Первый поход (СИ)

Глава 24 Дикая кошка

То, что Дивия не так проста, я понял ещё при первой встрече.

Смелость, общая наглость и отличное знание Сонгаля говорили о том, что она местная. Дальнейшие выводы сделать не так сложно — к Компании она явно не принадлежит.

Когда речь заходит о магическом даре, фольхи склонны прощать мелкие недостатки, вроде недостаточной белизны кожи и чистоты происхождения. Да и маг она, судя по всему сильный, раз с такой лёгкостью попала в охраняемый дворец. А раз не Компания, то остаются местные. Но местный маг не на службе Компании — это нонсенс. Значит, она играет за противоположную команду — тех самых мятежников Талхала, про которых меня предупреждал ещё Ригор Загим. И чьё незримое присутствие я ощущаю с момента высадки на остров.

И тут опять же вспоминаем про смелость и наглость — Дивия явно не обычная мятежница, а кто-то из верхушки.

— Правильней говорить княгиня Ховрана, — поправила она меня.

Значит всё же Ховран. На этот счёт у меня были определённые сомнения, которые практически рассеялись с её появлением именно тут. Княгиня без княжества — это роднит Дивию с Руяном.

Предвижу определённые проблемы при дележе власти, между этой парочкой. Но это не мои проблемы.

— Княгиня, а вам не кажется, что мы дважды встречаемся при весьма странных обстоятельствах, — усмехнулся я, скользнув как можно более красноречивым взглядом по её фигуре. — Стоит мне раздеться в купальне, как тут же появляется одна любопытная особа. И слова «стыд» и «такт» ей явно незнакомы.

Губы девушки дрогнули в лёгкой улыбке.

— Не приписывай мне свои извращённые фантазии, Гарн Вельк! Никто не заставлял тебя раздеваться.

— Не заставлял, — согласился я, — но вода отличная. Забирайся.

— И этот человек что-то говорит про такт и стыд? — закатила глаза она, притворно горестно покачав головой. А затем бросила задумчивый взгляд на воду в бассейне, как-то шкодливо усмехнулась и начала уверенно раздеваться.

Я мог бы сказать, что это всего лишь шутка. Проверка на фольхость. Но замер, завороженный этим зрелищем.

Память тут же подсказала, что для дхивальцев нагота в общественных купальнях не считается чем-то неприличным, символизирует равенство и очищение. В них даже неприкасаемых пускают, рядом с которым не то что шахарт, а даже хадр стоять рядом не будет.

Разумеется, общественные купальни — забава больше для низших каст, шахарта или сахсара в них встретить не проще, чем в Эдане найти слона или верблюда. Но никаких запретов нет, а значит чисто в теории это возможно.

Странный обычай. Как и многое в Дхивале. Но я буду лицемером, если скажу, что он мне не нравится или я его осуждаю. Жаль, что в Эдане нет ничего подобного.

Избавившись от одежды, Дивия грациозно потянулась всем телом, демонстрируя себя в первозданной красе. Черные волосы свободной волной рассыпались по плечам. Гибкое тело излучало какую-то дикую, первобытную силу и грацию. На оливковой коже блестели капли пота. Высокая грудь и узкая талия, плавно перетекающая в широкие бедра, только подчеркивали соблазнительные изгибы. Плоский живот с едва заметной линией мышц напрягался при каждом движении. Ноги длинные, стройные, с упругими бедрами и икрами, словно готовыми к прыжку.

Два небольших, но заметных шрама; на левой груди и животе, картину не портили. Добавляя к образу нужные черты.

«Пантера…» — внезапно пришло мне в голову единственное достойное сравнение. Красивая, опасная и свободная дикая кошка. Грациозная владычица джунглей и ночи.

Демоны! Мысли о тригонометрии не помогут, в столкновении с такой-то чарующей геометрией! Хорошо, что вода в бассейне уже горячая. Была бы холодная — закипела от охватившего меня жара.

Заметив мое состояние, Дивия довольно улыбнулась произведённым эффектом и медленно, я бы сказал величественно, снизошла в бассейн, устроившись с противоположной стороны.

— Налюбовался? — погрузившись в воду до подбородка, она расслабленно откинулась на край бассейна, широко разведя руки.

— Нет, — честно признал я, — но мы же никуда не торопимся? — Так зачем ты столь настойчиво искала нашей встречи? Думаю не для того, чтобы порадовать мои глаза?

— Кто искал встречи? Не льсти себе, Гарн Вельк. Это просто небольшая шутка, которая пошла как-то не так и зашла слишком далеко, — не так уверенно закончила она. Неужели смутилась? А не поздно? Всё самое интересное я видел и оценил.

