Подари Мне Закат (СИ)

27 Глава

На горизонте уже виднелся рассвет, Громов стоял у раскрытой калитки и смотрел в сторону леса. Не хотелось ему думать, что сейчас происходит со Стасей и её другом, да и что вообще за эти дни между ними произошло. Вадим совсем неслышно подошёл к мужчине и предложил закурить, у парня вошло в привычку ещё в колонии. Когда нервы на пределе, он брал сигарету и курил до тех пор, пока не станет легче. А состояние Стаса было на грани, мужчина принял сигарету, не обращая внимания на парня. Кирилл по-своему переживал за дочь, он так надеялся на встречу, обо всем ей рассказать. Объяснить, почему не вернул мать и что все эти годы он продолжал любить Лиду несмотря ни на что.

— Стас, я скоро поеду. Присмотри за Моникой, я надеюсь, вы справитесь здесь.

— Хорошо.

Спокойно ответил Громов, выпуская дым, ночью никто не спал. Моника легла в комнате Стаси, но так и не смогла уснуть. Мужчины сидели на кухне в ожидании появления Станиславы, но она так и не появилась.

— Она каждый раз с ним так уходила?

Не выдержали нервы Громова, Вадим посмотрел на мужчину с ухмылкой. Пусть нервничает, сам ведь дал уехать его сестре с Женей.

— Вообще первый раз. Наверно, вспомнили детство и…

— Где они могут находиться?! Так можно всю жизнь прождать!

— Успокойся, я могу лес прочесать, сходить к дому, где раньше жила семья Жеки, но вряд ли это что-то даст.

— Я пойду с тобой!

— Если она вернётся и никого дома не будет?

— Монику оставим.

И тут распахнулась дверь с крыльца и вышла вся растрёпанная Воронцова. Девушка пригладила волосы и поправила одежду, Вадим пристально наблюдал за красоткой. Эти московские цацы бывают довольно милыми.

— И куда вы собрались?

— На поиски Стаси.

— Я тоже хочу!

Крикнула Моника, привлекая внимание соседей.

— Кто-то должен остаться в доме в случае, если она придёт.

— Давайте сделаем так. Ты, Стас, остаёшься тут, а мы с Моникой в лес.

Всех устроил расклад, кроме Громова. Ему хотелось идти и искать девушку, а сидеть ждать будет очень сложно, они договорились, что Вадим ему позвонит и тот сразу приедет к ним. Парень даже у соседей одолжил байк, объяснив всю ситуацию, они пошли навстречу.

Спертый воздух и холод — первое, что ощутила Стася, приходя в себя. Голова была чугунная и неподъемная, оглядываясь, она заметила, что находится в маленьком пространстве и, скорее всего, где-то на улице. Рядом послышался вздох и шуршание, а потом перед ней оказался Женя. Он заботливо сел рядом с ней и взял за руку, Стася хотела кричать, встать и бежать, до вчерашнего вечера она чувствовала себя под защитой рядом с другом, а теперь он враг номер один. Все тело ломило, рука напрягалась, но не спешила её выдернуть из рук Жени.

— Ты меня так напугала. Наверно, спать захотела, я тебя привёл в наш шалаш, помнишь, мы его строили, чтобы нас никто не нашёл?

Девушка кивнула, так как говорить она боялась, друг выглядел каким-то отрешённым. Словно в него кто-то вселился, безумные глаза и кривая улыбка. Таких людей она видела в новостных лентах с заголовками «душевнобольные». Страх подкрался ещё сильнее.

— Я тут подумал, что нам надо уйти вместе.

— Как?

От страха прорезался голос, но Женя её даже не слышал.

— Быть со мной ты не хочешь, но там у тебя не будет варианта. Стасенька, я буду любить тебя за двоих, мы будем счастливы, вот увидишь.

С замиранием девушка смотрела на обезумевшего друга. Он начал поднимать её, Стася даже пошевелиться сама не могла, тело не слушалось. Тошнота подобралась быстро, оттолкнув друга, она успела выбежать на негнущихся ногах и, запнувшись об корень дерева, упала. Женя успел схватить девушку, рвотный позыв произошёл быстро. Стася закашлялась и посмотрела на друга.

