Поворот судьбы

Часть 20. Крутой поворот в жизни..

Наступил февраль. Оксана забеспокоилась: месячные были всего один день еще в начале января, а сейчас новые так и не пришли. Еще она заметила, что её стало чаще тошнить, хотя она старалась не есть ничего такого, что могло бы спровоцировать тошноту. После работы она записалась к врачу, и вот на следующий день её просто ошарашили.

— Поздравляю, вы беременны.

— Простите, что? Это точно?

— Точнее не бывает. Сейчас я вам выпишу еще анализы, чтобы точно убедиться, что всё в порядке, а так да, у вас шестая неделя уже.

— О... — Оксана положила ладонь на живот, — ребенок, её ребенок! — она сама не заметила, как слезы полились из глаз.

— Вам плохо? — уточнила врач, увидев слезы, — или вы хотите прервать беременность?

— Нет! Что вы, я очень рада.

Выйдя от врача и вдохнув морозный воздух, Оксана чувствовала себя очень необычно. Она будущая мама своего собственного ребенка. Как давно она мечтала о таком! Об аборте не может быть и речи, а Роман... ему нужно сказать. Она не вправе скрывать такое.

— А вдруг он обрадуется? — подбадривала она себя, — а вдруг?

— Что? Я правильно тебя понимаю, что ты ждешь ребенка? Он точно мой?

— Рома, конечно твой. Как ты мог подумать, чтобы я... тем более такой срок...

— Но мы же предохранялись! Пусть и не всегда, но таблетки... таблетки-то точно не могли дать сбой, или ты их выплевывала? — грозно спросил он.

Оксана подскочила с кровати.

— Рома, нет! Как ты мог так подумать?! У меня и в мыслях не было тебя подловить.

— Вот именно подловить. Не думаешь же ты, что, услышав новость, я предложу тебе брак?

— Нет, нет. Что ты, только не так. Но я оставлю ребенка, понимаешь, он мой... Мне не нужно от тебя ничего, — уже тише сказала она и знала, что это ложь. Ей очень нужна была его поддержка, его любовь и понимание.

— Я буду помогать тебе материально, но уйди! Я не хочу тебя сейчас видеть, — сказал Роман, распахивая двери.

Уже дома Оксана не смогла сдержать слез. Дети, пришедшие из школы, были напуганы. Давно они не видели маму в таком состоянии. Август присел рядом с кроватью.

— Мам, тебе плохо? Может, врача вызвать?

— Нет, нет! Все нормально, — сказала она сквозь слезы и чуть икая — я, просто я... — она совсем растерялась, не зная, можно ли всем детям сказать о ребенке или только старшим, — останься ты и Октябрина, мне нужно вам что-то сказать.

— Хорошо, мам, мы сейчас.

Август попросил детей посидеть в комнатах. Он был напуган тем, что могло случиться с мамой, а может, она неизлечимо больна? Но только не сейчас, когда жизнь стала налаживаться. Когда дети пришли в комнату и закрыли двери, Оксана приподнялась на кровати.

— Я... я жду ребенка и я решила его оставить. Я понимаю, что не могу дать вам много, но, пожалуйста, не заставляйте меня от него отказываться.

— Ребенок? — переспросил Август.

— Да, но не хочу говорить от кого... У вас снова не будет папы, — разрыдалась она.

— Мам, всё хорошо. Не плачь, это вредно. Мы справимся... Еще один ребенок, — думал он и вдруг почувствовал, что рад, вот просто рад.

Оглядываясь назад, он понял, что брат и сестры были тем оплотом, который помогал жить и радоваться жизни.

— Давай я тебе воды принесу? Мы сами приготовим обед, ты главное не плачь, — сказал он напоследок, выводя сестру.

— У нас будет брат или сестра? — уточнила Октябрина.

— Да, — сказал Август, глядя на сестру. — Ты не рада?

— Я... почему? Просто я не ожидала даже.

— Я тоже, но мы должны поддержать маму. — Он чувствовал, что почему-то именно этот ребенок был так дорог маме... — Может, посоветоваться с соседом? — решил Август, но того не оказалось дома...

А Роман чертыхался у себя в квартире. Он никак не верил, что это вышло случайно.

