Первый среди равных. Служа Империи

Глава 22

— Проходите господин штабс-полковник. Что-то вы долго, — дома встретил адъютант.

— Так получилось, Венас где?

— Спит. Пообедали, он и уснул. Я его в гостевой положил.

— Молодец. Почта была?

— Нет, не было. Прибывал посыльный от генерала, просил прибыть завтра к восьми.

— По какому поводу, не говорил?

— Моркены, наверно, опять шалить стали, — говорил адъютант, накрывая стол. Засиделся я что-то у строителей. Уже не обеденное время, а ближе к вечеру.

— Может парнишку разбудить? Ночью он чем заниматься будет?

— Ничего, пусть поспит. Я с ним займусь, не волнуйтесь.

— Ладно. Смотри сам.

Ел медленно. Из головы не выходили моркены. Если они опять принялись за старое, то строительство укреплений может и сорваться.

Утром привёл себя в порядок и выдвинулся в штаб. Генерал уже ждал.

— Заходи, штабс-полковник. Слышал, что с сенарцами? — вопрос генерала поставил в тупик. Я предполагал, что приглашают обсудить положение с моркенами, а тут оказывается другая проблема нарисовалась.

— Нет, что с ними? Разорвали перемирие, прорвали оборону и пошли на столицу? — это первое, что пришло на ум.

— Лучше! Вчера пришло сообщение из столицы, что заключён мир с сенарцами. Условий я не знаю, но по содержанию письма, во дворце, а тем более в Генеральном штабе довольны соглашением.

— Это меняет дело, — произнёс, а сам задумался, как теперь изменится внешняя политика Империи. В политику я не лез, но за новостями следил. И мир с сенарцами — это победа. Правда неизвестно, чем за неё придётся заплатить, но надеюсь не слишком кабальные условия выторговали наши военные дипломаты. Ведь сенарцы продвинулись вглубь нашей территории на тысячи километров, считай почти дошли до столицы, но остановились. В последствии узнал, что произошёл обмен территориями. Часть одной из областей Сенарской Империи перешла под покровительство Канторийской, а некоторые захваченные априори спорные области вернулись Сенарской Империи.

— Ещё как меняет! — возбуждённо продолжал говорить генерал, — вместо двух дивизий в гарнизон прибудет три дивизии пешего строя и две конные. Теперь голову ломаю, где их всех размещать. Ухтюрск не приспособлен к такому количеству солдат. По этому поводу вас и пригласил, встречались со строителями?

— Встречался, но расчёт и прочие выкладки будут сегодня ближе к обеду. Вопрос в другом — финансирование. Как знаю, из Генерального штаба ответа нет?

— Пока нет, — понуро ответил генерал, — сам удивляюсь, что так долго отвечают. Два фельдъегеря успели прибыть, а на тот запрос ответа до сих пор нет. Но ничего. На размещение дополнительных солдат средства выделены.

— Думаете их хватит? Военные фортификационные сооружения до́роги в постройке.

— Знаю. Кстати, вы так и не поделились, что придумали?

— План остался у строителя. Кстати, можно послать посыльного ко мне домой, чтобы направили артельщика сюда. Как раз бы и обсудили все вместе.

— Логично, — быстро согласился генерал. Он находился в хорошем расположении духа, гарнизон пополняется, теперь можно и службу организовать совсем по-иному. Разъезды, посты, патрули и прочее, что необходимо для должного сохранения границы Империи.

Ждали недолго. Примерно через два часа прибыл Мисам с подручными. Вот тут засели надолго. Генерал пригласил и начальника штаба, и начальника тыловой службы штабс-полковника Рена́на Нуса́ра, и ещё несколько офицеров, и все сидели с умным видом, обсуждали то, что я буквально вчера нацарапал на коленке.

Надо отдать должное, Мисам перерисовал мой рисунок, сделав довольно добротный чертёж в двух проекциях. Посмотрев, удивился умению мастерового.

— Выглядит солидно. Пятьсот-шестьсот солдат можно разместить, думаю, этого достаточно, а если наладить смену, примерно треть состава раз в неделю менять, то и службу будет не в тягость нести вдали от гарнизона, — заговорил начальник штаба, — проблема с местными.

— Она решена. Хозяин селения дал добро в обмен на защиту.

— Тогда остаётся вопрос в цене и сроках, — покосился на Мисама генерал.