— Ты захотела поиграть в догонялки, Стася? Но сейчас нет времени.

Подняв девушку на руки, словно она ничего не весит, он пошёл по свободной тропинке.

Девушка мысленно молилась, чтобы Вадим пошёл на поиски, понял, что что-то случилось. И как назло телефон девушка забыла дома, зачем пошла вообще с ним на прогулку? Чтобы позлить Громова? Но как бы он догадался, что она сейчас с другим гуляет, так обидно было, что он не поехал за ней. Вот как в фильмах бывает, главный герой срывается, бросая всё, и едет за любимой. Видимо, они с мамой не тех мужчин выбрали, раз отец не поехал за её матерью, и сейчас Стас остался в Москве, зная, где находится она.

Вся обида ушла на задний план, ей очень хотелось, чтобы, как в сказке, сейчас произошло чудо и перед ними оказался Стас и спас девушку. Мысли о спасении перебивала тошнота и головокружение, никогда себя так плохо не чувствовала, Стася не брыкалась и не пыталась защититься, бесполезно, тем более если парень на голову больной.

Подул прохладный ветер и послышался шум воды. Только сейчас Стася начала отбиваться и пытаться выбиться из рук друга, но Женя игнорировал попытки своей жертвы.

Вадим и Моника уже пересекли поле и лес, который казался бесконечным, вышли на тропу, что состояла из грязи и луж.

— Если бы я знала, какая тут дорога. Не надела бы свои любимые конверсы.

Возмущалась Воронцова, пытаясь не наступить глубоко в грязь, Вадим же ступал в сапогах, и ему было плевать, найти бы сестру и поскорее, иначе её кавалер весь дом к чертям разнесёт.

— Малышка, осталась бы тогда в доме, нехер ныть мне!

— Я не ною, всего лишь высказалась. Идём и молчим уже больше часа прошли, я хоть как-то разбавила тишину.

— Извини, но в данной ситуации меня как-то мало волнует твоя обувь и общение в целом, моя сестра сейчас намного важнее!

Монику задели слова парня, стало невыносимо обидно, остановилась на пути и сложила руки. Вадим тоже остановился и обернулся на девушку.

— Только не надо детский сад тут устраивать, хорошо? Наша сестра в опасности, возможно, а ты тут истерику собираешься закатывать!

— Зачем тогда взял меня, оставил бы в доме, если тебя не устраивает моя компания! А идти и молчать я не привыкла, чувствую себя изгоем каким-то.

— Моника, твои принцесские выходки тут не к месту. Сама поплелась со мной.

— А ты сразу согласился, заметь.

— Я с тобой только время теряю, а мы ещё не дошли до важного места.

Вадим пошёл дальше, оставляя девушку со своими капризами, для неё было слишком. Неужели он вот так и оставит её одну возле дороги, где с одной стороны лес, а с другой речка.

— Понятно теперь, почему тебя не взяли охранником в клуб!

Всё-таки он остановился и снова посмотрел на девушку.

— И почему же?

— А быдлам там не место.

Парень в несколько шагов настиг Монику и упрямо смотрел ей в глаза. Ещё тогда в клубе рассматривая смазливое личико столичной цацы, парень фантазировал насчёт того, какие у неё губки и как они могут быть полезны в деле. Схватив за волосы, он оттянул их немного назад, чем обездвижил девушку, и впился в эти самые губы. Поцелуй был звериным и жадным, до него Моника целовалась только со Стасом, и чувствовалась разница. Если там было только желание девушки, то сейчас был непередаваемый сгусток адреналина, эмоций, исходивший от них обоих.

— Что это?

Оторвавшись от парня, Воронцова опешила. Никто так с ней себя не вёл.

— Показал, какое я быдло, пошли?

Моника молча пошла за Вадимом, губы горели, а внизу живота приятно тянуло, хотелось большего и именно с этим парнем. Отгоняя от себя пошлые мысли, Моника краснела, и хорошо её не видели.

