В Советском Союзе признается, что по тем или иным основаниям между его правом и правом других социалистических стран возможны различия. Отходы от советской модели вполне естественны, однако имеется предел, который нельзя перейти, если государство хочет остаться в семье социалистических стран. В Советском Союзе с известной настороженностью смотрят на стремление некоторых стран сконструировать "новую модель социалистического общества", поскольку за этим может скрываться отказ от некоторых основополагающих принципов социализма.
154. Уважение к праву. До Октябрьской революции русский народ не считал право основой социального строя. В законах он видел капризы царя и способ административного управления. Когда марксизм провозгласил отмирание права, это настолько мало шокировало русских, что полное отмирание права можно было бы осуществить уже на следующий день после революции. Утверждение по инициативе Ленина принципа социалистической законности в период НЭПа показалось многим отступлением от социалистического пути; полагали, что верность революции и марксизм потребуют отказаться от этого принципа одновременно с НЭПом.
Иной была ситуация в других социалистических странах. Как бы ни различались они между собой, каждая из них до 1945 года или уже реализовала, или готовилась реализовать идеал государства, основанного на праве. Ни одна из них не знала, как Россия, периода военного коммунизма. Использовав опыт Советского Союза, здесь сразу же признали необходимость переходного периода от капиталистического строя к коммунистическому обществу. Принцип социалистической законности был признан без каких-либо затруднений. Сохранилось и традиционное уважение к праву. Всему этому способствовало наличие старых и новых юристов, готовых работать при новом режиме.
155. Сохранение старого права. Ни в одной из европейских социалистических стран не сочли необходимым сразу же в целом отменить все старое право, как это сделали в России. Были сломаны экономические и политические структуры, но при этом постарались сохранить то, что было возможно, в юридическом плане, в частности испытанную технику, что, однако, не препятствовало обновлению права. Что касается содержания права, то были отменены нормы, отражавшие его классовый характер. В целом же старое право сохранилось; к нему относились с доверием, как к национальному культурному достоянию.
В качестве примера обратимся к Югославии. В феврале 1945 года Президиум антифашистского Совета национального освобождения отменил старое право в целом, но разрешил судьям применение тех его норм, которые "не противоречат требованиям борьбы за национальное освобождение, декларациям и решениям антифашистских комитетов и комитетов национального освобождения". В 1951 году Верховный суд страны еще раз четко подчеркнул значение, сохраняемое старым правом и указал судам, что всякий раз, когда они отказываются применить норму этого права, следует уточнить, "какой норме, институту или политическому принципу противоречит применение этой нормы. Суды не могут ограничиться одним лишь общим указанием на то, что ныне она потеряла силу".
156. Обновление права. Не будем, однако, переоценивать значение того факта, что старое право сохранилось. Старые законы толковались по-новому с учетом происшедших революционных изменений. Кроме того, были проведены большие законодательные и кодификационные работы, благодаря которым старое право действовало скорее теоретически.
Создание нового права было необходимостью, ибо речь шла о строительстве социалистического общества, принципиально отличного от предшествующего. Оно могло быть осуществлено двумя способами: с одной стороны, копированием советской модели; с другой -- использованием имеющихся институтов, в которые следовало вдохнуть новые идеи и поставить их, таким образом, на службу социалистическому государству.
Вначале преобладал первый способ, причем в масштабах, которые сегодня оцениваются как чрезмерные. Затем последовательно набирал силу второй. Юристы социалистических стран приветствовали обновление марксистско-ленинской доктрины, явившееся следствием XX съезда КПСС в 1956 году. Отныне преобладало новое течение, менее властное и менее догматическое.
157. Обобществление. Реформы были направлены прежде всего на обобществление средств производства.
Наиболее успешными они оказались в сфере индустрии. В разных странах перспективные планы промышленного развития потребовали передачи государству всех промышленных предприятий; рабочий класс не должен был отныне находиться в подчинении частных собственников и эксплуатироваться ими. Национализация промышленности была облегчена и тем, что многие индустриальные предприятия принадлежали иностранному капиталу или собственникам, скомпрометировавшим себя связями со старыми политическими режимами.
Как и в СССР, в странах народной демократии была запрещена частная торговля. Однако здесь этот процесс не пошел так далеко. Частные продовольственные магазины сохранились в Болгарии и Венгрии. И в других странах, как, например, в Польше, был достигнут компромисс: государство передавало частным предприятиям право осуществлять определенную торговую деятельность.
Трудности, как и в России, вызвала национализация земли и коллективизация сельского хозяйства. В большинстве стран эти трудности были преодолены таким образом, что ситуация здесь если и не идентична советской, то в целом похожа на нее. Однако две страны -- Польша и Югославия -- во многом не последовали общему направлению.
В Польше не была осуществлена национализация земли, и большая часть сельскохозяйственной продукции производится индивидуальными хозяйствами. Им принадлежит 83% обрабатываемой земли. Возникшие вначале колхозы к 1956 году прекратили свое существование. Закон лишь ограничил размеры индивидуальных наделов 15--20 гектарами. Существует, с некоторыми оговорками, свобода распоряжения недвижимостью. Польские руководители и юристы ищут новые формы, которые способствовали бы укреплению идеи коллективизации.
Коллективизация в Югославии пошла не далее, чем в Польше. Первая реформа 1945 года ограничила размер землевладения 25--30 гектарами. Эта мера означала конфискацию земель, принадлежащих церкви и крупным собственникам, но она не вела к национализации, поскольку конфискованные земли распределялись между бедными крестьянами. Шаг к коллективизации был сделан в начале 50-х годов. Размер индивидуальных хозяйств был ограничен 10 гектарами, а семейных хозяйств (задруг) -- 25 гектарами. Поскольку же осуществлялась коллективизация, она проходила в форме создания совхозов, а не колхозов. Далеко она не пошла: 90% обрабатываемой земли находится в руках 2 300 000 мелких сельскохозяйственных производителей -- индивидуальных и семейных,-- причем 30% этих производителей имеют участок размером до 2 гектаров. Основная масса сельскохозяйственной продукции производится, таким образом, за пределами коллективизированного сектора.
Сказанное выше не означает, что руководители обеих стран -- Польши и Югославии -- отказались от идеи коллективизации. Но они не хотят осуществлять ее с помощью властных мер и неизбежных при этом потерь, предпочитая методы воспитания и убеждения, стараясь привлечь крестьянство перспективой материальных преимуществ.
158. Планирование. Так же как и в Советском Союзе, экономика и других социалистических стран основана на планировании, которое, однако, организовано неодинаково. Эти особенности не должны удивлять, ибо марксизм-ленинизм говорит именно о принципе планирования, а не о его формах. В Советском Союзе в разные периоды можно было увидеть тенденцию как к централизации, так и к децентрализации, жесткое планирование производства сменялось более гибким. Специфические особенности планирования в других социалистических странах связаны с факторами социального и географического порядка.
159. Югославский путь. Особый случай представляет Югославия, правительство которой в 1948 году оказалось в конфликте с руководством СССР.
По мнению югославов, марксизм-ленинизм требует, чтобы средства производства были реально переданы в распоряжение народа в лице непосредственных производителей, коллективов трудящихся. В то время как в Советском Союзе настаивали на усилении государства, югославы считали, что государство должно начать отмирать немедленно, и этот процесс призван охватить все общественные сферы в той мере, в какой он не вредит успеху социалистического строительства. У русских и югославских коммунистов один и тот же идеал, но пути к нему они видят разные. Югославы критиковали Советское государство за бюрократизацию и считали систему, сложившуюся в СССР, государственным капитализмом.
160. Три югославские конституции. Чтобы избежать бюрократизации государства и сделать его демократическим, народные массы должны участвовать в государственном управлении и в ведении национальной экономики, а у государства нужно постепенно отбирать его традиционные функции и передавать их обществу. Только так мыслимо государство при социализме. Этими установками руководствовался строй, созданный под руководством маршала Тито.
По Конституции Югославии 1946 года было создано централизованное государство, аналогичное Советскому. После обобществления средств производства и исчезновения класса капиталистов в 1953 году была принята новая Конституция, пересмотренная в 1974 году. Государство было реорганизовано. Публичная власть была децентрализована в том плане, что региональным и местным коллективам была предоставлена широкая автономия. Экономика демократизирована в том плане, что рабочие и служащие получили возможность участвовать в ведении экономики страны.
Экономическая политика, по мнению югославов, не должна способствовать расширению государственной собственности, ее задача прямо противоположна: превратить эту собственность в общественную, управлять которой будет не государственная бюрократия, а сами трудящиеся. Передачу функции государства обществу -- "свободным союзам производителей" -- следует начинать именно с экономических функций. Народ призван участвовать в осуществлении не только политической, но и экономической власти, и как отражение этой формулы в Югославии параллельно с каждым Национальным собранием (федеральным, республиканскими) и национальным комитетом (района, общины) создаются Собрание или Комитет производителей, избираемые непосредственно ими самими.
161. Самоуправление предприятий. В каждом промышленном предприятии страны имеется Рабочий совет -- высший орган предприятия, который руководит им, распределяет доходы или, во всяком случае, контролирует их использование. Это и есть известное "самоуправление предприятий" -- гордость югославских руководителей. Правда, это самоуправление несколько ограничено наличием директора, который назначается специальной смешанной комиссией при народном комитете общины. Директор призван обеспечить должную организацию производства, с тем чтобы оно учитывало планы и интересы социалистической экономики всей страны. В особых случаях, когда некомпетентность самоуправления ставит под угрозу общественные интересы, оно может быть временно ограничено прямым вмешательством властей, берущих на себя управление предприятием.
162. Отмирание государства. Мы видим, как понимается и осуществляется отмирание государства в экономической сфере. Государство и бюрократия должны одновременно утрачивать и другие функции, прежде всего те, которые затрагивают интеллектуальную сферу -- воспитание, здравоохранение, социальное обеспечение. Вместе с тем государство в Югославии сохраняет функции, связанные с применением принуждения и направленные на поддержание спокойствия и порядка. Эти функции перейдут к самому обществу лишь в последнюю очередь, и произойдет это тогда, когда исчезнут все неравенства, которые и являются источником нарушения мира и порядка.
163. Влияние югославского пути. Югославская критика в адрес советских институтов была в 1948 году воспринята в СССР как измена социалистическому лагерю. Но после смерти Сталина и XX съезда КПСС встал вопрос, не содержала ли эта критика долю истины и не давали ли условия, существовавшие в ФНРЮ и отличающиеся от советских, этой республике право избрать свой путь, также отличающийся от советского. СССР и другие социалистические страны постарались устранить то, что составляло центральный пункт югославской критики. Были осуждены отдельные допущенные ошибки, чрезмерный бюрократический централизм с его медлительностью в решении дел, и др.
Ряд стран социалистического лагеря, в том числе Советский Союз, после 1956 года сочли необходимым провести реформы, направленные на ликвидацию "бюрократических искажений социализма" и восстановление принципов социалистической демократии. Очевидно, что при этом сыграл свою роль и опыт, накопленный в Югославии.
164. Единство социалистических стран. Социалистические страны представляют собой неоднородную картину. Один из американских авторов, пытавшийся установить, что определяет общность права этих стран, нашел без большого труда много расхождений, но ни в публичном, ни в частном плане не обнаружил единообразных решений'. Это естественно, поскольку речь идет о странах, которые были и остаются непохожими одна на другую. Институты и право в каждой из них по-своему оригинальны, и единство социалистических стран вовсе не требует отказаться от этого. Это единство предполагает приверженность к некоторым фундаментальным принципам, к определенной концепции социального строя и чувство солидарности с Советским Союзом. Не следует забывать, что и Советский Союз еще не достиг того типа общества, который является конечной целью марксизма. Отдел III. Принцип социалистической законности
165. Постановка вопроса. Марксистское предположение об отмирании права в коммунистическом обществе послужило для многих юристов буржуазных стран поводом, чтобы поставить вопрос: а существует ли вообще советское право и признает ли государство, стремящееся к своему отмиранию, принципы права и законности?
