Пленница амулета страсти

Глава 17

Варс Дакри

Такое нежное создание. Хрупкое, маленькое. Женщина. Моя женщина. Её шелковистая нежная кожа была ещё разгорячённой после случившегося, но быстро остывала. Касаться её — одно наслаждение. И пока я омывал это прекрасное творение, не мог перестать наглаживать и разминать.

В ванной комнате у стены была складная софа, которую я опустил и на которую уложил умытое тело супруги. Жена! У меня теперь есть жена, моя женщина, которая была словно даром свыше.

Я осторожно мял и разминал её тело. Ноги, руки, плечи, живот, мягкие груди, потом спинку, округлые ягодички — всё, что чего мне можно было дотрагиваться с её разрешения. И только для того, чтобы с утра у неё ничего не болело и не вызывало лишнего дискомфорта. Я даже снова взял масло, чтобы нанести на ещё припухлые лепестки её сладкого цветка, а потом нырнул ими в жаркую глубину. В ней ещё была и наша смазка, и моё семя, но новая порция масла поможет залечить натёртость (я был слишком груб и несдержан, позволив нас перейти ко второму разу — это было нарушением правил).

Да, я нарушил правило. В первый раз для девушек и женщин очень травмоопасен. И её мужчине нужно был сдержанным, контролировать каждое своё движение, слово, мысль, чтобы удерживать себя от безумия страсти.

«Не поддаваться шёпоту Бога Ирниса, сына Страсти и Алчности», — сегодня, несколькими минутами ранее держа её в своих объятьях, я отчётливо понял это наставление жрецов и родителей. Возможно потом, когда Лиса снова захочет близости со мной, мы перейдём эту грань дозволенного, но не в её первый раз. И пусть это был и мой первый опыт с настоящей женщиной, но нас нельзя сравнить. Нельзя сравнивать женщину и мужчину — мы разные, хоть и созданы друг для друга, как половинки противоположностей, сливающихся в вечном танце жизни.

Член снова был готов наполнить её, болезненно пульсировал желанием, пока я наносил масло на горячие нежные стеночки лона жены. Но моя выдержка была сильнее моих желаний. Поэтому снова хорошенько увлажнил полотенце, протёр ещё влажную после помывки кожу, потом взял сухое — всё просушил осторожными движениями. И только после того, как высушился сам, подхватил на руки своё сокровище.

Лиса была маленькая, худенькая и очень лёгкая. Весь день бы носил и не устал. Как её ещё ветром не сдувает в ненастные дни? Но ненастье было, видимо, лишь в её жизни. Об этом нужно будет ещё раз обговорить с отцом и начальниками стражей, чтобы усилили охрану периметра клана, а также выделили тайный присмотр для этой храброй пташки.

«Боги. Если бы она не была такой, мы бы никогда не встретились», — вдруг подумалось мне, пока я осматривал маленькое тельце на этой огромной кровати. — «А если бы и встретились, то она никогда бы не выбрала такого, как я».

Многие женщины боялись нас. Стереотип, наговор других рас, что не знают нас настоящих. Всё шло ещё с тех времён, когда они встречали нас лишь на полях сражений, как на иных планетах, так и на космических кораблях и станциях — временах, когда мы пользовались исключительно ими для передвижений по безмерной пустоте.

Мужчины, что встречали огромным гигантов, способных обращаться облаком, которые сражались до победы или поражения (смерти), но никогда не уступающего своего. Мы были и есть сейчас грозное оружие и опасность для врага. Встретив нас, многие понимали — мы их смерть. И женщин запугивали этим, потому что встретивший подходящую женщину, эрв мог похитить её, забрать с собой, и больше родные и другие существа её не видели. Они думали, что их убивают, мучая, но всё было просто и банально.

Свою женщину мы прятали на своих планетах, в своих кланах и домах, обеспечивая её лучшую жизнь. И не пускали в дом и на планету посторонних. Тем более на территории сражений! Это же глупо, так поступать с той, что владеет нашим сердцем, нашей сутью.

