Правда о военных действиях в Северной Африке (1940-1943 гг.)

ВВЕДЕНИЕ

В. И. Ленин в 1918 г. в письме к американским рабочим писал о том, что «американские миллиардеры, эти современные рабовладельцы, открыли особенно трагическую страницу в кровавой истории кровавого империализма…»[1]. Магнаты Уолл-стрита возглавили тогда всю мировую реакцию и организовали военную интервенцию против Советской России с целью удушения первой социалистической республики. Они высадили свои войска в Мурманске, Архангельске, Владивостоке и совместно с англо-французскими и японскими интервентами совершали чудовищные зверства на нашей земле.

После провала американской военной интервенции против Советской России в 1918–1920 годах американские империалисты использовали награбленные у народов Европы в период первой мировой войны миллиарды долларов для организации войны против СССР руками империалистической Германии. «…Первой и важнейшей предпосылкой гитлеровской агрессии было возрождение и обновление тяжёлой промышленности и военной индустрии Германии, что стало возможным лишь в силу прямой и широкой финансовой поддержки правящих кругов Соединённых Штатов Америки»[2].

Таким образом, несмотря на провал всех антисоветских планов американских империалистов в 1918–1920 годах, они выступили в роли активных организаторов и вдохновителей новой военной интервенции против Советского Союза. Антисоветская «мюнхенская» политика Англии и Франции проводилась при активном участии империалистов США.

Документы из архива министерства иностранных дел гитлеровской Германии, взятые в Берлине войсками Советской Армии, неопровержимо подтвердили, что «мюнхенская» политика реакционных правящих кругов США, Англии и Франции преследовала цель «направить гитлеровскую агрессию против Советского Союза»[3].

Мюнхенский сговор[4] привел в восторг американских реакционеров. Так, руководитель крупнейшей компании «Дженерал-моторс», выражая отношение империалистов США к этому сговору, направил Гитлеру поздравительную телеграмму по случаю сделки в Мюнхене.

19 октября 1938 г. американский посол в Лондоне Кеннеди выступил с речью, в которой призывал к дальнейшему сотрудничеству с фашистскими державами. Несколько ранее, 3 октября 1938 г., заместитель государственного секретаря (министра иностранных дел) США Самнер Уэллес заявил по радио, что мюнхенское соглашение позволяет создать «новый международный порядок». Это был прямой призыв к установлению единого фронта империалистов против Советского Союза. Если главнейшим капиталистическим странам и не удалось, в конечном счете, договориться между собой о едином фронте империалистов против СССР, то причины этого кроются в неразрешимых противоречиях капитализма. Создание единого антисоветского фронта империалистов было предупреждено также непрерывным ростом могущества Советского государства и мудрой сталинской внешней политикой.

Планы американо-английских империалистов состояли в том, чтобы натравить гитлеровскую Германию и милитаристскую Японию на Советский Союз и этим убить сразу двух зайцев: избавиться от Германии и Японии, как от опасных конкурентов на мировом рынке, и ослабить Советский Союз. Более того, американские монополисты, как указывает товарищ Сталин, строили планы «захватить зарубежные рынки, мировые ресурсы сырья и добиться мирового господства»[5].

Реакционные правящие круги США, Англии и Франции предполагали, что гитлеровская Германия ограничится агрессией на Восток, в сторону Советского Союза. Но гитлеровцы и не думали ограничиваться только Советским Союзом. Они так же, как и американские империалисты, мечтали завоевать весь мир.

Итак, подготавливая вторую мировую войну, обе империалистические группировки преследовали свои цели. «Каждая из двух капиталистических коалиций, — отмечает товарищ Сталин, — вцепившихся друг в друга во время войны, рассчитывала разбить противника и добиться мирового господства»[6].

1 сентября 1939 г. немецко-фашистские войска перешли границу Польши. Правящие круги США, Англии и Франции позволили Гитлеру без помех вести военные действия против Польши. 3 сентября 1939 г. Англия и Франция объявили войну гитлеровской Германии, но никакой помощи Польше они не оказали. Правительства этих стран по-прежнему продолжали проводить «мюнхенскую» политику, преследуя при этом ту же цель — направить фашистскую агрессию в сторону Советского Союза.

