Глава 25

Учебный год начался с фурора на выставке во дворце пионеров. Большая часть школ выставила такие проекты, что экспертная комиссия с потерянным видом бродила от одного стола к другому с удивлением осматривая представленные работы. При этом одна из женщин из администрации судорожно рылась среди нескольких листов своих записей, сравнивая заявленные и представленные работы. При этом постоянно возникали разные забавные ситуации. Как например когда комиссия добралась до нашего стола. За столом сидел я и разговаривал со своим товарищем из радиокружка Павлом Дьячко. Параллельно разговору мы с ним играли в шахматы на небольшой доске, так как нас предупредили что ждать придётся долго и будет довольно скучно. В этот день дворец пионеров был закрыт для посещения и в нём велась подготовка к выставке, все раскладывались и готовили свои презентации.

— Так, стол номер семь, радиокружок школы № 18, — подошла наша очередь на проверку комиссией, — проект «антропоморфный робот». Женщина с кипой машинописных листочков подозрительно нас оглядела.

— У Вас должна быть заявка от нашего руководителя об изменении названия, — мягко улыбнувшись ей, уточнил я.

— Изменение названия или типа проекта допускается только за три месяца до начала выставки, а ваш кружок подал заявление только два дня назад, — сурово начал мне выговаривать один из представителей комиссии — дядька в поношенном пиджаке и толстенных очках в роговой оправе, видимо кто-то из представителей партии.

— Ну у нас изменение название не полностью, — примирительно начал рассказывать я, — только одно из слов — «антропоморфный», мы заменили на «универсальный».

— И что же в вашем роботе универсального, и главное где он? — задал вопрос крутя по сторонам головой, молодой мужчина — из всей комиссии он выглядел самым заинтересованным и радостным. Похоже это был представитель администрации дворца пионеров.

— Так вот же он, — я кинул в сторону своего товарища, — универсальный робот. Обладает уникальными конечностями приспособленными для передвижения по пересеченной местности и универсальными манипуляторами предназначенными для разного рода выполняемых работ.

Комиссия с огромнейшим удивлением уставилась на Павла который в этот момент как раз взял в руку шахматную фигуру намереваясь сделать свой ход.

Партийный дядька и женщина просто с обалденным смотрели на моего товарища — похоже предыдущие проекты настолько их загрузили, что они просто утратили способность критически мыслить. Правда я не сразу обратил внимание на направление их взгляда, и, встав, принялся распинаться:

— Этот Робот может использоваться, как в народном хозяйстве, например, в качестве сборщика урожая для фруктовых культур, подсобного рабочего на стройке, так и в различных социальных службах, выполняя роль доставщика, проводника, поводыря, а при определённой конфигурации дополнительного оборудования, даже мед братом.

Сам Павел, при этом зачем-то встал, и стал в ответ так же внимательно смотреть на комиссию.

— Робот обладает уникальным набором функций…, — продолжал свою презентацию я.

— Кхм, — прочистил горло мужчина, — Это что, шутка такая?

— Какая ещё шутка? Мы же его всё лето делали…, — начал я возмущаться, но тут наконец-то увидел то комиссия смотрит на странно себя ведущего Павла.

Но только я хотел уточнить что он делает, как увидел что на нашу презентацию которую мы подготовили с самого утра кто-то набросил кусок какой-то плёнки и стало вообще не очевидно что сбоку и немного сзади нашего стола стоит что-то важное.

Я тут же подошёл к роботу и сдёрнул с него плёнку.

— Вот та машина которую я вам описываю!

Члены комиссии перевели взгляд на открывшуюся картину — на подставке из кусков фанеры, с папье-маше имитирующем сложный городской рельеф — ямы, люки, бордюры, камни, стоял наш аппарат. Пара его конечностей стояла опираясь на небольшую горку битого кирпича (самого настоящего), ещё одна конечность была как будто «провалена» в открытый канализационный люк (на самом деле глубина этого «люка» была сантиметров восемь — как раз глубина подставки), зато остальными он твёрдо опирался о поверхность имитирующую асфальт.

Довольно большая конструкция на мощных, много суставчатых лапах, потрясала своей, какой-то, внутренней агрессивностью и даже немного внушала страх. Я заметил этот эффект ещё, когда мы проводили ходовые испытания агрегата в гаражном кооперативе. Так как испытания проходили поздно вечером, чтобы никому не мешать, и отрабатывались с помощью дистанционного пульта, то те несколько встреч, которые произошли с ним наверное оставили сильный след в душе припозднившихся людей. Во всяком случае практически все кто встречал нашего робота выходящего из-за угла, кричали очень сильно, Только один сухонький дедушка его не испугался, а построившись начал осматривать его с заметным интересом — так мы его и застали (мы с ребятами всегда шли следом за роботом, так как дальность связи в режиме наладки была ограничена).