Высоко оценил, должен признать! Хорошо, что солнце садится, а светильник даёт не так много света и в воде невидно, насколько высоко я оценил это зрелище.

— Но мы всё же встретились, — парировал я. — Зачем?

Прекрасное — прекрасно, но дело — делом.

— У меня есть единственный, но фатальный недостаток — любопытство, — нехотя признала Дивия. — Про тебя ходит слишком много самых разных слухов, маркграф Гарн Вельк. Мне хотелось узнать, что за человек за ними прячется. Ты камень, что породил лавину. Загадка, обёрнутая в тайну.

— Что-то подобное я слышал про Дхивал, — отметил я.

— Значит, тебе суждено было посетить наши прекрасные края. Взбудоражить это мутное болото. Но добро принесет твой визит или вред — это ещё только предстоит узнать, — пророчески изрекла она, поигрывая длинными ногами в воде.

Не отвлекаться!

— Я сражаюсь с вашими врагами, — напомнил я, с трудом переведя взгляд с дерзко торчащих из воды сосков на лицо.

— Да, — согласилась она, покрутив на пальце вьющийся чёрный локон, — но я сражаюсь за это небо и землю. За людей, что на ней живут. А ты, признай очевидное, просто наёмник — тебе всё равно. Победа или поражение — закончив свои дела, ты уплывёшь за океан.

Зерно правды в этом утверждении есть. Это не моя война.

В целом для Эдана выгодно, чтобы Великогартия воевала на Дхивале вечно. Желательно с минимальными успехами. И моя главная задача, не добыть для князя всех князей победу, а больно уколоть наших островных родственников. Разжечь костёр войны как можно ярче и гордо удалиться в закат под его гневные всполохи, даже если после этого от Дхивала останется только пепел.

Не самая честная позиция? Но никаких страшных клятв я не давал, как и обещаний. Князь всех князей это отлично понимает, как и Руян. Да и Дивия наивностью не страдает. Так что я никого не обманываю.

— Я использую вас, вы используете меня — всё честно, — медленно протянул я.

— Честно ли? — Взгляд Диви сделался настойчивым и пронзительным, словно она прочитала мои мысли насчёт пожара войны, который должен гореть вечно. — Но оставим это, — внезапно решила она. — Ты хоть знаешь, что эти руины считаются проклятыми — тут люди пропадают?

— Я не верю в проклятия, — пожал я плечами.

— И что ни капли страха? В таких местах опасно бродить в одиночестве.

Я демонстративно огляделся, пытаясь отыскать сопровождение княгини. Но Дивия мой взгляд проигнорировала.

Определённая правда в её словах есть, как и риск в моих действиях, но я посчитал его приемлемым.

— Мне ничего не угрожало.

— Слова, которые могут стать эпитафией на твоей могиле, — заметила она, небрежно поводив ладонями по воде. — С чего ты взял, что здесь безопасно?

— Обычный расчёт, — вновь пожал я плечами. — Друзей Компании в руинах точно нет. Дикие животные или разбойники? Пусть я и недомаг, но кое-что умею, да и оружие имеется.

— Местные жители? Компанию они не любят.

— Я её тоже не люблю, — признал я. Причины у этой нелюбви другие, чем у местных, но это не так неважно. — Новости о высадке князя Руяна Сухарата уже разошлись по острову. На его человека местные нападать не станут.

— Тут ты сильно ошибаешься, — серьёзно отметила она. — Думаешь, местные будут разбираться эданец перед ними или великогартец? Любой белокожий для них враг.

— И откуда такая забота к моей персоне? Кстати, как там поживают два МОИХ рыцаря, которых твои люди утащили у моста? — спросил я, резко меняя тему.

— Ты про тех двух повреждённых големов Компании? С каких это пор они стали твоими? — изумилась Дивия, проигнорировав первый вопрос.

— Моя добыча, — резко заметил я.

Возни с этими обломками было куда больше, чем пользы. Но что моё — то моё. Отдать готов, но надо же хотя бы попросить, а не красть под покровом ночи.

— Ты не смог её защитить и небрежно охранял, вот она и досталась более достойному охотнику, — парировала Дивия, не испытывая не малейшего раскаяния за присвоенные чужие трофеи.

— А этот более достойный охотник не хотел бы их вернуть? — намекнул я без особой надежды. Полезно сделать вид, что мне нужно что-то ненужное, а затем сделать «щедрый жест» и от этого нужно-ненужного отказаться.

Пристроить двух подбитых рыцарей тому же Руяну я бы, конечно, смог. Но возни с ними выходило больше, чем реальной пользы. Да и Руян расплачивается со мной не деньгами, а долями в трофеях и их доставкой на архипелаг Поющих камней.