— Ну, еще бы! Кому она нужна с таким количеством детей? — и тут же себя одернул, — нельзя так говорить! Дети замечательные, сама она очень изменилась. Так нельзя, лучше молчи, ты просто расстроен! Тем более, соглашаясь на отношения, ты должен был быть готов и к такому повороту событий. — Роман понял, что ответственен не меньше Оксаны... Роман решил вместе с Максимом пожить у мамы и всё обдумать.

Лежа в кровати, Оксана утирала слезы.

— Правильно Август говорит, что хватит плакать. Сейчас никак нельзя волноваться, — утерев слезы, Оксана потихоньку встала и прошла на кухню, где старшие дети готовили обед.

— Спасибо, я сама.

— Нет, мам, садись. Мы сейчас пельмени отварим с бульоном, поешь, — проговорил Август, помогая маме сесть.

— Уже сказали, кто будет? Мальчик или девочка?

— Нет, — улыбнулась Оксана, — я уже люблю его любого.

— Конечно, — поддержал Август.

Старшие дети сами рассказали младшим о прибавлении в семействе и попросили лишний раз маму не тревожить, а оказывать всяческую поддержку.

— Я вот думаю, кровать-то куда мы ставить будем? — спросил Марат, потирая голову, — у нас и у девочек места нет вообще.

— Значит, в комнате у мамы поставим. Тем более такой маленький, он должен жить рядом с ней, — объяснял Август.

Приходя домой, Оксана чуть замирала перед дверью соседа, не зная, есть ли смысл еще раз поговорить... А сердце всё равно рвалось навстречу. Итак она была вдали от него целый месяц, а сейчас... сейчас казалось потеряла навсегда. Едва сдержав тотчас появившиеся слезы, Оксана вошла к себе домой.

Прошло уже две недели с тех пор, как совершенно случайно Оксана увидела Романа на остановке. Причем подошел к ней он первым.

— Оксан, я тут долго думал, ты прости меня, что так вспылил... Я просто реально не ожидал, глупо, да? Всегда есть вероятность, что всё может случиться, но мне казалось, что всё предусмотрено и...

— Я понимаю и прощаю. Поверь, я никак не хотела специально, чтобы так вышло. Но не проси меня сделать аборт, я не буду. Он мой. Понимаешь, мой! — с мольбой смотрела она в его глаза.

— Понимаю, — ответил он.

Казалось, время вокруг них остановилось. Они вглядывались друг в друга...

— Я скучал, — тихо сказал он, чуть наклоняясь к её щеке.

— Я тоже... — и тут резкий визг шин, и Романа отбросило от нее... Водитель не справился с управлением и на большой скорости налетел на остановку, боком задев Романа, да так, что тот протаранил пластиковое стекло остановки и упал на бордюр как тряпичная кукла.

— Рома! Рома! — кинулась к нему Оксана на негнущихся ногах.

— Скорую! Вызывайте скорую! — Струйка крови стекала по его подбородку, и ноги... ноги были в крови... Её было так много, что Оксана потеряла сознание и уже не слышала криков, гама и топота спешивших на помощь прохожих.

Пришла в себя она в палате. В руке была капельница. Увидев, что Оксана хотела приподняться, медсестра жестом попросила этого не делать.

— Вам нельзя вставать. У вас угроза выкидыша. Лежите, сейчас прокапаем, но вам придется остаться дня на 2–3 чтобы мы решили, как дальше с вами быть. Вам есть кому позвонить?

— Конечно, дети! Август... Но у меня нет телефона...

Медсестра подала ей свой.

— Номер помните?

— Да.

— Август, это я, мама! Август, — сквозь слезы сказала она, — я в больнице.

— Мам, где? Я сейчас приеду.

— Нет, нет, Август. Ты знаешь, как связаться с мамой дяди Ромы?

— Нет, а что случилось?

— Рома... его сбила машина! Максим в садике, нужно туда сходить и сказать, чтобы его бабушка забрала. Рома, он... я даже не знаю, жив ли он, — Оксана выпустила телефон из рук на кровать.

— Алло, мама, ты где?

— Это медсестра. Я вам сейчас продиктую адрес, вы можете маму навестить и привезите ей халат и сменное белье, тапочки захватите.