— Это вы, пионеры, эту штуку собрали?

— Да, это наш проект, дружно закивали мы с ребятами.

— Молодцы! Вижу машина мощная у вас получилась! Вот бы на неё брони потолще да пушку побольше повесть, да нам бы в сорок первый отправить, дали бы мы тогда фашисту прикурить!

Мы согласно покивали.

— Ну ладно, давайте пионеры, старайтесь! Только пусть один из вас всегда идёт впереди этой вашей образины, а то кто встретиться с крабом этим вашем, так и портки испачкает. Я то, такого повидал, меня ничем не вожмёшь, а нынешнее поколение слабовато. Да, слабовато…

С тех пор мы действительно стали посылать одного из членов кружка с плакатом «идут испытания экспериментальной техники», с тех пор количество испуганных людей стало меньше.

Комиссия же со страхом и испугом смотрела на довольно большую конструкцию. Спустя некоторое время, женщина оторвала взгляд от робота и посмотрела в свои записи.

— Тут написано, что ваш проект демонстрирует движение и манипуляции, — дрожащим голосом, произнесла она смирившись с листком заявки.

— Конечно, всё так, — подтвердил я, и достав из-под стола сумку с пультом дистанционного управления нажал на нём несколько кнопок, устанавливая связи и запуская двигатели.

Получив соответствующие команды электроника робота запустила двигатели скрытые внутри корпуса механизма. Сам робот, выплюнув из потайных решёток-газоотводов, небольшие облачка выхлопного газа, чуть слышно загудел, и через несколько секунд, когда набралось давление в гидросистеме, приподнялся на своих конечностях, и стал чуть заметно покачиваться.

Увидев что он пришёл в рабочее состояние, я нажал другие кнопки и робот начал отрабатывать демонстрационную программу. Он немного потоптался на месте, по очереди поднимая и опуская конечности м покачал корпусом — имитируя передвижение по пересечённой местности, а затем вывел в рабочий режим манипуляторы и пару раз щёлкнув ими поднял лежащую перед ним пустую молочную бутылку (специально перед ним положенную) и положил в мусорную урну (на уроках труда мои одноклассники делали подобные так что изготовить копию для демонстрационного стенда нашей группе не составило труда). Этими действиями мы попытались показать практическое применение работа — уборка территории и поддержание общественного порядка.

Комиссия приведённой демонстрацией была заметно впечатлена. Особенно когда робот щёлкнул клешнями — у дядьки аж запотели очки, а женщина, в очередной раз, рассыпала свои бумаги. Только представитель администрации дворца пионеров, от проведённой демонстрации явно получил кучу эмоций и радостно потерев ладони, посоветовал перенастроить робота, чтобы он щёлкал клешнями немного раньше — когда они будут дальше от зрителей.

В общем продемонстрировав свою поделку мы опять принялись ждать результатов смотра. Комиссия осмотрев оставшиеся работы (причём их можно было четко разделить на две категории — откровенное убожество от тех коллективов которые не подверглись моему влиянию, и нормальные, от тех кто прикладывал к работе все свои силы и интеллект), объявила что все работы приняты и все свободны, до завтра.

Правда такое решение комиссия приняла не совсем добровольно. Подключившись к нейропространству каждого из членов, я быстро посмотрел поверхностные образы. И если мужчина (работавший заместителем руководителя сектора внешкольного образования дворца пионеров), был настроен очень позитивно и пребывал в радостном возбуждении от представленных проектов, то председатель комиссии (тот самый противного вида дядька — второй секретарь заместителя начальника образования, горисполкома) был настроен совсем иначе. Он пребывал в раздумьях куда ему идти — в милицию или сразу в городской отдел КГБ, представленные проекты вызывали в нём ужас. Они были не согласованы или в них были внесены настолько глобальные изменения, что от первоначального смысла осталось совсем немного. А то, что большинство из них уже были или готовы к практическому применению, или уже использовались на некоторых предприятиях, заставляло его практически кричать. Ведь всё это было сделано без согласования, утверждения и одобрения партии.

Женщина вообще пребывала в смятенных чувствах, но она была приставлена к второму секретарю и обязана поддерживать любое его решение.

Так что мне пришлось внести некоторое изменение в нейрослепки этой парочки — теперь они всеми силами должны будут поддерживать и защищать участников выставки. Правда эта установка идёт в разрез с их жизненными принципами (которые как раз и заключаются в запрещении и недопущении), поэтому продержится буквально пару дней, но мне этого хватит чтобы прошло открытие выставки и оглашение победителей на котором будут присутствовать лица имеющие более высокое положение в обществе и обладающие более высоким уровнем принятия решений.