Конечно, сейчас мы принимаем тех женщин, что приняли нас, но раньше… предки всеми силами добивались той, что завладевала их разумом и сердцем. Добивались ответных чувств через ухаживания, охрану, присмотр, заботу, показывая свои чувства и намерения. Не скажу, что получалось у всех. Многих девушек так запугивали, что они скорее охотнее лишали себя жизней, чем позволяли к себе подойти. А мужчины уходили следом, растворяя свою суть в эманациях мира.

Но бывали и храбрые пташки, вроде Лисы. Они не верили никому, кроме себя, шли напролом, добирались до истины, и сами выбирали себе мужчин.

Эрвы многие века, поколения старались преодолеть старинные страшилки и стереотипы, особенно, когда появился Аркат, и расы стали делить этот мир между собой, уживаясь бок о бок с прежними друзьями и врагами. И вскоре мы влились в общество, нашли свою нишу, своё место, своих женщин. А представители других рас постепенно узнавали нас настоящих, развеивая старые байки или находя подтверждения части из них — о нашей силе, необузданности, дисциплине, упорности, ну и о том, что мы становимся всем для своих семей, что строим вокруг своих женщин. Они наш центр гравитации, наше сердце.

И для любого эрва быть выбранным таким сердцем — честь.

Увидев Лису первый раз, я даже не поверил, что она может им стать. Парни, моя команда, мой взвод, присланный как охрана для посла гостей Шадии и делегации наших послов, были буйными. Слишком молодые, непокорные. Лишь несколько из них были женаты и научились сдерживать себя сильнее, жёстче. Остальные же вечно взрывались и сливали эту злость в драках и спорах.

И мне достались именно такие, чтобы проверить мою готовность вести даже молодняк за собой и в сложных ситуациях, где контроля должно быть в разы больше. Я должен был контролировать их, и учиться контролировать себя, чтобы не срываться на них. Отличная тренировка в сложных условиях. Парни всё время срывались, и даже женатые подначивали их, проверяя мою устойчивость и нервы. Некоторые из них напрямую были посланы со мной от моего отца, чтобы убедится в моей пригодности, как одного из наследников главной семьи клана. Один из них и вовсе со-супруг одного из моих старших братьев, что уже давно все женаты и доказали свою готовность стать главным звеном нашей иерархии.

Он и остальные женатые очень откровенно подначивали молодняк, но никому не давали вмешиваться, если начиналась драка, следили, чтобы всё было только среди своих, ну и пока я не приду, чтобы навести порядок. А меня вечно вызывали быть рядом с помощниками посла и с послом, чтобы тот был уверен в своей безопасности и безопасности гостей и от гостей в случае чего.

Варпы — малоизученный и относительно новый народ на землях Арката. До этого они толком и не покидали свою планету. Лишь по острой нужде или для короткой связи с общим миром и соседями. Чаще всего такое происходило, если пропадали женщины и в этом находили действия их расы. Теперь же повод был другой, они стремились к частичной открытости и желанию сотрудничать. Видимо, у них произошла смена власти или её направления, взглядов (тайны расы никто не будет раскрывать ещё совсем недавно своим недругам). Может через несколько поколений, если всё пройдёт удачно, мы узнаем, что же послужило началом их решений о новых союзах, но не сейчас.

И вот, в самый напряжённый момент переговоров, мне снова приходи оповещение, что завязалась драка. На этот раз у группы, что находилась в резерве и у рабочего кабинета одного из главных помощников посла — демонида Унг-Ара. Самого непростого, строгого, сурового и опасного мужчины, которого я встречал среди начальства. Мой отец и его ребята часто работали с его отцом и подчинёнными, говоря, что твёрже управления редко встретишь. Поистине стальная хватка.

Нарваться на выговор у него — приговору на смерть подобно. Поэтому оставил своих заместителей и помощников, чтобы быстро уладить конфликт. И какого же было моё удивление, когда я пришёл, уже готовый взорваться, и увидел выстроенные ряды наглецов. Они стояли так, будто перед ними сам император — по стойке, гордо выпятив грудь, подбородки подняты, глаза сияют силой, как и лица воодушевлением. Хоть на парад пускай.