— Да, да, конечно, — голос Августа дрожал, — я все сделаю...

— Август, что случилось? — спросила встревоженная Октябрина, увидев как побледнел брат.

— Мама, Роман, они... она...

— Да что случилось? — трясла она брата.

— Мама в больнице, а Роман... попал в аварию, и мама не знает, жив ли он.

— Что!? — вскричал Марат, услышав слова брата, — мама, Роман! — не сумев сдержать слезы, он расплакался. Младшие, поняв, что случилось, тут же присоединились к нему.

— Да не платье вы. Август сейчас к маме съездит и всё узнает, а я схожу в садик и скажу воспитателям, чтобы бабушку вызвали. Они же должны знать её номер? — сказала Октябрина. — А если нет, то мы его к себе заберем, если нам разрешат, — закончила она.

Тем временем в палате.

— Всё, всё, успокаиваемся.

— Я не могу! — плакала Оксана, — как мне узнать, всё ли с ним в порядке? — вопрошала она медсестру.

— Давайте так, я попробую узнать, кого еще сегодня доставили с вами. Хорошо? Вы главное о себе подумайте!

Но слезы текли не переставая...

Вечером Оксану снова навестила медсестра.

— Я узнала мужчину по имени Роман прооперировали. Сложный перелом ноги, его будут еще недели две наблюдать, не меньше.

— Жив! Спасибо вам, спасибо, — сказала Оксана, — главное, что жив...

Чуть раньше приходил Август, передал вещи. Максима забрала бабушка, её телефон был записан у воспитателя на всякий случай.

Пробуждение Романа было не из приятных. Первое, что он понял, то что был в палате. Куча датчиков была присоединена к его телу.

— Где я и что со мной? — прохрипел он, не узнавая свой голос.

— Вы в больнице. Вас сбила машина, и у вас сложный перелом ноги в двух местах, море ушибов, порезов… К сожалению, в ближайшее время вам нужен будет постельный режим. Позже вы уже сможете пробовать передвигаться на костылях, а там будем надеяться, что кости срастутся правильно, иначе вас ожидает постоянная хромота.

— А девушка, что с девушкой?

— Девушка? Вы имеете в виду что сбили кого-то еще?

— Я не знаю. Надеюсь, нет. Вы не могли бы узнать?

— Хорошо, не волнуйтесь. Вам сейчас нужно отдыхать. Была сложная операция, и еще впереди много месяцев на восстановление.

Позже врач рассказал Роману, что единственная девушка, поступившая сюда, лежит на два этажа ниже.

— Что с ней? — спросил Роман.

— Тихо, тихо! С ней сейчас всё в порядке, за ней понаблюдают, чтобы исключить угрозу выкидыша, это ваша...

— Моя! — сказал Роман, — моя! — улыбнулся он, — главное, что с ней все обошлось... А сын?

— Сын? — уточнил врач.

— Да, мой сын... хотя его, наверное, мама забрала. Я же оставлял телефон воспитателю, мне бы позвонить.

— Хорошо, сейчас попрошу, чтобы вам принесли телефон.

— Спасибо, доктор.

Перед выпиской Оксана договорилась навестить Романа.

— Роман! — подбежала она к кровати. — Как ты? Сильно болит?

— Болит, но я таблетки пью. Спать всё время тянет. Как ты? Все нормально? — спросил он, глядя на её живот.

— Да, — приложила она его ладонь к животу. — Да, я так испугалась.

— Не плачь, — пригладил он её волосы, — не плачь...

— Я спрошу у доктора, что нужно. Всё достанем, не переживай! Всё будет! — говорила Оксана.

Роман смотрел на родное лицо и не мог насмотреться. Как он скучал по ней, по её детям...

— Максимка... хоть бы он не переживал, и мама сердечница... Оксан, ты маму успокой. Я переживаю, у нее сердце слабое, ей волноваться нельзя.

— Конечно, адрес только напиши, съезжу к ней и всё расскажу.

— Сама только себя береги! Не нужно ко мне каждый день ходить, — просил Роман.

Дома Оксану ждал накрытый стол.

— Мам, ты как, хорошо? — дети обступили её со всех сторон, — а как дядя Рома?

