Глава 28


Рыжий отблеск света, такой неожиданный посреди полной темноты, полоснул по глазам не хуже кинжала. Кати зажмурилась и опустила голову, часто моргая.

— Что там? — шепотом спросила она.

— Погреб, кажется, — отозвался Морган. — Безлюдный, на наше счастье. Вот дерьмо, а я-то считал, что люк и здесь приведет в колодец.

— Вы что же, — Кати с сомнением хмыкнула, — ни разу сюда не влезали?

— Зачем? Пройти в Храм можно и затерявшись в толпе прихожан. Но нам и надобности особой в том не было. Кроме разве что листовки подбросить. А всерьез конфликтовать с Орденом на его территории — мы что, совсем идиоты?

Кати скептически пожала плечами и снова подняла лицо к свету. Силуэт Моргана, слегка покачиваясь на веревочной лестнице, казался персонажем абсурдной пьесы в Театре теней.

— Ладно, пойдем, пока тихо.

Раздался натужный скрип люка, света стало больше, и Кати, крепко взявшись за болтающуюся лестницу, полезла вслед за Морганом.

Тот поймал ее на выходе, схватил под мышки и, резко дернув вверх, поставил на ноги. Девушка настороженно огляделась.

Они действительно оказались в винном погребе, во всяком случае, огромные винные бочки, лежавшие на боку, здесь были. А еще, под чадившим факелом у стены примостились деревянные стол и стул. На столе Кати увидела глиняную кружку, все еще исходящую паром, а рядом тарелку с недоеденной рыбой и початым куском хлеба.

— Тут кто-то недавно был, — шепотом бросила она Моргану.

— Вижу, — коротко ответил тот. — Говорю же, повезло. Это место наверняка охраняют. Может, охранника землетрясение спугнуло?

И, нетерпеливо дернув головой в сторону двери, крадучись двинулся к выходу. Приоткрыл створку и, поманив за собой Катрину, поднялся по высоким каменным ступеням.

— Интересно, что там творится… — настороженно произнес Морган, достигнув второй двери. — Слышишь?

В приоткрытую щель неслись отдаленные крики, ропот, кто-то отдавал короткие приказы резким и властным голосом.

— Слышу. А видно что? — шепотом спросила Кати.

— Пока ничего особенного, хотя, кажется, разожгли все факелы. Дубовые стволы и траву видно: дверь, похоже, выводит из боковой стены Храма.

— А стражу? — напряженно спросила Кати. — Стражников не видно?

— Территорию патрулируют Воины Пламени, но пока здесь спокойно. Странно все это. Похоже, Воинам сейчас нашлось какое-то более важное дело. Я-то полагал, что нам придется куда труднее. Ладно, грех роптать. — Морган криво усмехнулся. — В любом случае нужно очень постараться им не попасться. Только бы через забор перелезть, а дальше, у аллеи, быстро затеряемся в тени деревьев. И что бы в Храме сейчас ни происходило, нас эти вопли пока не касаются.

— Ой, не зна-аю… — протянула Кати, вспомнив новоявленных адептов Охоты, орущих утром чуть не под окнами логова мятежников. Эх, надо было всё рассказать, а она… А она тогда, ошарашенная “теплым” приемом Моргана, сначала разозлилась, а после просто позабыла, сосредоточившись на спасении Бена. Впрочем, глава мятежников скорее всего был в курсе настроений в городе. А если и не был, то собравшиеся Наследники ему наверняка о том донесли.

— Морган, — все же позвала Катрина, — будь осторожен.

— Я всегда осторожен. — Показалось, что он улыбнулся, произнося эти слова.

Стена Храма, уходящая к небу, казалась черной, а вокруг разливался резкий запах цветов, к которому примешивались неожиданные нотки горького дыма. Кати нахмурилась — небо, недавно усеянное крупными звездами, затянулось туманным красноватым маревом, и с него, кружась, медленно падали редкие темные хлопья. Неужели в Храме случился пожар?

— Пошли, — не дал ей отвлечься Морган, и, дернув за руку, пригнулся. Они нырнули в заросли лебеды у самой стены. А потом, крадучись, и то и дело оглядываясь по сторонам, Морган потянул девушку к пышному кустарнику, разросшемуся вдоль ограды. При ближайшем рассмотрении кустарник оказался плотно утыканным колючками шиповником, над которым высились железные копья ограждения. Морган тихо ругнулся и, держась в тени кустов, двинулся вдоль забора.