На этот вопрос следует ответить четко и ясно: в Советском Союзе и других социалистических странах принцип социалистической законности подчеркнут со всей силой и одновременно имеются все гарантии для того, чтобы сделать этот принцип действенным.
1. Значение принципа законности
166. Наличие социалистического права. Сегодня в Советском Союзе далеки от утопических позиций периода военного коммунизма, когда верили, что можно заменить право революционным правосознанием. С утверждением принципа законности праву были вновь возвращены его значение и авторитет.
Советский Союз в настоящее время -- это еще не коммунистическое общество, где общественные отношения будут регулироваться одним лишь спонтанным чувством солидарности и общественного долга. Ныне на повестке дня стоит вопрос о дисциплине: дисциплине труда, плановой дисциплине. В их обеспечении право и принуждение играют хотя и не исключительную роль, но тем не менее такую, которую неправильно было бы недооценивать. Право и государство на современной стадии развития -- это необходимость. Органы управления, государственные предприятия, кооперативы, граждане, участвуя в жизни общества, действуют в соответствии с правом. Строгое соблюдение принципа социалистической законности, строгое поддержание правопорядка являются абсолютными императивами.
167. Смысл слова "социалистическая" в применении к законности. Что означает определение "социалистическая", когда речь идет о законности? Это не просто добавление, потому что именно оно в глазах советских юристов раскрывает содержание принципа законности и смысл соблюдения законов.
Советские граждане должны соблюдать законы потому, что эти законы справедливы, а справедливы они потому, что их издает социалистическое государство, которое выражает интересы всех, а не какого-либо привилегированного класса. Марксисты часто выступали против буржуазной законности, поскольку в несоциалистических странах право защищает и увековечивает несправедливый социальный строй. В СССР от граждан требуется строгое соблюдение правопорядка. Возникает необходимость объяснить это изменение отношения. "Экономический строй общества, материальные условия господствующего класса определяют его общественное сознание, его волю и интересы, которые находят свое выражение в праве... Отрыв права и законности от экономики, рассмотрение правовой системы независимо от существующих экономических отношений несовместимы с коренными положениями советской юридической науки". Ценность принципа законности определяется тем, установлению какого строя он служит, каково содержание действующих правовых норм. Принцип законности имеет смысл только в условиях социалистической экономики и подчинен ее императивам. Не следует делать из права фетиш. Право -- это важная и необходимая вещь, но тем не менее оно не более чем надстройка над базисом, при котором орудия и средства производства обобществлены и используются в интересах всех. Определение "социалистическая" и напоминает об этом элементарном положении марксистской доктрины.
168. Утверждение принципа социалистической законности. Этот принцип утвердился не без трудностей. В период военного коммунизма для него не было достаточной почвы уже по одному тому (оставляя в стороне принципиальную сторону вопроса), что отсутствовала сколько-нибудь детализированная система правовых норм. Утверждение принципа началось при НЭПе. Но это был период компромисса, когда опасались, что капиталистические элементы смогут использовать право к своей выгоде в ущерб социалистическому строительству. Это сдержанное отношение к праву проявилось даже у многих юристов, которым представлялось, что издаваемые в этот период кодексы были призваны способствовать частному предпринимательству и гарантировать его. Безоговорочное признание права и законности пришло позднее, уже после ликвидации НЭПа, когда было создано социалистическое общество.
169. Государственные предприятия. Именно в этот период возникает вопрос, не следует ли проводить различия в отношении к праву и к принципу законности государственных органов и предприятий, с одной стороны, и граждан -- с другой, не подчинены ли полностью этому принципу лишь последние. Сколько-нибудь значительные споры, затрагивающие государственные организации, в настоящее время не подпадают под общую судебную юрисдикцию. Они выходят за пределы этой юрисдикции и подведомственны учреждениям, которые носят название арбитража (государственный арбитраж и ведомственный арбитраж). Сам этот термин является не вполне ясным в том смысле, что он дает повод думать, будто отношения между государственными предприятиями выпадают из сферы действия права в собственном смысле этого слова или что его применению могут помешать различного рода соображения. Возможно, что в момент создания системы государственного и ведомственного арбитража (в 1931 году) выбор этого наименования и был связан с подобной идеей'. Но что бы там ни было вначале, ныне ситуация совершенно ясна: государственные организации, точно так же как и граждане, строжайшим образом подчинены действию принципа социалистической законности, и отношения между этими организациями самым тщательным образом регламентированы правом. При разрешении споров между ними органы арбитража должны применять именно нормы права; исключаются решения, основанные на каких-либо соображениях неюридического порядка.
170. Императивный характер советского права. В Советском Союзе многие проблемы принимают своеобразный вид; в частности принцип социалистической законности в ряде отношений отличается от принципа господства права (Rule of Low) в том виде, как он признан в буржуазных странах. Следует указать на некоторые из этих отличий, которые свидетельствуют об оригинальности советской правовой системы на данном этапе социализма.
Первое отличие связано с теми новыми функциями, которые призвано выполнять право в советском обществе. Советская власть -- это революционная власть, которая стремится радикальным образом изменить существовавшие ранее условия и основать новое, коммунистическое общество. Советское социалистическое право видит свои первоочередные функции в том, чтобы способствовать должной организации экономических сил общества и выработке новых форм поведения граждан. Динамизм, имманентно присущий этим функциям, отличает советское право от буржуазных правовых систем. Несоблюдение права в Советском Союзе -- это не только посягательство на интересы тех или иных лиц, это не только вызов морали, это вместе с тем угроза успешному осуществлению государственной политики. В буржуазных странах способы, с помощью которых заключается, толкуется и исполняется договор, отвечают прежде всего частным интересам, а в Советском Союзе -- интересам успешного планирования и развития национальной экономики. Эти новые функции права в жизни общества и революционный характер власти ведут к тому, что в Советском Союзе уважение к праву носит более категорический характер, чем в буржуазных странах, где право в конечном итоге нередко интересует больше частных лиц, чем общество в целом.
Иеринг напрасно призывал граждан буржуазных стран бороться за право'. В этих странах продолжает господствовать мнение, что плохой мир лучше, чем хороший процесс. Общество привыкло к подобным взглядам и соответствующей практике. Такая точка зрения не может превозобладать в Советском Союзе, где само общество прежде всего заинтересовано в уважении к праву как инструменту политики власти. "Мы ничего "частного" не признаем, для нас все в области хозяйства есть публичноправовое, а не частное",-- писал Ленин2. Эту формулу следует понимать в том смысле, что все советское право нацелено на создание нового социального порядка. Нарушение права привлекает поэтому внимание не только того, кто явился непосредственной жертвой этого нарушения, но и государственных органов и самого государства.
Принцип законности в Советском Союзе более необходим и соблюдается строже, чем в буржуазных странах, где право стремится прежде всего к установлению справедливости в отношениях между частными лицами и где оно, следовательно, расширяет сферу своего воздействия лишь постольку, поскольку заинтересованные лица предпринимают те или иные действия для защиты своих прав.
В Советском Союзе, где праву отведены иные функции, принцип законности стремятся соблюдать более строгим образом и более действенно гарантировать уважение к этому принципу. И общество, и власть в Советском Союзе заинтересованы в этом гораздо больше, чем в буржуазных странах.
171. Социалистическое право и естественное право. Второе различие социалистического права и буржуазных систем права связано с тем, как относятся первые и вторые к естественному праву. Марксизм часто изображают как чисто позитивистскую доктрину, которая отрицает естественное право. В действительности все обстоит сложнее. Марксизм считает правовыми лишь те правила поведения, которые изданы или санкционированы государством. В этом аспекте его можно отнести к позитивистским учениям. Однако марксизм не ограничивается в отличие от этих учений лишь внешним, формальным аспектом права. С его позиции право не должно быть изолировано от социальных фактов. Исходя из этой посылки, марксизм уходит от позитивистского видения права и признает его "данность", под которой понимается естественная и социальная среда, в которой происходит в ходе истории процесс "создания" права. Законодатель отнюдь не всемогущ. Он не может творить право по прихоти, так как связан в своей деятельности определенными реалиями как материального, так и духовного порядка. Деятельность законодателя обусловлена и даже во многом предопределена самыми разными социальными отношениями людей.
Включив в свое правопонимание идею о пределах власти законодателя, марксизм тем самым отмежевался от позитивизма. Он в отличие от последнего не наделяет законодателя полной правотворческой свободой. В своей правотворческой деятельности законодатель связан многими факторами, как входящими в сам правотворческий процесс, так и лежащими за его пределами. Этот тезис о связанности законодателя сближает марксистское учение с концепцией естественного права. Однако самому этому понятию он придает новый смысл; оно более не связано, как раньше, с природой вещей, с абстрактной сущностью человека, с вечной и всеобщей справедливостью. Главное, что определяет с марксистской точки зрения деятельность законодателя,-- это материальные условия жизни общества, способ производства, то есть отнюдь не факторы идеального порядка, которые использовала доктрина естественного права.
Однако такой подход не означает, что марксизм отрицает этические основы и цели права. Став социалистическим, государство стремится к наиболее полному сочетанию права и морали. Не нужно удивляться тому, что в обществе, исповедующем материализм, ценность права подчеркивают указанием на его моральный и справедливый характер.
172. Преходящий характер социалистической законности. В Советском Союзе провозглашен и, несомненно, господствует принцип законности. Вместе с тем не следует забывать, что этот принцип, как и вся структура социалистического государства, служит потребностям переходного периода. Современное право социалистических стран, пишет чехословацкий ученый В. Кнапп, в целом справедливо с точки зрения социалистического общества, но оно не является таковым, если смотреть на него с позиции будущего коммунистического общества. Это диалектическое противоречие между справедливым характером права с позиции социализма и одновременно его несправедливым характером, с позиции коммунизма, исчезнет только в будущем, с отмиранием права при коммунизме'. В будущем коммунистическом обществе не будет ни государства, ни права, ни, следовательно, принципа законности. В советском праве нередко встречаются институты, которые в рамках принципа законности провозглашают и подготавливают неюридические формы завтрашнего общества. Иногда можно даже встретить институты, которые, как нам представляется, не находятся в полном соответствии с принципом законности. И первый, и второй случаи напоминают о том, что советское общество не хочет быть и не является "обществом, как все другие", и что вся его структура определяется доктриной марксизма-ленинизма.
2. Гарантии принципа законности
173. Советская концепция. Как обеспечить соблюдение социалистической законности и со стороны должностных лиц, и со стороны граждан? В широком смысле слова это призвана сделать вся совокупность государственных органов, равно как и воля народа, уверенного в правильности существующего строя и его законов. Этот подход особенно подчеркивается в Советском Союзе и других социалистических странах: здесь полагают, что в будущем обществе не будет принуждения. Поэтому уже теперь считают особенно ценным, что общественный порядок обеспечивается не только (и не столько) применением механизма принуждения, но и с помощью иных самых разнообразных способов, осуществляемых с участием органов государства, профсоюзов, прессы и граждан.
Основная гарантия социалистической законности, по мнению советских авторов, состоит в совпадении при социализме личных и общественных интересов, что обусловлено обобществлением средств производства и ликвидацией на этой основе всякой эксплуатации человека человеком. В числе других многочисленных гарантий ленинградский профессор Петров указывает деятельность Советов различных ступеней, органов исполнительной власти, деятельность органов контроля при Совете Министров СССР, различного рода инспекций при органах управления, деятельность прокуратуры, судов, контроль общественных организаций, и особенно профсоюзов, а также широко используемое право жалобы, которому соответствует обязанность административного органа рассмотреть ее'.