Они спустились с обрыва к речке, что бешено текла. Люди здесь не купались, зато отлично проводили время, сплавляясь на лодках. Течение уносило их дальше, они оказывались в огромном пруду, где можно было наловить много рыбы (просто рай для рыбаков), но там также опасное течение вниз, и если лодку не направить в нужное направление, беды не миновать.

Моника замедлила шаг, услышав недалеко чьи-то голоса. Это даже был вопль, она схватилась за руку Вадима, он посмотрел вопросительно, и, приложив палец к губам, кивнула в сторону издаваемого звука.

— Вадим, мне страшно.

— Тише, я звоню Стасу. Похоже, мы нашли их.

Громов, не раздумывая, забрался на байк и поехал. Давно он не управлял железным конём, но сейчас ему было не до воспоминаний. Он должен добраться и спасти любимую, по словам Вадима. Женя и Стася сели в лодку, но девушка плавать не умеет и в случае даже, если захочет спастись, не сможет.

— Женя, пожалуйста, давай вернёмся.

— Помнишь, мы маленькими чуть не погибли здесь?

— Я помню, всё помню, Жень. Чего ты хочешь, скажи?

У девушки почти была истерика, перед глазами плыло, голова кружилась, и лишь желание жить заставляло её держаться на месте.

— Хочу, чтобы ты была со мной.

— Хорошо, я буду, Женя. Давай вернёмся домой?

Парень замотал головой, управляя лодкой, когда они завернули в другое направление, Стася зарыдала, закрывая ладошками рот. Это был лишь страшный сон, и сейчас она проснётся. Пусть окажется посреди леса на холодной земле, но пусть это будет сон. Молилась Стася, но сон не исчезал, реальность больно ударяла девушку.

— Мы будем вместе всегда. Я буду любить тебя, буду всегда рядом, Стася. Осталось совсем немного, погоди.

Вдалеке девушка увидела тот самый обрыв, тело наполнилось адреналином, Женя управлял лодкой, и Стася могла свободно выпрыгнуть, но они оба знали, плавать она не умеет. Услышав звук мотора, Стася обернулась, к ним плыла лодка, и, не раздумывая, девушка прыгнула в речку, Женя не ожидал и, бросив весло, стал смотреть на глубину.

— Стася, дура! Ты что, вздумала в прятки играть?!

Лодка заглушила мотор, из неё вышли люди в форме и схватили парня.

— Добегался?

— Вы кто такие? Мы с вами не играли! Стася, они забирают меня!

Кричал парень, отбиваясь от полицейских, но они успели надеть наручники. Вадим и Моника ожидали всех на берегу, парень нервно курил, а Воронцова чуть ли не весь маникюр содрала, не понимая, что будет теперь. Лодка вернулась без Громова и Стаси, ребята напряглись.

— А где моя сестра?

— Она выпрыгнула из лодки, и её жених прыгнул за ней, наши ребята сейчас осматривают местность, возможно, они выплыли где-то неподалёку.

Моника зацепилась за слова мужчины, что Стас прыгнул за девушкой в холодную воду. Ведь она так и не знает правду.

— А этот идиот, он где? Тварь!

Заметив Женю, Вадим пошёл на него, но полицейский его удержал, Женю люди повели к машине.

— Не трогай ты его, мы сейчас вернём в больницу парня.

— А он что, пострадал что ли?

— Ты разве не знаешь, Вадим? Вроде ваши семьи общались до трагедии…

Виновато опустил голову мужчина, а Вадим уставился, не понимая, о чем сейчас говорит бывший коллега и напарник отца.

— Не знаю.

— И Соня не говорила?

— Мы с ней о наших младших как-то не болтали. Так что?

— У него с детства психика нарушена. Даже общение ограничили, не знаю, почему со Стасей разрешали общаться, наверно, с ней он был уравновешен. После смерти Сони мальчика решено было полностью изолировать от общества, и в итоге они уехали из села. Женя лечился в больнице, вроде лучше стало, но, как видишь, он умело притворялся.

— Пиздец, конечно!

