Один день из жизни Хрюши

Глава 6 _{Хрюша знакомится с Зайчиком Терминатором. Появляется морковный пирог, затем появляется Прожорливый Кабан, а затем они оба исчезают.}

Терзаемый муками голода, Хрюша брёл по извилистой тропинке, петлявшей меж густых зарослей ольхи. Время второго завтрака уже давно прошло, и изрядно нарушенный кислотно-щелочной баланс внутри Хрюши начинал бунтовать. Он недовольно бурлил, жалобно пищал и беспокойно вертелся в Хрюшином животе, всем своим поведением настойчиво давая понять, что пора бы уже незамедлительно покушать.

— Я уже, кажется, нагулялся на сегодня, пора возвращаться в дупло, подумал Хрюша, и пока он так подумал, густые заросли ольхи расступились, и извилистая тропинка вывела Хрюшу на залитую солнцем болотную полянку.

По центру полянки сидел большой длинноухий заяц и старательно драил здоровенную морковку антибактериальным мылом «Сейфгард».

— Здравствуй, Зайчик, я Хрюша, — вежливо поздоровался Хрюша, с интересом рассматривая морковку.

— Я вижу, что ты не пятнистый олень, — весело рассмеялся зайчик, глядя на Хрюшу большими добрыми глазами.

— Да нет, я не только по внешности Хрюша, я и по жизни Хрюша, и зовут меня Хрюша, — объяснил Хрюша доброму зайчику.

— А, поэл, — отвечал зайчик, — добрый день, Хрюша, — а я зайчик — морковный терминатор.

— Интересная у тебя кликуха, — удивился Хрюша.

— А объясняется просто, — весело смеясь, отвечал Зайчик, — уж больно я морковку люблю, как увижу морковку, так сразу давай её терминировать, пока весь стандарт не слопаю. Но ты, Хрюша, можешь называть меня просто Заяц Т.

— А что Зайчик, нестандарт ты в пищу не употребляешь, — поинтересовался Хрюша.

— Нет, что ты, Хрюша, — отвечал Зайчик Т., и, перейдя с шутливого на вполне серьёзный тон, объяснил, — учти Хрюша, не все морковки бывают одинаково полезны. Морковки стройные, средней величины, оранжево-янтарного цвета — вот что приносит пользу нашему здоровью. А всякие там корявые, задубелые, бурокоричневые экземпляры они годятся разве что свиньям в корм, — сказал зайчик и, посмотрев на Хрюшу, быстро добавил, — я хотел сказать этим рогатым…

— Рогатым свиньям? — удивился Хрюша.

— Я хотел сказать рогатым коровам, — поправился зайчик, — зубробизонам и прочим парнокопытным.

— А что это ты Зайчик так морковку драишь, — полюбопытствовал Хрюша.

— Проводя жизнь на природе, мы постоянно сталкиваемся с бактериями, — отвечал Зайчик Т., назидательным тоном, — летом контакты с микробами особенно опасны.

— Можно ли этому помешать? — испуганно спросил Хрюша.

— Можно, — радостно отвечал заяц, — ничто не смывает бактерий лучше мыла «Сейфгард», с ним я чувствую себя в полной безопасности и беру от жизни всё, излучая уверенность в завтрашнем дне.

— Какой ты молодец Зайчик, — похвалил его Хрюша, и, вспомнив заголовки «Болотных ведомостей», как бы невзначай, спросил, — кстати, Зайчик, а что ты делал сегодня ночью, ближе к рассвету? — Ну что ты Хрюша, — рассмеялся Зайчик, который видимо уже читал последние новости, — ночью я спал крепким сном в барсучьей норе, и, смутившись, Зайчик Т. добавил, — если что барсучиха подтвердить может. — Хрюшу, конечно же, несколько удивило то обстоятельство, что зайчик выбрал для ночлега чужую нору, и он хотел было спросить где же в это время был барсук, но будучи воспитанным анималом решил, что вторгаться в частную жизнь зайчика терминатора было бы бестактно и промолчал.

— А что, Хрюша, не хочешь ли ты отведать продезинфицированный корнеплод, произнес Зайчик Т. те самые слова, которые Хрюша давно уже втайне надеялся услышать.