* * *

Когда на следующий день дворец пионеров открылся для посещения, внутри было не протолкнуться — многие члены различных кружков конкурсантов рассказывали своим знакомым о разрабатываемых проектах, но без подробностей, а воочию увидеть все новинки технического прогресса (немного подстёгнутого мною) желали все ребята.

А н второй день оказалось что не только ребята. Не веря рассказам своих детей о том какие на выставке представлены образцы, тоже пошли посмотреть своими глазами. И честно сказать их ждало довольно сильное потрясение. А меня большой фронт работы. Так как помимо любопытствующих простых граждан, выставку должны посетить представители городской администрации, а в перспективе и районной.

Отступление

— А сейчас свой доклад представит первый секретарь Н-ского Райисполкома.

Тучный мужчина, встал со своего места и протерев мятым платком обильно выступившую испарину со лба, принялся зачитывать с мятой распечатки.

— По итогам третьего квартала, нашим районом достигнуты следующие показатели: прирост надоев молока составил 254 процента, площадь пахотных земель под посевы озимых, на 117 процента. Также предприятиями лёгкой промышленности нашего района взяты социалистические обязательства по увеличению выпуска тканей, и товаров широкого потребления, в два раза. Социалистические обязательства по предварительным итогам года выполнены на 107 процента…

— Погодите, мы всё конечно понимаем, но может быть вы немного ошиблись с порядком цифр? — строго спросил докладчика один из ченов президиума.

— Нет… нет… всё правильно, — обильно потея и волнуясь, отвечал Степан Николаевич, нервно комкая в руках распечатки (помимо кучи новинок внедрённых за последние пару месяцев в районе, у них в исполкоме появилась несколько персональных мини ЭВМ, выпуск которых наладил один из заводов. Все секретари-делопроизводители очень быстро оценили новинку и буквально завалили всех своих руководителей требованием выписать этот аппарат. Помимо удобной, кнопочной панели мягкого ввода, по которой больше не требовалось со всей силы колотить пальцами, набранный текст можно было перед выводом на печатающее устройство, редактировать. Да и возможность обмена между ЭВМ набранных текстов и коротких сообщений, так как все машины были объединены в единую вычислительную-радиосеть, просто взорвала всю систему делопроизводства).

— Вы уверены? — ещё раз уточнил один из членов президиума.

— Понимаете, после того как в порядке эксперимента часть предприятий нашего района перешла на хозрасчётные отношения, там был налажен выпуск множества новых изделий гражданского и промышленного оборудования — автоматизированные комплексы откорма и доения, роботизированные пахотные комплексы, новые станки бесшовной формовки костюмов…

— Каких ещё костюмов? — опять перебили его из президиума, — и что значит «комплексы откорма и доения»?

— Ну костюмы специальный аппарат формует из нетканого льняного материала прямо по стандартным лекалам. Вот на мне, например, костюм сделанный таким образом, — Степан Николаевич в подтверждение своих слов оттянул ткань рукав своего пиджака и показал её членам президиума, — А молочные комплексы это таки большие полимерные ванны куда помещают коров, присоединив к ним предварительно доильный аппарат и несколько катетеров и трубок для кормления и откачки отходов. Ванна заполнена раствором со специально подобранной плотностью, что бурёнка в нём как бы «парит». По трубкам ей в желудок сразу поступает перемолотая и ферментированная жвачка, через катетеры отходы отсасываются, а так как ванна с глухой, звуконепроницаемой крышкой, все силы коровы уходят на производство молока — от этого надои и растут. В первом колхозе где применили эту штуку настолько поразились результату, что после пары экспериментов перевели всё поголовье КРС на эту систему, благо каркасы аппаратов можно делать практически из чего угодно, а главная в них часть это полимерный мешок который и заполняется жидкостью и укладывается в каркас и блок электроники следящий за температурой, плотностью и всем таким прочим — производится тысячами штук методом штамповки. Поэтому вслед за экспериментальным хозяйством и все остальные колхозы и совхозы начали применять новинку…

— Вы так описываете это как будто лично всё видели.

— Конечно, я постоянно провожу мониторинг состояния дел в районе.

— Почему же мы узнали об этом только сейчас? Не за последний же квартал всё это произошло? Почему вы не отражали этого в своих отчётах?

— Я… я… не знаю… словно что-то мне мешало…

— Так, прекратите нести чушь! — строго на него прикрикнули, — давайте ещё раз. Какие там у вас итоги?

