет.

— Какой умный малыш. Давай ручку, пойдем, прогуляемся через мост. -

Мальчик после этих слов побледнел.

— Тетя Нина, это больно. Можно моя ручка у меня останется?

— Что? Ох уж этот мне мир. Все ни как у людей, даже я ночной мотылек.

Нина еще раз измерила взглядом малыша, а потом добавила. — Ладно, топай за мной. Ночной мотылек пока подумает, как нам можно пообедать. Я тоже, честно говоря, проголодалась. В последний раз ела в замке ушастиков в компании Сибиса.

Мальчик едва улыбнулся, потом чихнул, и крылья Нины всколыхнулись.

— Полегче, малыш, а то унесет меня куда-нибудь от твоего чиха. И я, как назло, чихать не хочу.

«Хотя крылья мне не мешают почти». А потом Нина шла по лесу и напевала песенки про бабочек. Все, что придут на ум.

— Ты мой ночной мотылек, летаешь, летаешь, летаешь. Что ждал тебя, мой огонек, не знаешь, не знаешь, не знаешь.

— Тетя Нина, Вы так красиво поете, но я все еще голодный, давайте охотиться, — они уже пересекли мост и сейчас шли вдоль окраины болот, а Нина как-то не очень хотела через них идти, да и в лесах ориентировалась плохо.

— Ой, извини, забыла. Так, погоди, дай подумать. Я ж тоже голодная. Теперь сработает. Хочу жареную курицу в бумажном пакете. Вкусную. И на руки Нине откуда-то из воздуха упала жареная курица, горячая. Нина ее поймала и тут же положила на лист папоротника, который лежал на земле.

— Хорошая магия, но что-то у вас тут не доработано, а где пакет? Я ведь курицу в пакете просила.

— Тетя Нина, а что такое пакет? — тут же спросил Янык.

— Так, Ян, а в чем у вас продукты носят?

— В корзинках плетеных.

— А, теперь понятно. Сейчас. Хочу корзинку плетеную, — Нина поняла, как надо правильно желать, и корзинка упала Нине на голову, как шляпка.

Янык рассмеялся. Нина сняла ее, и переложила в нее курицу, от которой исходил восхитительный запах.

— Так, пойдем к берегу, там такой пляж живописный. Посидим, поедим, обговорим дальнейший план действий.

— Хорошо, тетя Нина, давайте. А попить можно из озера.

— Ян, животик заболит, из озера пить.

— Почему?

— Там же микробы?

— Кто?

— Микробы, говорю. Так, давай по-другому поступим. Бутылки, фляжки кружки у вас ведь есть?

— Все это есть.

— Вот, а что вы обычно пьете.

— Мы с папой воду пьем.

— А вообще, что любишь?

— Ну, компот из рамиты.

— Это что, ягода такая?

— Да, нет. Рамита это дерево такое, и это фрукты, которые на нем растут.

— Отлично, хочу большую фляжку компота из рамиты, — и рядом появилась фляга. Такая нормальная добротная деревенская фляга, с которой парни за водой ходят и полная компота.

— Вау! Сколько компота. Тетя Нина, я столько не выпью.

— Ну, дружок, большая фляжка в моем понимании выглядит, как двухлитровая бутылка по размеру. Эту мы точно с собой не возьмем.

— Еще бы лепешек бабушки Стинеи.

— Окей, хочу лепешки бабушки Стинеи. Три, — тут же уточнила Нина, так на всякий случай, а то вдруг дождь устроит из лепешек, не обозначив количество. Упало три лепешки размером с пиццу. Нина успела их подхватить.

— Спасибо!!! Вот это объеденье, — воскликнул мальчик.

— Ну ладно, хоть с обедом разобрались, — а взглянув на огромную флягу с компотом, добавила, — почти. — Девушка вдруг неожиданно чихнула. Крылья исчезли, и Нина стала собой.

— Крылышки пропали, а я думал, мы через болото перелетим.

— А мы можем?

— Да, если крылья вернуть. Нафиры могут переносить на себе одного взрослого, и даже мужчину.

— Нет, девочкам тяжести в виде взрослого мужчины поднимать нельзя, да еще и лететь с ним. Пусть пешком ходит. Я флай-леди, легкая на подъем. Эх, видела бы меня моя мама.

— Ваша мама, судя по всему, тоже Нафира, раз и вы Нафира.

— Мою маму зовут Кира.

— Королева Киранта?

— Не королева. Она экономистом в администрации работает. Нормальная умная женщина.

— А папа есть?

— Есть отчим, а родной папа мой вроде как погиб.

— Ваш отец точно погиб. Правителя Высокогорья сожгли. Говорят, его перед этим долго пытали, а потом сожгли.

— Кто пытал моего папу?

— Не знаю. Но пытали. Я маленький, поэтому что-то слышал, а что-то нет.

— Папу звали Савелий.

— Да короля Высокогорья так и звали, Савелий.

— Но я Нина Дмитриевна Миронова. Меня отчим удочерил. Мама так сказала, а про настоящего отца я подслушала, когда мама с отчимом ругались.

— Здорово, так Вы же принцесса получаетесь.

— Ага, вот теперь я этому выскочке нос утру. А то тоже мне, вести себя не умею. Опасно меня к императору брать, — Нина жадно откусила кусочек курицы от крылышка, предварительно его отделив.

Кружки создать получилось, и вот хорошенько подкрепившись, Нина и Янык стали черпать компот кружками из здоровенной фляги и пить.

Идти уже никуда не хотелось, а Нина и вовсе захотела немного вздремнуть.