Не прошли они и нескольких шагов, как мятежник остановился и покачал головой:

— В ту сторону идти не стоит, смотри.

Кати вытянула шею и дальше, за углом Храма, увидела ворота, возле которых стояли несколько Воинов. А за воротами, на аллее, волновалась толпа. Люди гомонили, требовали чего-то, то и дело до беглецов доносились истерические выкрики, ругань. Кажется, горожане пытались прорваться во двор, и эту мысль Кати подтвердили еще несколько рыцарей, с мечами наголо поспешно идущие от главного входа Храма к воротам.

— Да, похоже, что-то важное мы упустили, — напряженно сказал Морган. Потянул Кати за руку назад, за угол. — Одно хорошо, Орден сейчас занят, и вряд ли большое внимание уделяет надзору за внутренней территорией. Тем более, я слышал, что Храм можно накрыть охранным заклинанием.

— Нет, его сейчас здесь точно нет. — Кати вспомнила гудение магической паутины в день похорон архагета и покачала головой. — Ты ведь слышал, что магия уходит?

— Ну, я бы не стал делать столь поспешных заявлений, — фыркнул Морган, — ты только что вполне себе колдовала.

— Не знаю, что это было, — девушка поморщилась. — Ладно, это после. Все равно лезть через забор на глазах у всех мы не станем. Может, попробуем пробраться в нижний двор? Там в стене дверка есть.

— Ее, конечно, тоже охраняют, — Морган скривился, — но, мало ли, может, найдем, где можно незаметно перелезть через стену. Куда идти, знаешь?

Кати кивнула. И первой осторожно двинулась в обход здания, все так же держась тени кустов.

Через некоторое время частокол железной ограды сменился каменной стеной, и они с Морганом оказались у начала мраморной дорожки, ведущей к уютным домикам магов. Вернее, это Кати знала, что днем они выглядели уютными, но сейчас окна ни в одном из них не горели, и пространство между темными квадратами домов было залито зловещим красноватым светом. Девушка поежилась.

— Нужно пройти мимо во-он того дома, после свернуть и спуститься по лестнице в нижний двор. А там, кстати, есть высокие здания, так что за каким-нибудь мы точно сможем незаметно к стене подобраться.

Морган внимательно осмотрел территорию:

— Тихо вроде. Давай, только быстро.

И они бегом бросились по дорожке. Мимо чьего-то дома, мимо одинокой тектонии, и вот уже оказались на верху лестницы, как вдруг земля снова содрогнулась. На этот раз даже сильнее. Кати, выпустив руку Моргана, отлетела в сторону, больно ударившись спиной о каменную балюстраду лестницы, и только чудом не покатилась вниз по ступеням.

В одно мгновение из нее выбило весь воздух, и девушка несколько раз в панике попыталась вздохнуть. Наконец, ей это удалось, и Кати, встав на четвереньки, тяжело отползла подальше от ступеней. Заозиралась, ища глазами Моргана, а потом тихо пискнула, увидев внизу, под лестницей, его распростертую фигуру.

— Морган?! — в испуге забыв обо всем, позвала Кати, пытаясь перекричать странный гул, идущий откуда-то из-под земли. Тяжело встала и, хромая, принялась осторожно спускаться, не сводя глаз с неподвижно лежащего мятежника. Она уже почти добралась до Моргана, как внезапно почувствовала на плече тяжесть холодной латной перчатки. И, поворачивая голову, уже знала, что первым, что она увидит, будет ярко-алое перо на шлеме Воина Пламени.

— Того вон глянь, — рявкнул над ней властный голос, а свет факела бросил уродливые тени на лицо рыцаря. Перо качнулось в такт, и Кати замерла, точно мышь перед змеей.

— Этот жив вроде, — ответили снизу. Медленно повернувшись, Кати увидела второго рыцаря, склонившегося над Морганом. — Спаси нас Пламя, уже второй раз за сегодня шарахнуло…

Протянув руку, Воин грубо перевернул пострадавшего и тут же присвистнул:

— А улов-то необычный. Сдается мне, описание этой рожи все наши парни назубок знают. Морган Вилан, собственной персоной. Надо тащить к геронтам, а те уж пусть решают, в казематы его, или как.

— Запри пока в подвал, — коротко бросил первый, — а сам геронтам доложись. Может, действительно стоит бросить Наследника в толпу? Глядишь, и успокоятся, храни нас Пламя.