— Э… прирост надоев… 254 процента…

— Вы там в своём уме?

— Но я лично объехал все колхозы!

— И роботизированные пахотные комплексы тоже своими глазами видели? — с сарказмом его спросили.

— Да, пионеры доработали трактора, теперь там просто куча моторчиков на всех педалях и рычагах, а трактористов нет! Кабины пустые!

— Всё с вами понятно. Сядьте.

Председатель повернул голову к стенографистке.

— Добавьте в протокол заседания, что представитель Н-ского района выбыл по состоянию здоровья.

И уже обращаясь к остальным членам президиума.

— Предлагаю назначить комплексную комиссию по оценке состояния дел в районе. Кто за? Единогласно. И так дальше мы заслушаем…

* * *

В этот день я возвращался из школы в приподнятом настроении — наконец-то в нашем классе появились новые разработки, школьные персональные микроЭВМ. Теперь учебный процесс начал походить на что-то человеческое — отпала необходимость вести глупые записи пачкая кусочки переработанной целлюлозы красящим пигментом, все задания теперь делались в общем информационном пространстве, что было просто и понятно (но, пожалуй, просто только мне, одноклассники поначалу путались и впадали в ступор, так что даже пришлось записать в их нейропространство несколько базовых навыков скопированных с себя).

Да и вообще жизнь налаживалась, практически все предприятия города начали выпускать новую продукцию — микроЭВМ, бытовую технику эргономичного дизайна, удобную и красивую одежду в больших количествах. Большая часть населения тоже изменилась, люди перестали хамить, бездельничать и заниматься общественно опасными и вредными делами. Надеюсь скоро эта практика распространится не только на весь район, но и на всю страну. Благо ребята из радиокружка уже заканчивают монтировать особо мощный усилитель-передатчик мозговых волн. С его помощью я смогу наконец-то развернуться в полную силу.

Но неожиданно, пока я смотрел как по дороге не спеша едет один из первых электромобилей — опытный образец собранный на заводе «электромотор», по лицензии Луцкого автозавода, мимо меня промчалось несколько УАЗиков с военными номерами. ЛуАЗ, естественно был с соответствующей переделкой, в виде замены ДВС на мотор-колёса. Пока технологии изготовления аккумуляторов пробуксовывает, так что большая часть полезной нагрузки автомобиля составляли аккумуляторы старого типа, от чего скорость была не самой высокой. Но потенциал такого автомобиля был просто фантастическим.

Но что-то в проехавших военных машинах меня напрягало. Решив проверить свои подозрения, я уже ставшим привычным усилием подключился к коллективному нейропространству. Но там ничего необычного, кроме небольшого увеличения мыслей о каких-то «сборах» и «тревожных портфелях», ничего не было. Я уже хотел пожать плечами и идти дальше как моё внимание привлёк далёкий гул. Подняв голову вверх я увидел, как небо расчерчивает сразу несколько инверсионных следов от быстролетящих объектов.

Отступление

В практически круглом кабинете кипела работа, к столу руководителя то и дело подходили различные люди. Одни из них приносили какие-то бумаги на подпись, другие представляли короткие доклады или наоборот, доставая из опечатанных портфелей различные бумаги что-то объясняли внимательно слушающему и изредка задающему вопросы, мужчине.

В кабинете помимо стола руководителя также был камин, возле которого на диване, в компании пары легко одетых, и тихо хихикающих девушек, развалившись сидел молодой парень.

Наконец, руководитель с лицом киноактёра, получив последний доклад, встал из-за стола и подошёл к дивану на котором расположилась весело проводящая время компания. Увидев что рядом с ним стоит мужчина, парень достал свои руки из-под блузки одной из девиц и вопросительно посмотрел на мужчину.

— По результатам анализа последних данным, часть наших агентов, как активных так и «спящих», не просто перестала выходить на связь, они так или иначе ликвидированы. Основной этап операции находится под угрозой, — доложил мужчина.

— У нас есть резервный вариант? — лениво поинтересовался парень.

— Только активное вмешательство…

— Хорошо. Приступайте к действию по резервному варианту, — произнёс парень странным голосом, от которого взгляд хозяина кабинета остекленел, — у меня нет времени ждать восстановления агентуры.

— Слушаюсь, — ответил мужчина и деревянной походкой подошёл к своему столу.

Сев за стол он снял трубку с одного из телефонных аппаратов без каких либо кнопок и не дожидаясь ответа, произнёс: «через пятнадцать минут срочное собрание у меня в кабинете всех руководителей штабов и военных министерств».

Загрузка...