Пока не остыла весна

Глава 19 — Помолвка или вызов

Музыка стихла, и в зале воцарилась тишина, такая плотная, что казалось, даже воздух перестал двигаться. На возвышении рядом стояли семьи Волгиных и Вересовых, сияя гордостью и холодной уверенностью. Их позы и улыбки напоминали актёров, которые давно выучили роли и ждали лишь выхода на сцену.

— Сегодня, — начал Николай Волгин, его голос прозвучал властно, почти торжественно, — мы собрались, чтобы отпраздновать не только союз наших семей… но и шаг, который изменит будущее наших детей.

По залу пробежал волной волнительный шёпот. Гости замерли в ожидании.

Сначала подвели Никиту. Всё это время он был здесь — высокий, статный, в идеально сидящем чёрном костюме, с белоснежной рубашкой и тёмным галстуком. Но когда помощник семьи завязал ему глаза атласной повязкой и вывел к центру зала, даже самые искушённые гости не смогли скрыть удивления. Волнение пробежало по рядам — никто не ожидал такого спектакля.

Через мгновение распахнулись дальние двери. И в зал вошла Александра.

Платье цвета бургунди мягко струилось при каждом её шаге. Длинный разрез до бедра, открывающий изящную ногу, делал её хрупкой и в то же время смелой. Волосы были собраны в гладкую причёску, мягкие локоны падали на плечи, а винные губы и дымчатый макияж придавали ей почти королевский вид. На её глазах — та же атласная повязка.

Алекс шла уверенно, но сердце стучало так громко, что, казалось, его слышал весь зал. Её вывели к самому центру — напротив Никиты.

Толпа замерла. Двое молодых людей стояли в окружении сотни свидетелей, не видя друг друга, не зная, кто рядом.

Мария Вересова сделала шаг вперёд, её голос звенел, как хрусталь:

— Сегодня наши семьи объединяются ещё крепче. Сегодня мы рады объявить о помолвке наших детей.

Николай Волгин подхватил, его слова прозвучали как приговор:

— Моего сына, Никиты Волгина…

— …и нашей дочери, Александры Вересовой, — закончила Мария с торжественной улыбкой.

Раздались аплодисменты. Гости улыбались, поднимали бокалы, шёпотом поздравляли друг друга. Казалось, всё шло идеально.

Но в центре зала стояли двое молодых, и именно они разрушили картину.

— Что?! — голос Александры разрезал тишину, как удар ножа. В нём смешались ужас и гнев. — Вы не можете решать за меня!

Шёпот прокатился по залу волной. Гости начали переглядываться, кто-то ахнул, а кто-то поспешил скрыть любопытную улыбку за бокалом шампанского.

— Я тоже не согласен, — твёрдо произнёс Никита, поворачиваясь к родителям, несмотря на повязку. Его голос прозвучал так отчётливо, что заглушил ропот. — Это абсурд. Я не вещь, которой можно обменяться ради ваших сделок.

— Никита! — голос Николая хлестнул по залу, как удар плётки. — Держи себя в руках!

— В руках? — холодно усмехнулся Никита. — А вы попробуйте сами удержать то, что не принадлежит вам. У меня уже есть человек, которого я люблю.

Александра сжала подол платья, её дыхание сбилось, но слова прозвучали звонко и твёрдо:

— И у меня тоже есть любимый. Я не выйду замуж по вашей прихоти.

На лицах гостей проскользнуло откровенное изумление. Кто-то прижал ладонь к губам, кто-то переглянулся, а кое-кто позволил себе тихий смешок — скандал разгорался прямо у них на глазах.

Мария Вересова шагнула ближе, её улыбка дрогнула, но голос остался стальным:

— Александра, милая, ты говоришь глупости. Это твоё будущее.

— Моё будущее принадлежит только мне, — отчеканила Алекс, и в этот момент в её голосе впервые прозвучала взрослая решимость.

Никита, не видя её, но чувствуя каждой клеткой, кивнул. Его слова упали, как последний камень в чашу весов:

— Вы выбрали невесту не мне, а себе. Я не согласен.

Зал гудел, как улей. Из идеально выстроенного вечера торжество стремительно превращалось в скандал, который будут обсуждать ещё долгие месяцы.