Пленница Палача

Глава 9

Палач

Двадцать семь лет назад

- Эй, пацан, - меня поднимают вверх чьи-то руки.

Я брыкаюсь, бью ногами и воплю, что есть сил. Слёзы застилают глаза. Я пытаюсь схватиться за одежду лежащей на полу мамы. Она сейчас встанет. Непременно встанет.

- Дикий какой, - комментирует низкий голос.

Я не вижу пришедших людей, потому что всё время смотрю на неподвижное тело мамы. Кажется, если хоть на секунду отвернусь, то не замечу, как она придёт в себя.

- Товарищ командир, - продолжает первый, цепко удерживая меня в руках. - Тут ещё один труп.

Светловолосый мужчина в военной форме склоняется и щупает мамину шею. Я начинаю кричать ещё громче, боясь, что это вернулись те, кто сделал с ней это.

- Холодная уже, - комментирует светловолосый. - Сутки лежит, наверное.

Потом он оборачивается ко мне и смотрит в мои затуманенные слезами глаза.

- Давно они приходили? - спрашивает.

А я не знаю, что ему ответить. Последние часы слились для меня в некий единый нескончаемый поток тоски и боли.

Мужчина хмурится и наклоняется ко мне.

- Тебя как звать-то, волчонок?

С ненавистью смотрю ему в глаза. Они светлые и отчего-то кажутся добрыми.

- А вас? - огрызаюсь я вместо ответа.

- Андрей, - мужчина усмехается и протягивает мне руку.

Я игнорирую её и крепко сжимаю зубы.

- Вы кто? - дерзко спрашиваю.

- Командир отряда особого назначения, - спокойно отвечает мужчина. - А ты?

- Я - Амир, - говорю, а сам снова поглядываю на маму. - Помогите ей, - мой голос дрожит. - Она... она... - запинаюсь я. - Она просто лежит тут и...

Мужчина опускает глаза. Он берёт меня за плечо и отводит в сторону.

- Амир, - серьёзно начинает он. - Послушай, ты уже взрослый парень, так?

- Восемь лет уже, - отвечаю я, сжимая руки в кулаки. - Уже взрослый.

Внутри всё скручивается от неприятного предчувствия. В глазах мужчины я вижу что-то похожее на сострадание. И мне это совсем не нравится.

- Ты взрослый, поэтому я скажу тебе как есть, - говорит он. - Твоя мама умерла, Амир. Её больше нет, - он сильнее сжимает моё плечо. - Ты понимаешь, что я говорю?

Слова этого человека отдаются в ушах эхом. Я быстро-быстро моргаю, пытаясь осознать то, что он только что сказал.

- Где твой отец? - снова спрашивает он.

- На войне погиб, - быстро отвечаю я. Стараюсь держаться, но одинокая слеза, всё же, скатывается из уголка глаза. Быстро вытираю её рукавом кофты.

- Родственники есть? - продолжает спрашивать он.

- Только мама... - тихо отвечаю.

Люди позади нас поднимают маму и несут её куда-то. Я нервно дёргаюсь в сторону и хочу закричать, чтобы не трогали её, но говорящий со мной мужчина останавливает меня.

- О ней позаботятся. Не беспокойся, - он говорит так уверенно, что я невольно останавливаюсь так и не закричав.

- Вот что, - мужчина берёт меня за локоть и снова разворачивает к себе. - Ты с нами поедешь. Давай вещи тебе соберём.

- Что? - непонимающе смотрю на него. - А как же... как же дом... - обвожу глазами комнату.

- В вашей деревне небезопасно, Амир, - серьёзно отвечает Андрей. - Те люди, что напали на вас могут вернуться, понимаешь?

У меня дыхание перехватывает от ужаса, когда я представляю, что убийцы моей мамы могут вернуться. Но несмотря на это, я беру себя в руки и гневно заявляю:

- Ну и пусть возвращаются! Я сам их убью! - воинственно выпячиваю грудь вперёд и тяжело дышу.

- Убьёшь, конечно, - грустно усмехается Андрей. - Но это будет позже. А сперва тебе надо подрасти маленько.

Он ставит ладонь сантиметров на двадцать выше моей головы.

- Вот так. Сможешь?

- Смогу, - я прикидываю, сколько времени уйдёт на это и с беспокойством спрашиваю: - А это долго?

- Нет, - уверяет меня он. - Сам не заметишь, как вырастешь. Пошли, покажешь мне, где твоя спальня.