В рамках настоящей работы не представляется возможным рассмотреть весь этот ансамбль гарантий, что означало бы изучить всю совокупность институтов советского права. Поэтому, приведя вышеназванный перечень, мы отметим три института, которые специально существуют для того, чтобы обеспечивать действие принципа законности: прокуратуру, комитеты народного контроля и адвокатуру.
174. Прокуратура. Как особая гарантия принципа социалистической законности в Советском Союзе создан особый институт -- прокуратура. Был возрожден старинный русский институт, созданный Петром Великим в 1722 году,--"царево око", в соответствии с которым во все воеводства были назначены агенты центральной власти, чтобы следить за местным управлением. Этот институт ликвидировали в 1864 году, когда была создана прокуратура французского типа, в свою очередь упраздненная 24 ноября 1918 года вместе со старыми судами. Созданная в 1922 году прокуратура свой сегодняшний облик получила позднее. Институт прокуратуры закреплен Конституциями 1936 и 1977 годов.
В определенной мере советская прокуратура похожа на французскую, но в еще большей мере отличается от нее как структурой, так и более широкими функциями, особенно функцией надзора за законностью актов органов управления и местных органов.
Прокуратура представляет собой совершенно автономное учреждение, построенное по иерархическому принципу и независимое от всех министерств и местных Советов; наоборот, она контролирует их деятельность. Она подчинена единому руководителю -- Генеральному прокурору СССР. Чтобы подчеркнуть полную независимость прокуратуры, Генеральный прокурор избирается Верховным Советом СССР сроком на пять лет.
В подчинении Генерального прокурора находятся назначаемые им сроком на пять лет прокуроры республик, областей, районов и городов. Как и сам Генеральный прокурор, каждый из этих прокуроров возглавляет определенный штат сотрудников. Существуют также специальные виды прокуратуры, например военная прокуратура и др.
175. Роль прокуратуры. У прокуратуры двойная роль. Прежде всего она осуществляет функции, в целом соответствующие тем, что возложены на французскую прокуратуру, действующую при судах. На нее возложено судебное преследование по уголовным делам. Она может также давать заключения и даже предъявлять иски по гражданским делам. Она наблюдает за местами заключения. Никто не может быть арестован без санкции прокуратуры, она вправе распорядиться об освобождении любого незаконно арестованного лица. Однако и в сфере судебной деятельности функции прокуратуры более значительны, чем во Франции. Это, в частности, связано как с тем, что вся публичная власть в целом играет более активную роль, так и, возможно, с тем, что прокуратура располагает весьма обширным персоналом и средствами. Имеет значение и то, что в соответствии с принципами советского судоустройства судьи не обязательно должны быть юристами по образованию. В результате участие прокуратуры в судебной сфере весьма широко. Оно выражается и в предъявлении исков, и во вступлении в уже начавшийся процесс, и в принесении протестов на неправильные, с ее точки зрения, решения, и в контроле за исполнением судебных решений. В 1955 году ей было даже предоставлено право выражать несогласие с постановлениями Пленума Верховного Суда СССР путем обращения в Президиум Верховного Совета СССР. Этот факт еще раз подтверждает, насколько руководители Советского государства заботятся о соблюдении и полной действенности принципа социалистической законности.
176. Значение общего надзора. Второе направление деятельности советской прокуратуры -- общий надзор. Прокурор присутствует на заседаниях исполнительных комитетов местных Советов и может, таким образом, воспрепятствовать принятию решений, противоречащих закону. Кроме того, прокуратура осуществляет систематическую проверку с точки зрения соответствия закону всех административных актов, которые в обязательном порядке сообщаются ей до принятия их к исполнению. Она может рассмотреть в порядке жалобы или заявления, исходящих от заинтересованных лиц, всевозможного рода случаи, когда имело место нарушение закона. Таким образом прокуратура осуществляет нечто вроде общего контроля над всей администрацией.
Во всех случаях, когда прокуратура обнаруживает нарушение, она в определенные, в ряде случаев предустановленные сроки приносит по этому поводу протест. Закон определяет, что данный протест адресуется или органу, принявшему опротестовываемое решение, или вышестоящему органу, или, в исключительных случаях, судебным органам. Протест прокуратуры приостанавливает действие опротестованного акта. Если орган, в который обращен протест прокуратуры, не отменяет и не изменяет опротестованное решение или акт, прокуратура обращается в вышестоящую инстанцию. Практика показывает, что прокуратура весьма действенно осуществляет свою роль по общему надзору. Об этом свидетельствуют материалы, публикуемые в органе прокуратуры, журнале "Социалистическая законность". Следует отметить особенно активное вмешательство прокуратуры в сферу трудового права и деятельность местных властей. Акты более высоких инстанций оспариваются прокуратурой реже, возможно, потому, что они принимаются в итоге более серьезного предварительного изучения.
Осуществляя общий надзор, прокуратура использует не только такое средство, как требование отмены незаконного акта, но и другую форму -представление. Оно применяется в тех, например, случаях, когда руководители учреждения и общественной организации не принимают решений, необходимых во исполнение требований закона. Органы, куда направлены представления, должны в установленный срок сообщить о принятых мерах. Если прокуратура признает эти меры недостаточными, она может поставить вопрос о применении дисциплинарных и даже уголовных санкций.
177. Другие социалистические страны. Институт прокуратуры создан и в других социалистических странах. Ранее в этих странах существовала административная юстиция, действовавшая успешно. Иногда даже возникает вопрос, а правильно ли поступили, отказавшись от нее в пользу прокурорского надзора, тем более что прокуратура здесь в большей мере занята традиционным контролем за деятельностью органов юстиции, а осуществление ее надзорных функций в отношении органов управления далеко от желаемого.
Не существует принципиальных преград для создания в этих странах административных судов. В Югославии их роль в определенной мере взял на себя Конституционный суд, имеющий право аннулировать решения, принятые органами самоуправления. Принимаются также меры, направляемые на то, чтобы сделать прокурорский надзор более действенным, а также призванные регламентировать управленческую деятельность. Административно-процессуальные кодексы были приняты в Чехословакии в 1955-м, Венгрии -- в 1956-м, Югославии -- в 1957-м и в Польше -- в 1960 году. Нередко прокурорский надзор дополняется другими формами контроля, и в частности расширяется компетенция общих судов, в которых можно оспаривать законность некоторых актов управления. Конституция Румынии 1965 года предусматривает возможность проверки судами законности управленческих актов, а Закон 1967 года разрешил гражданам этой страны оспаривать в суде такие акты, за исключением изданных Советом Министров. Важным направлением развития контроля является все расширяющееся участие населения в управлении.
178. Комитет народного контроля. Контроль за законностью -- это важная задача в стране таких пространственных размеров, как Советский Союз. Специализация прокуратуры -- надзор за юридической и управленческой сторонами деятельности. Что касается экономики и финансов, то это сфера деятельности Комитета народного контроля (закон от 30 ноября 1979 года). Функции этого комитета шире, чем контроль в собственном смысле слова. Он проверяет эффективность исполнения важных решений в области экономики, борется с тенденцией ведомственного или местнического подхода, бюрократизмом, ищет способы улучшения деятельности Советов и управленческих органов.
179. Адвокатура СССР. На первых порах в СССР с недоверием относились к адвокатуре. Старый институт был отменен сразу же после революции. Понадобилось некоторое время для восстановления профессиональной адвокатуры. В адвокатах, однако, видели не столько представителей обвиняемых, заботящихся лишь об интересах клиентов, сколько помощников правосудия, призванных бороться за социалистическую законность. В определенный период в СССР существовали списки юристов, которые могли быть использованы и как защитники, и как обвинители; они выступали по назначению суда и получали жалованье от государства. Однако уже в 1922 году от этой практики отказались. Была создана профессиональная адвокатура.'
Между организацией адвокатуры в западных странах и в СССР -- большое различие. По советской Конституции адвокат должен рассматриваться как участник общего звена, в которое входят также судья и прокурор. Все они сотрудничают с той целью, чтобы рассматриваемое дело предстало перед судом во всех его аспектах. В принципе адвокат не должен рассматривать себя как противника прокурора перед лицом судьи, который должен раскрыть истину. Если адвокат убежден в вине своего клиента, он не должен скрывать ее от суда или же представлять преступление менее опасным, чем оно есть на самом деле. Отмечая обстоятельства, смягчающие ответственность клиента, он вместе с тем не должен терять из виду интересы общества и учитывать то воздействие, которое его защита может иметь на тех, кто присутствует в зале суда. Советский адвокат -- это прежде всего служитель правосудия и социалистической законности. В этом известное отличие от практики буржуазных стран, где судья призван играть роль арбитра между обвинением, представленным прокурором или каким-то другим лицом, и защитой, которую ведет без каких-либо ограничений адвокат.
Советская концепция о роли адвоката в практическом плане подтверждена общественной формой организации адвокатуры. Заинтересованное лицо может обратиться к любому адвокату, но при этом оно всегда адресуется в коллегию адвокатов. Председатель этой коллегии в соответствии с установленными тарифами определяет гонорар, оплачиваемый клиентом, который вносится в кассу коллегии. К профессии адвоката допускаются лица с высшим юридическим образованием. К профессии адвоката ныне уже не относятся так, как в первые годы Советской власти. Право обвиняемого на защиту стало конституционным принципом, который стремятся реализовать. Среди адвокатов много членов партии, в ряде публикаций отмечается, что Ленин был адвокатом. Представляется, что адвокатская практика не приносит больших доходов. Дел, которые на Западе приносят адвокатам крупные заработки, в Советском Союзе нет, ибо здесь ликвидирована частная торговля. Существенно и то, что на предприятиях и в учреждениях имеются свои юридические службы. Наибольшую часть адвокатской практики составляют уголовные дела. Адвокаты редко участвуют в рассмотрении гражданских дел (5--6% общего числа этих дел). В 1980 году насчитывалось примерно 19 000 адвокатов, причем 96 процентов из них имели высшее юридическое образование; а 60 процентов адвокатов -- члены Коммунистической партии.
180. Другие социалистические страны. Организация адвокатуры в Чехословакии сходна с советской. Адвокаты здесь также объединены в коллегии. В 1963 году такая же система была введена в Польше. В Югославии, напротив, закон 1957 года отменил предшествующий закон 1946 года и установил, что адвокаты работают индивидуально. Вместе с тем югославская адвокатура включена в систему общественного самоуправления, в результате чего она отличается от западноевропейских образцов. Обществу небезразлично, как осуществляет свою деятельность адвокатура, ибо она служит интересам социалистического строя в целом, и правосудия в особенности. По этой причине делами адвокатуры управляет не только Ассамблея, состоящая исключительно из адвокатов, но и Исполнительный комитет, в который наряду с адвокатами входят общественные деятели, журналисты, представители других индивидуальных профессий. Комитет избирается Национальным Собранием в каждой республике, и именно он решает вопрос о допуске лица к адвокатской деятельности. Раздел второй ИСТОЧНИКИ ПРАВА
181. Введение. Под источником права советский юрист понимает прежде всего экономический строй общества, который, согласно марксистской доктрине, обусловливает и определяет правовую систему данной конкретной страны. В этом смысле основной источник советского права образует соединение двух факторов: обобществления средств производства и установления в стране власти народа. И только во вторую очередь советская доктрина называет источниками права те технические приемы, с помощью которых в данной стране и в данный период создают, находят или уточняют юридические нормы. Мы обращаемся к изучению именно этих технических приемов, чтобы ответить на вопрос, какова роль закона, судебной практики и других факторов в создании права в Советском Союзе с учетом экономической и политической структуры этой страны. Глава I. ЗАКОН
182. Первенство закона. Очевидно и неоспоримо, что закон в широком смысле слова представляет собой основной источник советского права. Бросается в глаза сходство в этом плане советского права, с одной стороны, и романо-германской семьи -- с другой. Но при более близком рассмотрении это сходство оказывается формальным. В странах романо-германской семьи значение закона видят в том, что он является наиболее ясным и удобным способом выражения норм права. Иначе -- в социалистических странах, где первенство закона связано с тем, что в нем видят наиболее естественный способ создания права, которое при этом отождествляется с волей правящих. В этих странах закону придается первенствующая роль также и потому, что речь идет о быстро изменяющемся обществе. Динамизм советского права привел к возвеличению закона, противопоставляемого таким факторам более медленного развития права, как обычай и судебная практика. Отдел I. Советский Союз
183. Принцип единства власти. Несходство проявляется прежде всего в политическом плане. Известно различие, которое проводится в буржуазных странах между законом в формальном и законом в материальном смысле слова. Закон в формальном смысле -- это всякий акт, принятый парламентом и промульгированный исполнительной властью; закон в материальном смысле -- это акт, который не исходит обязательно от законодательной власти, но содержит в себе нормы общего значения, устанавливающие определенные правила поведения.