Естественно, что при таком положении англо-французские империалисты решили войну против гитлеровской Германии вести формально. Вражеские армии, расположенные вдоль линии Зигфрида и Мажино, лишь изредка вели артиллерийскую перестрелку. Французский генеральный штаб ежедневно публиковал стереотипную сводку с фронта: «ничего нового» или «на фронте без перемен».

Империалисты США, Англии и Франции после 1 сентября 1939 г. больше восьми месяцев ожидали начала войны гитлеровской Германии с Советским Союзом, пока 10 мая 1940 г. немецко-фашистские армии не перешли в наступление на Западе, которое закончилось капитуляцией предателей французского народа.

Говоря о провале антисоветской «мюнхенской» политики, упорно проводившейся правителями США, Англии и Франции даже после нападения гитлеровской Германии на Польшу, товарищ Молотов указал: «Однако, англо-французские империалисты просчитались. Они сами запутались в расставленных ими сетях, а мудрая сталинская политика мира блестящим образом обеспечила новую оттяжку войны для Советского Союза»[7].

В период ожидания начала гитлеровской агрессии против Советского Союза американские и англо-французские империалисты сами деятельно готовились к войне против СССР. Бывший президент США Герберт Гувер — этот матерый враг советского народа — 26 октября 1938 г. в газете «Нью-Йорк геральд Трибюн» уверял своих англо-французских единомышленников, что. «ни Германия, ни другие фашистские государства не желают войны с западными демократиями, пока эти демократии не мешают продвижению фашизма на Восток». Англо-французские империалисты и не думали мешать Гитлеру. Они не только готовились к совместным с гитлеровской Германией активным действиям против Советского Союза, но и не прочь были даже выступить застрельщиками в антисоветской войне. Они предполагали развить свою деятельность на флангах советско-германского фронта: со стороны Скандинавского полуострова на севере и со стороны Балкан и Ближнего Востока на юге.

К осени 1939 г. Карельский перешеек был превращен мировой реакцией в военный плацдарм для нападения на Советский Союз. Когда же провокации финской военщины привели к советско-финской войне 1939/40 г., империалисты США, Англии и Франции начали активную деятельность с целью прямого вмешательства в эту войну.

Так, правительство США провозгласило «моральное эмбарго» на продажу Советскому Союзу ряда товаров. Одновременно с этим американская печать начала бешеную антисоветскую кампанию.

Правительства Англии и Франции готовили экспедиционный корпус общей численностью 150 тысяч человек с целью переброски его на территорию Финляндии для участия в войне против Советского Союза.

Вооружение и боеприпасы для экспедиционного корпуса были отправлены в Финляндию еще 20 декабря 1939 г. Общий план высадки англо-французских войск в Финляндии был разработан к 16 января 1940 г.

Однако эти антисоветские планы империалистов были сорваны еще до начала их осуществления. Советская Армия в короткий срок взломала укрепленную «линию Маннергейма» и наголову разбила белофинскую армию. Финляндия вынуждена была пойти на заключение мирного договора с СССР.

Империалисты строили планы вторжения в пределы южной части Советского Союза со стороны Балкан и Ближнего Востока. Еще в годы гражданской войны англо-французские империалисты безуспешно пытались удержать Кавказ в своих руках. Товарищ Сталин, оценивая обстановку на Кавказе в 1920 г., дал следующую характеристику стратегической роли Кавказа: «Важное значение Кавказа для революции определяется не только тем, что он является источником сырья, топлива и продовольствия, но и положением его между Европой и Азией, в частности, между Россией и Турцией, и наличием важнейших экономических и стратегических дорог (Батум — Баку, Батум — Тавриз, Батум — Тавриз — Эрзерум).

Всё это учитывается Антантой, которая, владея ныне Константинополем, этим ключом Чёрного моря, хотела бы сохранить прямую дорогу на Восток через Закавказье.