Озеро было чистым, прозрачным. Вокруг был белый песок, и кое-где проглядывали черные гладкие плоские камешки. Легкий шум деревьев, небо розово-лиловое, словно сейчас вечер. Но это нормально, для королевств Ночи. Воздух был чистым-чистым. Нина полной грудью вздохнула, ощущая божественный аромат цветов, который на побережье был ни такой приторный. Она потянулась, зевнула, а потом неожиданно услышала шаги.

— Руки прочь от моего сына, — раздался голос мужчины, и Нина почувствовала лезвие металла на затылке, ближе к шее. Тут же вскочила и мальчика придвинула за спину.

— Янык, стой тихо, сейчас я его в зайца превращу, — тут же отозвалась Нина, успокаивая малыша.

— Не надо в зайца, это папа. — Янык выбежал из-за спины Нины и подбежал к отцу. Они обнялись. Лукреций даже меч выронил, так он переживал за ребенка, а потом уставился на незнакомку.

— Нафира? — удивленно спросил чернокнижник, переводя взгляд с сына на девушку, потом на курицу. Он заметил здоровую флягу с компотом и остатки от лепешек.

— Ой, это кто? — Нитара была удивлена, увидев девушку, а потом заметила сходства между Лукрецием и незнакомкой.

— Так, — Нина тоже с любопытством начала рассматривать, непрошенных гостей, — ты-то вижу, что отец, а вот девушка точно не мама.

— А ты что, ты Иветти? — растерянно проговорила Нитара, заметив, что ребенок на нее похож, но Лукреций сказал, что она Нафира.

— Нитара нет, Иветти умерла, — тут же заключил Лукреций и понял, что для сына это настоящее горе. Но слово не воробей, и что сказано, то сказано. Ян погрустнел. Он чувствовал, что связь с мамой слабая, но хотел верить, что она еще живая.

Лукреций подошел ближе к Нине. Он был чуть выше нее и сейчас немного был сбит с толку. Ее лицо. Черты лица были похожи на его черты, и так же она была похожа на Яныка. Но он не понимал почему.

— У нас родственная связь, Нафира? Почему, ведь ты иномирянка?

— Это ты меня спрашиваешь? А я откуда знаю? Родственник выискался. Я за сегодня, — Нина стала загибать пальцы, перечисляя. — Испытала предательство мужа, совершила побег, спасла маленького мальчика, а перед этим узнала, что вообще-то бабочка. И после всего этого какой-то наглый воин будет заявлять, что я на него похожа, и у нас родственная связь? Я не знаю, почему ты мой родственник. Честно, не знаю. Но это ведь не повод, между прочим, мне клинок к затылку подставлять. Я вообще-то девушка с весьма необычными способностями, между прочим.

— А зачем вам столько компота? — нахмурился, а потом усмехнулся Лукреций.

— Как зачем, вас ждали? Пить хотите? Пейте, сколько хотите. Можете еще пару сотен друзей напоить, мне не жалко.

— Как твое имя, Нафира?

— А твое, воин? Ты, вероятно, чернокнижник?

— Я первый спросил, — парировал Лукреций. Эта девушка его забавляла. Не так, как Нитара, но он чувствовал родственную связь, и то, как она хмурилась или возмущалось, напоминало ему его собственное поведение. Они действительно были похожи.

— Девушка моего родственника, он всегда такой дерзкий?

— Бывает и хуже, — отозвалась Нитара. Она сейчас успокаивала Яныка, который тихо плакал, ведь он только сейчас узнал о смерти своей мамы.

— Ну, хорошо, я Лукреций, сын Савелия и чернокнижницы Динасы.

— Так, а Савелий — это такое распространенное имя в этом мире?

— Он король Высокогорья, там же где твоя родина. Нафиры проживали на небольшом участке земель Высокогорья. Они не считаются феями. Это отдельный вид существ.

— А мой отец оказывается ходок, — Нина прикоснулась ладошками к вискам и зажмурилась, а потом потрясла головой. — Теперь понятно, чего это ты на меня такой похожий, родственник. Янык, а ты меня правильно тетей меня называл. Как в воду глядел.

— Почему в воду глядел? — всхлипывая, отозвался малыш.

— Скажи мне братец, а почему твой сын не с тобой, и его пытались убить две феи?

— Его похитили. Я искал сына и вот, кажется, нашел. Его пытались убить?

— Вот именно, пытались убить, но я подкорректировала их внешность. Теперь одна горит желанием убить другую, и, наверное, убьет. — Нина посмотрела на мальчика. — Янык, как ты думаешь, курицы быстро бегаю, или кобры быстрее ползают?

— Курицу, которую Вы создали, съела кобра, а в кобру попала стрела Лесной феи. Ее убила лучница охотница.

— А ты что, видишь будущее, ну или прошлое?

— Нет, я чувствую энергетику существ в радиусе километра, — признался мальчик.

— Племяш, какой ты умный. Теоретически мы даже их не убивали. Они сами напросились. Заморили голодом племяшку, надели наручники, цепи и собирались убить. Мне кажется, они это заслужили.

— А ты не спросила, на кого они работают? — уточнил Лукреций.

— Послушай, ну извини, как-то не догадалась спросить, кто у них работодатель. А надо было?

— Было бы не плохо. Опасность остается, и мне кажется, во дворце Мирамистины есть предатели.

— Так ну что делать то теперь будем? Янык нашелся, надо домой возвращаться, — заключила Нитара.

— Филипп идет по следу. Нас схватят. Можно пока у троллей на время спрятаться.

— У троллей? — уточнила Нина и чихнула.