Это различие носит не только описательный характер. В странах либеральной демократии его рассматривают как обязательное. В соответствии с принципом так называемого разделения властей здесь стремятся осуществить их определенное равновесие. В таких условиях считается нормальным, что правила поведения, устанавливаемые правом, исходят из различных источников и что их создание не является привилегией лишь какой-либо одной из этих властей.
Марксистско-ленинская доктрина отрицает принцип разделения властей. В этом отношении ей способствует тот факт, что в практике современного мира указанный принцип ведет ко все большему ослаблению роли подлинного закона, то есть акта парламента, в интересах других "властей", а именно исполнительной или административной власти. Развитие практики издания декретов-законов, новое различие между законом и регламентом, установленное во Франции Конституцией 1958 года, независимость судебной власти по отношению к власти законодательной, характерная для стран общего права,-все это объявляется факторами, способствующими отходу от принципа народного суверенитета. Утверждается, что в Советском Союзе нет подобной практики, противоречащей подлинной демократии; вся власть сконцентрирована в руках Верховного Совета; в каждой союзной республике вся полнота власти передана Верховному Совету республики. Совет Министров Союза ССР и Советы Министров союзных республик, равно как и вся исполнительная власть, ответственны перед этими Верховными Советами. Таким образом, вопрос о разделении властей или их равновесии и не стоит. Самое большее, что может иметь место,-- распределение функций между органами государственного управления, органами правосудия и прокуратуры. Однако не может быть и речи о том, чтобы поставить управление и правосудие в один ранг с Верховным Советом, который в соответствии с принципом единства власти, принятым в Советском Союзе, выступает именно как высший орган государственной власти.
Законодательная власть осуществляется исключительно Верховным Советом СССР и Верховными Советами союзных республик. В Советском Союзе не склонны ослабить или изменить этот принцип, признав различие между законом в формальном и материальном смысле.
184. Применение принципа. Когда речь заходит о применении изложенного принципа, возникают трудности. В самом деле, как практически осуществить, чтобы все законы в таком сложном комплексе, какой представляет собой общество в Советском Союзе, всегда выступали как акты Парламента? Советская доктрина рассматривает практику издания декретов-законов, а также признание и расширение автономного нормотворчества исполнительной власти в буржуазных странах как посягательство на принцип народного суверенитета. Юристы буржуазных стран в ином виде изображают этот процесс и связывают его с увеличением задач, возлагаемых на государство, и потребностью в действенной администрации. Каким же образом удается в Советском Союзе сохранить уважение к народному суверенитету и одновременно удовлетворить потребность в действенной администрации?
Один из путей к этому мог бы состоять в расширении сферы компетенции и полномочий местных Советов, которые, так же как и Верховные Советы, выражают волю народа. Однако в общем, до настоящего времени по этому пути далеко не пошли.
Был избран другой путь. Практика издания декретов-законов французского образца неизвестна в СССР; здесь никогда не проводилось делегирование законодательных функций органам исполнительной власти, в том числе Советам Министров. Потребность в эффективном управлении удовлетворяется без нарушения рассматриваемого принципа. Для этого используется практика постоянного делегирования функций Верховного Совета на период между сессиями его органу -- Президиуму. Законотворчество остается делом исключительно законодательной власти, но практически оно осуществляется по преимуществу Президиумом, решения которого одобряются затем Верховным Советом. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к числу и длительности сессий Верховного Совета. Он, как правило, проводит две сессии в год, длительность каждой из них 2--3 дня. На отдельное голосование ставятся лишь особо важные законы (Конституция, законы о планах экономического и социального развития, основы законодательства и кодексы), которые после обсуждения принимаются депутатами единогласно. Отметим, что Верховный Совет может беспрепятственно изменять Конституцию и какие-либо формы судебного контроля за конституционностью законов отсутствуют.
Совет Министров уполномочен Конституцией принимать постановления и распоряжения, но только на основе и во исполнение действующих законов. В СССР не признается самостоятельная регламентарная власть. Однако широкие формулы в текстах законов оставляют административным властям простор для самостоятельности в рамках этих законов, и большинство мер, определяющих жизнь в Советском Союзе, установлено Советом Министров и подчиненными ему органами.
Когда мы говорим о деятельности Президиума Верховного Совета и Совета Министров, то, чтобы сохранить реалистический подход, следует помнить о прямых связях между этими органами и Коммунистической партией СССР. Конституция СССР 1977 года говорит об этом в ст. 6: "Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза". Конституция лишь подтвердила то, что всегда существовало. И до 1977 года КПСС руководила политикой страны. В рамках самой партии решения принимаются ее Центральным Комитетом, но чаще всего Политбюро.
185. Советский федерализм. СССР составляют 15 союзных республик. Это федеральное государство, что обусловлено протяженностью территории, наличием множества национальностей. Царская Россия федерализма не знала. В Верховном Совете СССР наряду с Советом Союза существует Совет Национальностей, порядок формирования которого отражает наличие союзных и автономных республик. Федеральный характер Советского государства ограничен тем, что Коммунистическая партия СССР построена на централизованной основе.
Как и во всяком федеральном государстве, в СССР проведено распределение компетенции между Союзом и союзными республиками.
Конституция 1936 года предусматривала издание общесоюзных кодексов для ряда отраслей права: уголовного права, гражданского права и др. Практически во исполнение этого предписания Конституции был издан лишь один общесоюзный Закон о судоустройстве 1938 года. Работы по подготовке общесоюзных кодексов не вышли из стадии предварительных проектов, которые не были опубликованы. В 1953 году произошел отход от чрезмерной централизации предшествующего периода. В Конституцию были внесены изменения, воспроизведенные затем Конституцией СССР 1977 года, не предусматривающие более издания общесоюзных кодексов, кроме некоторых, как, например. Таможенного кодекса. Кодекса торгового мореплавания и Воздушного кодекса. В других областях общесоюзная компетенция ограничена изданием лишь Основ законодательства, в соответствии с которыми каждая союзная республика должна издавать свои собственные кодексы.
186. Основы законодательства и новейшие кодексы. В 1958 году были приняты Основы законодательства в области судоустройства, уголовного процесса и уголовного права. В 1961 году Основы гражданского законодательства и Основы гражданского судопроизводства, а позднее -- Основы законодательства о семье. Основы законодательства о труде, Основы законодательства о здравоохранении и ряд других. В союзных республиках на базе принятых Основ законодательства активно проводилась кодификация. Самая большая из союзных республик-- РСФСР в 1960 году приняла свои новые Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы и новый Закон о судоустройстве, в 1964 году--свои новые Гражданский и Гражданско-процессуальный кодексы, а в 1969 году-- новый Семейный кодекс.
Нормы, содержащиеся в Основах законодательства, как правило, полностью воспроизводятся в кодексах, иногда с незначительными модификациями. Однако кодексы более детализированы, чем Основы. Закон о судоустройстве РСФСР содержит 64 статьи, в то время как соответствующие Основы -- 39; число статей в Уголовном кодексе РСФСР составляет 269 (в Основах -- 47), а в Уголовно-процессуальном кодексе РСФСР--413 (в Основах--54). Гражданский кодекс РСФСР содержит 569 статей, опирающихся на 129 статей Основ гражданского законодательства. Эти цифры интересны, поскольку они содержат указание на степень автономии, предоставленной союзным республикам. В целом эта автономия используется в достаточно скромной степени. Какого-либо органа, призванного координировать подготовку кодексов и обеспечивать их единообразие, не существует. Но сложилась практика, когда проект кодекса, подготовленный в одной союзной республике, сообщается другим республикам. Кодексы весьма схожи между собой.
187. Указы Президиума. Порядок деятельности Верховного Совета СССР и Верховных Советов союзных республик таков, что принимаемые ими законы в собственном смысле слова немногочисленны. К принятию законов Верховным Советом прибегают тогда, когда хотят придать закону особую значимость. Практически чаще всего используется форма указа, издаваемого Президиумом Верховного Совета; такая практика кажется настолько естественной, что к ней прибегают в некоторых случаях даже для внесения изменений в Конституцию. Верховный Совет ограничивается тем, что на своей очередной сессии утверждает, не входя в обсуждение деталей, все указы, принятые в интервале между этой и предыдущей сессиями.
Законы и указы -- основа советского правопорядка. И с теми, и с другими легко ознакомиться. Они публикуются в официальных общесоюзных и республиканских периодических изданиях. Часто издаются различного рода хронологические и систематические сборники как общесоюзного, так и республиканского законодательства.
188. Другие акты. Принимаемые на основе и во исполнение законов Советами Министров, союзными и республиканскими министерствами акты по своей природе и формам весьма различны. Мы встречаем среди них постановления и решения Совета Министров, в том числе принимаемые совместно с Центральным Комитетом партии; общие условия поставки и правила перевозки, одобренные одним или несколькими заинтересованными министерствами; примерный устав треста или предприятия;
инструкции, адресованные управлению в определенной области или той или иной группе предприятий. Сложность всей этой регламентации весьма значительна; она даже больше того, на что жалуются ныне в буржуазных странах. Однако такая модификация роли, отведенной закону, имеет свою причину, а именно обобществление национальной экономики. К рассмотрению этого факта мы и переходим.
189. Роль управления в советской экономике. Вследствие обобществления средств производства и властного государственного дирижизма, определяющего развитие народного хозяйства, управление в сфере экономики в социалистических странах призвано выполнять такие задачи, которые решительно превосходят задачи управления в этой же сфере в буржуазных странах. Различие здесь не только количественное, но и качественное. Хозяйственные предприятия при социализме являются государственной собственностью и выступают как учреждения публичного права: несмотря на то, что они обладают финансовой автономией, демаркационная линия между административным актом во всех его формах, с одной стороны, и договором, заключаемым между предприятиями или группами предприятий,-- с другой стороны, является весьма произвольной.
В демократиях либерального типа (они все более и более удаляются от этого типа) можно увидеть массу различного рода регламентов, декретов, постановлений, определяющих порядок применения законов, принятых парламентом. Вместе с тем в этих странах существует обширный сектор, где может осуществляться свободная игра частного предпринимательства. Правда, промышленные, торговые и сельскохозяйственные предприятия все более и более подпадают под регламентацию, определяющую рамки организации их деятельности; тем не менее они сохраняют очень большую свободу в отношении направления и масштабов деятельности, создания тех или иных филиалов, в выборе контрагентов и т. д. Свобода главы предприятия, принцип свободы договора все более подвергаются ограничениям, однако именно они являются правилом. Это и позволяет еще, несмотря на все ограничения, говорить о либеральной демократии.
В Советском Союзе, который является социалистической демократией, положение иное. Цель предприятий здесь -- выполнение плана развития народного хозяйства. Их деятельность сразу же четко фиксируется и вводится в определенные рамки статутом, который они получают от государства, и плановыми предписаниями. Они должны делать то, что им вменяется планом, и они не могут делать того, что выходило бы за рамки их статута. Это двойное правило и обусловливает то невиданное еще значение, которое приобретает в Советском Союзе административно-правовая деятельность. Именно управление должно путем издания различного рода постановлений, распоряжений и т. д. взять на себя осуществление большей части экономической задачи, которая в буржуазных странах выполняется с помощью инициативы частных предприятий. Отсюда и беспрецедентный рост административной регламентации.
