Прихоть мажора

Глава 8

Мне срочно нужно было забрать из «Райской пыли» свои документы. Я боялась, что после вчерашнего инцидента заведение надолго закроют — всякие проверки, расследование и что там еще, но нет, каким же было мое удивление, когда я позвонила туда и узнала, что они работают как обычно. Словно ничего не произошло. Подумаешь, была перестрелка, и людей чуть газом не отравили…

— А ты куда это? — удивилась мама, увидев, как я, наспех собравшись, застегиваю босоножки в коридоре.

— Да так, решили встретиться с девчонками из класса, — соврала я, пряча глаза.

Врать я не любила и не умела, и мама всегда вычисляла мою даже малейшую ложь в два счета. Вот и сейчас…

— Так ты вроде бы с ними никогда особо близко не дружила.

— Потому что мы живем слишком далеко друг от друга, и по этой причине проводили мало времени вместе вне уроков. А сейчас что — школа закончена, можно и погулять. Ну все, мне пора, а то автобус уедет, — я быстро клюнула маму в щеку, по-прежнему пряча взгляд, и хотела уже было поскорее ретироваться подальше от ее внимательных глаз, но она задержала меня, сжав запястье:

— У тебя что, мальчик появился? — спросила она, пряча в шепоте неловкость. — В городе?

— Ну, ма-ам, не начинай, — закатила глаза. — Какой мальчик?! И вообще, мне уже восемнадцать, так что парень тогда уже.

— Значит, все-таки…

— Нет, я не влюбилась. Если вдруг — ты узнаешь первой, — и улыбнулась, заметив на ее лице еще большее смущение.

Я даже представить не могла, что будет, если она узнает, что я вот уже несколько лет влюблена в Артура. Она его очень уважает: «Артур то, Артур се. Школу на отлично закончил, в университет сам поступил, без протекции отца. И в Гарвард скоро поступит», но наверняка она даже в мыслях не могла представить, что я и он… Потому что, несмотря на мягкий характер, на ногах она стояла твердо и понимала, что прекрасные принцы только в сказках и женских романах женятся на «простолюдинках», а в действительности все совсем иначе.

Сколько богатых мужчин в реальной жизни выбрали второй половиной себе официантку или уборщицу? То-то же.

Учитывая, что на дворе стояла середина лета, и горожане побросали свои квартиры и разъехались по дачам — я рассчитывала, что до центра мы доберемся довольно быстро. Но подъезжая к городу, мы встали в огромную километровую пробку, на которую потратили ни много ни мало три с лишним часа! Так что в клуб я приехала уже довольно поздно — к девяти. Уставшая, голодная и порядком раздраженная.

Там было прибрано, ни следа от вчерашнего погрома. Словно случившееся мне просто приснилось.

— Привет, девчонки. Я тут сумку свою вчера оставила. Можно мне в раздевалку зайти? Я быстро заберу и уйду.

— То есть работать ты здесь больше не собираешься? — недовольно спросила Алла.

Признаться, я думала, что меня уволили — я столько вчера накосячила. Но то ли жалобы не дошли до «верха», то ли после вчерашнего инцидента всем стало не до этого, но увольнять меня, к удивлению, никто не планировал.

— Нет, не собираюсь, — твердо ответила я.

— Ну, дело твое, иди, там открыто. Только паспорт у Нодара не забудь забрать.

Видеть босса не слишком хотелось — произвел впечатление он так себе, но оставлять ему документы я не намеревалась тем более. Постучав в дверь и услышав раздраженное «войдите», я вошла в кабинет, сразу же столкнувшись с крайне недовольной миной моего несостоявшегося работодателя.

Босс сидел на своем кресле-троне, положив волосатые руки на зеркальный стол. И взгляд у него был ну вот совсем не располагающий.

— Здравствуйте, Нодар… э…

— Гургенович.

— Я пришла забрать свой паспорт. Он же вчера у вас остался.

— У меня, — протянул он, сверкнув черными маслянистыми глазами. — Ты почему на смену сегодня не вышла?

— Да видите ли… нашла другую работу.

— Тоже официанткой?

— Угу…

— А чем мое заведение не понравилось? — он грузно поднялся, и только теперь я увидела, какой у него огромный живот. Две пуговицы на рубашке внизу расстегнулись, видимо, не выдержав давления, выпустив на обозрение не менее мохнатый пупок.

Ужас…

Я отвела взгляд, уткнувшись в развешанные на стене фотографии посещавших заведение звезд.

— У вас отличный клуб, один из лучших, просто я живу очень далеко, неудобно ездить.

— А вчера, когда устраивалась, значит, было удобно?

Мне не понравился его настрой, как и странный, будто мутный взгляд.

Зачем-то посмотрела на дверь, потом снова на него.

— Да я как-то об этом сразу не подумала. Не волнуйтесь, никакую плату я за вчерашнюю смену не требую, просто верните мне мой паспорт, и я уйду.

— Вот так просто уйдешь?

Он обошел меня по кругу, рассматривая, словно товар.