Мы собираем вещи быстро. Берём только самое необходимое и складываем в дорожную сумку. Потом выходим на улицу. Мужчина ведёт меня к огромной машине тёмно-зелёного цвета. Открывает дверь и говорит.

- Помочь, или сам?

- Сам, - хмуро отвечаю я и запрыгиваю на переднее сидение.

- Подвинься, - говорит Андрей и садится рядом.

Пока военная машина неуклюже разворачивается, я с тоской оглядываю нашу деревню. Она кажется такой же, как и вчера... вот только... Окна в домах будто зияющие раны на груди солдата - без стёкол и без света. Без жизни.

Мы долго едем куда-то в ночи. Через некоторое время мои глаза начинают слипаться. Голова сама опускается на плечо сидящего рядом мужчины, и я проваливаюсь в сон.

Когда мы приезжаем в военную часть, мне выделяют отдельную комнату. Следующие несколько дней я почти не вижу Андрея и никуда не выхожу. Просто ем и сплю. Провожу томительные часы в неопределённости и тоске по маме и родному дому.

А потом Андрей снова приходит ко мне.

- Слушай, Амир, - говорит он, снимая зелёную шапку. - Я завтра домой возвращаюсь. К жене и дочери.

У меня внутри всё вниз опускается. Он уедет, а я один останусь... совсем один...

Поддавшись порыву паники, я подбегаю к нему и обхватываю его за пояс.

- Пожалуйста.... - начинаю плакать я. - Прошу... не оставляй меня тут! Возьми меня с собой!

Андрей смотрит на меня сперва в замешательстве, а потом вдруг улыбается.

- А ты хочешь со мной поехать?

- Да! - не задумываясь ни на секунду отвечаю я. - Возьми меня к себе! Я коз доить умею... я дрова колоть могу!

Мужчина по-доброму усмехается.

- Ну раз так, то ладно, - он потирает ладони. - Собирай вещи.

Я, не помня себя от радости смотрю на него, и спрашиваю:

- А ваши жена и дочка не будут против?

- Ну, с Машей, женой моей, - он подмигивает мне. - мы договоримся. А Лида у меня на два года тебя младше всего. Будешь ей старшим братом.

- Вашу дочь Лидой зовут? - переспрашиваю я.

- Да, Лидия. Никогда такого имени не слышал?

Я мотаю головой. Лидия... Красивое имя. Интересно, какая она?

Лира

Мы подъезжаем к дому, и прямо на улице нас встречают люди Палача.

Он выходит из машины и о чём-то с ними беседует, пока я отрешённо смотрю вперёд.

Потом дверь с моей стороны открывается и Дамир протягивает мне руку.

- Пошли, - говорит он.

Я вкладываю свою ладонь в его и выпрыгиваю на мощённую камнем подъездную дорогу.

Палач не отпускает мою руку, а я не спешу забрать её.

Уже очень поздно. Солнце совсем скрылось за горизонтом, зажгись фонари.

Вдыхаю наполненный ароматом акаций воздух, пытаясь прогнать оцепенение, что сковывает тело и разум.

Погружённая в свои мысли, я не замечаю, как мы, минуя охрану, проходим в дом.

Палач останавливается перед лестницей, ведущей на второй этаж.

- Иди в спальню, Лира, - говорит он не глядя мне в глаза.

Кажется, будто его сейчас занимают совсем другие мысли. Их тьма отражается на красивом лице, делая его серьёзным и мрачным.

Мне не хочется исполнять приказ.

Удивительно, но в этом чужом доме Хозяин стал самым близким мне человеком. У меня больше нет никого… совсем никого в этом мире. Только этот жестокий, опасный и загадочный мужчина.

Судорожно хватаюсь за его одежду. Так хочется, чтобы он не уходил. Сама не знаю почему, но рядом с ним мне спокойно. Чувствую себя защищённой. За ним я будто спрятана от всех невзгод за огромной непробиваемой бетонной стеной.

- Не уходи… - шепчу я.

Говорю так тихо, что мне кажется, он не слышит мои слова. Даже я их почти не слышу.

Палач обращает на меня свой взгляд.

Тяжёлый, с поволокой.

- Тебе страшно? – спрашивает он, приподнимая бровь.

- Да, - шелестят в ответ мои губы.

- В моём доме тебе нечего бояться, - уверенный, решительный тон.

- Прошу, не оставляй меня одну, - молю я, глядя в его тёмные как ночь глаза.