В западных странах доктрина проводит четкое различие между постановлением, распоряжением или каким-либо другим административным актом, с одной стороны, и договором -- с другой. Это различие стирается, если не исчезает, в советском праве.
190. Нормативные, управленческие и ведомственные акты. Существенное различие между нормативными актами и разного рода инструкциями и циркулярами состоит в том, что первые содержат нормы, обязательные для всех, а вторые -лишь указания тем или иным управленческим органам: они не создают правовых норм. Практически в буржуазных странах администрация никогда не ставит вопрос о законности ведомственных инструкций и циркуляров, которые она получает; она применяет их на равных основаниях с нормами права. В Советском Союзе такой подход и это смешение стали еще больше, поскольку здесь все основное в сфере экономики выполняется государственными организациями. Последние выступают как субъекты права, обладающие автономией; однако они не становятся независимыми от министерства и вряд ли проводят различие между нормативными актами и адресованными им циркулярами.
191. Административный акт и договор. В условиях советской экономики различия между двумя этими явлениями стираются. Основой договоров, заключаемых между государственными организациями, являются предписания народнохозяйственного плана. Их роль сводится по преимуществу к тому, чтобы конкретизировать данные плана, дополнением к которому они и являются. Эти договоры лишь по внешнему виду похожи на характерные для либеральной экономики договоры, заключаемые по свободной инициативе, или, как говорят марксисты, анархически. В СССР было признано полезным сохранить в обобществленном секторе такой технический инструмент, как договор. Но в этом проявляется скорее стремление обеспечить хорошее административное управление, чем желание закрепить за руководителями предприятий определенную свободу действий. Вполне возможен был бы полный отказ от договора в отношениях между государственными предприятиями и учреждениями; для этого достаточно максимально детализировать план и расширить воздействие собственно органов управления. Тогда договор оказался бы ненужным. Впрочем, соотношение административного акта и договора во многом зависит от того, какая тенденция в экономической жизни и управлении окажется более полезной -- централизации или децентрализации.
192. Трудности доступа к документальным источникам. В отличие от публикации законов и других нормативных актов общего характера, которая обеспечивает возможность ознакомления с ними, ситуация с другими актами и инструкциями иная. Остается неясным, где проходит разделительная линия между тем, что интересует всех, и тем, что представляет интерес лишь для определенных предприятий, и соответственно тем, что должно публиковаться для всеобщего сведения, а что -- нет. Здесь отсутствуют какие-либо предустановленные критерии и господствует эмпиризм. Этот эмпиризм -отражение исторической традиции. Приказы, бывшие в России предшественниками министерств, создавали, каждый для себя, сборники актов, нужных для служащих данного приказа и доступных только им. Если изобразить эту ситуацию, используя современную терминологию, то можно сказать, что не было норм публичного права и регламентов в собственном смысле слова, а имелись лишь обычаи, административная практика, служебные инструкции, используемые чиновниками. Некоторые западные авторы полагают, что современная ситуация связана с этой традицией старых российских учреждений. Каждое министерство издает для своих служащих и подведомственных организаций сборник или сборники своих инструкций. Они предназначены для внутреннего пользования и распространяются только среди своих адресатов; их нельзя купить или получить в библиотеке. В газетах можно ознакомиться только с теми из этих актов, публикацию которых по тем или иным причинам признали целесообразной. Все остальные акты получают как бы конфиденциальный характер, подобно тому, как это происходит с большинством циркуляров французской администрации. Все это отнюдь не облегчает задачи тех, кто без всяких дурных намерений пожелает изучить работу советских институтов. Да и советские авторы жалуются на трудность доступа к этим источникам. В этом отношении ситуацию в советском праве нельзя признать с точки зрения юридической науки удовлетворительной. Не является она таковой и в буржуазных демократиях, где изучение права часто ограничено лишь теоретическими аспектами, а практические аспекты труднодоступны, поскольку им придан конфиденциальный характер, тем более для иностранцев.
193. Толкование и применение закона. Советский Союз, руководимый коммунистической партией, поставил своей целью создать с помощью своих законов принципиально новый социальный строй. Как и всякое новое право, советское право отличается императивным характером и требует толкования в строгом соответствии с намерениями его авторов. От советских юристов и судей ожидают толкования права, которое приведет именно к такому его применению, какое имел в виду законодатель.
Однако из этого не следует, что толкование законов должно быть всегда буквальным. В данном случае в Советском Союзе преобладают традиции романо-германской системы. Марксистская доктрина вовсе не предполагает, что законы следует применять исключительно в соответствии с их буквой, используя лишь чисто грамматические методы толкования. Такое отношение может превратить закон в фетиш, имеющий ценность сам по себе, независимо от политики, являющейся его подлинной основой. Поэтому оно принципиально неприемлемо для марксизма.
Толкование законов советскими судьями должно быть, следовательно, не грамматическим, а логическим, направленным на то, чтобы увидеть в тексте закона его подлинный смысл с учетом всей системы действующего права и основных принципов государственной политики. В Советском Союзе отказались от методов школы свободного права, точно так же как и от метода телеологического толкования, применяемого в ряде стран, и особенно во Франции.
Советскую позицию по вопросу толкования законов нельзя уяснить до конца, если не учесть такого важного фактора, каким является учение марксизма-ленинизма. Законы и иные акты издаются законодателем, который руководствуется этим учением. Следовательно, чтобы полностью выявить намерения законодателя, следует и толковать все акты в свете этого учения. Роль марксистской доктрины как руководства для судейской деятельности претерпела изменения в сравнении с ранними периодами развития Советского государства. Тогда в течение длительного времени эта роль была главенствующей; поскольку законов было мало, судья должен был в соответствующих случаях искать решения спора в принципах марксизма. Из этой необходимости исходили первые советские законы, когда они предписывали судьям руководствоваться принципами политики Республики Советов и своим социалистическим правосознанием. Слишком растяжимый характер данной формулы в настоящее время представляется несовместимым со стремлением строгого проведения в жизнь принципа социалистической законности и дисциплины. Советские законы многочисленны и детализированы. Судья применяет их в соответствии со своим правосознанием, но это последнее уже нет необходимости объявлять автономным источником права. Очевидна и тенденция исключить из законодательства общие формулы, характерные для кодексов периода НЭПа.
Издание Основ законодательства в 60-е годы позволило увидеть в советской доктрине как отмеченную тенденцию, так и противостоящую ей. В первоначально опубликованных проектах Основ отсутствовали какие-либо общие формулы. Только ст. '4 проекта Основ гражданского законодательства уточняла, что гражданские права и обязанности могут возникать и кроме случаев, указанных в законе "в силу общих принципов и в соответствии со смыслом гражданских законов". В проекте не было знаменитого правила ст. 1 Гражданского кодекса 1922 года, исключавшей защиту гражданских прав в тех случаях, когда они осуществлялись в противоречии с их социально-хозяйственным назначением. Однако интересно отметить, что положение, воспроизводящее смысл этой статьи, в конце концов было введено в Основы гражданского законодательства. "Гражданские права охраняются законом, за исключением случаев, когда они осуществляются в противоречии с назначением этих прав в социалистическом обществе в период строительства коммунизма" (ч. I, ст. 5). В Основы гражданского судопроизводства также была включена статья, которой не было в проекте. "В случае отсутствия закона, регулирующего спорное отношение, суд применяет закон, регулирующий сходные отношения, а при отсутствии такого закона суд исходит из общих начал и смысла советского законодательства" (ч. III, ст. 12).
Таким образом, и в СССР можно увидеть проявление двух тенденций: одна из них--стремление к максимально строгому соблюдению закона, другая -подчеркивание справедливости, необходимости преодоления формального применения законов, нежелание видеть в законе фетиш. В Советском Союзе эти тенденции приобретают еще и особый политический аспект, поскольку речь идет не только о том, должно ли право быть более или менее строгим, а прежде всего о том, в какой мере уже сегодня должно или можно предвидеть отмирание права. В Советском Союзе положительно относятся к формулировкам закона, которые освобождают судью от формализма. Например, ст. 47 Основ гражданского судопроизводства 1961 года гласит: "Не может быть отменено правильное по существу решение суда по одним лишь формальным соображениям".
194. Аутентичное толкование закона. Следует отметить характерную черту советского права в отношении толкования закона, а именно наличие органов, предназначенных для своеобразного аутентичного толкования закона и издающих в этой связи специальные директивы, которые адресуются всем органам, осуществляющим отправление правосудия. Такими органами, кроме Президиума Верховного Совета СССР, являются Верховный суд СССР и главный арбитр СССР.
Роль Верховного суда СССР в настоящее время состоит больше в выработке таких директив для судей, чем в проверке решений по конкретным дела"... На Верховный суд СССР возложена задача общего наблюдения за тем, как толкуются законы и осуществляется правосудие всеми судами, существующими в стране. Если в ходе выполнения этой задачи Верховный суд обнаруживает колебания и расхождения в толковании закона, он тотчас вмешивается и издает по этому поводу соответствующую директиву. Судьи должны следовать ей. В качестве примера такого руководящего указания приведем Постановление Верховного суда от 17 декабря 1971 года о порядке применения ст. 7 Основ гражданского законодательства, устанавливающей ответственность за распространение порочащих человека сведений.
Сказанное выше можно повторить и применительно к высшему звену государственного арбитража СССР, который точно так же изучает арбитражную практику, как Верховный суд СССР -- судебную, и издает для использования нижестоящими государственными арбитражами инструкции того же свойства, что и директивы Верховного суда СССР. Отдел II. Другие социалистические страны
195. Роль закона. Как и в СССР, во всех европейских социалистических государствах основной источник права -- закон. И здесь государственная власть сконцентрирована в парламенте, который один лишь правомочен определять политику страны и издавать законы. Конституция Румынии 1965 года четко говорит о том, что не существует никакой самостоятельной регламентарной власти.
Однако при сходстве принципиальной установки имеется немало различий. В Югославии в 1963 году создан Конституционный суд, правомочный просить парламент вновь рассмотреть принятый им закон, который суд считает неконституционным. Таким путем в парламент был возвращен ряд законов, в том числе закон о социальном обеспечении. Создание Конституционного суда предусмотрено в Чехословакии в целях контроля за правильным распределением компетенции между федеральными и иными властями. Определенный контроль за конституционностью законов возможен в Румынии, где он осуществляется комитетом, созданным в парламенте.
Югославия, Чехословакия, как и СССР,-- федеральные государства. Но в первых двух распределение компетенции между федеральными и республиканскими властями иное, чем в СССР.
Не в столь обширных и населенных в сравнении с Советским Союзом странах и имеющих при этом более глубокие парламентские традиции, созыв парламента проще и деятельность его активнее, как, например, в Польше, где сейм сам принимает большинство законов, а его орган -- Государственный совет в промежутках между сессиями сейма издает нормы лишь в исключительных случаях.
196. Кодификация. Сразу же после прихода к власти коммунистических партий были проведены значительные кодификации, особенно в Польше, Чехословакии и Югославии, где ранее право не было унифицировано в общенациональном плане. Подготовленные с некоторой поспешностью кодексы впоследствии заменялись новыми, отражавшими достигнутое на пути социалистического развития. В Польше в 1964 году были приняты новые Гражданский, Семейный и Гражданско-процессуальный кодексы. Позднее были опубликованы кодексы в области уголовного и уголовно-процессуального права, международного частного права, морского права, трудового права и административного процесса. Были попытки кодифицировать административное право и международное торговое право -- области, где органы, обладающие нормотворческой компетенцией, создали сильно запутанную ситуацию.