Кто утвердится в конце концов на Кавказе, кто будет пользоваться нефтью и наиважнейшими дорогами, ведущими в глубь Азии, революция или Антанта, — в этом весь вопрос»[8].

Вот почему англо-французские империалисты всегда проявляли особый интерес к Советскому Кавказу, вот почему в замыслах империалистов нужно видеть двойную цель: разжечь антисоветскую войну и оккупировать своими войсками Советский Кавказ.

11 марта 1940 г. французский верховный главнокомандующий Гамелен изложил на заседании англо-французского военного комитета свой план нападения на Советский Кавказ со стороны Ближнего Востока. «Южный план» Гамелена встретил восторженное одобрение У. Черчилля. Было решено ускорить приготовления. Французские империалисты взяли на себя подготовку нападения на Советский Кавказ с суши, английские главным образом с моря и с воздуха. Командующий английскими воздушными силами на Ближнем Востоке маршал авиации Митшел «получил из Лондона указания относительно подготовки воздушных операций против Баку и Батуми»[9]. Соответствующие инструкции получил и генерал Уэйвелл, командующий британскими войсками на Ближнем Востоке. Ему были подчинены британские военные силы в Египте, Судане, Палестине, на Кипре и в других местах Ближнего Востока. 14 марта 1940 г. англофранцузский военный комитет окончательно утвердил план нападения на Советский Кавказ.

Командующим французскими войсками на Ближнем Востоке был назначен ярый враг советского народа — генерал Вейган, тот самый генерал Вейган, которого еще в 1920 г. французская буржуазия посылала во главе французской военной миссии к Пилсудскому в качестве экстренной помощи белополякам, разгромленным Советской Армией.

Из переписки Вейгана с Гамеленом становится ясно, что Турция вместе с американскими и англо-французскими империалистами участвовала в подготовке войны против Советского Союза. 10 марта 1940 г. Вейган телеграфировал Гамелену о переговорах Уэйвелла с начальником штаба турецкой армии Чакмаком[10].

Переговоры с турками не вызвали у англичан и французов никаких затруднений. Турецкие правящие круги с готовностью предоставили не только свою территорию в качестве плацдарма для нападения на Советский Союз, но и свои вооруженные силы. Французский посол в Турции Массильи 14 марта 1940 г. доносил в министерство иностранных дел Франции: «Во время беседы с министром иностранных дел Турции Сараджоглу я сказал, что «современные бомбардировщики обладают радиусом действия, достаточным для достижения Баку с баз, расположенных в Месопотамии или на севере Ирана, но для этого нужно перелететь через турецкую территорию». «Вы, значит, боитесь возражения Ирана?» — заметил министр Турции. Яснее нельзя было дать мне понять, что с турецкой стороны трудностей не возникнет»[11].

В качестве наиболее удобных воздушных баз англо-французской авиации были избраны северные районы Турции.

Важно отметить, что лихорадочная подготовка к агрессии против Советского Союза происходила «в то время, когда на фронте против гитлеровской Германии Англия и Франция не проявляли никакой активности и когда велась там так называемая «странная война»[12]. На Ближний Восток перебрасывались английские вооруженные силы из Египта и французские — из французской Северной Африки и даже из метрополии, хотя в это время фашистская Италия открыто готовилась к захвату Туниса и Суэцкого канала, а гитлеровская Германия после разгрома Польши сосредоточивала свои войска у границ Франции.

«Подготовка англо-французских правителей к нападению на СССР шла полным ходом. В генеральных штабах Англии и Франции усердно разрабатывались планы такого нападения. Эти господа хотели вместо войны с гитлеровской Германией начать войну против Советского Союза»[13].

Расчеты американо-англо-французских империалистов на то, что гитлеровская Германия ограничится только агрессией на Восток, против Советского Союза, не оправдались. Немецкий фашизм предпринял попытку завоевания мирового господства, действуя сперва на Западе, чтобы обеспечить свой европейский тыл, а не на Востоке, как того желали правители США, Англии и Франции.