Выражение лица мужчины на секунду смягчается. Кажется, в глазах мелькает что-то совсем не свойственное для Палача. Проблеск сострадания, который тут же исчезает.

- Чего ты хочешь? – холодно осведомляется он.

- Побудь со мной хотя бы немного… - я всё ещё сжимаю в руках рукав его рубашки.

- Время - деньги, Лира, - Палач поворачивается ко мне. – А я – бизнесмен. Если ты хочешь попросить об услуге, то, - он делает многозначительную паузу. - Ты должна предложить что-то взамен.

Я нервно сглатываю.

Сейчас я готова отдать что угодно, лишь бы не быть одной в той комнате... Но его слова кажутся такими холодными… они совершенно противоречат всему тому, что было между нами сегодня.

Почему он снова переменился?

Так странно… Каждый раз, когда мы покидаем этот дом, я вижу в Палаче совсем другого человека. Страстного, мужественного и… желанного?

Но как только мы возвращаемся в его особняк, Дамир снова превращается в чудовище из сказки. Будто на нём лежит какое-то проклятие, что-то неподвластное даже такому как он…

Я набираюсь храбрости, или, быть может, правильнее сказать, безрассудства, и переплетаю свои пальцы с его, а потом делаю шаг вверх по лестнице.

Палач прищуривается. Замирает на мгновение, а потом усмехается.

Кажется, будто сейчас он скажет что-то жестокое, но он молчит.

Тогда я, продолжая тянуть его как маленький буксир тянет по водной глади огромное судно, увлекаю мужчину вверх по ступеням. Иду дальше через коридор в свою спальню. Не оборачиваясь открываю дверь, и мы заходим внутрь.

Уверена, его люди провожают нас взглядами, думая обо мне самые грязные вещи, но сейчас мне всё равно.

Тот ужас, что я пережила сегодня, не уходит. Страх и образы тел, безжизненно лежащих на полу, продолжают преследовать меня.

Палач прикрывает за нами дверь и окидывает меня взглядом. Диким, жадным взглядом.

На пляже он смотрел иначе. Тогда он был нежен. Будто и не он был вовсе, а совсем другой мужчина.

Внезапно я понимаю, что, возможно, убийства, погоня и адреналин повлияли на него. И он теперь тоже не в себе, как и я. Только, скорее всего, Палач привык снимать напряжение совсем другими способами…

Жестокость порождает жестокость.

И то, что ему пришлось сделать, чтобы защитить нас, пробудило в нём другую сущность. Ту часть его личности, которую стоит опасаться.

- Чего ты хочешь, Лира? – он поворачивает голову на бок и начинает наступать на меня.

- Я… я… - заикаясь начинаю я. – Я просто не хочу быть одна.

Я отступаю и обнимаю себя ладонями за плечи.

- Почему это должно заботить меня? - его холодные слова совсем не вяжутся с его жарким взглядом.

- Я думала... - опускаю взгляд. - Наша поездка... твои прикосновения... это было так...

- Ты думаешь, что я буду возиться с каждой новой девкой, что кончает в моих руках? - жестокая усмешка трогает его губы.

Мне хочется расплакаться. Я не понимаю, почему он так говорит со мной…

Сейчас мне безумно нужен не Палач, а Дамир. Тот, что ласково обнимал и шутил… тот, что защитил меня от врагов! А не этот чёрствый и жестокий человек!

Сама не понимая, что творю, я перестаю отступать. Поднимаю взгляд и порывисто двигаюсь вперёд. В секунду оказываюсь рядом с ним… а потом обнимаю.

Всем телом прижимаюсь к горячим жёстким мышцам. Зарываюсь носом в его рубашку и вдыхаю полной грудью его аромат.

- Дамир… - шепчу я, дрожа всем телом. – Дамир, прошу тебя… мне нужен ты… Только ты, а не Палач.

Мужчина застывает. Он весь напрягается в момент становясь ещё более твёрдым.

- Я и есть Палач, - тихо произносит он.

- Я тебе не верю, - обхватываю его так плотно, насколько хватает сил. – Не верю… - продолжаю повторять я.

Не знаю, чего ожидать от него.

Быть может, он отстранит меня? Отбросит в сторону как ненужную вещь?

Или накажет за дерзость?

Мужчина молчит какое-то время, а потом его ладонь ложится мне на волосы и проводит по ним. Один раз. Другой.

- Это очень опасное заблуждение, Лира, - его голос низкий и властный. – Ты даже не представляешь, насколько.