— Крылышки, — отозвался Ян.

Лукреций подошел ближе и попытался коснуться крыла.

— Так осторожно, пыльцу смахнешь, — и Нина отступила, а Лукреций по рисунку на крыльях, наконец-то понял, что к чему.

— Не бойся, не смахну, — усмехнулся Чернокнижник. — Ты дочь Киранты, королевы Высокогорья, а я бастард. Тоже сын Савелия, но он ничего не знает о моем существовании. Теперь он мертв, как и мама. Вероятно, это была случайная связь. Мать плакала, когда о нем рассказывала.

— Ну, извини, я от сына твоего узнала, кто я, — Нина задумалась, а потом добавила. — Вот Стасик обрадуется.

— Кто?

— У меня есть муж, и он эльф. Какой-то там родственник Аль… подожди, сейчас вспомню. Да этот Альериан. Граф Звездной феерии.

— Ты замужем за эльфом? Но как такое возможно, ты ведь дочь Савелия? Браки между Нафирами и эльфами не допустимы.

— Вот Альериан тоже так удивлялся этому, ну да темная и с карими глазами, ну и что. У нас любовь.

— А кольцо, то, что было у меня, скорее всего, у этого самого Альериана, и за мной Филипп из-за этого перстня погоню устроил.

— Да-да, нужно это кольцо найти и отобрать, — добавила Нитара.

— Интересно, как вы у Стаса колечка отбирать собираетесь? Если что, я Стаса давно знаю, а вас в первый раз вижу. Ян животных любит, обращу вас в кошек, пусть играет. Это если Стаса попытаетесь обидеть.

— Нафира защищает эльфа? А, между прочим, эльфы отца нашего сожгли. Что скажешь?

— Папу эльфы сожгли? Они же не способны на такое. Светлые такие.

— Только и достоинств, что светлые, а в остальном надменные и очень хладнокровные. Они много лет устраивают нападения на земли Мирамистины.

— Ты это про тот туман, который я обезвредила?

— Как? зачем?

— Случайно вышло.

— А как твое имя? Ты так и не сказала.

— Нина…

— Просто Нина? — Лукреций понимал, что Нину одну оставлять нельзя. Родственница. Сестра и она одна такая на весь мир. Очень хрупкая. Крылатая. А вот что она замужем за эльфом это проблема. Те точно не примут чернокнижников, да и ее могут сжечь на костре, когда узнают, кто она, и чья она дочь. Решил сестренку не отдавать эльфам. Знал, что захотят ее заполучить, но намерения были не понятны. Он не хотел смерти Нины. Она ему понравилась. Такая активная, родная кровь, хоть и странная, а еще встреча Нафиры для чернокнижника к удаче. Но не для эльфа, не для светлого мага…

Глава 21. Когда два сердца в унисон.

Рольф бежал со всех ног. Обоняние постепенно возвращалось и поэтому ему стало немного легче. Сейчас полнолуние ему помогло, и сущность оборотня влияла на Рольфа. Он уже чувствовал свою Дашу, поэтому боялся преображаться в зверя.

Вдруг она увидит его и испугается. Капитан резко затормозил так, что вся дорожная пыль поднялась столбом.

— Ягоды, — спохватился он.

Резкими движениями отыскал подходящий листок в виде чаши и побежал к ручью. Студеная вода обожгла кожу рук, и стало чуть легче. Только сердце никак не унималось. Рольф без конца ругал себя за то, что убежал. Он отыскал полянку с красными крапинками подальше от дороги и набрал полный лист сочной ягоды с горкой.

Медленно, чтобы ничего не рассыпалось оборотень безошибочно остановился у того самого стога сена. Помялся в нерешительности и сел, а завтрак для Даши положил рядом.

«Нашел. Прямо камень с души. Далеко забралась моя принцесса. Никогда ничего подобного не чувствовал. Кровь вскипает от одной только мысли о ней».

— Что же мне ей сказать? Вот я дурак, — тихо ругал себя оборотень. — Так нельзя. Нет. Это все неправильно. О, моя королева, ты послала меня на невыполнимое задание. Я подвел тебя.

Сердце оборотня разрывалось на части. Преданность у него в крови, но то, что он чувствовал к девушке, было настоящим наваждением и пыткой. Он не мог справиться с этими чувствами. Одна надежда была на то, что девушка не ответит ему взаимностью, но он хорошо помнил, как ее сердце пропускало удары, когда он смотрел на нее, и это не было простым волнением.

Лаки заворочался и разбудил девушку. Даша потянулась и застонала от удовольствия. Как ни странно, но тут было тепло, уютно и пахло приятно. Сквозь высушенные стебли пробивался рассвет.

— Даша, — услышала она знакомый голос и сразу же заулыбалась.

«Рольф…этот парень здесь. Боже мой. Так, спокойнее, Даша. Нельзя так реагировать. Он просто мужчина. Да, симпатичный и даже слишком, но ты словно школьница разволновалась. Да, Ниночка, ты была права. Когда встретишь своего человека, из-за которого крышу сносит, то не до здравого смысла».

— Рольф! Ты вернулся! — отозвалась Дарья.

Девушка стала разгребать сено. Рольф делал то же самое снаружи. Прохладный воздух обрушился на ее плечи, и стало зябко.

— Брр, — задрожала Даша всем телом, — а тут еще так свежо.

— А я завтрак тебе принес, — взволнованно начал тараторить Рольф совершенно не то, что хотел, — да вот же он. Да был только что, вот тут.