И я бы долго ломал голову, но как объяснил быстро со-супруг брата, всё дело было в женщине. И это было самым удивительным и логичным объяснением. Только женщина могла так повлиять на них. Вопрос был только в том, что здесь не было никого из наших женщин и женщин Шадии в принципе. А местные… они хоть и славились суровостью и непокорностью, жестокостью и надменностью, но в посольстве работали только мужчины. Гостья?

В этом я убедился, когда меня почти сразу же вызвали в кабинет демонида. А я только узнал, что снаружи назревают проблемы. Сопадение или нет, но я решил доложить об этом, чтобы время не тратить. И увидел её. Слишком хрупкая. Слишком маленькая. Слишком открытая. Во всём слишком. Особенно этот прямой взгляд. Не боится! Она не боится, а наоборот интересуется!

«Будь я как мои далёкие предки, то точно бы такую похитил», — подумал я на мгновение, рассматривая необычную девушку. В её необычности убедился вновь, когда понял цель её визита в посольство, а также услышал, что в качестве предлагаемого жениха (из целого списка таковых) она выбрала меня.

Я мог отказать, мог сослаться на долг перед родиной, кланом и своими ребятами. Но не смог. Видел эти медовые глаза и пропадал в них. И чем дальше происходили события, тем сильнее понимал, что не отпущу её, не дам никому в обиду, подпущу к ней только тех, кого она сочтёт достойными. Стану её опорой защитой, оружием.

Это увидел во мне отец, едва мы оказались перед ним. Поэтому дал добро на наш союз (как глава клана он мог отказать, и просто поселить беженку на наших землях, пока она не найдёт мужей методом отбора), а потом дозволил провести обряд. Делал он это всё тайными знаками, которые мог понять только военный под его началом и я, как его сын. Даже мама не знала всех тайных знаков, но она и не смотрела за нами, полностью поглощённая невесткой. Лиса ей очень понравилась. Всем понравилась.

И желающих стать с нами одной семьёй будет очень много. Стать её мужем — так я бы сказал точнее. Может поэтому хорошо, что старшим стал я — эрв. У многих желание сразу отпадёт зариться на это хрупкое чудо. Отбор я устрою строгий, проверю каждого на любое несоответствие. Одна оплошность, одна ошибка — и выкину прочь с отбора или ещё на стадии списков.

Но будет лишь одно исключение — желание самой Лисы, но я найду способ, как сделать так, чтобы она передумала. Если это только не будет кто-то из рас, подверженных парности. С этим будет сложнее, но я смогу стать для своей жены гарантом того, что даже почувствовавший в ней пару не посмеет причинить ей проблем, боли или каких-то ещё страданий.

Оставив жену на кровати, где укрыл её одеялом, а вокруг тела повесил купол своей силы (даже мошка не пролетит незамеченной), сам же быстро вернулся в ванную, чтобы сбросить напряжение под душем и самому привести себя в порядок. Помылся быстро, а вот кончить было труднее. Раньше это не занимало пары минут, а то и пяти, сбросил напряжение (рукой или с помощью куклы) — и дальше за работу, а сейчас… после того, как почувствовал настоящую женщину, не мог никак прийти к финишу.

Это было совсем не то, совсем не так, как хотелось телу. Но набрасываться на жену нельзя. Не в её первый раз. Может когда-нибудь позже, когда её тело будет более подготовленно к ласке не только меня одного, но и других со-супругов, с которыми она захочет разделить наши ночи. В том, что это будет намного дольше, чаще и жарче, я не сомневался. Сейчас же она не готова, ей нужен отдых. Я и так сорвался, позволив произойти второму разу.

Прорычав и уткнувшись в стену лбом, я дёрнул член сильнее, жёстче, почти до боли. И почти получилось. Ещё несколько резких движений. А перед глазами её образ, дрожь её тела снаружи и внутри, на мне, её шёпот, стоны, всхлипы. Картинка как на яву. Так прекрасна. Так желанна, что я не продержался дольше, тут же забрызгав стену с тихим рыков.

Кажется, малышка становится моим наваждением. Видимо, поэтому многим эрвам, что вступают в союз, дают время. Привязка через тело, через магию и нашу суть к нашей женщине заставляет нас быть более несдержанными, желающими её везде и всегда, в любых позах. А такой эрв не годится для защиты, коей должен стать для избранницы на всю оставшуюся жизнь. Нам дают время обуздать внутреннего зверя, почувствовавшего себя желанным, нужным, важным, желающим доказать, показать единственной свою силу, мощь и страсть.