Товарищ Сталин в своем классическом произведении «Экономические проблемы социализма в СССР» указывает: «США и Англия, помогая Германии подняться экономически, имели при этом в виду направить поднявшуюся Германию против Советского Союза, использовать её против страны социализма. Однако Германия направила свои силы в первую очередь против англо-франко-американского блока. И когда гитлеровская Германия объявила войну Советскому Союзу, то англо-франко-американский блок не только не присоединился к гитлеровской Германии, а, наоборот, был вынужден вступить в коалицию с СССР против гитлеровской Германии.

Следовательно, борьба капиталистических стран за рынки и желание утопить своих конкурентов оказались практически сильнее, чем противоречия между лагерем капитализма и лагерем социализма»[14].

В этом основная причина того, почему вторая мировая война началась не с войны с СССР, а с войны между капиталистическими странами. Таким образом, «мюнхенская» политика окончилась провалом планов ее вдохновителей.

В результате «мюнхенской» политики США, Англии и Франции к лету 1941 г. большинство стран Западной Европы было оккупировано немецко-фашистскими захватчиками.

Легкие победы гитлеровской Германии на Западе объясняются тем, что реакционные правящие круги западно-европейских стран, запутавшиеся в сетях антисоветской «мюнхенской» политики, стали на путь предательства национальных интересов своих стран, превратились в пятую колонну немецко-фашистских оккупантов.

Народные массы государств Западной Европы ненавидели фашизм и были готовы оказать решительное сопротивление агрессорам, но буржуазия этих государств боялась своих народов больше, чем немецко-фашистских оккупантов. Правители Франции, «дав себя запугать призраком революции, — говорил товарищ Сталин 6 ноября 1941 г., — с перепугу положили под ноги Гитлера свою родину, отказавшись от сопротивления»[15].

«Реальной преградой немецкому фашизму, стремившемуся к порабощению всей Европы и мировому господству, оставался только Советский Союз.

Вот почему фашистская Германия задолго до окончания разгрома стран Западной Европы втайне готовила вероломное нападение на страну социализма»[16].

22 июня 1941 г. орды немецко-фашистских агрессоров вторглись в пределы СССР. Началась Великая Отечественная война Советского Союза против гитлеровской Германии и ее союзников.

Советский Союз явился единственной реальной силой, способной оказать сопротивление фашистским агрессорам. Народы, попавшие под фашистское иго, а также народы, над которыми нависла угроза фашистского порабощения, возлагали теперь все свои надежды на героический советский народ, на его Вооруженные Силы.

«Войну с фашистской Германией, — указывал товарищ Сталин, — нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной Отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощённого гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего Отечества сольётся с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера»[17].

Товарищ Сталин учит, что «вторая мировая война против государств оси, в отличие от первой мировой войны, приняла с самого начала характер войны антифашистской, освободительной, одной из задач которой являлось также восстановление демократических свобод. Вступление Советского Союза в войну против государств оси могло лишь усилить, — и действительно усилило, — антифашистский и освободительный характер второй мировой войны»[18].

В борьбе против гитлеровской тирании, против фашистской агрессии, в борьбе за свободу и национальную независимость больших и малых стран сложилась мощная антифашистская коалиция свободолюбивых народов, во главе которой стоял Советский Союз, вынесший на своих плечах основную тяжесть войны и избавивший человечество от угрозы фашистского порабощения.

Создание антигитлеровской коалиции — величайшая заслуга мудрой и дальновидной сталинской внешней политики. В. Μ. Молотов писал в 1949 г.: «Товарищ Сталин во-время разгадал коварный смысл тогдашних англо-французских интриг против Советского Союза, что позволило не только вывести из-под удара нашу Родину, отсрочив нападение гитлеровской Германии на СССР, но и привести развитие событий к такому положению, при котором правительства Англии и США были поставлены перед необходимостью создания англо-советско-американской антифашистской коалиции, что отвечало интересам всех свободолюбивых народов»[19].