Он крутился и от волнения совершенно не видел ягод. Даша под руками увидела алое пятнышко. Осторожно убрала рассыпавшееся сено и нашла чашу из листика, небольшую, но глубокую и полную ярких ягодок. Она усмехнулась и взяла ягоды в руки.

— Да не может такого быть! — не унимался волк в поисках потерянного завтрака.

— Рольф, — позвала Даша.

— Не привиделось же мне, что я их собирал, — энергично чесал он себе затылок и крутил головой по сторонам.

— Рольф.

— Ну, это волшебство какое-то, право слова! Как будто чьи-то происки.

Волк решил обойти стог вокруг.

— Рольф! — не выдержала Дарья и крикнула, что было силы.

В мгновенье он уже лицом к лицу оказался перед нею. Даша иронично вздохнула. Сейчас она держала в руке ягодку, и ею она аккуратно ткнула ему и прямо в губы.

— Я нашла. Спасибо, — улыбнулась она, смело глядя ему в глаза.

Рольф взял губами ягоду и стал ее жевать, не сводя глаз с Даши.

— Прости, — тихо сказал он. — Ты еще не готова видеть меня в образе зверя. Я испугался. За тебя.

— А я испугалась за тебя.

Девушка поставила лист на траву и резко припала к губам Рольфа.

— Кошмар, — раздалось тут же в голове Рольфа, — лопните мои глаза, чтобы я не видел больше этого безобразия.

Лаки стал вылезать из своего укрытия в тот самый момент, когда Даша обхватила шею Рольфа руками и прижалась крепче, углубляя поцелуй.

— Дашенька, он же блохастый и клещей наверняка нахватался, пока бегал в то время, когда нас чуть не съели.

— Что?! — резко отпрянул Рольф, — какой ужас!

Даша округлила глаза и прижала пальчики к губам.

— Ужас? Тебе не понравилось? Вот я дура! Прости. Этого больше не повторится.

— Кажется, у волчонка обломался романтик.

Лаки так вильнул хвостом, что задел Рольфа по лицу. Оборотень даже зубами заскрипел. Ему нужна была выдержка самой высокой степени, чтобы не разорвать этого пса в клочья прямо сейчас.

Даше было стыдно и досадно. И оборотень, конечно, это почувствовал. В ней что-то резко изменилось внутри. Рольф четко осознал, что, если он прямо сейчас не исправит положение, ему и жить больше незачем. Капитан резко подскочил, тут же сел и решительно посмотрел ей в глаза, а потом он схватил Дашу за плечи и заставил ее поднять голову. Рольф крепко и решительно поцеловал ее, но ответа не получил. Даша замыкалась с каждой секундой. Он ощущал, как в нем самом холодеет кровь. Ее чувства остывают. Волк глубоко вздохнул и наконец признался:

— Это все он, — показал Рольф пальцем в сторону пса, — я слышу его мысли, и он только что сказал, что вчера вы попали в беду. Это я виноват. Если бы я не оставил вас.

И признание подействовало. В груди сразу стало теплеть. Рольф приложил руку и потер в области сердца. Он все сделал правильно.

— Ябеда, — пронеслось у него в мозгу, — а еще капитан, воин. Плешивый волчишка. Вот кто ты.

— Сам такой, блохастая Златовласка! — прокричал Рольф вслед убегающему Лаки.

Он ответил псу уже вслух, чтобы все слышала теперь и Даша.

— И как вы общаетесь? — Сглотнула пораженная девушка, — час от часу не легче. А что Лаки тебе говорит?

— В основном обзывается, а еще всякие гадости. Он ревнует тебя и не любит меня — полностью разоблачил пса Рольф.

Теперь настал черед Даше чесать затылок. Она хотела вылезти из сена, но ей стало снова холодно, и она снова стала углубляться в стог.

— Мне, наверное, стоит извиниться за своего пса, — подбирала слова она, — я искренне полагала, что Лаки интеллигентная и воспитанная собака.

— Он просто защищает тебя от меня.

— Зачем? Я взрослая девушка и сама за себя могу постоять.

— Он оберегает тебя. Я волк. И он знает, что волки пару выбирают лишь раз. Он чувствует. А это очень-очень неправильно. Ты принцесса….

— Иди сюда, — протянула Даша ладошку, — надоело слушать про то, что я принцесса.

Рольф не смог отказать. Его уже гипнотизировал ее взгляд и протянутая к нему рука. Капитан часто задышал, рыкнул и забрался в стог.

Лаки рысцой подбежал к сену. Внутри что-то происходило. Он уже намеревался залезть и начать активно мешать творившемуся непотребству. Но в этот момент наружу выпал Рольф. Его зубы были слегка увеличены, а зрачки округлились и поменяли цвет. Оборотень рыкнул, но не стал трогать собаку, просто подхватил лист-чашу с ягодами и исчез снова в сене.

— Любоф, — закатил Лаки глазки и развернулся обратно к ручью, — кто бы мог подумать, что она выберет волка. Яблочко от яблоньки недалеко упало, однако. Бунтарка. Вся в мать.

Весь день Даша шла по дороге и продумывала стратегию плана. Обжимания в стоге хоть и были волнительными и страстными, но этого недостаточно. Она для себя все уже решила. Это он! Тот самый. С которым лимпопо.

Рольф вел себя тоже странно. Он бегал вокруг нее, что-то рассказывая смешное. После мчался куда-то за поле и возвращался с букетом цветов. Уже в обед он принес полотняный узел. Там оказался свежий хлеб и теплое молоко во фляжке.

Лаки бежал рядом с девушкой и больше не пытался никак задеть оборотня. Даша выбор сделала. Это ее решение.