— И я об этом, — оживился артельщик и стал сыпать строительными терминами, отличием одного камня от другого, и прочим специфическим сленгом, понятным только профессионалам.

— Короче, — прервал монолог генерал.

— Куда ж ещё короче, только до облицовочного камня дошли, а ещё доставка, погрузка-разгрузка, складирование, охрана…

— Охрану обеспечим, — вмешался в разговор.

— Ну да, ну да. Вы, господин штабс-полковник, говорили. Итак, — Мисам принялся быстро заполнять цифрами листок, и чем дольше он писал, объяснял, тем больше у меня отвисала челюсть. Я заметил, что с такими же выражениями лиц стоят и генерал, и другие офицеры. Только начальник тыла хитро́ ухмылялся. — Итого, вот! — Мисам развернул листок с шестизначной суммой на всеобщее обозрение. Примерно треть желательно авансом, на материалы.

— Это что? — тихо произнёс генерал.

— Эта сумма постройки, с учётом срочности и сложности работ.

— Спасибо, вы можете подождать немного в соседней комнате? Нам надо обсудить некоторые моменты, — после непродолжительной паузы, вежливо произнёс начальник тыловой службы.

— Да, да, конечно, — стал собирать бумаги Мисам.

— Бумаги оставьте, мы их ещё раз внимательно просмотрим.

— Хорошо, хорошо, как скажите…

— Это что, замок строить собираемся? И то, в два раза дешевле выйдет, наверно, — после того, как за работягами закрылась дверь, произнёс начальник штаба.

— Что вы хотели, артель. Она тут одна, — продолжал ухмыляться начальник тыла.

— У нас столько нет. Это трёхлетний бюджет на весь гарнизон, если не ошибаюсь, — произнёс генерал, смотря на начальника тыла.

— Совершенно верно, — согласился тыловик.

— Не тяни, Ренан, что придумал, — уставился на офицера генерал.

— Что говорить, всё придумано до нас. Солдаты за годы службы многим профессиям обучаются, ведь мы не артель нанимаем, чтобы подкрасить, подремонтировать кое-где. Так что, предлагаю бросить кличь по гарнизону, кто, что умеет, каким строительным специальностям обучен. А потом, когда сезон у работяг закончится, ближе к зиме, можно и их нанять, но уже раза в четыре дешевле.

— Хорошая мысль, но надо начинать работы как можно быстрее, а когда прибудет фельдъегерский конвой с деньгами, неизвестно. У нас в казне средства есть?

— Деньги имеются, но вопрос в другом, — задумчиво произнёс начальник тыла, — если нам не утвердят постройку укреплений, как потом отчитываться будем?

— И это проблема, — нехотя согласился генерал.

Я слушал размышления офицеров и понимал, что незаметно для себя влез в тему, где совсем ничего не понимаю. Приход-расход, отчётность. Знал бы, что возникнет такая проблема… Но что тут говорить, идея постройки застав и фортов по периметру границы вполне логична и напрашивалась сама собой, но не учёл я бюрократическую волокиту, утверждения, прохождение всех инстанций, ну и длительность доставки корреспонденции сказывалась. Вот только почему до сих пор нет ответа из столицы⁈ Прошло достаточно времени, генерал говорил, что несколько курьеров прибыли, а из Генерального штаба и от Императрицы ответа до сих пор нет.

— Господа офицеры, — прервал бурное обсуждение, и все уставились на меня, — мы понимаем, что начинать строительство необходимо как можно скорее. Ответ из столицы почему-то задерживается, но ждать мы не можем. После того, как станет известно о гибели сына, Моркенский предводитель Нибери не оставит нас в покое.

— Соглашусь с вами штабс-полковник, но что вы конкретно предлагаете? — осведомился генерал.

— Как официальный представитель Императрицы, я обладаю полномочиями привлекать для государственных нужд гражданское население.

— Позвольте, штабс-полковник, граждане могут взбунтоваться, если их погнать на работы… — попытался возразить начальник штаба. И в его словах имелся здравый смысл. Если отправить здоровое мужское население на работы в степь, то кто будет кормить детей, жён, те же артельщики, им семьи кормить надо.

— Понимаю. У меня есть немного личных сбережений, думаю, для начального этапа строительства хватит, если конечно не по грабительским расценкам считать, а с материалом, надеюсь договорюсь, съезжу в каменоломню. Что, они дешевле камень не поставят? Ведь для них же стараться будем, чтоб враг не прошёл.