Однако правящие круги США и Англии, преследуя свои империалистические цели, по-прежнему продолжали проводить «мюнхенскую» политику. Эта провокационная политика заключалась в стремлении затянуть войну, истощить, ослабить и обескровить Советский Союз. Стараясь затянуть войну, американо-английские империалисты саботировали открытие второго фронта в Европе и, проводя «стратегию малых дел», дали возможность немецкому фашизму все свои основные вооруженные силы и технику сосредоточить на советско-германском фронте.

Тов. А. А. Жданов, разоблачая антисоветскую политику правящих кругов США и Англии в период второй мировой войны, говорил: «Уже в ходе второй мировой войны в Англии и США неуклонно возрастала активность реакционных сил, стремившихся сорвать согласованные действия союзных держав, затянуть войну, обескровить СССР и спасти фашистских агрессоров от полного разгрома. Саботирование второго фронта англо-саксонскими империалистами во главе с Черчиллем явно отражало эту тенденцию, являвшуюся по существу продолжением «мюнхенской» политики в новой изменившейся обстановке»[20].

Саботаж создания второго фронта в Европе правящие круги США и Англии прикрывали раздуваемыми в печати и искусственно затягиваемыми военными действиями на второстепенных театрах второй мировой войны, например, в Северной Африке. Кампания в Северной Африке была использована реакционными правящими кругами США и Англии для того, чтобы прикрыть саботаж открытия второго фронта в Европе.

США и Англия высадили свои войска во французской Северной Африке под флагом борьбы с фашизмом. «Это было серьёзнейшее средство создать базу противодействия немецкой агрессии в непосредственной близости к Западной Европе, организовать победу над гитлеровскими войсками и создать таким образом возможность освобождения Франции от гитлеровского колониального гнёта»[21].

В этом смысле высадку американо-английских войск во французской Северной Африке нельзя расценивать как агрессию, так как «речь шла о том, чтобы создать преграду продвижению немецких войск во всех районах, где только это было возможно…»[22].

Такой преградой для гитлеровской агрессии в сторону Суэцкого канала явилось, например, размещение британских войск в Египте.

Но в это же время, осуществляя эти мероприятия, американо-английские империалисты преследовали свои узкокорыстные цели: саботаж открытия второго фронта в Европе, установление американо-английского империалистического господства в районах, ранее принадлежавших итальянскому и французскому империализму, превращение стран Африки в колонии США и Англии, а также превращение всего средиземноморского бассейна в базы и плацдармы для использования их в интересах агрессивных планов, направленных против Советского Союза. Высадку своих войск в Северной Африке американо-английские империалисты произвели не для того, чтобы освободить колониальные народы от французского и итальянского империалистического рабства и дать им возможность свободно развиваться, а для порабощения этих народов монополиями США и Англии.

Преследуя свои узкокорыстные цели, правящие круги США и Англии злонамеренно не выполняли взятого на себя торжественного обещания открыть второй фронт в Европе еще в 1942 г., хотя они имели для этого все возможности. Советский Союз продолжал вести борьбу один на один против гитлеровской Германии и ее сателлитов, неся на своих плечах всю тяжесть войны. Советский Союз был верным и искренним союзником в антигитлеровской коалиции. Советская Армия оказывала огромную помощь своим союзникам по антигитлеровской коалиции тем, что вела успешную борьбу с главными, основными силами фашистских агрессоров, оттягивала на себя эти силы. Советские люди радовались каждому успеху и усилению своих союзников. Поэтому даже предпринятая американо-английским командованием в 1942 г. кампания в Северной Африке была встречена советским народом как начало каких-то совместных действий против фашистской агрессии.

Выражая эти настроения советских людей, товарищ Сталин 13 ноября 1942 г. в своих ответах на вопросы корреспондента американского агентства Ассошиэйтед Пресс г. Кэссиди заявил о кампании союзников в Африке: «Советская сторона расценивает эту кампанию как выдающийся факт большой важности, демонстрирующий растущую мощь вооружённых сил союзников и открывающий перспективу распада итало-немецкой коалиции в ближайшее время».

Отвечая на вопрос об эффективности этой кампании в смысле уменьшения давления на Советский Союз и об ожидаемой Советским Союзом дальнейшей помощи, товарищ Сталин указал:

«Пока ещё рано говорить о степени эффективности этой кампании в смысле уменьшения непосредственного давления на Советский Союз».