— Всё хорошо, мои родные, всё хорошо. Он обязательно поправится! — Обняла она их.

На следующий день она съездила к маме Романа и успокоила женщину.

— Всё будет хорошо, не переживайте. Мы можем вместе Романа навестить.

— Любишь его? — спросила женщина, глядя на Оксану.

— Люблю... очень...

— Люби, деточка, он того заслуживает. Сегодня и съездим к нему.

Навестили они его вместе, а потом Роман попросил Оксану выйти.

— Устал, заснул почти, — сказала мама Романа, — пошли домой. Кстати, Роман сказал, что ребенка от него ждешь?

— Да, — Оксана встретила её взгляд, — жду, очень.

— И молодцы. Дети — цветы жизни, не переживайте, я вам помогу. Хоть и не думала, что столько внуков у меня будет, — улыбнулась она. — Мой балбес хоть предложение уже сделал?

— Нет.

— Ну ничего, сделает, — сказала она, поглаживая руку Оксаны. — Ты себя главное береги, со всем справимся.

Пребывание Романа в больнице подходило к концу... Еще две недели, и его выпишут.

— Как я буду на 4-й этаж подниматься, не представляю? — сказал он. — Врач сказал ногу беречь, не перенапрягать, на нее не опираться. Иначе все может насмарку пойти... Не представляю как я еще месяц буду взаперти в квартире...

— Знаешь, — сказала Оксана, — а если нам купить дом?

— Дом?

— Да, недалеко от нас продаются коттеджи в новом микрорайоне.

— А нам денег хватит? — усомнился Роман.

— Я уже узнавала. Если продать мою и квартиру твоей мамы, то хватит. А если мою и твою, то еще и деньги останутся.

— Даже не знаю... столько детей... квартиры бы нам пригодились, но ты права: дом на всех — это замечательно.

— Ты думаешь? — спросила Оксана, глядя на него.

— Конечно, большой семье нужен большой дом!

— Семье?

— Да, — Роман поманил её к себе. Наклонившись, Оксана тут же оказалась в его в объятиях. — Как я скучал. Будешь моей женой? — спросил он.

— Буду! — ответила она и ответила на поцелуй...

Неделя прошла в заботах. Оксана успела встретиться с фирмой застройщика коттеджей, ей сделали очень выгодное предложение: чтобы не ждать, пока кто-то купит их квартиры, фирма согласилась оформить документы на коттедж ей, а взамен они оформят её квартиру и квартиру мамы Ромы на фирму застройщика. Мебель им разрешили вывозить в течение 2-х недель.

Оксана пришла к Роману в больницу, чтобы обговорить полученное предложение.

— Я посмотрела по ценам: так и выходит. Конечно, если бы не срочность, мы могли бы запросить больше, но...

— Но дом нам нужен сейчас. Я понимаю. А что думают дети?

— Дети? Они очень рады, что у них наконец-то появится… папа. Ты же не против?

— Если бы я был против, то не предложил бы тебе брак, — пожурил он её. — Мне нужны все вы, верь, милая. Я много думал с той самой новости, я не передумаю, не переживай.

— Тогда мы с твоей мамой займемся новым домом, — сказала Оксана, прижавшись к Роману.

— Хорошо. Только тяжелое не таскай. Даже не вздумай. У меня в квартире в книге есть наличные, вам должно хватить. Наймешь, чтобы мебель вам перевезли и расставили.

— Хорошо.

Микрорайон из двухэтажных коттеджей был недалеко от дома, где они жили.

— Хоть школу и садик не придется менять, — радовалась Оксана.

Документы были подписаны, и сейчас они всей семьей шли знакомиться со своим новым домом...

Высокий забор был по всему периметру участка, на котором стоял дом. Открыв двери, они увидели вымощенную дорожку, чуть прикрытую снегом, летящим с неба. По бокам росли кустарники. Видимо, облагораживание территории тоже входило в планы строительства.

Вот и входная дверь... На втором этаже располагалось три комнаты, почти одинаковые по площади. А на первом было четыре комнаты, одна из которых была приспособлена под кухню. Там же, на втором этаже, была туалетная комната и еще одна дверь вела в ванную, а внизу был туалет и рядом душевая.