В Чехословакии в 1963 году были изданы новые Семейный, Гражданско-процессуальный кодексы. Закон о международном частном праве и Кодекс международной торговли, в 1964 году--Хозяйственный и Гражданский кодексы, в 1965 году -- Кодекс законов о труде.
В Германской Демократической Республике в 1965 году вышел новый Семейный кодекс, в 1975 году -- Гражданский и Гражданско-процессуальный кодексы и Законы о применении права и о международном частном праве, в 1976 году -- Закон о международных хозяйственных договорах.
В Албании, Болгарии и Югославии были изданы комплексы крупных законов, заменившие в самых разных сферах действовавшее ранее право. В Венгрии в 1959 году был принят Гражданский кодекс, которого ранее не было в
этой стране.
197. Толкование законов. Оно мало чем отличается от принятого в СССР. Оно должно быть строгим, что неоднократно подчеркивалось в юридической литературе этих стран. Однако так подходят к толкованию лишь нового права. Что касается законов, унаследованных от прошлого и остающихся в силе, то действуют другие критерии. Наиболее четкой в этом плане является формула, действующая в Югославии: от применения таких законов можно отказаться, если они противоречат основополагающим принципам нового строя.
Однако старые законы постепенно сходили со сцены, а в отношении новых в итоге дискуссии были выработаны более гибкие принципы толкования, способствующие усилению связи между правом и жизнью общества. Конституция ЧССР 1960 года в ст. 102 установила, что судьи должны толковать законы в соответствии с социалистическим правосознанием, и это правило было развито в Гражданском кодексе 1964 года.
198. Публикация законов. Правовые традиции сказались и в том, что в рассматриваемых странах хорошо организована публикация всех видов регламентарных актов. Здесь нет сборников, издаваемых для служебного использования в рамках какого-либо министерства, и потому остающихся в какой-то мере конфиденциальными. Возможно, поэтому право европейских социалистических стран легче изучать, чем советское право. Глава II. СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА Отдел I. Советский Союз
199. Советская концепция. Роль судебной практики в СССР и западных странах оценивается по-разному. Если спросить советского юриста, какова роль судебной практики в Советском Союзе, он убежденно ответит, что эта роль значительна. Если же затем спросят его, является ли судебная практика источником права, то последует незамедлительный и четкий отрицательный ответ. Какая же роль отводится в СССР судебной практике? Чтобы понять это, нужно знать советскую организацию судов, а также некоторые институты, с помощью которых происходит несудебное разбирательство споров.
1. Судебная организация
200. Система судов. Принципы, определяющие советскую судебную организацию, сформулированы в гл. 20 Конституции СССР. Действуют также Основы законодательства о судоустройстве, принятые в 1958 году (они заменили Общесоюзный закон 1938 года). Основы дополнены последующим законодательством.
Судебная система СССР состоит из четырех ступеней, начиная от народных судов, составляющих ее основу, и далее, через областные суды и верховные суды союзных республик, к ее вершине -- Верховному суду СССР. Гражданские и уголовные дела в зависимости от их характера отнесены законом к компетенции той или иной инстанции. Общее правило -- подсудность районному народному суду, но закон предусматривает категории дел, по которым в качестве первой инстанции выступает областной суд и даже более высокие инстанции. Обжалование допускается в следующую вышестоящую инстанцию, то есть решения народного суда могут быть обжалованы в областной суд, решения последнего -в Верховный суд республики, а решения этого суда -- в Верховный суд СССР. После 1954 года стало возможным обжалование в рамках самой инстанции, рассматривавшей дело; решения, вынесенные коллегиями -- уголовной или гражданской -- областного суда или Верховного суда союзной республики, могут быть в ряде случаев пересмотрены в кассационном порядке или порядке надзора президиумом этого же суда.
Все изложенное выше не может удивить или показаться странным юристу, знакомому с судебной организацией какой-либо страны романо-германской правовой системы. Существенные различия проявляются лишь тогда, когда приступают к рассмотрению, во-первых, того, как создается советский суд и в каком составе он действует, и, во-вторых, системы обжалования судебных решений в СССР.
201. Судебный персонал. Состав советского суда отличен от состава судов в буржуазных странах. Суд первой инстанции всегда состоит из двух категорий лиц: собственно судьи или судей и народных заседателей. В вышестоящих инстанциях мы встречаем только судей. Следует остановиться на вопросе о том, кто же эти судьи и какую роль играют народные заседатели. Характерные черты советского судьи состоят прежде всего в том, что он всегда выборный, и в том, что он не обязательно должен быть юристом.
202. Система избрания судей. Все без исключения судьи в СССР избираются. Судьи народных судов -- путем всеобщих и прямых выборов. Судьи других инстанций избираются Советами (Верховным Советом СССР, Верховными Советами республик, краевыми и областными Советами). Все судьи избираются сроком на пять лет, но избирателям предоставлено право отзыва того, кто был ими избран. Возможность отзыва используется лишь в исключительных случаях, однако примеры такого рода все же имеются, и даже в отношении членов Верховного Суда СССР.
Принцип выборности судей был предусмотрен еще в 1903 году в Программе Коммунистической партии в силу его демократичности. Выборность судей представляется вполне естественной в стране, где всячески подчеркивается принцип народного суверенитета и связь права с политикой. Демократическое мышление требует, чтобы не только правотворчество, но и применение права было доверено избранникам народа. Нет необходимости особо оговаривать, что на выборы судей, как и вообще на выборы в СССР, оказывает влияние доминирующая роль коммунистической партии. Это обстоятельство позволяет избегнуть многих неудобств, которые вызвала бы в других странах система выборностей судей. В 1977 году в РСФСР 95 процентов всех избранных судей составляли члены партии и комсомола; 35 процентов судей --женщины.
Советский судья не должен обязательно быть юристом. Никакие условия, в том числе образование и стаж, не должны лимитировать свободу выбора избирателей. Кроме этого принципиального соображения, нужно помнить и об исторических причинах данного правила, которые относятся к исканиям периода военного коммунизма. Тогда еще могли верить, что право очень быстро может быть заменено социалистическим правосознанием. Кроме того, сразу же после революции было просто невозможно найти юристов, заслуживающих политического доверия. Однако последовательное и все усиливающееся утверждение принципа социалистической законности привело к пересмотру этой позиции. Все в большей и большей мере кандидаты, выставляемые на выборах, имеют или высшее образование, или практический стаж, подтверждающий квалификацию юриста. Заработная плата судьи равна заработку рабочего средней квалификации.
203. Принцип коллегиальности. Один из важных принципов это -коллегиальность в осуществлении правосудия. В рассмотрении дела всегда участвуют несколько судей, будь то низшая или высшая инстанция. Даже когда дело рассматривается по первой инстанции, судья никогда не решает его единолично, за исключением нескольких предусмотренных законом случаев. В соответствии с Конституцией в рассмотрении дел во всех судах участвуют народные заседатели.
204. Народные заседатели. Подобно присяжным, народные заседатели -- это граждане, которые в соответствии с заранее установленным списком призываются в суд для рассмотрения и решения дел. Занесенные в список народные заседатели избираются на два с половиной года или на собраниях рабочих, служащих, крестьян (список для народных судов), или Советами разных ступеней (другие списки). Как уголовные, так и гражданские дела в первой инстанции всегда рассматриваются судом с участием народных заседателей. В народном суде их двое; в других судах число народных заседателей различно, но таково, что они составляют большинство. На время исполнения своих функций (не более двух недель в год) народные заседатели освобождаются от своей основной работы. И в стадии судебного разбирательства, и в стадии вынесения решения народные заседатели полностью равноправны с судьей: голос народного заседателя равен голосу судьи независимо от того, решается ли вопрос факта или вопрос права. Практически судья, поскольку он является юристом, очевидно, оказывает значительное влияние на народных заседателей, и случаи, когда он остается в меньшинстве, являются исключением. Тем не менее они бывают.
Каков смысл института народных заседателей? Присяжные и шеффены, с которыми неизбежно пытаются прежде всего сравнивать народных заседателей, играют полезную роль, поскольку они снабжают суд специальными техническими познаниями, как это делают шеффены, или, наоборот, доносят до суда народные представления и тем самым корректируют юридический профессионализм судей. Эти соображения малоприменимы в Советском Союзе, где судьи и народные заседатели избираются и где для тех и других не требуется особой квалификации. Чтобы понять институт народных заседателей, следует, как и всегда, обратиться к марксистской доктрине. Институт народных заседателей в своей основе связан с марксистским положением об отмирании права в коммунистическом обществе. Идеал, к которому стремятся в Советском Союзе,-это общество, в котором не будет ни права, ни судов и где индивидуальное поведение будет контролироваться лишь общественным воздействием. Участие народных заседателей в судебном разбирательстве предвосхищает неюридические формы завтрашнего дня. Непосредственно же оно служит воспитанию общества, усиливая существующую между советским народом и судом связь. С помощью института народных заседателей очень большое число граждан вовлекается в осуществление правосудия, эти люди возвращаются затем к себе на завод, в колхоз, домой, повидав изнутри, как действует правосудие, и убедившись в справедливом характере действующих законов. Институт народных заседателей связан, таким образом, с одной из важнейших задач советского права -воспитанием нового человека.
205. Специальные суды. В 1957 году все специальные суды, за исключением военных трибуналов, были упразднены в СССР. Военные трибуналы -- это специализированные суды, которые руководствуются уголовными и уголовно-процессуальными кодексами соответствующей союзной республики. Компетенция этих трибуналов ограничена уголовными преступлениями военнослужащих, а также некоторыми преступлениями (шпионаж, измена), затрагивающими безопасность государства. Как и все другие суды, военные трибуналы подконтрольны Верховному суду СССР, в котором наряду с гражданской и уголовной коллегиями существует военная коллегия.
Если не считать государственного арбитража, о котором речь пойдет далее и который играет особую роль, можно констатировать, что в Советском Союзе нет ничего адекватного административным судам. Некоторые из споров административного характера разбираются судами. Так, например, можно обратиться в народный суд, если местный Совет нарушил правила составления списков избирателей. Точно так же можно обратиться в суд, когда речь идет о гражданской ответственности администрации. В Советском Союзе не существует судебного порядка отмены незаконных актов администрации.
206. Система обжалования. Обратимся к тому, какова система обжалования судебных решений в Советском Союзе. Мы должны снова подчеркнуть наличие здесь существенных отличий от буржуазных правовых систем. Эти отличия, с одной стороны, связаны с тем, как организованы советские суды; с другой стороны, они находятся в тесном соотношении с задачами, возлагаемыми на советское право, и с тем значением, которое придается принципу социалистической законности.
Способ образования советских судов делает невозможной систему апелляции. Предоставление высшей инстанции права изменить решение нижестоящего суда не только в части, касающейся вопросов права, но и в части, касающейся вопросов факта, легко может показаться антидемократичным. Ведь речь идет о решении, вынесенном выборным судьей, да еще с участием народных заседателей. Отказ от апелляции означает, что допускается лишь обжалование, связанное с ошибками судей по вопросам права.
Вместе с тем желание и необходимость гарантировать наиболее полным образом соблюдение принципа законности в социалистическом обществе ведет к тому, что допускается весьма широкая и свободная проверка решений и приговоров, если окажется, что действительно имела место ошибка в праве.
Советское право знает два вида обжалования: кассационное и надзорное. Право подачи кассационной жалобы имеют стороны, участвовавшие в процессе, а также прокуратура. Они могут в краткие, установленные законом сроки обжаловать любое решение, вынесенное первой инстанцией, но только решение первой инстанции. Жалоба приносится в следующую вышестоящую инстанцию в судебной иерархии.