И далее товарищ Сталин отметил, что кампания союзников в Африке лишь «создаёт предпосылки для организации второго фронта в Европе поближе к жизненным центрам Германии, что будет иметь решающее значение в деле организации победы над гитлеровской тиранией»[23].

В этих высказываниях товарища Сталина дан правдивый и глубокий анализ событий, происходивших на фронтах второй мировой войны.

Правящим кругам США и Англии не удалось убедить мировое общественное мнение, что высадка англо-американских войск в Северной Африке, предпринятая ими 8–12 ноября 1942 г., является вторым фронтом против гитлеровской Германии.

Еще 6 ноября 1942 г. товарищ Сталин в своем докладе «25-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции» дал точное определение того, что надо понимать под вторым фронтом в Европе.

«Допустим, — указывал товарищ Сталин, — что в Европе существовал бы второй фронт, так же как он существовал в первую мировую войну, и второй фронт отвлекал бы на себя, скажем, 60 немецких дивизий и 20 дивизий союзников Германии. Каково было бы положение немецких войск на нашем фронте? Не трудно догадаться, что их положение было бы плачевным. Более того, это было бы начало конца немецко-фашистских войск, ибо Красная Армия стояла бы в этом случае не там, где она стоит теперь, а где-нибудь около Пскова, Минска, Житомира, Одессы. Это значит, что уже летом этого года немецко-фашистская армия стояла бы перед своей катастрофой. И если этого не случилось, то потому, что немцев спасло отсутствие второго фронта в Европе»[24].

Таково подлинное понимание второго фронта в Европе. Но известно, что северо-африканский фронт не привлек к себе с советско-германского фронта ни одной вражеской дивизии. Спрашивается, как же можно было трубить на весь мир о том, что предпринимаемая кампания в Северной Африке и является тем вторым фронтом, об открытии которого было достигнуто соглашение между СССР, с одной стороны, и США и Англией с другой? Однако на это оказались способными американо-английские реакционные правящие круги, проводившие по отношению к СССР в течение всей второй мировой войны вероломную, предательскую политику, рассчитанную на истощение СССР.

Даже кампания американо-английских войск на о. Сицилия и в южной Италии, начатая ими в июле 1943 г., не могла рассматриваться как второй фронт в Европе. Товарищ Сталин 6 ноября 1943 г. указал: «Конечно, нынешние действия союзных армий на юге Европы не могут ещё рассматриваться как второй фронт»[25].

Итальянская кампания американо-английского командования по-прежнему проводилась далеко от жизненных центров гитлеровской Германии и, как и северо-африканская, не оттянула с советско-германского фронта ни одной немецко-фашистской дивизии.

Известно, что в результате полуторалетней героической борьбы Советская Армия нанесла немецко-фашистской армии огромнейшие потери. Гитлеровское командование вынуждено было оголить западный фронт, чтобы в какой-то мере восполнить свои потери на советско-германском фронте. Кроме того, по окончании северо-африканской кампании внимание союзников больше не привлекал африканский театр военных действий. Все это создавало благоприятные условия для открытия США и Англией второго фронта в Европе непосредственно против гитлеровской Германии. Но и после этого они уклонились от открытия второго фронта в Европе. Товарищ Сталин 23 февраля 1943 г. отмечал:

«Ввиду отсутствия второго фронта в Европе Красная Армия несёт одна всю тяжесть войны. Тем не менее Красная Армия не только устояла против натиска немецко-фашистских полчищ, но и стала в ходе войны грозой для фашистских армий»[26].

Особенно боялись правящие круги США и Англии все возраставшего политического, экономического и военного могущества Советского государства, роста его авторитета в глазах свободолюбивого человечества как освободителя народов от фашистской чумы.