— Можно солдат привлечь, — вновь напомнил о себе начальник тыла.

— И солдатам буду платить.

— С солдатами разберёмся, жалование вовремя выплачивается, — опять вставил слово начальник тыла.

— Ладно, господа офицеры, что-то мы с вами засиделись. Артельские наверно извелись, ожидая ответа, — напомнил генерал.

— Позвольте мне с ними поговорить, — взял инициативу в свои руки Нусарс, — у меня есть опыт общения с гражданскими и… соберите чертежи, они нам пригодятся.

Обратно в кабинет генерала их не приглашали. Начальник тыла и начальник штаба вышли к ним, а мы с генералом остались вдвоём.

— Личное жалование тратить… — начал говорить генерал. Я понимал, что это не укладывается у него в голове. Но с другой стороны, я заварил эту кашу, со мной согласились, поддержали и отступать теперь поздно. Заставы нужны и это неоспоримый факт, а что так долго идёт ответ из столицы, так неисповедимы пути фельдъегерские, ну или столичные.

— Для начала надеюсь хватит. Там сначала обмеры и земляные работы провести надо, — не столько для генерала, сколько для себя пояснял сделанный выбор, — в документах Мисама этот вид работ стоит на первом месте. Надеюсь, что солдаты с этим справятся, тем более, для себя строить будут. Им там жить, охранять границу, обороняться от врагов. А если кто из них действительно профессиям обучен, можно и сверх жалования заплатить.

— Как поощрить, придумаем, штабс-полковник. Другой вопрос. Там необходимо разбить лагерь, круглосуточную охрану, патрулирование. Вот думаю, дивизии хватит?

— Если показать свою силу, что на границе стоит столько войска, то хватит. А если для строительства, то это с лихвой.

— То-то и оно. Мы никогда за внешними стенами лагерь не ставили, если только временный. На пару суток, так получалось. В основном в сёлах отдыхали, но таким количеством…

— Столько в селе не разместится одновременно, если только на короткий срок.

— Ладно, придумаем что-нибудь. У тебя штабс-полковник, есть ещё ко мне вопросы?

— Никак нет.

— Тогда давай подумаем в спокойно обстановке, переночуем с этой мыслью, а завтра встретимся и обсудим.

— Согласен, — ответил коротко. Что мне нравилось в генерале, он не отметал даже самую безумную идею сразу, а обдумывал её с разных сторон. Как он говорил, надо переспать с мыслью-идеей. Потому что на следующий день она будет выглядеть совсем иначе, чем принятая в горячке.

Вышел от генерала, немного постоял в коридоре, хотел поговорить с начальником тыла, но его куда-то вызвали по делам. Ничего не придумав, направился домой и встретил недовольных артельщиков. Они хмуро стояли возле здания штаба, что-то громко обсуждая. Когда увидали меня, притихли, но подходить не стали. Сначала хотел у них узнать, где находятся каменоломни, чтоб съездить туда, поговорить с хозяином, но передумал. Слишком возбуждённое состояние было у мастеровых.

Дома первым делом встретился Венас.

— Дядя офицер, когда поедем домой? — вот чего боялся, так это по-детски наивных вопросов. Что ему ответить? Подожди, сейчас пока не время и всё в таком духе?

— Скоро. Сначала надо собрать вещи и подготовиться.

— У меня всё собрано.

— Это хорошо, но мы же поедем с тобой не одни, а другие люди-солдаты вещи пока не смогли собрать, не успели. Лучше скажи, знаешь где каменоломня находится, — попробовал увести разговор в другое русло, отвлечь парнишку.

— Нет, не знаю. Мы камень не используем. Если только с ближайших гор несколько принесли, чтоб вместо стола использовать.

— Жаль, — ответил, и мне на помощь пришёл Савелкин, увёл парнишку чем-то заинтересовав, а я задумался. Местные камень не используют. Хижины в основном из смеси глины, песка и прочего, что в степи много. Но такой материал для строительства укреплений и внешней стены не подойдёт, сразу пробьют. Эх, почему я не учился на инженера-строителя, сейчас бы выдал формулу бетона, или на худой конец цемента и построил железобетонное укрепление, что-то вроде ДОТа. Но не судьба.