Просьба о пересмотре (ревизии) дела или жалоба в порядке надзора имеет давние, традиционные корни в русском праве. Это такой способ обжалования судебных решений, который предоставлен не самим участникам процесса, а определенным должностным лицам, уполномоченным осуществлять контроль примерно тем же способом, каким осуществляется правосудие. Прокуратура, председатели областных и верховных судов по собственной инициативе или по жалобам заинтересованных лиц осуществляют контроль за решениями, изданными в сфере их компетенции. Если они считают нужным, они могут направить эти решения на пересмотр в порядке надзора в более высокую инстанцию. Стороны не могут сами непосредственно подавать надзорную жалобу; они, как, впрочем, и все другие лица, включая и общественные организации, могут лишь обращаться к соответствующим должностным лицам с просьбой принести такую жалобу. В отличие от того, что имеет место во Франции в случае так называемой жалобы в интересах закона, успех надзорной жалобы не только восстанавливает престиж нарушенного принципа права, но и служит также интересам сторон.
Из-за отсутствия статистики довольно трудно судить о масштабах применения этого способа обжалования и оценить его значимость. Однако сборники решений судебной практики оставляют впечатление, что он отнюдь не является исключительным; с его помощью на проверку в высшие судебные инстанции поступают многочисленные решения и приговоры. Интересно также отметить, что протесты прокуратуры или председателей соответствующих судов удовлетворяются далеко не всегда. В большинстве случаев они, однако, удовлетворяются, что и соответствует целям этого способа проверки судебных решений. Пересмотр дела в порядке надзора не ограничен никакими сроками.
207. Многочисленность инстанций. В целях обеспечения наиболее правильного решения дел возможность их пересмотра в порядке надзора весьма широка. Западного юриста удивит количество инстанций, которые, во всяком случае теоретически, может пройти дело, прежде чем будет окончательно решено. Существует четыре инстанции и в каждой из тех инстанций, которые вправе осуществлять надзорное производство, возможно двойное рассмотрение дел, как, например, рассмотрение президиумом Верховного суда союзной республики решения, вынесенного одной из коллегий этого суда.
208. Роль Верховного суда СССР. Вместе с тем в 1957 году была ограничена возможность надзорного рассмотрения в части, касающейся Верховного суда СССР. Возможно, что это скорее было вызвано тенденцией децентрализации, характерной для того периода, чем реакцией на слишком широкое надзорное производство. Было установлено, что в подавляющем большинстве случаев дело должно быть окончательно разрешено Верховным судом союзной республики и не может передаваться в Верховный суд СССР. Масштабы этой реформы вырисовываются особенно отчетливо, если посмотреть, как она отразилась на составе Верховного суда СССР. До реформы он состоял из председателя и 78 членов. В 1972 году в его состав входили председатель, два его заместителя и 16 членов, к которым, когда рассматриваются решения верховных судов союзных республик, присоединяются председатели всех этих судов. Даже число народных заседателей Верховного суда уменьшилось с 70 до 45.
Кроме судебных, Верховный суд осуществляет и другие функции. Они были особенно обширны в период (1963-- 1971 годы), когда было упразднено министерство юстиции. Но и сейчас велика роль Верховного суда в руководстве судами. Он издает важные директивы о применении законов и наделен правом законодательной инициативы.
2. Несудебное разбирательство споров
209. Значение такого рода разбирательств. Во всех странах большая часть споров разрешается без участия судов. Во Франции имеются различного рода административные суды, которые, хотя и осуществляют производство в юрисдикционных формах, не входят тем не менее в рамки судебной системы. В области торговли многие споры рассматриваются с помощью арбитража: арбитражное разбирательство находится под судебным контролем, но сами споры решаются не судами. Аналогичная ситуация и в Советском Союзе. Судебное разбирательство, о котором говорят Конституция, Основы законодательства о судоустройстве, республиканские законы о судоустройстве, вовсе не является единственным способом разрешения споров.
Несудебное разрешение споров имеет в Советском Союзе большую значимость, чем в несоциалистических странах. Это объясняется двумя причинами. Первая из них связана с экономической структурой общества: она требует, чтобы споры между государственными предприятиями находились в компетенции не судов, а других специальных органов. И наоборот, та же структура требует, чтобы именно в компетенции судов находились споры, возникающие из отношений по внешней торговле. Вторая причина заложена в марксистской доктрине и перспективе отмирания права, из которой она исходит.
В возможных пределах уже сейчас пытаются перейти от судебной деятельности к другим техническим приемам разрешения споров. Такого рода подход играет существенную роль при разрешении трудовых споров; равным образом он объясняет ту роль, которая отводится в СССР таким оригинальным институтам, как товарищеские суды. А. Арбитраж
210. Виды арбитража. В СССР существует два весьма различных вида арбитража. Первый -- это Государственный арбитраж (его можно назвать публичным), который призван разрешать споры между социалистическими предприятиями. Второй вид--это договорный арбитраж, роль которого в рассмотрении споров между гражданами весьма незначительна, но одновременно весьма велика в сфере международной торговли. Остановимся сначала на первом виде арбитража.
211. Государственный арбитраж. С первого взгляда система арбитража покажется французскому юристу чем-то похожим на систему административной юстиции, существующей во Франции параллельно с судебной системой. Подобного рода аналогия полезна, поскольку она помогает понять, что могут существовать органы, предназначенные для разрешения спорных проблем, но в то же время не являющиеся с правовой точки зрения судами в собственном смысле этого слова. Вместе с тем сравнение с административной юстицией обманчиво, поскольку арбитраж имеет другие функции и другие основания для своего существования. Функции административной юстиции состоят в том, чтобы разрабатывать и применять особое право -- административное право и по преимуществу то, которое действует в отношениях между администрацией и гражданами. Органы же советского арбитража призваны применять исключительно нормы, составляющие часть гражданского права, а в их компетенцию входят лишь споры между различными публичными, государственными организациями, которые осуществляют оперативное управление большей частью советской экономики.
Компетенция публичного арбитража ни в какой мере не распространяется на споры между администрацией, с одной стороны, и гражданами -- с другой стороны. Для этого вида споров советское право предусматривает как административный внесудебный порядок их рассмотрения на основе жалоб и заявлений заинтересованных лиц, общественных организаций или прокуратуры, так и судебный, предусмотренный Конституцией СССР 1977 года (ст. 57, 58). Доктрина уделяет этому институту много внимания, видя в нем одну из важных гарантий принципа социалистической законности.
Существование административной юстиции во Франции связано с делением права на публичное и частное. Государственный арбитраж в СССР связан с другим фактором, а именно с тем, что различного рода производственные и торговые государственные предприятия, участвующие в осуществлении народнохозяйственных планов, являются производными от государства, его порождением. Возникающие между ними конфликты, такие, как преддоговорные споры или невыполнение взятых на себя обязательств,-- это не конфликты между различными по своей природе субъектами права, которые вследствие этого требуют обращения к судебной системе, установленной Конституцией. Речь идет скорее о конфликтах двух или нескольких звеньев одного и того же комплекса; естественно, что они разрешаются без обращения к суду, в порядке арбитражного производства.
212. Практическая потребность в арбитраже. Названную категорию споров нельзя передать обычным судам также и потому, что способ комплектования этих судов не обеспечил бы достаточно квалифицированное разрешение таких споров. Когда речь идет об обстоятельствах и интересах повседневной жизни граждан, выборный судья, обладая общей компетенцией, может справедливо разрешить спор и применить закон. Споры же, возникающие между государственным и хозяйственным предприятиями, носят совсем иной характер. Их решение связано в большей мере с организационно-техническими нормами, чем с соображениями морали и справедливости; политический аспект этих дел выражен значительно слабее. Судья в арбитражном разбирательстве должен скорее обладать технической квалификацией, чем коммунистическими убеждениями или юридической подготовкой. Институт арбитража позволяет реализовать наряду с общим правосудием также и техническое правосудие. Одно из его достоинств -оперативность.
213. Виды Государственного арбитража. В течение длительного времени Конституция СССР говорила только о суде и не содержала норм об арбитраже, хотя он был уже организован и функционировал. Сегодня арбитраж прямо предусмотрен Конституцией 1977 года, гл. 20 которой носит название "Суд и арбитраж". Статья 163 предусматривает, что "разрешение хозяйственных споров между предприятиями, учреждениями и организациями осуществляется органами Государственного арбитража в пределах их компетенции". Советская доктрина говорит о существовании двух видов публичного арбитража: ведомственного, который рассматривает споры между предприятиями, подчиненными одному и тому же органу (например, министерству), и государственного, который рассматривает споры между предприятиями, относящимися к различным отраслям.
214. Государственный арбитраж. Он был создан в 1931 году, реформирован в 1960 году и в 1974 и 1979 годах подвергся существенным изменениям. В результате этих изменений Государственный арбитраж стал в отличие от прошлого единой централизованной системой. Решения арбитражных комиссий уже не могли быть аннулированы или приостановлены исполнением теми ведомствами, при которых находилось данное звено арбитража. Они подлежали контролю лишь со стороны вышестоящего арбитражного звена. Это последнее могло по жалобе заинтересованных сторон или по собственной инициативе изменить состоявшееся решение или вернуть дело на новое рассмотрение.
215. Ведомственный арбитраж. Этот вид арбитража трудно описать в силу сложности организации и ведомственных различий. С его деятельностью детально знакомы лишь те, кто непосредственно сталкивается с ним. В целом порядок рассмотрения дел в ведомственном арбитраже такой же, как и в государственном, но возможны особенности, устанавливаемые руководителем соответствующего министерства или ведомства.
216. Арбитражные комиссии. Каждый арбитраж в иерархической системе этих органов возглавляет председатель, у которого несколько заместителей. Когда поступает дело для его разрешения, назначается арбитраж. Совместно с назначенными им консультантами он рассматривает дело по правилам, отличающимся от тех, которые содержит Гражданско-процессуальный кодекс.
В арбитраж нельзя обратиться, не попытавшись сначала придти к соглашению путем предъявления рекламации другой стороне. Но и после этого арбитр и стороны должны прежде всего попытаться решить дело мирным путем. Многие дела завершаются именно так. Однако если мировое соглашение не достигнуто, начинается квазисудебная процедура, в которой стороны представлены юрисконсультами соответствующих организаций. К адвокатам в этой связи обращаются редко. Процесс открытый, а решение может быть обжаловано в вышестоящий арбитраж в течение года с момента его вынесения. Многие арбитражные решения публикуются в специальных изданиях.
217. Разъяснения и директивы. Органы арбитража не ограничиваются рассмотрением конкретных дел, а осуществляют и иную деятельность административного и регламентарного плана. Они могут требовать от предприятий информацию о мерах по исправлению выявленных в арбитражном процессе недостатков в работе предприятия, представлять доклады руководству с требованием принять меры воздействия в отношении того или иного предприятия. Они могут также устанавливать сроки в заключаемых предприятиями договорах. Органы арбитража могут давать консультации предприятиям, например об условиях хозяйственного договора и по другим вопросам.
Государственный арбитраж СССР издает инструкции, которыми руководствуются нижестоящие арбитражные органы, участвует в подготовке Общих условий поставок. Начиная с 1955 года выходят в свет, хотя и без строгой периодичности, сборники инструкций Государственного арбитража СССР; в них публикуются арбитражные решения. Эти сборники -- фундаментальный документальный источник сведений о юридических аспектах советской экономики.
218. Важная роль Государственного арбитража. Сфера деятельности арбитража значительна. После 1960 года его органы рассматривают практически все споры между государственными организациями. Все споры такого рода изъяты из компетенции обычных судов. Каждый год органы Государственного арбитража разрешают примерно семьсот тысяч дел.
219. Договорный арбитраж. Арбитраж, о котором шла речь выше, является обязательным; стороны в споре обязаны передать его в арбитраж в силу закона, хотя на практике в большинстве случаев рассмотрение дела в арбитраже стремятся завершить соглашением сторон. Другой вид арбитража представляет собой результат добровольного соглашения сторон, которые приходят к общему согласию о передаче их спора на рассмотрение арбитража. В Советском Союзе не очень благожелательно относятся к этому типу арбитража, поскольку речь идет о спорах между гражданами. Тем не менее у него есть перспектива, поскольку такое мирное решение споров больше соответствует развивающемуся коммунистическому обществу будущего. Положение о Государственном арбитраже от 17 августа 1960 года предусматривает возможность передачи сторонами их спора на разрешение избранного ими арбитра. Впрочем, и обычный судья часто выступает в роли примирителя сторон.