— Что ты хочешь на ужин? — спросил капитан, — Пирог? Может маковый рулет? Я достану. Тут в ближайших селах хозяйки сговорчивые и дорого не берут. Вареники с картошкой? Или штрудель?

— Вокруг так красиво. Я в детстве часто ходила с друзьями на природу. Я хочу шашлыка.

— Хорошо, — обрадовался Рольф, — а что это? Сейчас сезон малины, голубики, черники, красники, морошки. Кизил еще не закончился. Вспомнил! Еще есть инжир. Все девушки любят инжир.

Даша остановилась и тут же попала в его объятья. Рольфу постоянно хотелось быть рядом и трогать ее. Он не мог ничего с собой поделать. Волк рвался наружу и от этого его буквально лихорадило. И как результат он не мог даже секунду устоять на одном месте.

— Жареного мяса, — прервала поцелуй Даша и отстранилась от парня, — хочу.

— О-о-о…хо, — не поверил он ушам, — все правильные девушки Королевств Дня любят ягоды и фрукты.

— Здорово, — округлила глаза Даша и таинственно заулыбалась, — ну значит, тебе попалась самая неправильная из них. Я хочу мяса. Надеюсь, для тебя это не проблема? Если ты любишь инжир?

— О-о-о, — застонал Рольф от нового прилива счастья, — обожаю мясо!

— Я помню, — засмеялась она, припоминая, как он ел отбивные в бистро.

— Я мигом!

Даша стояла и смотрела ему в след. Он умчался настолько быстро, только пятки сверкали. Она выдохнула и погладила Лаки по макушке.

— Усэйн Болт отдыхает, — говорила с восхищением она, — даже пыли нет. Вот это скорость? Как он так может? Хочу видеть его волком.

Лаки посмотрел на нее и потрусил в ближайшую рощу. Даша пока ждала ужин, смастерила шалаш под раскидистым деревом, обустроила очаг и даже украсила их место ночлега цветами. Все, как девочки любят.

Пес то убегал, то возвращался. Он крутился под ногами и все вынюхивал, а еще везде залазил. И вот неожиданно стал тянуть Дашу за подол юбки. Девушка сразу же пошла за ним.

Через несколько минут ходьбы перед ее взором раскинулся прекрасный грот с низвергающимся водопадом. Чаша, которую выбило потоком воды, имела идеально круглую форму. Все вокруг было затянуто цветущими лианами и мягчайшим мхом. Даша подошла к воде и опустила руку в прозрачное озеро.

— Теплая, — восхитилась она, — настоящий Эдем. Лучше места даже не найти, — обняла она Лаки, — спасибо, мой хороший. Сюда я его и заманю.

Рольф примчался с каким-то зверьком в руке. Чтобы не шокировать тонкую психику девушки, он далеко отсюда разделал тушку и начинил ее съедобными кореньями. Даша сидела у огня и толстой палкой двигала угли.

— О привет, — подошла она к парню. — Ого, какая красота!

— Мы можем зажарить его на вертеле.

— Боюсь, вертела у нас нет, Рольф.

— Можно использовать ветку вот этого дерева. Оно практически не горит. Как раз достаточно много накопилось углей.

Даша оценила тушку и задумалась. У нее созрел план.

— А что у тебя из кармана торчит?

— Это душистые травки, — протянул букетик ей Рольф.

Даша обнюхала все придирчиво. Отобрала то, что ей не понравилось.

— А можно его запечь не на вертеле, а обернуть. Есть тут что-то подобное? Будет вкуснее.

Рольф подпрыгнул. Ему она нравилась все больше и больше. Хотя он не знал, куда еще больше. И уже совсем скоро он загребал углями обернутую в специальные листья тушку. Даша обложила ее душистыми травами. А солью, которую Рольф купил еще в обед в ближайшем селе, они натерли ее вместе.

— Готово, — довольно потер он руки и отложил палку, — через пару часов можно ужинать.

Рольф встал, осмотрелся. Поляна была пуста, ни Даши, ни собаки. Сердце сразу же стало выдавать дробь. Золотистый бок мелькнул среди густого кустарника. Оборотень обругал себя за потерянную бдительность и стал осматриваться. Где-то вдали залаял Лаки.

Рольф раздувал ноздри, но это ему мало помогало. Магический откат после перехода еще не отпустил до конца, и сейчас он плохо чувствовал запах Даши, но лучше он чуял собаку. Поэтому и пошел в ту сторону, где прятался пес.

Бока Лаки мелькали то слева, то справа. Капитан стал злиться, но упорно пробирался сквозь густые заросли леса. И вот он понял, что Даша стала ближе. Он ощущал запах цветов, которые подарил ей сегодня. Рольф раздвинул занавеси из цветущих лиан и увидел.

Она сидела на большом валуне и расправляла волосы. Сердце уже стучало в горле. Оборотень сглотнул и прошел дальше. Даша видела его. Она манила к себе руками и улыбалась. Рольф облизнулся и вмиг оказался в ее объятьях.

— Ты сводишь меня с ума, — застонал он.

— Да, — прошептала она, — время настало.

— Для чего? — он целовал ее и не мог оторваться.

— Для моего лимпопо.

— Чего?

— И ты мне поможешь.

— Нет!

Резко вырвался он и отбежал к лианам занавесам. Однако выбежать из грота у него не хватило сил. Волк обхватил руками гибкие ветви и повис на них.

— Я чувствую твое желание. Это невозможно. Ты принцесса, а я кто?