— А ты не думаешь, что пока мы тут плещемся, какие-то наглецы могут увести твоего целого, столь безрассудно оставленного на дороге рыцаря, — не купившись на небольшую провокацию, пригрозила Дивия, явно не желая расставаться с моими трофеями.

Похоже, она и сама знаток тактики отказа от нужно-ненужного.

— Не думаю, — внешне уверенно отмахнулся я. Хотя сердце, признаю, пропустило удар.

Дивии удалось меня подловить, найти уязвимость. О такой опасности я просто не подумал. Откуда в заброшенных на первый взгляд руинах города найдётся опытный пилот паро-магического голема? А тем более маги, способные этого голема утащить? Да и куда его тащить? На северо-западе наши дозоры, на востоке основной лагерь. А в развалинах Ховрана рыцаря не спрячешь. Тут дорог подходящих, проходимых для големов, ровно одна.

— Оно и видно, — вторя моим мыслям, прокомментировала девушка. — Похоже, ты вообще мало думаешь, раз столь безрассудно в явную ловушку лезешь. Так что давай ты не будешь вспоминать о тех двух развалинах, а лучше будешь помнить мою доброту, сохранившую тебе целую машину? Да и вообще, те подбитые рыцари — наша доля за оказанную помощь.

— Какую помощь⁈ — возмутился я.

— Мы тебе не мешали — считай, помогли, — самодовольно отрезала она, сложив руки на груди.

— И всё же, зачем тебе разбитые мехи? Големов сложно прятать, нужно постоянно обслуживать. Да и с пилотами, как мне кажется, у твоих людей явные проблемы, — поинтересовался я, вновь с трудом отводя взгляд в сторону. Дивная архитектура у этого местечка.

— Мы справимся. — На её лицо набежала лёгкая тень. — Как справлялись все последние годы до появления на Талхале дхивальских предателей!

— Дхивальских предателей? — зацепился я за сказанные явно в припадке раздражения слова.

Дивия с любопытством склонила голову набок.

— А что тебе известно про Талхал и Ховран?

— Немного, — честно признал я. — Мои дхивальские оруженосцы вот уверены, что предатель именно князь Ховрана. Боролся за титул князя всех князей с Дхивалом, и пригласил себе на помощь Компанию Южных морей, открыв Великогартии черный ход для вмешательства в ваши дела. Но не угадал с союзником. Компания сначала сожрала его врагов на Талхале, а затем сокрушила и Ховран.

— Вот как рассказывают при дворе князя князей… — зло усмехнулась Дивия. — Не скажу, что удивлена.

— Готов выслушать другую версию, — подбодрил её я.

— Выслушать или поверить? — вновь проницательно отметила Дивия, читать скрытые смыслы она умела. — Впрочем, это и неважно.

Лицо её стало каким-то неживым, словно восковая маска. Она закрыла глаза и начала рассказ:

— Когда первые корабли Великогартии зачастили к северным островам того, что вы называете Дхивалом, мой прадед первым стал убеждать остальных князей забыть про былые распри и объединиться. Именно он был душой альянса, который вынудил Великогартию подписать договор о невмешательстве во внутренние дела Дхивала. Наверное, именно тогда князь всех князей и почувствовал угрозу своему положению. Род Сухарат всегда излишне ревниво оберегал этот, в общем-то, пустой титул и свои права на него. Им мало править самым сильным княжеством, они хотят править всеми! Не как первые среди равных, а как единственные, по их мнению, достойные править.

Типичная история. Эдан и Великогартия через это проходили. Фольхи хотят вольностей — да побольше! Центральная власть, в лице императора, короля или князя всех князей желают закрутить гайки — да покрепче!

В Великогартии и Эдане гайки удалось закрутить, да и то слегка. А в Дхивале, как я вижу, нет. Не успели? Не смогли? Но результат очевиден.

Так что в этом вопросе я на стороне центральной власти и закручивания гаек. О чём, разумеется, лучше умолчать. Да и рецепт Эдана может не подходить к Дхивалу.

— Затем появилась Компания, — продолжила своё печальное повествование Дивия. — Якобы частное предприятие нескольких влиятельных великогартцев, к которому официальная Великогартия не имеет никакого отношения, — с её губ сорвался презрительный смешок.

Согласен. Компания не более чем фиговый листок, это известно всем. Но нельзя отрицать изящность решения, позволившего Великогартии обойти условия старого договора с княжествами Дхивала. Островитяне — мастера таких ходов. Если фольх не может выиграть по правилам, фольх меняет правила! Эта пословица родилась не на пустом месте.

