Плененная волком

ГЛАВА 2

Андерс

Надя преследовала меня.

Не физически, хотя я бы убил за это. Ведьмы-знахарки вернули мою ногу в рабочее состояние в кратчайшие сроки. Райан смог починить мой байк, и через двадцать четыре часа я снова смог ездить. Что помогало, потому что я охотился.

Следующая неделя была беспорядочной: я тратил каждое свое утро разъезжая вверх и вниз по этой полосе дороги.

Но не видел ее.

Я не смог увидеть ее ни в одном ресторане, ни в одном из местных магазинов, даже на улице. Не то чтобы я специально смотрел. Я не хотел преследовать ее, лишь хотел увидеть ее снова. Каждый дюйм меня хотел ее. Я чувствовал, что упустил свой шанс.

Этот поцелуй все еще был на моих устах и в мыслях.

Когда я увидел, как она подходит ко мне, ее спортивный бюстгальтер облепляет ее грудь, ее шорты раскрывают каждый дюйм этих длинных ног, я просто хотел, чтобы она была там. К черту мою больную ногу, забудьте про мотоцикл, не обращай внимания на горе. Я просто хотел получить ее, поцеловать и сделать своей. Я хотел почувствовать ее шелковистые волосы, тепло ее прикосновений, вкус ее рта. Ее бледная кожа со странными розовыми узорами на шее была такой соблазнительной для моих пальцев и языка. Мне нужно было наполнить ее нашими будущими щенками, объявить эту женщину матерью моих детей.

Ее длинный, очень светлый хвост подпрыгивал в воздухе, когда мы толкали мой мотоцикл.

Она помогла мне, хотя не должна была. Когда Надя в первый раз убежала в оленьем виде, я не осудил ее. Мне никто не нужен.

По крайней мере, я так думал.

Она заставила меня переосмыслить это.

Надя.

Она была в воздухе, где бы я ни был. Почти там. Практически ощутима. Я хотел бы побольше с ней пообщаться, проклинал тот факт, что не взял ее номер телефона или не узнал фамилию.

Мой телефон гудел в моем кармане, и я припарковал свой мотоцикл на обочине.

«Маркус бросает тебе вызов».

Мне пришлось прочитать сообщение дважды, чтобы понять его.

Мой отец был основателем мотоклуба «Резное пламя». И руководил им до самой смерти за неделю до того, как я встретил Надю. Я принял на себя так много обязанностей до его ухода, что, думаю, все, включая меня, предполагали, что я возглавлю его после него.

Вызов усложнил все.

Этот клуб мой по праву рождения.

Я был на каждом собрании с того дня, как родился двадцать восемь лет назад, так как моя мама ходила на встречи с моим отцом. Каждый бой, каждое изменение, каждая смерть и рождение, я был свидетелем всего этого. Я родился и вырос в этом клубе, и мне казалось, что он был частью моей жизни.

Маркус же переехал в Эмбер-Эбисс пару лет назад.

Он жил среди людей, пока, наконец, не понял, что ему нужно обрести свободу.

Я принимаю и понимаю это, но он никоим образом не был способен руководить.

Мужик кровожаден.

Мне не нужен такой руководитель в моем клубе.

Этот вызов означает, что мы должны либо поговорить об этом, пока кто-то не отступит, либо нам придется сражаться, пока один из нас не сдастся или не умрет.

Маркус был ослом, но не заслуживал смерти.

Положив телефон в карман, я вернулся в город.

Было бы проще, если бы его никто не поддерживал, но вся его чушь «жажды охоты» глубоко засела во многих перевертышах и существах в моем клубе. Все волки, львы, медведи, драконы и другие существа, которые испытывают голод в наших венах. Его гнев, его жадность к насилию говорили с частью из них, с которой мы боролись за последние сто лет.

Хотя борьба не всегда срабатывала. Была девушка, которая была изуродована двадцать лет назад.

Она была просто ребенком.

Люди больны, и с кем-то вроде Маркуса они увидели шанс воплотить в жизнь свои темные фантазии.

Я ни за что не позволю наследию моего отца погрузиться в это.

Грубый и теплый, поздний утренний воздух обволакивал мое лицо и руки, заставляя прядь волос облеплять мое лицо. Это казалось очищением, как физическая терапия, которую я никогда не мог объяснить. Езда сняла все стрессы, все сомнения, разделила меня до волка и человека, которым я являюсь. Это очистило меня, так что мне не нужно было думать ни о чем, кроме моего следующего поворота, моей следующей остановки.

Мой следующий пункт назначения.

Я знал, что это бессмысленно, но, когда я снова поехал в город, я позволил своим глазам скользить по витринам.

Что если я ее увижу, что, если попрошу у нее нечто большее, чем просто ее имя и короткий поцелуй? Я не думал, что смогу справиться с этим, мне казалось, что я искал ее так долго. Дольше той странной недели, дольше, чем знал ее.

Она казалась частью меня, которая пропала.

Город был переполнен, замедляя мою поездку и позволяя мне получше вглядываться. Ни в почтовом отделении, ни в прачечных. Ее не было ни в одном из двух книжных магазинов, ни в затхлой закусочной, где мой отец ел каждое утро. Тяга к чашке теплого кофе поразила меня, и я улыбнулся.

В этом городе было лучшее место, где можно было выпить кофе, мой папа был существом привычек.

Скользя по направлению к маленькой пекарне, в которой я бываю только раз в две недели, я узнал светло-русый хвост. Она была за стойкой, в джинсах и футболке, которая скрывала большую часть удивительной фигуры, которую я помнил. Немедленно остановив мотоцикл, я припарковал его у тротуара.

Как тесен мир, Надя разговаривала с подругой Райана, когда забирала свой заказ.

Я наконец-то нашел ее.