Он стоял спиной к ней и не видел, как девушка быстро избавилась от одежды и погрузилась в теплую воду озера. Даша отошла чуть поодаль, вода была ей по пояс. Она присела и крикнула. Всего раз.

— Рольф!

Он как был, так и оказался возле нее. На него было жалко смотреть. Измученный взгляд, на лице гримаса невыносимого страдания. Одежда постепенно темнела, напитываясь влагой. Даша смотрела на все это спокойно. А потом она встала, открывая ему свою наготу.

— Твоя одежда намокла, — взялась она за пуговку его рубашки, — это надо немедленно снять и просушить.

Иногда наступают моменты, когда здравый смысл и желания не совпадают. Если бы все было по воле разума, наверное, скучной тогда была бы наша жизнь, ведь из случайностей складываются события, а из событий судьбы…

Лаки сидел около старого дуба и ждал. Оборотень прошел в грот и вот уже долго не возвращался. Пес ловко провел его к назначенному месту. Даша попросила его о помощи, и он сделал все в лучшем виде. Его миссия выполнена. Только внутри все равно были сомнения. Он очень переживал за нее. Однако позволил.

И вот пес понял, что Дашкино лимпопо в полном разгаре, ему тут больше делать нечего. Оборотень попался на сладкий мед страсти, поэтому Лаки потрусил на полянку. Угли уже прогорели и только еле тлели алыми всполохами. Он лег мордой к очагу и закрыл глаза. Собаки тоже устают…

Глава 22. А бабочка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк…

— Вот сейчас день или ночь? Темно, хоть глаз выколи. Долго еще идти до Королевства Лунного света? Вы говорили, что тут недалеко, если по-прямой. Я вот держусь, не чихаю, чтобы крылышки мои не проявились. А то, как я по вашей сказочной тайге ходить буду? А летать я пока еще не пробовала. Нужно какую-нибудь полянку найти или поле, — Нина посмотрела на братца, его девушку и Яныка. Они явно чего-то опасались.

— Нина, мы сейчас на территории троллей, и тут отряды недоброжелателей на каждом шагу. Ты бы вела себя тише, а то мало ли, — предостерег ее Лукреций.

— Тролли? Вы все-таки меня к троллям притащили? Слышишь, ты, брат Чиполлино, ты что, обманул меня? Мы же договорились топать к замку этого оборотня, который тут крутой и, возможно, скоро вернется из командировки. Который твой новый хозяин. Нам сейчас крайне необходимо авторитетное лицо.

— Да, помню я, сестренка, помню, но до Королевства Лунного света через земли троллей быстрее всего, хотя опаснее. Но, ты ведь сказала быстрее. Вот мы и идем к цели.

Нина нахмурилась, а потом, где-то рядом послышались странные голоса. Словно племя индейцев где-то неподалеку решили разбить лагерь.

— Только не это, — Лукреций скривился, словно от зубной боли и вынул меч из ножен. Нитара подбежала к Яныку, и подняла его на руки. Малыш тоже насторожился.

— Что происходит? — спросила Нина растерянно.

— Тролли, они почувствовали нас, и скоро будут здесь. Убежать не успеем, придется драться.

— Ну, ты крутой. У тебя меч есть, а я чем должна защищаться? А Нитара?

— Женщины не воины. От вас все равно мало толку в бою.

— Братец Чиполлино, это голословно и называется «дискриминация по половому признаку».

Лукреций быстро оценил свои шансы на победу и понял, что дело плохо. Тролли были верхом на черных лошадях, и их было около десяти воинов. Направлялись они прямиком к путникам, и Нина на мгновение даже растерялась, а потом неожиданно чихнула.

— Крылышки… — тут же добавил Янык.

Лязг мечей троллей ничего хорошего не предвещал.

— За чернокнижника генерал Филипп объявил награду в сотню золотых. Хватайте его немедленно!!! — Послышался голос одного из троллей.

— А ну, стой!!! — скомандовала Нина. Вышла вперед, и встала в позу сахарницы.

— А это еще кто? — Озадачился один из троллей.

— Нина, Нитара, Янык бегите!!! Нам не выстоять. Я их задержу, — отозвался Лукреций, наконец, придя в себя.

— Ага, сейчас. Ты что, брат Чиполлино, не понимаешь, что они тебя сейчас на луковые кольца порежут и в кляре приготовят.

Чернокнижник не совсем понял смысл сказанного. С тем, что она окрестила его Чиполлино, он смирился после того, как пару раз поправил ее и осознал, что дело это бесполезное. Нина была еще упрямее его. А то, что она отказывалась прятаться и сохранить тем самым себе жизнь, это было проблемой.

— Нина, бежим, Яныка надо спасать, — отозвалась Нитара.

— Нитарочка, хоть ты меня послушай, — попросил Лукреций, и в глазах читалась мольба.

Нина перевела взгляд с Нитары на Яныка и хитро улыбнулась.

— Домик на дереве. С магической защитой от троллей явись.

Дальше четыре дерева сами подвинулись друг к другу. Достаточно высоко появился небольшой деревянный домик. Он надежно крепился между четырьмя стволами.

— Вау, теремок, какой.

Воскликнул Янык, а Нитара тут же принялась взбираться по лестнице вверх. Неожиданно выпущенная стрела почти пронзила плечо Нитары, но в последний момент остановилась. Нина ее заметила, и стрела сама переломилась.

— Ни одна стрела, ни один клинок и меч никогда больше не попадут в Нитару и Яныка. Ясно?

Лукреций уже сражался с одним из троллей и еще четверо спешились с лошадей и устремились к Нине.