Уверен, не будь Лиса девственницей, я бы сорвался и брал её до рассвета, а то и дольше. Так сильно я её желаю. Но моя девочка была невинна — чудо. И странность. Многие девушки, чьи тела обладали такой особенностью, лишались этого, как они считают, дефекта почти сразу же в ночь совершеннолетия, едва закон даёт добро. Они сами или их матери находят им ирнов (если это принято в их стране) или временных партнёров. Иногда только на одну ночь, на один раз, а иногда получается, что такой мужчина становится любовником, пока женщина не решит, что пора искать мужей. Повезёт, если он станет одним из них, а если нет — на всё воля женщины.

И чтобы всё было легче для женщин, зная страсть некоторых представителей разных рас, целители придумали средство, чтобы унять боль, жжение, натёртости в нежный местечках. Во время того, как Лиса осматривала выделенные нам временные покои, я отослал весточку главному целителю семьи, чтобы занёс такое масло и нам, чтобы быть готовым, если жена решит пройти обряд. И она решилась, но я не был готов, что так сразу. Думал, через день или два, когда отец подыщет нам варианты для будущего совместного дома, и мы выберем свой. Но малышка решила иначе.

Успокоив своё нутро, я подошёл к зеркалу, чтобы осмотреться. Мне показалось странным щиплющее чувство на спине, плечах, груди — и точно, на этих местах были видны следы её ноготков. Лёгкие покраснения кожи чуть зудели и щипали, но так грели душу. А ещё я приметил, что мои глаза стали ярче, как и волосы (они словно сияли изнутри) — признак того, что мы прошли обряд, и жена приняла меня. Каких-то иных меток…

Я осмотрел всего себя, но ничего не приметил, разве что на шее у самой головы что-то саднило, но ничего не мог рассмотреть в зеркале. Даже нашёл маленькое, чтобы заглянуть, но не увидел, как не приглядывался. Показалось? Или просто Лиса задела кожу, когда держалась за шею, в попытке притянуть меня ближе.

И вот опять. Вспомнил о ней, её мягкости и податливости тела, жаре нутра и сладости стонов, как снова затвердел. Прости меня, Лиса, я становлюсь ненасытным зверем. Придётся проявить большее терпение и строгость к себе. Поэтому я решил себя наказать и лечь спать рядом с ней прямо так, со стояком. Буду держать себя в руках, даже не прикоснусь к ней или наоборот обниму, но не сделаю ничего, тренируя выдержку и самообладание.

Сказано — сделано. Улёгшись рядом, я чуть притянул её к себе, обнял и постарался расслабиться, хоть это и было трудно, особенно, когда, почувствовав меня рядом, она доверчиво прильнула к моему боку, закидывая ножку мне на бедро, а рукой обнимая поперёк торса, как игрушку. Да, так было ещё хуже, но я справлюсь. Должен!

— Варс, — прошептала жена сквозь сон и прижалась сильнее.

Ох, это будет долгая ночь.

С трудом, но я всё же заснул. Сначала даже снова не видел, провалившись в дрёму, очень поверхностную, чтобы быть готовым защитить жену, если в комнату кто-то решит проникнуть. Но вскоре перед глазами стал открываться мир снова. И это был очень чёткий, реалистичный сон. Я стоял на широкой пустой каменистой площади, и не было вокруг ничего, ни домов, ни деревьев, ни гор, только пустота до самого горизонта. Лишь огромная и очень широкая каменная лестница, ведущая куда-то вверх, а там (где-то на середине) шла маленькая фигурка.

Я сразу её узнал. Лиса шагала монотонно и уверенно. Она поднималась к высокому строению с колоннами и треугольной крышей, белых на фоне чёрного неба, усыпанного звёздами и неизвестными, неведанными мной раньше планетами. Каменистые и пустые, облачные и гигантские, с кольцами и без, наполненные водой и зелёными землями под голубой атмосферой — их было мало, но все они кружили над зданием.