— А действительно, — с деланным удивлением воскликнул Хрюша, изумлённо глядя на морковку так, словно только что её увидел, — отчего бы в самом деле не отведать продезинфицированный корнеплод? И благодарно приняв из лап Зайчика Т. здоровенную оранжево-янтарную морковку, Хрюша моментально её заглотил. Кислотно-щелочной баланс внутри Хрюши радостно заурчал, и успокоившись, приступил к перевариванию заглоченного корнеплода.

— Какая право вкусная была морковка, — сказал Хрюша, и, глядя на зайчика пристальным благодарным взглядом, добавил, — такая нежная, рассыпчатая морковка, прямо во рту растаяла, я даже и не заметил.

Зайчик под пристальным благодарным взглядом Хрюши растерянно заморгал большими, добрыми глазами и сказал, — знаешь Хрюша, а у меня ведь ещё пирог есть морковный, и вот ещё кусочек хлебца остался. — И нагнувшись, Зайчик Т. достал из пакета большой сдобный пирог и маленькую горбушку чёрствого хлеба.

— Тебе чего, Хрюша, хлеба или пирога?

— Да давай уж пирога, — застенчиво сказал Хрюша и добавил с укоризной, неужели ты Зайчик подумал, что я лишу тебя последнего кусочка хлеба?

— Да нет, что ты, Хрюша, — отвечал зайчик Т.,- я подумал ты пирог возьмёшь…

— Какие вы зайчики проницательные анималы, — польстил Хрюша зайчику и протянул копытце к большому пышному пирогу, источавшему аромат свежеиспечённой сдобы смешанный с ароматом ванили, корицы и густо протомлённой морковки. В тот же миг густые заросли ольхи шумно затрещали, и на поляну, откуда ни возьмись, выскочил Прожорливый Кабан.

— Дольче и кабана! — завопил кабан, дико озираясь и приплясывая на месте.

— Что, что? — не поняли звери.

— Такая у меня у кабана тяжёлая дольча, всё время жрать охота, — объяснил Кабан и, узрев пирог, злобно прищурил глазки, — ну что празднуем?

— Да мы, мы так, ничего, — засмущались звери.

— Ну, ничего, так и жрать нечего, — рассудительно сказал Кабан, схватил пирог и моментально исчез обратно в густые заросли ольхи.

Звери долго в недоумении смотрели ему в след. — Странный он всё-таки какой-то анимал, — наконец задумчиво произнёс Зайчик Т. и Хрюша с ним согласился. — Ну ладно, бог с ним, проехали, — продолжил Зайчик Т., - хорошо хоть это ни этот ужасный…

— Кто ужасный, — удивлённо спросил Хрюша.

— Ты что последний «Болотный ньюз» не читал, — воскликнул Зайчик Т.

— Нет, не читал, — отвечал Хрюша, — «Болотные ведомости» я прочитал, а «Болотный ньюз» нет ещё.

— Так вот, — продолжил Зайчик Т., - к нам приехал бродячий цирк Шапито и вчера вечером из него, причинив служителю тяжкие телесные укусы, сбежал кровожадный леопёрд.

— Какой кошмар! — изумлённо воскликнул Хрюша, — что же это творится, совсем хищников распустили. И, задумавшись, он спросил, — интересно, чем же питается это кровожадное животное, не иначе как зайчиков трескает с утра до вечера?

— Ну что ты, Хрюша, что ему зайчик, это ему так на один укус, — отвечал Зайчик Т., - а вот кабанчика слопать, это ему самое то…

— Да что ты, что ты, Зайчик! — Хрюша испуганно замахал копытом, — неужели он и на кабанчика напасть посмеет?

В тот же миг густые заросли ольхи снова заколыхались, но не так шумно, как от Прожорливого Кабана, а тихо и зловеще, так словно кто-то ужасный, хищный и кровожадный, медленно полз, прижимаясь шерстяным брюхом к мокрой траве, злобно размахивая полосатым хвостом, выпуская острые когти и высматривая жёлтыми горящими глазами очередную жертву. Трава медленно начала расступаться… Кровожадный леопёрд! — в ужасе закричали звери, прячась друг за другом и готовясь к бегству.

Трава расступилась окончательно, и на поляну выбежал маленький ёжик с большим красно-спелым яблоком, наколотым на загривок.