220. Внешнеторговый арбитраж. Не играя значительной роли в отношениях между гражданами, договорный арбитраж как бы в порядке реванша находится на первом месте в сфере внешней торговли. И это легко понять. Зарубежные промышленники и коммерсанты, ведущие дела с Советским Союзом, не расположены обращаться к советской системе юрисдикции. Советские юристы сами говорят о том, что по своей структуре, правилам деятельности, порядку обжалования она мало подходит для иностранцев, ведущих деловые отношения с Советским Союзом. Вместе с тем и советские юристы не расположены подчинять рассмотрение их возможных споров с иностранными контрагентами компетенции зарубежных государственных судебных систем. В силу этих причин в Советском Союзе сложилось очень благоприятное отношение к арбитражу. Он подписал Нью-йоркскую конвенцию (май 1958 года) и Европейскую арбитражную конвенцию (апрель 1961 года). В ряде двусторонних соглашений Советский Союз выразил свое благожелательное отношение к арбитражному рассмотрению споров в области международной торговли. Разумеется, что, как и другие государства, Советский Союз предпочитает, чтобы по мере возможности этот арбитраж происходил на его территории и осуществлялся советским учреждением.
Таким учреждением является Внешнеторговая арбитражная комиссия при Торговой палате СССР. Деятельность этой комиссии определяется положением 1932 года. Советские организации, правомочные заключать торговые сделки с иностранцами, стремятся включить в договор условия, оговаривающие передачу возможных споров на рассмотрение этого арбитража, ибо он может принять дело к своему производству только на основе соглашения сторон. ВТАК сама определяет порядок рассмотрения дел. Она разрешает их в соответствии с условиями заключенного между сторонами договора; субсидиарно возможны ссылки на торговый обычай и признанное подлежащим применению иностранное право. Решения арбитража не подлежат никакому обжалованию. Таким образом, в Советском Союзе в данной сфере признано такое широкое значение принципа автономии воли, что это может вызвать удивление. Но не следует забывать, что одна из сторон в договорах, о которых идет речь,-- это фактически само государство. Советская монополия внешней торговли может только таким образом ответить капиталистической монополии на принцип автономии воли; советская монополия достаточно сильна, чтобы получать от этого одни лишь выгоды. Б. Общественные организации
221. Причины обращения к ним. Правосудие в судах осуществляется в соответствии с правом и от имени Советского государства. Однако и государство, и право должны исчезнуть при будущей высшей общественной организации -- коммунизме. В коммунистическом обществе конфликты полностью не исчезнут, но они не будут носить антагонистического характера, который делает необходимым использование для их разрешения права и принуждения.
В социалистическом обществе осторожно и в ограниченных пределах уже сейчас проводятся опыты по использованию таких социальных форм, которые должны развиться в будущем новом обществе.
В этой связи много интересного можно увидеть во внутренней жизни колхозов, где целый ряд вопросов разрешается суверенно общим собранием колхозников и не является объектом рассмотрения судов. В области трудовых отношений расширена роль профсоюзов. Этим массовым организациям предоставлена широкая возможность играть первостепенную роль в коммунистическом обществе; им уже сейчас передаются многие функции государственных органов. Естественно, что профсоюзам отведена важная роль в сфере разрешения трудовых споров. На них возложена прежде всего задача примирительного характера. На каждом предприятии действуют комиссии по рассмотрению трудовых споров, которые состоят из равного числа представителей администрации и профсоюзного комитета. Если эта комиссия не приходит к общему решению, профсоюзный орган данного района делает еще одну попытку согласования вопроса с администрацией и лишь после этого вступает в действие народный суд.
Порядок разрешения споров вне судебных рамок не кажется нам странным, ибо и в буржуазных странах имеется сходная примирительная процедура. В данной связи достаточно подчеркнуть лишь специфику условий, в которых она призвана действовать и быть эффективной. Иначе обстоит дело с некоторыми другими формами, не имеющими никаких параллелей в буржуазных странах. Речь идет прежде всего о товарищеских судах.
292. Товарищеские суды и общие собрания граждан. Товарищеские суды призваны рассматривать некоторые незначительные антиобщественные правонарушения, которые не нуждаются во вмешательстве правосудия. Товарищеские суды не рассматриваются советскими юристами как суды в полном смысле этого слова. При ином подходе их деятельность да и само существование было бы весьма трудно обосновать в свете ст. 4 Основ уголовного судопроизводства 1958 года, которая устанавливает, что никто не может быть подвергнут наказанию, иначе как по приговору суда в соответствии с уголовным законом. По-видимому, в товарищеских судах следует видеть нечто находящееся вне права -- ограниченный по своей значимости опыт, имеющий целью подготовить переход к будущему коммунистическому обществу путем вовлечения масс в деятельность по поддержанию общественной дисциплины. Общие собрания граждан, созданные в 1961 году и призванные бороться с гражданами, ведущими паразитический образ жизни, были упразднены в 1965 году.
3. Роль судебной практики
223. Советская концепция. После того как поняты общий подход к праву в СССР, организация судебной системы и других органов разрешения споров, становится ясной та роль, которая отводится в СССР судебной практике. Очевидно, что в условиях, где право теснейшим образом связано с государственной политикой и где так стремятся сделать действенным суверенитет народа, представленный его парламентом, для судебной практики исключается возможность выступать в роли создателя норм права и она может осуществлять лишь строгое толкование права. Эта принципиальная позиция в какой-то мере подкрепляется и отсутствием в стране судебной касты, которая претендовала бы на то, чтобы стать независимой от государственной власти, если не соперничающей с ней. Такой касты никогда не было в России, где до 1864 года судьи рассматривались как простые чиновники, а в период с 1864 года по 1917 год судейский корпус хотя и почувствовал необходимость автономии, но не успел сложиться в качестве такового.
"Судьи независимы и подчиняются только закону",-- гласит ст. 155 Конституции СССР. Речь идет о независимости суда по отношению к Советам, органам управления и прокуратуре. Судьи не могут получить от них каких-либо указаний; они не обязаны никоим образом приводить свои решения в соответствие с мнениями прокуратуры. Вместе с тем судья подчинен закону и ему не разрешено быть индифферентным в отношении государственной политики. Суд -- это инструмент в руках господствующего класса; он обеспечивает господство этого класса и охраняет его интересы. Такова действующая сегодня концепция. Независимость судей в стране, где провозглашен принцип концентрации всей государственной власти в Верховном Совете, не имеет ничего общего с поисками равновесия, когда судебная власть стремится как бы контр-балансировать власть законодательную.
224. Верховенство закона. Было бы трудно найти в СССР что-либо подобное контролю за конституционностью законов. Право такого контроля не предоставлено судам. Он не может осуществляться и прокуратурой, функция которой сводится к надзору лишь за соблюдением закона. Единственное правило относительно контроля за конституционностью закона -- это ст. 74 Конституции, которая устанавливает, что в случае расхождения закона союзной республики с общесоюзным законом действует общесоюзный закон.
Вообще говоря, суды могли бы, не нарушая никаких принципов, проверять законность актов государственного управления, например министерств. Но они не используют этой возможности. Считается, что только прокуратура должна внушать управленческим органам и местным Советам уважение к законности.
Таким образом, контроль за конституционностью и законностью находится вне пределов той роли, которую призваны играть суды. Их задача -- это применение законов, а также указов, постановлений, распоряжений, инструкций, изданных во исполнение действующих законов, это толкование законов в связи с их применением. Суды не призваны ни создавать право, ни развивать -его, приспосабливая к обстоятельствам. Советский закон может, если того пожелает законодатель, в известных случаях предоставить судье право выбора позиции. Но за исключением этих случаев, судья не может отойти от предписания закона, ссылаясь на требования справедливости или какие-либо иные принципы. Мы, на Западе, любуемся правотворческой ролью нашей судебной практики, поисками социальной справедливости, которые ведут наши судьи. В Советском Союзе от судей требуется лишь применение права, но не правотворчество. Им отведено только это. Aequitas legislatori jus magis convenit.
В силу сказанного выше складывается впечатление, что роль судебной практики в Советском Союзе меньше той, которую она играет во многих буржуазных государствах. Это впечатление еще больше подтверждается, если посмотреть, какое место занимает освещение судебной практики в советской юридической литературе. В течение длительного времени издавался единственный сборник "Судебная практика", который в 1957 году был заменен "Бюллетенем Верховного суда СССР". Верховные суды союзных республик также публикуют сборники своей практики. Однако до сих пор не существует методических сборников судебной практики, научные работы до недавнего времени содержали мало отсылок к судебным решениям.
225. Действительное значение судебной практики. Вывод, который можно было бы сделать из изложенного выше, нуждается, однако, в оговорке. В действительности роль судебной практики весьма значительна, если даже не иметь в виду такую ее существенную задачу, как охрана правопорядка и восстановление мира путем разрешения споров. Чтобы понять творческую и политическую роль судебной практики, следует исходить из условий, существующих в Советском Союзе, а не из эталонов, к которым мы привыкли в буржуазных странах.
Требование дисциплины и забота о законности, характерные для СССР, не позволяют, чтобы создание и развитие права происходили в анархических формах по инициативе судей. Вместе с тем и здесь реалистически признают, что система законодательства неизбежно содержит пробелы. Некоторые законы неполны или недостаточны; чтобы вскрыть такого рода несовершенства и пробелы, изучение судебной практики весьма полезно. Вследствие этого советская Конституция предусматривает надзор над судебной деятельностью, который осуществляется высшей инстанцией -- Верховным судом СССР. Аналогичный надзор над деятельностью органов публичного арбитража осуществляет Главный арбитр СССР.
Верховный суд СССР и Главный арбитр не ограничиваются проверкой конкретных дел, разрешенных нижестоящими инстанциями. Одна из их функций состоит в издании корректив и инструкций, имеющих целью направлять органы суда и прокуратуры в их практике применения законов. Могут сказать, что, осуществляя деятельность такого рода, Верховный суд и Главный арбитр из органов правосудия превращаются в органы управления. Но советский автор ответит на это, что равным образом английский или французский судья, создавая нормы права, отходит от своей прямой роли и превращается в законодателя. То, что действительно важно отметить, так это тот факт, что в Советском Союзе не пренебрегают опытом судов. Правда, для того, чтобы сказать, каково же действующее право, не ссылаются на отдельные решения и приговоры; но, издавая на основе обобщения этих решений и приговоров директивы и инструкции по применению права, судебная власть, несомненно, способствует развитию советского права. Разумеется, как и в тех случаях, когда речь идет об органах управления, директивы и инструкции должны издаваться во исполнение и в рамках действующих законов. Практически это означает лишь, что они не должны противоречить закону. Их роль сводится к тому, чтобы или уточнить, как следует понимать конкретный закон при его применении, или к тому, чтобы восполнить пробел в законодательстве.
В Советском Союзе понимают также, что ссылки на судебные решения помогают более живо и конкретно разъяснить предписания закона. Научные работы все в большей и большей мере стремятся проиллюстрировать нормы, о которых они говорят, примерами, взятыми из судебной практики. Эти судебные решения или одобряются, или, наоборот, критикуются авторами за то истолкование, которое они дают закону. В последние годы опубликованы работы, специально изучающие судебную практику в конкретных областях права. Рубрика, посвященная судебной практике, в последние годы довольно регулярно появляется в журналах. Судебная практика, разумеется, не игнорируется и законодателем. Основы гражданского законодательства 1961 года содержат ряд положений, выработанных до этого судебной практикой.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги