Он мой Сентябрь

Глава пятая

Семён

Первые два года отношений с Ритой были идеальными: лёгкость в общении, смех, тепло и страсть. Много страсти. А потом начались сплошные придирки. Наверное, как у большинства — финансового плана. Деньги. Траты. Я менеджер по рискам в страховой компании, оцениваю и контролирую потенциальные угрозы. Если совсем кратко — обеспечиваю финансовую устойчивость компании. И как назло, дома, та же работа. Только там соломку подстилаю под желания Риты, чтобы не разнесло нас очередной истерикой. И ведь я никогда ей не отказываю. Точнее, не отказывал. Но, вот прошёл год, полтора… а мы словно топтались на месте. Такое у меня было ощущение.

Я сам загнал себя в этот угол, живя с таким отношением, что всё успею, всё можно отложить на потом. В итоге — мне тридцать пять, съёмная квартира, Хонда ЦРВ две тысячи шестнадцатого года. Так себе достижения.

Стал это прокручивать, как на заевшей пластинке каждый день. Рита сначала молчала, терпела, потом сказала, что мне стоит обратиться к психологу по поводу кризиса среднего возраста. А я ей пытался донести, что это не кризис — это понимание, что я хочу квартиру. Свою. Стены, в которые можно вбить гвоздь и повесить что хочу, не спрашивая ничьё разрешения. И чтобы это было не временно. И чтобы машина не дышала на ладан.

План, цель — нужны были только средства.

Впервые взял яйца в кулак и пошёл к руководству, обсудить моё повышение. Я давно работал в компании и был на хорошем счету. Но как-то по привычке просто ждал индексации. Как и все сотрудники, собственно. Пришёл, поговорил с Игнатовым — моим непосредственным руководителем. Он пообещал обсудить этот вопрос с директором.

Два дня как на иголках ходил, даже мысль посещала, что меня попросят на выход или просто проигнорируют и буду работать дальше, как и работал. На третий день ожидания Игнатов вызвал меня в свой кабинет и сообщил о положительном решении.

Я и говорить не буду о том, как обрадовался. Даже брата вытащил в бар, и мы нажрались с ним до поросячьего визга. Не помню, как потом домой-то добрался, не говоря уже о том, что я там вытворял. В памяти — чёрная дыра. Ритка потом орала на меня весь день, и ещё неделю просто напоминала.

Я тогда разозлился на неё и не стал говорить о повышении и прибавке к зарплате. Подумал: “Может, оно и к лучшему. Смогу спокойно откладывать на первоначалку для ипотеки”. Для нас же. Для будущего. Отложил. Начал смотреть варианты. Потихоньку что-то вырисовывалось.

И тут, когда мне стало казаться, что скоро мы заживём — Риту сорвало. А после очередного скандала, в котором я даже не помнил, из-за чего всё началось — сидел на кухне. Ночь. Чайник давно остыл. Я в полной тишине. Голова гудела. И никаких сил разбираться в очередной причине нашего оглушительного срача.

Тишина была такая плотная, что давила на барабанные перепонки. Я сделал глоток остывшего кофе, поднялся со стула и пошёл в ванную комнату, чтобы умыться. Только зашёл, как сразу услышал пение за стеной. Женское. Голос был мягкий, тонкий. Он не просто звучал — он ласкал слух, да чего уж там… казалось, обволакивал изнутри и скользил, как тёплая вода по коже. Меня даже передёрнуло от слишком реального ощущения этого голоса, как будто он прошёлся пальцами по позвоночнику.

Так, я впервые залип на ней.

На следующий день ловил себя на том, что жду. Когда она снова будет в ванной. Когда включит воду. Когда зазвучит. Абсурд, конечно, но я реально стоял и прислушивался как идиот. Даже ухом к стене прикладывался. Поймал её через несколько дней. Тогда у меня из рук выпал гель для душа и с грохотом ударился о дно ванны. Она замолчала сразу, и мне казалось, что виной тому — я.

В следующий раз её голос удалось услышать только через неделю. Я замер, боясь дышать, чтобы снова что-нибудь не уронить и не спугнуть её. И пока слушал, в голове сам собой начал складываться её образ. Брюнетка, с пухлыми губами и большими глазами. Волосы наверняка длинные. Улыбка широкая, а смех звонкий. А когда злится, то скорее выглядит забавно, чем угрожающе. Она любит музыку. Это очевидно. Возможно, читает женские романы о любви и обожает романтические комедии. А ещё мягкие напитки: латте, зелёный чай, а если алкоголь — то светлое вино.

Улыбнулся. И ещё больше захотел её увидеть. Вот только был нюанс.

Я с Ритой. Она с мужчиной, которого я видел пару раз и слышал через стенку. У нас были свои жизни.

Тогда зачем мне это было надо?

Просыпаюсь от громкого звона будильника, вырубаю его и сразу же ощущаю, что день будет… не ахти. Тупо серый. Три года, мать их, с Ритой, и последние месяцы я каждое утро встаю с ощущением, что кто-то открутил все винтики счастья. И выбросил, чтобы я не нашёл их, и не вкрутил обратно.

Вчера вечером снова поскандалили. Потому что приехал за ней, но дозвониться не смог. Подумал, что телефон оставила в раздевалке фитнес-центра. В итоге битых два часа прождал её на парковке, а оказалось, что мы каким-то образом разминулись и она уехала сама. В общем, сорвался на неё — могла ведь и позвонить или чиркнуть в мессенджер.

Задолбался… кровь до сих пор кипит, сил нет. И даже желание на примирительный секс отсутствует. Причём давно. И это мне совершенно не нравится.

Смотрю на Риту — спит под своим одеялом, отвернувшись к стене. А ведь ещё пару месяцев назад у нас было общее и спала она всегда лицом ко мне, либо на спине. Когда вообще у неё появилось это одеяло?

Вздыхаю, с какой-то вселенской усталостью поднимаюсь с кровати и плетусь в ванную. Быстро принимаю душ, бреюсь и, не завтракая, сваливаю на работу.

В офисе тоже всё идёт через жопу.

Захожу, как обычно, в восемь сорок три, и сразу иду на кухню. Хочу спокойно выпить кофе и разобрать почту до того, как коллеги начнут заполнять кабинеты. Но тут же появляется Анна Викторовна, наш юрист. С порога гаркает “Доброе утро!” и с папкой в руках надвигается на меня танком: губы поджаты, а взгляд такой, будто я с утра ей под дверь насрал.

— Семён, нам надо срочно пройтись по договору с “РиД Поставка”. Там есть нюансы…

Конечно, есть. У тебя всегда есть нюансы.

Я только киваю, хотя внутри уже поднимается что-то очень уставшее и очень матерное. Сидим над этим долбаным договором сорок минут. Слушаю, киваю, держусь. Она выводит меня на уровень “я больше никогда не хочу слышать человеческую речь”, но я всё ещё вежлив. Потому что работа.

Только эта стерва сваливает, как вваливается Павел Романович из бухгалтерии. Да чтоб его. Этот ещё более нудный.

— Семён, а почему у Тимошина сумма не сходится?

Я медленно поднимаю на него глаза, потому что сейчас любое резкое движение может закончиться убийством.

— Потому что у Бога сегодня выходной, и, видимо, его замещает сам Дьявол, Паша.

Он моргает. Пытается понять, шутка ли, это. А я даже не улыбаюсь. Просто смотрю и не моргаю, жду, пока он не начинает ёрзать и сам не находит ошибку. Извиняется. Уходит.

И так весь день.

Вечером возвращаюсь домой, ещё более унылым, чем днём. Прохожу в гостиную, и мне хватает секунды, чтобы понять: Рита на взводе.

Да я как бы тоже, милая!

— Привет, — говорю даже слишком спокойно.

— Привет, Осипов, — роняет она, не поднимая глаз от ноутбука.

— Оу… теперь называешь меня по фамилии?

— Не цепляйся, и без тебя настроение на дне, — отмахивается. Наклоняется ближе к экрану, словно ищет спасение там. От меня, судя по всему.

— Радует, что причина не во мне, но может, поделишься, что произошло? — подхожу ближе, останавливаюсь около дивана.

— Сём, ну не лезь, — кривит лицо в муках. — Иди отдохни, фильм посмотри, новости почитай… Тебе что заняться больше нечем?

Вот и вся любовь.

Состояние паршивое оттого что мы в каком-то тупике застряли. При этом на днях я собираюсь сделать ей сюрприз: хочу посетить вместе с ней отдел продаж одного из новых ЖК в хорошем районе, где есть парк, магазины, заведения. В общем, всё, что нужно для комфортной жизни. Посмотрим варианты квартир, условия и определимся с выбором. И надеюсь, как-то всё устаканится.

Почему-то сам не верю в свои планы.

Беру пачку сигарет — достаю одну. Щёлкаю зажигалкой. Пара затяжек. Плохая привычка — знаю.

Думаю. Думаю…

И тут слышу, что в соседней квартире тоже кто-то вышел. Затаиваю дыхание. Наблюдаю, как от сигареты, медленно тянется синеватый дым.

— Привет, — решаюсь поздороваться и тут же напрягаюсь всем телом в ожидании ответа. Надеюсь, это она.

— Пр… привет, — ОНА выдавливает почти шёпотом.

Улыбаюсь. Подаюсь немного вперёд, но всё, что могу разглядеть только её руки. Красивые, с тонкими длинными пальцами.

— Куришь? — спрашиваю её.

Мы не видим лиц друг друга из-за перегородки между балконами, но создаётся стойкое ощущение, что на её лице застыло недоумение.

— Нет, — отвечает чуть с запинкой. — Просто решила подышать свежим воздухом.

Тут же убираю руку с сигаретой, зажатой между пальцев, и, тушу её о край банки.

— Как тебя зовут? — вопрос вылетает сам собой.

Тишина. Долгая. Давящая. В какой-то момент мне даже кажется, что она ушла и я снова немного высовываюсь из окна и вижу её руки, сцепленные в замок.

— Семён, — решаю представиться первым.

— Л… Лиля…