— Нафира!!! Живая Нафира!!! Хватайте ее, ребята.

Тролли бросились к девушке, но она взмахнула крыльями и взлетела так, что они не смогли ее достать.

— Тащите сеть. Она не должна улететь далеко.

— Эта сказочная страна мне совершенно не нравится. Когда я смотрела сказки, то не подозревала, насколько это опасно для жизни.

Нина почувствовала опасность и посмотрела на брата.

— Чип….

Стрела, летела сейчас в сторону чернокнижника, и Нина испугалась, а в следующий момент произошло нечто невообразимое. Как говориться, нельзя Нафиру пугать, а уж тем более злить.

— Стрелы — бабочки!!! Мечи — одуванчики!!! А вы свиньи тупые, обезьяны недоделанные, наглые тараканы. Понабежали тут. А ну по норам разбежались!!!

И в следующий момент стрела прошла по касательной и лишь ранила чернокнижника, прежде чем превратиться в бабочку. А вот то, во что обратила Нина троллей, не поддавалась никакому описанию. Существа с головами как у свиньи, хвостом и телом мартышки, а ножками, как у тараканов. Весело похрюкивая, побежали в разные стороны.

За процессом наблюдал изумленный Лукреций и перевел недвусмысленный взгляд на свою сестру Нину.

— Бабочка моя, неподражаемая. Это сейчас что было?

— Ну, я всегда говорила Стасику, что селекционер из меня не получится. Это когда я в институт экзамены провалила, ему так сказала. Вот… результат на лицо. Ну не мое это животных скрещивать. Вот, Дашка бы оценила, это факт.

— Способ, конечно, оригинальный, и я рад, что у тебя получилось. По крайней мере мы живы остались.

— Ты ранен. Нужно обработать твое плечо!

Нина, рассматривала ранение. Кровь намочила камзол, и девушка перевела взгляд с брата на домик.

— Ничего страшного. У меня хорошая регенерация. Само заживет.

— Так, горе мое луковое, а ну марш наверх! Я тебя лечить буду. Ты меня лучше не беси, а то мало ли. Видишь, какой из меня волшебник странный. И, вероятно, вот эти существа не предел моей фантазии. Так что полезай. В этом домике мы в безопасности. А сейчас уже ночь, и я жутко устала. Понимаешь?

Лукреций посмотрел на сестренку и по ее глазам понял, что с ней спорить, себе дороже. Она случайно может ему навредить. Но она нуждается в его защите, ведь сейчас она лакомый кусочек для любого мага. Будь то эльфы или драконы.

Нафира сильная, но отнять у нее магию возможно, и это, ни так и сложно. Достаточно ее усыпить и, расчертив руны, в любом храме Королевства Звездной феерии или Лунного света, отнять ее силу, и тем самым стать чуть ли не самым сильным в своем роде. Верлиаль однажды хотел заполучить эту магию, но быть всесильным возможно, если вся магия Нафир сосредоточена в последнем выжившем представителе этой расы. Тогда это сработает, а если нет, ритуал не поможет.

— Братик, чего задумался? У тебя уже вся кофточка промокла.

— Это камзол.

— А вот к словам придираться не надо. Я в другом мире жила, и в вашем средневековом обмундировании не разбираюсь.

Чернокнижник едва улыбнулся и стал карабкаться вверх по лестнице. Нина же поняла, что с крыльями не сможет забраться в домик и осмотрелась. Заметила растение, напоминающее голубиное перо и сорвала его. Осторожно пощекотала себе носик и действительно чихнула.

— Отлично, — но потом еще раз чихнула. И крылья проявились.

— Сестренка, проблемы?

— Да, крылья не получается спрятать!

Лукреций тут же вернулся и посмотрел на растение в руках сестры.

— Нет, это же Сатуми. Этот цветок вызывает непроизвольный чих. Через полчаса прекратится.

— Да? Ой… и что теперь делать?

— Не знаю. Ждать. Нитара спускайтесь. У нас тут проблемы. Да и с ужином нужно что-то придумать.

— Лукреций, а что придумать-то? Давай я мышей наловлю, и мы их приготовим.

— Нитара, только не говори мне, что ты мышами собралась моего брата и племянника кормить? Они вообще-то на сов мало похожи.

— А что ты предлагаешь? Мы на территории троллей. Здесь из животных только змеи да мыши, а есть то действительно хочется.

— Мы с Яныком привыкли к такому питанию, Нина. Ты не переживай, а Нитара тоже умеет выживать.

— М-да… А-пчи…

— О, крылышки, — отозвался Янык. — А я хочу кушать курочку и лепешки, и компотик. — протяжно заключил малыш, загибая пальчики.

— Нет, курочку даже я не хочу.

— Нина. Почему такая привередливая? Мы обычные чернокнижники, — возмутилась Нитара и развела руками.

— Ладно, сейчас. А-пчи. Ох, ты ж. Вот. Стейки из крольчатины, компот в маленькой фляжке и лепешки по три штуки каждому в руки. О, стихами заговорила.

Желаемое тут же появилось.

— Ничего себе, как хорошо, когда рядом с тобой есть Нафира. Да, Лукреций? Смотри, какое объедение. Как вкусно пахнет. Даже аппетит проснулся.

— Нитара, а ты любишь вкусно покушать, верно?

— Ну да, а кто ж не любит.

— И килограммы лишние от этого.

— Ой, да это я всегда такая была, — отмахнулась Нитара.

Лукреций рассмеялся. Ему Нитара нравилась, и ее формы, и аппетит, а вот Нина не была с ней столь милой, как ее брат. Она себе не позволяла лишнего в еде и к другим относилась довольно критично.