— Я думаю, мы займем первый этаж, — сказала Оксана. — Самую крайнюю сделаем спальней, следующую оставим под кабинет Романа, а эту занять можете вы, — сказала она, обращаясь к маме Ромы. — Вы ведь будете с нами жить?

— Конечно, вместе будет веселее!

— Ура! У нас теперь две бабушки! — крикнул Марат и обнял пожилую женщину.

— А наверху будут детские. Комната девочек, другая мальчишек и комната, где мы организуем вам столы для учебы и досуга. Туда же поставим телевизор. А другой поставим в кухне, чтобы смотреть, пока вы делаете уроки, и не мешать вам.

Мебель решили пока оставить старую, тем более что она была в нормальном состоянии, а вот кухонный гарнитур было решено перенести из квартиры мамы Ромы. У Оксаны он был более старым. Деньги Оксана нашла, как и говорил Роман, в книге. Наняли рабочих, которые и перевезли, и установили мебель. В оставшиеся дни, которые им предоставила фирма, они вывезли последние вещи. Дети с удовольствием раскладывали их в новом доме...

— Мне кажется, я сплю, — ответила Октябрина Августу. — Я вообще не верю, что это наш новый дом и у нас будет папа, — всплакнула она.

— Тише, радоваться нужно.

— Я и радуюсь, Август, я очень радуюсь, — обняла она брата, уткнувшись ему в плечо. Увидевшие эту картину дети сами потянулись к старшему брату.

— И нас обними, и нас!

Даже Максимка не удержался и был принят в объятия.

— Теперь у нас всё будет хорошо! — сказал Август, — не сомневайтесь!

Выписали Романа, и к новому дому он ехал на такси. А вот и дом... Опираясь на костыли, он шел очень медленно, стараясь никак не опираться на поврежденную ногу. Пока он дошел до комнаты, на лбу выступил пот.

— Ох, хорошо, что мы на первом этаже поселились, — улыбнулся он Оксане.

Оксана присела на кровать рядом, уткнувшись ему в плечо.

Погладив по руке, она сказала: «Мы вместе это пройдем, всё будет хорошо. Врач оставил четкие рекомендации по реабилитации, будем им следовать».

— Хорошо, — ответил он, целуя её в щеку, — как дети?

— О, они не нарадуются! Я и сама как во сне... Такой чудесный дом, а главное мы здесь все вместе!

— Я смотрю, и мама помолодела.

— Это точно! Дети стайкой вьются возле нее. У тебя очень хорошая мама, как и моя, — подумала Оксана. — Мы с ней решили участок за домом оставить под огород. Будем выращивать картошку, помидоры, огурцы, лук, редиску, морковку, а детям еще и горох посадим. Начнем с малого, а там... А дети, они уже представляют как здесь появится их четвероногий друг. Предлагают сбоку от дверей дома установить теплую конуру для собаки, а в дом завести кошку, — воодушевленно продолжила Оксана. — Они такие счастливые! И Максим твой тянется ко мне. Ты не представляешь, как я счастлива, Рома, что даже страшно...

— Ну ты чего? Не плачь, я тоже счастлив! — обнял он Оксану.

Единственное, что беспокоило Оксану так это траты. Предстояло еще столько купить в дом, а еще реабилитация, лекарства... ЛФК, массаж и многое другое... Траты росли на глазах. Она стала замечать, что Роман стал более нервным, просыпаясь по ночам, он подолгу мог смотреть в окно, думая, что она не замечает.

— Ром, что случилось? — не выдержала она.

— Извини, если разбудил тебя.

— Я не спала, Ром, что тебя беспокоит?

— Я переживаю, как смогу обеспечивать всех нас. Сейчас, пока беспокоит нога, вообще не могу работать, а тех запасов, что были, надолго не хватит... И даже те копейки, что мы получаем с аренды моей квартиры никак не спасут.

— Ром, ну не надо, нам всего хватает. Мы уже через столько прошли... особенно мои дети, — добавила она про себя. — Поверь, мы вместе и это главное! На еду хватает детских, а на остальное накопим. Не всё же сразу. И потом тебе скоро станет легче, и ты снова сможешь нормально работать. Пожалуйста, не переживай, — прижалась она к нему в немой мольбе.