Выругался Вадим, и на горизонте появился Громов со Стасей на руках, она была без сознания. Он упал на землю, моля девушку открыть глаза, Вадим подбежал к сестре и тоже начал приводить её в чувства. Моника без объяснений всё поняла и отошла в сторону, глаза больно пощипывало, и, не сдержав в себе позыв, заревела.

— В больницу надо, срочно!

— Она дышит! Надо привести в чувства.

— Громов, сейчас я приведу тебя в чувства, поехали в больницу!

Парень обернулся в поисках девицы, но нигде её не заметил. Громов подхватил обратно на руки девушку, ноги самого не держали. Вадим увидел Монику, сидящую возле речки в кустах, и опустился рядом.

— И чего ревём?

— Я чувствовала, что у него есть кто-то, но одно дело, когда чувствовать, другое — видеть.

— Ты что, втюхалась в этого адвоката?

Парню было неприятно это слышать, наверно, из-за чувств сестры к этому мужчине, да и тот явно питает к Стасе что-то, так просто в минусовую погоду не бросаются в холодную воду спасать человека.

— Два года назад он появился у нас в доме, и я с первого взгляда поняла, что это он! Мужчина моей мечты, но с каждым днем эта мечта разбивалась на части и сейчас совсем рассыпалась на мелкие кусочки.

— Да тебе тогда сколько было-то? Малявка совсем, не парься! Найдёшь мужика ещё лучше, смотри, какая цаца.

Монике понравился комплимент парня, и даже улыбнулась. Из-за хмурых облаков показалось солнце и прямо светило на них.

— Спасибо.

Вадим помог встать Монике. До больницы тоже пришлось идти пешком, им повезло, что отделение находилось не так далеко.

Громов сидел в коридоре, ожидая врача, Вадим и Моника наблюдали, как из угла в угол шатается мужчина. Воронцова уже не чувствовала той боли, будто после слов Вадима она испарилась, и прошла вся влюбленность.

Из палаты вышла медсестра и улыбнулась ребятам. Стас подлетел к ней, чуть ли не вколачивая к стенке.

— Что с ней?! Она пришла в себя?

— Аккуратней, мужчина. С пациенткой всё хорошо, мы сделали ей укол, и теперь проспит до утра, анализы тоже только утром, можете поехать домой и отоспаться.

Какой спать, когда он не знает, что случилось с девушкой. Громов рыкнул и сел на скамейку, Вадим пересел к нему.

— Самое худшее мы миновали. Стаська все равно спит, а завтра утром как завалимся всей семьей к ней.

— Я останусь, а вы езжайте.

— Как знаешь, адвокат.

Стас всю ночь дежурил у палаты, войти так и не осмелился. Глаза слипались, но нельзя было расслабляться, вдруг ей плохо станет, он не услышит. На рассвете Стас уже дремал, но, когда медсестра пошла на обход, разбудила спящего и попросила покинуть больницу, но Стас упёрся.

— Ждать ещё максимум часа четыре.

— Я всю ночь прождал, как думаете, четыре часа для меня много?

В ответ она лишь выдохнула и вошла в палату. Меньше чем через четыре часа Громова пригласил врач рассказать о состоянии Стаси.

— Сейчас она ещё слаба, и мы для её блага оставим здесь.

— Что-то серьезное?

— Не особо, она простыла из-за воды, конечно, ещё провела ночь на холодной земле. И в её положении опасно переносить даже простое ОРВИ.

— Какое положение?

— А вам не сказали? Станислава беременна.

Для Громова это звучало как приговор. Сначала он улыбнулся, принял новость, а потом все оборвалось. Посчитав дни после их первой ночи, мужчина определил самостоятельно, что беременна она сто процентов от Четина, а если это так, то ему лучше уйти. Да, Михаил последняя дрянь, и ему не хочется, чтобы Стася тратила на него свои годы, но там будет ребёнок, семья, и лезть, тем более рушить, он не станет. Поговорив с врачом, Громов собрался и ушёл. Он не заехал в дом, ни с кем не попрощался, просто заказал билеты на ближайший рейс и уехал.

Следующая глава — финальная!

Спасибо всем, кто был со мной на протяжении всего романа!