Конечно, я бросился следом за женой, ощущая какое-то острое чувство потери. Мне не хотелось, чтобы она уходила, чтобы поднималась выше. Словно, если достигнет последней ступеньки, то пропадёт навсегда. Это чувство так остро пронзило сердце, наполнило его страхом и болью, что я обратился облаком и рванул на всех скорости вверх за своей малышкой.

Особенно страшно стало, когда на конце лестницы показалась высокая, просто ошеломляюще гигантская фигура, которой такие как мы с Лисой были на середину ладони, а то и меньше. Она была в плаще тёмно-бордового цвета, как кровь людей, со скрытым лицом за глубоким капюшоном. Но я видел тёмно-алые глаза, сверкающие в этой тёмной пустоте. Они жадно смотрели на мою жену, а она смотрела в ответ и продолжала идти, как бы я ни кричал, как бы ни звал её.

Так сосредоточился на этом, что не сразу понял, что рядом со мной бегут и летят другие фигуры. Мельком бросил на них взгляд, чтобы оценить степень опасности и перехватить, чтобы не успели остановить меня или опередить и добраться до моей супруги. И был очень удивлён. Парочку из них я узнал.

Один из них был демонидом, помощником посла, Лиаром Унг-Аром, но в полном (истинном) его обличие. С огромными рогами, хвостом с острым серповидными наконечником, со звериными лапами вместо ног, ну и острыми, огромными когтями на раздувшихся от силы руках. Его глаза горели адским пламенем и яростью, что были направленны на грозную фигуру. А рот, с острыми клыками и в оскале, был раскрыт в крике, точнее я понял, что он зовёт Лису, вот только не слышал его. Зато он увидел меня и тоже удивился, но не остановился.

Вторым был юный варп, встреченный нами в посольстве. Его облик был более тёмным, чем я запомнил, глаза пытали ярко-алым безумием, а ещё я впервые видел крылья варпа — это признак высшей элиты, силы и знатности, как и его заострённые уши, ну и тьмой, что осыпалась с его тела будто туман.

В третьей… тут было чистое пламя, огромным пламенный сгусток красного цвета летел над нами, не давая разглядеть в его жаре и свете фигуру своего носителя. У меня есть предположения на счёт его расы, но их несколько. Несколько народов, в чьих жилах течёт сила пламени и огня, могли иметь подобный облик и показательный силовой образ. О ни, огры, огненные бескрылые драконы, алые наги, огненные дракониды — все подходили под это описание.

В четвёртом я не сразу, но распознал нага. Чёрной волнистой полосой он вился по лестнице где-то под нами, стараясь догнать Лису. А наравне с ним бежал на вид самый обычный мужчина — пятый.

Довольно молодой, как сам наг, но с белыми короткими волосами. Но двигался он быстро, плавно, чтобы нечеловек. Но будь у него ипостась или сила, как у нас, разве он не принял бы свой истинный вид? А может не хотел или не мог? Не знаю, но каждый из нас старался достичь своей цели — моей жены.

А фигура над ней была всё ближе, да и сама Лиса, что вроде спокойно к ней шла, всё быстрее отдалялась от нас. И вот фигура простёрла руку к ней, и из руки вырвались цепи, что метнулись в сторону девушки и обвили её тело. Руки, ноги, талию, бёдра и даже шею, за которые и начали поднимать и тянуть куда-то вверх и вперёд, быстрее отдаляя от нас.

Я не сразу, но всё же заметил, как от ног фигуры отделилась другая, намного меньше и вся белая. И тоже вся в цепях, некоторые из которых соединяли её с фигурой, а часть шла через неё к Лисе. Она стала спускаться по лестнице к нам навстречу, и чем быстрее приближалась, тем быстрее улетала Лиса.

— ЛИСА! — я, наконец, смог услышать и свой голос. Одновременно со мной это прокричали и остальные спешащие к ней. У некоторых это было шипение, у некоторых рёв, подобный пламени или дракону. Но все как одно, единый порыв, единый голос.

Фигура в белом замерла на мгновение, а потом плащ на ней стал будто испарятся, пока всё вокруг заполнял свет, ослепляя. Отчаяние билось в груди — я понимал, что не успеваю. Никто из нас не успевает. Мы можем только достигнуть фигуры в белом, когда как тело моей жены уже окружали огромные пальцы гиганта, отступающего в сторону здания.