Кати, вспомнив орущие перекошенные лица, передернулась от отвращения и ужаса. Разорвут ведь. Нападут, охваченные азартом Охоты, точно дикие псы. И еще неизвестно, кто в таком случае окажется ближе к волчьей стае. А потом подумала, что и сама сейчас ходит по тонкой грани, и сердце пропустило такт.

— Эй, девка, — ее хорошенько встряхнули за шиворот, — говори, как зовут, откуда, и что вы тут делали?

Пытаясь хоть что-то ответить и понимая, что не может выдавить ни слова сквозь дрожащие губы, Катрина в страхе смотрела, как рыцарь ударом кулака бьет в висок вяло шевельнувшегося Моргана. Забрасывает на плечо и, тяжело поднявшись мимо них по ступеням, медленно удаляется вдоль домов куда-то внутрь территории Храма.

— Ну? — снова рявкнул ее пленитель. — Кто такая?

— Отпусти девочку, брат, — донесся до Кати знакомый голос. Попытавшись сглотнуть пересохшим ртом, она повернулась. Брат Марк стоял на верху лестницы, и белая симара его ловила рыжий отблеск факельного огня.

Кати, не зная, радоваться теперь ей или бояться, пристально смотрела в лицо Марку. Точно какая-то вторая Катрина, находясь внутри первой, отстраненно подмечала сейчас и круги под глазами, и отросшую щетину, делающую его узкое лицо еще более острым чертами. Вот только выражения глаз, в которых тоже сейчас отражалось пламя, было не разобрать.

— Мы задержали ее на территории Храма, — грубо ответил Воин. — В компании лидера Наследников, брат. Боюсь, не тебе решать, что с ней делать.

— Это моя ученица, — холодно парировал Марк и принялся спускаться. — И я сам ее вызвал. Уж ты, брат, как никто другой, должен понимать, что всем крачкам сейчас нужно находиться под крылом Храма. Уверен, что произошло недоразумение. Мисс Харт, что случилось?

— Я… не знаю, — наконец выдавила из себя Кати, в панике принявшись импровизировать. — Я шла… туда…

Она неопределенно махнула рукой в темноту нижнего двора:

— К мастерским копиистов, как вы и велели, брат Марк. А тут этот мужчина. Ухватил за руку, поволок. Я толком и не сообразила, что ему вообще от меня нужно. А потом земля дрогнула. И я упала. А потом этот господин стал меня спрашивать, но я ничего такого не знаю, правда!

Последние слова она прокричала почти истерически и с шумом втянула в себя воздух, пытаясь успокоиться. Вторая Катрина горько усмехнулась, и сразу стало неприятно и стыдно.

— Не иначе, само Пламя на деяния проклятых волков отзывается! — Воин зло сплюнул. — Может, они как раз со Сферой и учудили чего.

— Так иди и доложи!

Марк раздраженно нахмурился. Приблизился к девушке и, приобняв за плечи, участливо спросил:

— Не ушиблась?

И, хотя та, другая, сидящая внутри, прекрасно понимала, что это всего лишь спектакль, Кати почувствовала, как в горле стало горячо. Закусив губу, она покачала головой, а Марк, не отпуская ее плеч, легко подтолкнул:

— Пойдем, провожу. Похоже, даже на территории Храма теперь становится опасно.

— Откуда ты здесь? — одновременно выпалили наставник и его подопечная, стоило им только миновать порог трехэтажной постройки, где они — кажется, целую тысячу лет назад — в первый раз заговорили о магии. Воин Пламени, вопреки словам Марка, никуда не ушел. Остался стоять на ступенях и до того самого момента, как наставник открыл дверь и пропустил Кати в дом, буравил их спины подозрительным взглядом.

Марк усмехнулся:

— Тебе не кажется, что спрашивать крачку, что он делает в Храме, несколько странно?

— Я не о том! — полыхнула в ответ Катрина, — и уверена, ты прекрасно это понимаешь. Как ты меня нашел?

— Возможно, — Марк поднял руку и задумчиво очертил пальцами скулу Кати, — между нами все еще натянута нить единения? Иногда несведущие в магии люди называют это интуицией.

— Наша магия умирает, — Катрина дернула головой, отстраняясь, — неужели ты этого не чувствуешь?

— Вот об этом нам и нужно поговорить. Только давай не здесь.