Роман и сам чувствовал, что своими волнениями только расстраивает Оксану, а ведь ей нельзя переживать.

— Ты права. Будем всё решать по мере поступления проблем.

— Это да. Давай спать...

Прошла неделя и уже самой Оксане стало плохо спать. Появились головные боли и снова тот сон. СОН, с которого всё начиналось.

Встав утром и глядя в окно, Оксана чётко вспомнила, что ей советовали в том сне, и она решила проверить... После работы она обратилась в тот банк, произнеся заученную фразу «ПЕРЕЗАГРУЗКА»... В банке казалось, не были удивлены, что наконец-то появился человек, предъявивший права на ту ячейку... Перед Оксаной положили ключ и провели к ячейкам.

— Вот ваша. Мы пока выйдем.

— Хорошо.

Чуть влажными руками Оксана открыла ячейку... сумма почему-то совсем выветрилась из памяти... но здесь было пусть и не целое состояние, но то, что позволило бы облегчить их жизнь...

— Я могу перевести эти деньги себе на счет?

— Конечно.

— Спасибо.

Два миллиона рублей, из которых полтора она положила на вклад под хорошие проценты.

— Ну, что, пришло время снова выиграть в лотерею! — думала она, чувствуя, как поднимается настроение!

Уже в конце марта Роману сняли гипс. Началась реабилитация...

— Когда пойдем в загс? — спрашивал он её.

— Не сейчас. Вот как станешь нормально ходить... Я, может, хочу с тобой станцевать, — улыбалась Оксана Роману.

— Ну, тогда я постараюсь поторопиться, — протянул он ей руку.

— Нет, Ром, — обняла его Оксана и, прижавшись, продолжила, — главное восстановиться. Ты и так подарил мне такое счастье... Я так тебя люблю! И детей! Я... — голос прервался.

— Слезы? — спросил он.

— Это слезы счастья, Ром, я так счастлива!

Обнявшись, они еще долго стояли у окна... А Оксана благодарила судьбу за такой поворот... Ей дали намного больше, чем она просила.

— Но я все буду делать, чтобы оправдать твое доверие! — шептала она, глядя в небо...

Наступили летние каникулы. А в доме Оксаны был самый настоящий праздник. В середине июня состоялось бракосочетание, на которое смогли приехать и Ксана с Игорем, её родители, нынешние родители Оксаны и мама Ромы. Отметили в тесном, практически семейном кругу.

— Я смотрю, ты прям светишься. Я так за тебя рада! — обнимала её Ксана. — Ты это заслужила. Всё это!

— Спасибо, Ксана, я самый счастливый человек на свете. Ты была права, судьба знает, что делает, и я буду благодарить её каждый день. За всех: детей, мужа и за возможность самой испытать это вселенское счастье материнства, — погладила она свой живот. — Ой, дай руку, пинается.

— И кто там такой?

— Мы решили не смотреть, сюрприз будет.

— Понятно. Кстати, и ты меня поздравь. Решили мы насовсем в Москве обосноваться. Игроь здесь квартиру продает, и я. А там мы уже документы на усыновление подали. Будем двоих брать: мальчика 14 лет и его сестру 9 лет. Ой, Оксана, как увидела их, поняла — мои, ты меня поймешь.

— Ксана, я так рада! — обняла её в ответ Оксана. — Приезжайте к нам обязательно в будущем, есть где разместиться.

— Обязательно.

Оксана была уверена, что их дом — самый счастливый на этой улице. Но она очень хотела, чтобы такое счастье было у всех: счастье любить и быть любимой, счастье видеть близких людей, возможность их радовать и радоваться их счастливым лицам. А дети... они все были её гордостью и радостью одновременно. В конце августа она родила... девочку. И назвали они её Любовь, потому как это самое прекрасное и всеобъемлющее чувство в мире. Муж... о таком она всегда и мечтала.

Единственное, что осталось тайной, это переселение её души и деньги, хранящиеся на счете, но всегда входящие в её жизнь в виде выигрыша в лотерею. Конечно, они когда-нибудь закончатся и исчезнет одна тайна, тогда останется только самая-самая... Но эта тайна навсегда будет известна только ей, Ксане и судьбе. Тайна, которая перевернула всю её жизнь.