— Нет, так дело не пойдет. Девушка должна соблюдать культуру питания, и тогда ты всегда будешь здоровой и красивой.

И Нина принялась рассказывать Нитаре о том, как правильно питаться и о спорте. О белках, жирах и углеводах и о том, как важно пить чистую воду в течение дня. Нитара прониклась.

Нина косилась время от времени на плечо брата. Сейчас камзол в месте ранения был чист, и крови тоже не было.

— Братец Чиполлино, а что плечо уже исцелилось?

— Ага, я же неспроста, твой брат. Кое-что тоже умею.

Неожиданно Лукреций развернулся, на звук топота копыт, и его взору предстала группа из пяти троллей.

— Ну вот, а я только поела, — протянула Нина. — Эти тролли хуже назойливых пчел — И это возымело должный эффект. Они превратились в пчел и устремились в сторону путников.

— Пчелы!!! — Закричал Янык.

— Бабочки!!! — Выкрикнула Нина и выдохнула. — Бабочки. Фу. Пронесло.

— Нина, ты действительно должна быть осторожна в своих суждениях. Видишь, как оно все материализуется быстро. В тебе столько силы, что меня это даже пугает, — заключил Лукреций.

— Не знаю, а мне и обычным человек быть нравилось.

Девушка чихнула в последний раз, и крылышки пропали. Глаза стали сами собой закрываться, и Лукреций с помощью бытовой магии перенес девушку в домик, как и Яныка. Он тоже засыпал.

— Лукреций, какая у тебя замечательная сестренка. Такая магия у нее оригинальная.

— Ну, да. Только всех Нафир истребили. И за ней скоро будут гоняться, как за миражом в пустыне. Она уникальная, добрая и нежная. Она не перенесет боли. Я обязан защищать ее, даже ценой собственной жизни. Если правители Звездной феерии и Лунного света узнают о ее существовании, начнется полномасштабная охота.

— Бедная Ниночка.

— Надо ей сказать, чтобы прятала свои крылышки. Я не должен допустить ее гибели или пленения, ведь если Нина попадет в лапы недругов, на свободу ее не выпустят.

— Лукреций, а я и, правда, толстая?

— Нет, я так не считаю. Ты моя истинная пара и всегда будешь теперь со мной. Другого пути у тебя теперь не будет.

— Я и не хочу, чтобы у меня был другой путь. Ты сразу мне понравился.

— А мне казалось, ты пыталась меня убить. Пыталась скормить мне торт в тот первый день. И была уверена, что я обязательно должен его попробовать.

— А почему ты не съел ни кусочка тогда?

— Не выношу сладкое. А ты как будто специально решила кормить меня исключительно пирожными.

— Да, так почему сразу не сказал?

— Не так воспитан, но ты такая приставучая была тогда. Я просто к такому вниманию не привык, если честно. Моя жена, она была другой, и умела только принимать заботу с моей стороны, но никогда сама ее не проявляла. Я не говорю, что она была плохой, но я не должен был соглашаться на этот брак. Ее родители настояли. Потом уже узнал, что она болела с детства, и у нее были проблемы с головой. Но было поздно.

— А ты любил Иветти?

— Любил, конечно, любил. Но чувствовал себя одиноко. Она рядом, а я словно один. Готовлю ужин, присматриваю за Яныком, а она словно не с нами. Она не со мной была. Потом увеличились периоды, когда она уходила в себя. Однажды я отправился на охоту на два дня. Тогда совсем с пропитанием плохо было, и Янык чуть не умер. Были продукты: зерно, молоко и мясо, которое я обложил льдом в подвале, чтобы не испортилось. Магию применил. Но Иветти и сама ничего не ела и Яныка не кормила. Он мал был совсем, и когда я вернулся, то застал такую картину. Иветти сидит в кресле и читает магические писания, а Янык устав звать маму на помощь лежит в люльке и прерывисто всхлипывает, но уже как-то беззвучно. Он не помнит этого, но для меня это было уроком. С этого момента Янык всегда и везде со мной. На охоте, на работе. Он не нужен был Иветти, и от этого мне было обидно. Наверное. Тогда я воспринимал жизнь, как должное, но сейчас понял, что такая жизнь, она не была счастливой для меня. Перед смертью сознание Иветти снова прояснилось, и она просила меня позаботиться о сыне. Мне действительно искренне жаль, что все так получилось…

— Лукреций, мне тоже так жаль. Ты такой хороший.

— Нет, Нитара, я не хороший. Со мной сложно жить. Я чернокнижник, но я постараюсь сделать вашу с Яныком жизнь счастливой.

Нитара вздрогнула, увидев, как из-за кустов к ним вышли оборотни. Они были в боевой ипостаси, и это уже не тролли. С оборотнями сражаться на порядок сложнее.

— Нитара, давай наверх. На домике защита. Нина наложила. Мы словно в магическом коконе в нем. Они даже не увидят его со стороны.

Оба поторопились спрятаться, и когда оборотни принюхивались, находясь возле домика. Точнее они ходили под этим домиком, и ничего необычного не замечали. Они чувствовали магию чернокнижников, но сейчас, видимо, потеряли след. Агенты специального отряда самого Рольфа сейчас находились рядом.

— Кажется. Пронесло. Какая Нина молодец, такая предприимчивая.

Лукреций наблюдал за тем, как из норок повыползали экзотические животные, которых создала Нина, а оборотни с интересом их рассматривали. Сейчас волки обратились в свои человеческие сущности.