Он прикрыл дверь, и маленькая прихожая, а за ней и лестница, тотчас погрузились в темноту. Марк крепко взял Каи за руку и, миновав несколько ступеней, свернул в коридор. Наощупь они добрались до ближайшей комнаты, и наставник ее открыл.

— Жди тут, — бросил он и, оставив Кати в полумраке, двинулся к окну. Пару раз он чем-то загремел, ругаясь сквозь зубы, а потом послышался шорох ткани, и плотные занавеси разъехались. Помещение залило тревожным багряным светом.

— Осторожнее, не упади. — Марк кивнул на пол, где в лужах маслянисто поблескивающей краски лежали несколько опрокинутых мольбертов. — Мастерская копиистов, как ты и хотела. Пойдем вон туда, там, кажется стол уцелел.

Он наклонился, рассматривая подол испачканной краской симары и, покачав головой, направился в дальний конец комнаты.

— Боюсь, времени у нас в обрез, но лучше переждать, пока не уберется тот бдительный страж. Садись, — похлопал он рядом с собой и пристроился на покрытом гобеленом столе. — И расскажи уже, как тебя угораздило заявиться в Храм в компании мятежника.

Кати, вскинув подбородок, прошла через комнату и встала возле стола, не спеша усаживаться.

— Мы пытались спасти Бенедикта, но наш план сорвался, потом Моргана узнали, и нам пришлось бежать. В общем, получилось так, как получилось. Выход из катакомб был только здесь.

— Ясно. — Марк кивнул и, по-птичьи склонив голову к плечу, поинтересовался: — А из школы ты тоже сбежала, чтобы спасти брата?

— Нет, — Кати сглотнула. — Я ушла, потому что ты сказал, что я ни на что не годна. Не хотелось быть просто грелкой для твоей постели, знаешь ли.

Брови наставника удивленно взлетели вверх, а потом он, похоже, сообразил, о чем идет речь, и на лицо его наползла тень.

— Птичка, ты совсем не так все поняла.

— Правда? — она вскинула бровь. — А мне показалось, что ты выразился довольно ясно.

Он шумно выдохнул:

— Ну да. Весьма однозначно, согласен. Но, вместо того, чтобы делать скоропалительные выводы, ты могла бы не пороть горячку и просто поговорить.

— Демоны тебя забери, Марк! — Кати почувствовала, как на глаза наворачиваются невольные слезы обиды. А вот в той женщине, что жила сейчас внутри, стала медленно подниматься холодная злость. — Оставь мне хотя бы мою гордость.

— Иди сюда, — произнес наставник мягко, протягивая руку, — я должен все объяснить.

Кати послушалась, правда руки не приняла и просто присела на краешек стола, до боли впиваясь пальцами в грубый гобелен.

— В то утро, порывшись в школьном архиве, я нашел кое-что, что окончательно подтвердило мои догадки. Гленн и Филиппа, муж и жена, были одной из высоких семей Стаи. Первопроходцы. Лебеди. Этим объясняются и твои недюжинные способности к магии, и то, что твоя сфера горела в тот момент, когда другие гасли. Ты понимаешь, что это значит?

— Лебеди? — шепотом выдохнула Кати, не понимая толком, как реагировать на такое известие. — Я лебедь?

— Ну, не совсем, конечно. Но доля их крови в тебе есть. Понимаешь, я пытался защитить тебя. Отец ни за что не должен был узнать об этом.

— Пожалуй, — растерянно кивнула Кати. — Он бы постарался использовать меня, как последнего из лебедей, да? Взял на щит новой религии, или что он там имел в виду под постулатом о служении магии крачкам?

Марк удивленно поднял брови:

— Но откуда ты знаешь?

— Слышала кое-чего. Разговоры в школе, догадки Квадриги. Мы недавно беседовали, и дознаватель выдвинул весьма интересные предположения, касающиеся твоего отца.

Она прямо посмотрела в распахнутые глаза Марка и подумала, что, возможно, зря все это ему рассказывает, поддавшись эмоциям. Уберегая Рилана, он сейчас может просто свернуть шею опасной свидетельнице. Но ей отчего-то было все равно. И, пожалуй, она все еще ему… верила?

— Умная девочка, — Марк задумчиво потер переносицу, и Кати вдруг поняла, что он тоже очень устал.

— Я просто была свидетелем того, как Наследники собирались сделать то же самое с Бенедиктом.

Наставник изумленно поднял брови, на что Кати равнодушно улыбнулась:

— Он волк, Марк. Способный к обороту.