— Мой дед, славный сын своего отца, сразу же заподозрил неладное, и попросил помощи у князя всех князей. Тогда это был отец Осомана Сухарата. Он обещал помочь. Клятвы приносил! — было видно, что Дивию переполняет гнев. — Компания вторглась на Талхал. Ховран сражался как лев. Сначала с остальными княжествами острова, а затем и в одиночку. Он отступал до стен обложенной со всех сторон столицы, но продолжал сражаться. Он на два года сковал под этими стенами все силы Компании! Она теряла людей, ресурсы, время. Стоило князю всех князей собрать хотя бы часть князей, да нанести удар — Дхивал бы на полвека забыл о любой внешней угрозе, предаваясь любимому занятию — взаимной грызне. Мы ждали помощи. Нам обещали её! Но нас предали — никто так и не пришёл! Повинуясь приказу моего деда, из обречённого города ушел только мой отец с небольшой кучкой магов и воинов, чтобы продолжать борьбу. И чтобы род князей Ховрана не угас.

Судя потому, что Дивия называет себя княгиней, а не княжной, про её отца можно не спрашивать. И слова соболезнований тут будут запоздалыми и лишними.

— И вот предатели всё же пришли. Опоздав на десятки лет. Пришли, чтобы отбить эти земли для рода Сухарат. Как думаешь, я рада их видеть? — закончила она.

— Ответ зависит от того, что ты хочешь получить и что можешь предложить взамен, — пожал я плечами.

Историю лучше оставить историкам. Её полезно помнить, но обиды прошлого не должны мешать настоящему. Сомневаюсь, что у Дивии и её людей богатый выбор. Отбить свои земли у Компании они не могут. Да и не сильно мешают захватчикам, потому-то всё ещё существуют.

— Думаешь, я хочу что-то предложить? — она попыталась разыграть возмущение, но получилось не очень.

— Думаю, что выбор у тебя невелик — компания или род Сухарат, — жестко подытожил я. К чему это притворство, если картина очевидна? — С первыми ты не договоришься. Со вторых, при определённых обстоятельствах, можно что-то получить. Руян Сухарат готов отдать внушительный кусок земель дяде. Возможно, для тебя и твоих людей найдётся земля для возрождения Ховрана. Но об этом тебе следует говорить с князем всех князей или Руяном. Я же, как ты справедливо отметила, просто наёмник. Единственное, что я могу сделать — представить тебя князю.

— В представлении не нуждаюсь! — гордо вскинула голову Дивия, в желтых глазах сверкнул нехороший огонёк. — Твой князь Руян отлично знает, кто я такая. Именно поэтому усилил охрану после моего визита в Сонгаль. Но говорить с ним я пока что не стану. Ещё не время… — тихо закончила она.

Тут я с ней полностью согласен. Таких просителей князь всех князей с удовольствием примет, выслушает… и первыми отправит на пушки Хальта. Возможно, без подкреплений — с него станется. Лучше выждать, пока Компания и Дхивал ослабят друг друга, а там и пространство для манёвров откроется.

— А что, в этих руинах действительно люди исчезают? — поинтересовался я, прервав повисшее молчание.

К демонам эту политику. У меня от неё голова болит и настроение портится.

— Разное случается, — усмехнулась Дивия. — Лет пять тому назад три офицера Компании решили на спор заночевать в Ховране. Утром нашли только следы костра и оставленные ими вещи.

Выбравшись из воды, она уселась на край бассейна.

— А что офицеры? — спросил я, зачарованный этим зрелищем.

— А что офицеры? — на её губах появилась жестокая улыбка. — Умирали они очень медленно.

Говорит со знанием дела, словно сама при этом присутствовала. Не удивлюсь, если так и есть. И сколько ей тогда было? Пятнадцать? Четырнадцать?

Красивая и опасная — сочетание, к которому меня всегда тянуло.

— Так что местные правы — стоит держаться подальше от проклятых мест, — добавила Дивия.

— Убивают не проклятия, а люди, — пожал я плечами. — А кто красит стены?

Она непонимающе выгнула бровь, а затем улыбнулась, поняв вопрос.

— У моих людей сложилась своеобразная традиция, каждый вступивший в отряд новичок наносит на одну из стен домов Ховрана свою тень. И подкрашивает по мере надобности.

Слова, пока жив, не прозвучали, но подразумевались. И это объясняет, почему одни «тени» выглядят свежими, словно их только что подкрасили. А другие потускнели, а то и вовсе практически стёрлись. Зримая граница между мёртвыми и живыми.

Думаю, в заброшенном городе очень много потускневших «теней»…