— Варс? — голос жены, заставил меня остановится, словно на стену налетел. Опустил глаза на белую фигуру и увидел свою Лису. Этот прямой взгляд я не перепутаю ни с чем, как и мягкую улыбку.

Моргнул, пытаясь скинуть наваждение, но жена не пропала, а вот лестница да. Вместо неё оказалась тёмная комната, большая и почти пустая, с огромной кроватью посередине. Не было дверей и окон, только огромный проход, ведущий в сад под ночным звёздным небом.

— Ты тоже мне снишься? — шире улыбнулась она, шагнув ближе.

— Снюсь? Тоже? — переспросил я и обернулся по сторонам. Рядом со мной стояло пятеро фигур, так же переглядывающихся, словно пытающихся понять, что это сейчас было.

— Вы все снитесь мне, — чуть нахмурилась Лиса, — не знаю, что происходит, но думаю, нужно проснуться.

Две фигуры с алыми глазами шагнули к ней и потянули руки, словно предлагая коснуться и умоляя не уходить. Другие последовали их примеру, да и я сам не захотел её отпускать, не после того, что увидел до этого. И вот мою руку жена приняла, а потом непонимающе смотрела на остальных. У них было видно только глаза. По ним я узнал варпа, узнал демонида и нага, а вот оставшихся двоих… оба выглядели, как носители пламени.

И пока жена льнула ко мне, прижимаясь к груди, эта пятёрка окружила нас, но тронуть её не смела, ожидая разрешения. Ну и смотря на неё неотрывно. Может потому, что это был сон, пусть и странный, я больше не испытывал страх, чувствуя лишь тепло своей супруги (оно и понятно, в реальности она спит рядом и прижимается ко мне). И мне было странно видеть кого-то ещё в нём. А ещё они хотели её тронуть, точнее, чтобы она попросила об этом. Откуда-то я знал это, но откуда…

Возможно, это знание перешло и к снившейся мне Лисе, потому что она вдруг кивнула им, будто разрешая. И тени фигур нахлынули на неё, сливаясь с ней. Я тоже словно потянулся всем своим естеством к ней, растворяясь в её нежном тепле. Пока дрогнул, чтобы открыть глаза.

Спальня была всё той же. Кровать ещё хранила тепло, но его хозяйки не было.

Страх тронул душу, и я подскочил с кровати, вызывая силу, чтобы лететь и искать свою женщину. И тут же застыл, когда с открытого балкона послышалось тихое: — Ого.

Такое родное и нежное. Но я быстро оказался рядом и обхватил нежное тело, прижимая к себе.

— Варс? — удивилась Лиса, прямо как во сне. — Что с тобой? — заметила она моё состояние. Да я и сам был словно пришиблен, после увиденного кошмара со странным завершением.

— Всё хорошо, — прохрипел в ответ. — Просто заволновался, не увидев тебя рядом.

— Прости, — мягко улыбнулась моя красавица, — я просто услышала шум снаружи и решила посмотреть. А это оказалась тренировка.

Тренировка? Оторвав глаза от своей нужной супруги, я посмотрел вниз, где среди сада на площадке тренировались бойцы отцовского отряда и их подчинённые из молодняка. Все полуголые, крепкие, в одних штанах, сверкающие мускулами и играющими явно на показ… перед моей женой! Пришлось подхватить милую зазнобу на руки и утащить обратно в комнату, пока я не сорвался и не полез в драку — моя выдержка ещё была слишком слаба, не хочу её пугать. А она вдруг засмеялась, так звонко и счастливо, что липкие щупальца пережитого кошмара вдруг отступили перед теплом её присутствия и эмоций.

— Лиса, — прошептал я, опуская её на ноги и обнимая милое лицо руками. Такая маленькая. — Моя Лиса, — и поцеловал, всё же не удержавшись. Жена же мне ответила, а потом прошептала, оторвавшись:

— И тебе доброго утра. Какие планы на сегодня?

Стараясь скрыть остатки тревоги, я погрузился в новый день, в начало новой жизни рядом с той, что, кажется, стала дороже жизни.

_________________________

Существо у храма