— Надо же. — Тот пораженно покачал головой. — Сплошные сюрпризы сегодня. И сколь причудливо в вашем семействе распределились таланты. А ты сама? Никогда не чувствовала, что можешь больше, чем… — он замялся, очевидно, подбирая слова, и Кати горько усмехнулась.

— Не могу ли я оборачиваться птицей? Нет, Марк, ничего такого. Я и магии-то в себе никакой не чувствовала, пока не приехала сюда.

— Ясно, — Марк задумчиво прикусил губу. — И, да, Кати. Ни в коем случае не говори больше никому о Квадриге. Если это дойдет до отца прежде, чем ты уедешь с острова, он сделает все, чтобы убрать тебя со сцены.

— Уеду? — не поняла она.

— Да. Это нужно сделать. Слишком все тут плотно закрутилось, слишком опасно тебе сейчас оставаться на Миллендау.

— А как же Бен?!

— И сильно ты ему поможешь, если кто-то найдет в доках твой хладный труп?

Кати вспомнила о сестре Роберте и поежилась. Вот значит, как. Все догадки дознавателя оказались верными. И она только мысленно понадеялась, что наставник не был причастен к тому убийству.

Марк взял ее за руку. Ладонь его оказалась холодной.

— Обещаю, что сделаю все, чтобы вытащить твоего брата. Если, конечно, — он криво усмехнулся, — нам не придется столкнуться с кое-чем более страшным. Впрочем, тогда, боюсь, каждый будет предоставлен сам себе, и до судьбы Бенедикта Харта уже никому не будет дела.

— Что ты имеешь в виду? — Кати почувствовала, как тоже понемногу холодеет от внезапно накатившей волны страха.

— Пламя. — Марк криво улыбнулся. — С того момента, как… ушел Ирса, связь с источником магии разрывается. Отец жестоко просчитался и слишком много напрасных надежд возложил на крачек. А мы просто оказались не в силах справиться со стихией. Так глупо…

И он пятерней откинул со лба растрепавшиеся волосы.

— Эти толчки… — Кати вопросительно посмотрела на наставника, страшась озвучить собственные мысли. Марк угрюмо кивнул:

— Остров понемногу пробуждается. И спаси нас Пламя, чтобы это оказалось временной нестабильностью.

— Но как же люди?! Неужели вы не должны предупредить их?

— Мы говорили. В порту сейчас уже снаряжают корабли на материк, и часть островитян собирает пожитки. Правда, есть еще много тех, кто считает, что все наши сложности можно решить, устроив Охоту на волков. Как встарь.

— А геронты? Они знают, кто повинен в смерти Ирсы?

Марк медленно покачал головой.

— Даже если кто-то и догадывается, не решается озвучить. Ведь это крачки, подвластные Рилану. Другие старцы находятся в недоумении и просто усердно молятся у погасшей Сферы. Возможно, их молитвы действительно помогут. Но, полно, Кати. Нам нужно спешить, пока меня не хватились.

— И что нам делать?

— Отведу тебя в порт. У меня есть пара знакомых капитанов, которые мне обязаны, как лекарю. Надеюсь, что их корабли еще не уплыли.

— Марк! — помимо воли Кати крепко сжала его холодную ладонь. — Но как же ты? Почему сам не уезжаешь? Неужели так предан этим глупым идеям своего отца?

Грустно улыбнувшись, он покачал головой:

— Я предан служению крачек. Ни одна птица в такой тяжелый момент не покинет остров, иначе это будет предательством Пламени. И какие бы грехи до этого момента я не совершил, переступить последнюю черту просто не смогу. Подожди.

Он отпустил ее руку и, потянув за шнурок на шее, вытащил из выреза симары небольшой серебряный медальон с изображением распростертой в полете чайки. Молча надел его на шею Катрине.

— Постарайся добраться до столицы. Найдешь там Элен Сигал. Это моя мать. Она принадлежит к высоким семьям, и отыскать ее будет несложно. Покажешь ей медальон, расскажешь обо всем, что случилось. Она хорошая женщина, Кати. Она поможет тебе встать на ноги, как магу.

— Марк, я… — Кати почувствовала, как в горле снова запершило, и сделала глубокий вдох.

— Время, птичка, — просто сказал наставник и, легко спрыгнув со стола, подал ей руку. — Мы должны хотя бы попытаться.


Загрузка...