«Что касается разногласий по вопросу об открытии второго фронта, то здесь сказалось различное понимание обязанностей союзников в их отношениях друг к другу. Советские люди считают, что если союзник попал в беду, то его надо выручать всеми доступными средствами, что нужно относиться к своему союзнику не как к временному попутчику, а как к другу, радуясь его успехам, радуясь его усилению. Представители англичан и американцев не согласны с этим и считают такую мораль наивностью. Они исходят из того, что сильный союзник опасен, что усиление союзника не в их интересах, что лучше иметь слабого союзника, чем сильного, а если он всё же усиливается, — нужно принять меры к его ослаблению»[27].

Именно этими соображениями и было продиктовано решение правительств США и Англии не открывать второго фронта. Лишь летом 1944 г., когда стало ясно, что Советский Союз в состоянии один завершить дело разгрома гитлеровской Германии и освободить народы всей Европы от фашистского ига, США и Англия поспешили высадить свои войска в Северной Франции, чтобы спасти в странах Западной Европы, в том числе и в Западной Германии, реакционные режимы и установить там свое империалистическое господство.

Итак, высадка американо-английских войск в Северной Африке 8–12 ноября 1942 г. не только не была вторым фронтом против гитлеровской Германии, но даже его подобием. Эта высадка не отвлекла с советско-германского фронта ни одной немецко-фашистской дивизии. Так, например, в 1941 г., накануне нападения гитлеровской Германии на Советский Союз, в Северной Африке находилось всего три немецко-фашистские дивизии. 6 ноября 1942 г. товарищ Сталин констатировал, что «ливийский фронт отвлекает всего 4 немецких дивизии и 11 итальянских дивизий»[28]. В то же время на советско-германском фронте находилось не менее 179 немецко-фашистских, 10 итальянских и 51 дивизия других сателлитов Германии, а всего 240 вражеских дивизий, т. е. все основные силы гитлеровской Германии и ее союзников были прикованы к советско-германскому фронту.

Все это позволяет утверждать, что в конечном счете военные действия в Северной Африке имели ничтожное значение и не оказали существенного влияния на ход второй мировой войны. Больше того, они полностью зависели от операций на советско-германском фронте и от решающих побед Советской Армии.

Между тем американо-английские фальсификаторы военной истории дошли до такого нелепого утверждения, что именно действия английских и американских войск в Северной Африке, в частности под Эль-Аламейном, объявили «поворотным» пунктом в ходе второй мировой войны.

Этим они пытаются умалить всемирно-историческое значение побед Советской Армии над гитлеровской Германией и ее союзниками, скрыть проводившуюся в период второй мировой войны предательскую политику правящих кругов США и Англии по отношению к Советскому Союзу и всему свободолюбивому человечеству. Фальсификацией истории второй мировой войны американо-английская пропаганда пытается также прикрыть послевоенную политику правящих кругов США, которая является прямым продолжением политики, проводившейся ими в период второй мировой войны.

Однако американо-английской пропаганде не удастся обмануть честных людей. Всему миру известно, что поворотными пунктами борьбы против фашистских агрессоров в период второй мировой войны были Московская, Сталинградская, Курская битвы, что полный разгром фашистской Германии и империалистической Японии был достигнут благодаря героическим усилиям советского народа, благодаря решающим победам советских Вооруженных Сил.

В условиях, когда американские империалисты, стремящиеся к мировому господству, уже более двух лет ведут кровавую войну против героического корейского народа, когда они предприняли агрессию против свободолюбивого китайского народа, когда они спешно восстанавливают агрессивные силы в Западной Германии и Японии, чтобы ввергнуть все человечество в пучину третьей мировой войны, — в этих условиях задача разоблачения экспансионистских устремлений американского империализма является особенно актуальной.

«Дело теперь в том, — сказал тов. Маленков в отчетном докладе XIX съезду партии о работе Центрального Комитета ВКП(б), — чтобы ещё выше поднять активность народных масс, усилить организованность сторонников мира, неустанно разоблачать поджигателей войны и не дать им опутать ложью народы. Обуздать и изолировать авантюристов из лагеря империалистических агрессоров, стремящихся ради своих прибылей вовлечь народы в кровавую бойню, — такова главная задача всего прогрессивного и миролюбивого человечества»[29].