Савелкину удалось уговорить Венаса погостить у нас некоторое время, пока не подготовимся, и я был этому несказанно рад. На следующее утро отправился в город, походить, узнать где находится каменоломня и мне это удалось. В одной из мастерских разговорился с мастеровым каменщиком, и он мне открыл страшную тайну, что каменоломней управляет поставленный на эту должность самим Императором Странисом Первым энц Гостин Мукакис, человек суровый, но отходчивый, что проживает в портовом городе, который я имел честь посещать, следуя в Ухтюрск.

— … на следующей неделе, господин генерал, планирую съездить к управляющему каменоломней, — делился своими планами с Тонатосом. Мы, как и договорились, встретились сегодня во второй половине дня. Новых идей, а тем более отказываться от своих намерений я не собирался.

— Съездить надо. Странно, что никто не сказал, что каменоломня принадлежит Императорской семье, — задумчиво произнёс генерал.

— Так никто и не интересовался.

— А почему на следующей неделе? А не завтра. Туда путь неблизкий.

— Собираюсь сначала осмотреть село. Как мне перед нашей с вами встречей сообщил начальник штаба, среди солдат нашли полсотни мастеровых, сведущих в строительстве. Планирую с ними съездить, осмотреться, померить, чтобы потом при разговоре с управляющим конкретно знать, что необходимо. Да и там земляных работ, если честно, на месяцы, — почему-то сразу не учёл, что почва в степи каменистая, вот и попробуй подготовь фундамент для стен. Эту особенность вспомнил, рассуждая, а почему бы не вырыть ещё один колодец. Ведь для такого количества народу одного мало. И спросил у Венаса, он мне и открыл глаза, что не всё так просто.

— С таким количеством не отпущу. Возьмёшь два полка пешего строя и один полк кавалерии. Разобьёшь лагерь, обустроишься. И как раз охрана будет и люди, если что подсобить. С провизией и прочим, наладим доставку. Адъютант! Вызови начальника штаба! А ты, штабс-полковник, чтоб на рожон не лез! А то знаю тебя. Опять что-нибудь придумаешь.

— Не собирался, — ответил, натянув улыбку на лице. А ведь прав генерал. Что торопиться? Сейчас договорюсь со всеми и придёт отказ из столицы, а один не потяну, даже если все офицеры и солдаты скинутся своим жалованием этого недостаточно. Конечно, попробую договориться дешевле, но всё равно сумма запредельная. Лучше сначала, что можем своими силами, сделаем. Даже если без стен, хоть ров нормальный выроем и вал соорудим, чтоб конница свободно к селу не проходила. Землю копать могут и солдаты, а те, кто знаком со строительством и обмеряют правильно, и проверят чертежи артельщиков. Может что подскажут.

— Слушаюсь, генерал!

— Не ёрничай. С рукой что? Может повременить, кого из командиров, заместителей отправить вместо тебя?

— Нет, благодарю. Справлюсь, — в это время вошёл начальник штаба.

— Мирони, отдаю в ваше полное распоряжение, но на время, Варнеса Лукана. Согласуйте детали… похода и через сутки план мне на утверждение. Варнес, определились, какие дивизии пойдут к границе?

— Определились, как раз детали, как вы выразились «похода», я пришёл обсудить. Поставку продовольствия, воды, смену и…

— Это всё с представителем Императрицы обсуждай, с моей стороны гарантирую всемерную помощь, а у меня дела.

— Что-то генерал сегодня не в духе, — высказал мнение, когда вышли с начальником штаба от генерала.

— До сих пор нет фельдъегерского конвоя с жалованием. На две недели задерживаются, такое редко, но случалось, — пояснил начальник штаба.

Я благоразумно промолчал. Тратить деньги мне было некуда. Все свои сбережения возил с собой. И особо не заморачивался, когда выплачивают жалование. В столице платили раз в полгода. На передовой раз в месяц, а здесь на самой границе я и вовсе ещё не получал жалования, хотя и не бедствовал. Жильём, пропитанием, обмундированием обеспечен и хорошо. А вот генерал беспокоился и не за себя, а за солдат. Как понимал с этим конвоем должны прибыть и деньги на содержание гарнизона, а их не было.

У начальника штаба засиделись допоздна. Согласовывали, уточняли число солдат, тасовали численность конвоя, что каждые двое-трое суток должен прибывать с продовольствием, и только поздней ночью первоочередные, требующие немедленного согласования вопросы, разрешились.

И через сутки, колонной, мы выдвинулись из Ухтюрска.