— А поговорить?

Я опешила, обернувшись, потом что он завис сзади.

— О чем поговорить?

— Под хороший коньяк всегда найти тему можно. Да ты садись, — кивнул на кресло, но я, наоборот, отошла на шаг назад, сжав в кармане телефон, который забрала вместе с сумкой из подсобки.

— Я очень тороплюсь на электричку.

— Я тебе такси вызову. Да не волнуйся ты так, я же к тебе со всей душой. Садись, говорю, в ногах правды нет, — положил на мое плечо мясистую ладонь, насильно опуская в кресло.

Сердце пустилось в бешеный галоп, предчувствуя что-то очень и очень дерьмовое. Я ведь даже не сказала никому, что отправилась сюда. Никто об этом не знает.

— Но мне правда пора…

Он что-то пробурчал под нос на непонятном для меня языке и открыл заляпанную дверцу бара. Выудил большую квадратную бутыль, два стакана. Обернулся, не скрывая гнусную улыбку:

— Неужели ты до сих пор не поняла, что уйдешь отсюда только тогда, когда я этого захочу? Сейчас посидим с тобой. Поговорим по душам.

— Мне некогда. Пожалуйста, верните мне мой документ!

— Да ты чего такая дерганая, птичка? — положил ладонь на мое плечо. — Не хочешь уважить человека? Я к тебе ведь действительно с душой. На работу взял, хотя видно, что нигде ты раньше не работала. Не отказал, а ты как себя ведешь? «Не хочу, не буду». Разве это дело?

— Послушайте… — я попыталась подняться, но он буквально придавил меня к креслу.

— Я очень не люблю неблагодарных людей. На добро надо добром отвечать, не учили?

Полные мокрые губы изогнулись в наглой ухмылке. Не той, которая подкупает девчонок, когда так улыбается симпатичный любимец класса, а той, когда наглость — пугает.

Вот почему он взял меня вчера на работу так просто! Я еще удивлялась, как все гладко вышло…

Что же делать? Орать? Да разве кто придет на мои вопли? Скорее всего, подобное тут не редкость.

Да и драться я совсем не умею.

— Рыженькая… Хорошенькая. На мою первую любовь похожа, — улыбка стала сальной. — Не бойся, дядя Нодар тебя не обидит. Наоборот, отблагодарит, если хорошо будешь себя вести.

Он протянул руку, чтобы дотронуться до моей щеки, а я, сама не понимая, что творю, изо всех сил резко оттолкнула его от себя. Затем вскочила и, юркнув у него под рукой, побежала к двери, радуясь, что он не успел ее запереть.

Мне было дико страшно, слезы буквально душили. Паспорт я так и не забрала, но сейчас он тревожил меня в последнюю очередь. Единственное, что волновало на самом деле — это спастись от этого мерзкого мужика. Убежать, спрятаться, скрыться. Фу!

Стоило только представить, что было бы, запри он дверь, стало дурно.

— Аглая, ты куда это? Эй! — раздался за спиной голос Аллы, но я, ничего не слушая, ринулась прямиком на выход.

На улице было довольно многолюдно для столь позднего часа: горели вывески магазинов, по тротуарам спешили по своим делам люди, мелькали в едином потоке машины. Но я не чувствовала себя защищённый среди них, наоборот, теперь в лице каждого я видела врага.

Зайдя за угол клуба, опустилась возле стены на корточки и, прикрыв лицо ладонями, зарыдала, выплескивая эмоции.

Прав был Вишневский, что мне нечего здесь делать. Как же он был прав!

И как теперь мне забрать паспорт? Прийти сюда с мамой или полицией? Так ведь у меня нет ни единого доказательства его домогательств, мне никто не поверит просто на слово.

Впрочем, можно сказать, что я его потеряла, и как-то восстановить…

Неожиданно на тротуаре прямо напротив появились чьи-то пыльно-белые кроссовки.

— Эй, ты чего тут уселась, кукла? — раздался хриплый голос, и я подняла зареванное лицо на незнакомого мне парня. Короткая армейская стрижка, серьга в виде креста в ухе и взгляд, похожий на взгляд Гургена-Нодара. Такой же маслянисто-ненормальный.

— Ничего, — я шмыгнула носом и поднялась, поправив на плече ручку сумки. — Уже ухожу.

— Давай провожу.

— Не надо, я сама дойду, — я попыталась пройти, но он, широко раскинув руки, преградил мне путь.

— Да ладно тебе, не агрись. Затусим вместе, я место одно хорошее знаю, тут недалеко. Тебе точно понравится.

— Мне надо домой!

— А потом и домой поедем, конечно. Хочешь — ко мне, хочешь — к тебе.

— Сейчас же пропустите меня, иначе я кричать буду!

— Будешь, как же без этого, — хохотнул он и замолчал, когда в наш совсем не дружеский диалог вмешался третий, неожиданный голос:

— Не слышал, что тебе сказали? Дай ей пройти.

Паникуя из-за нового свалившегося на голову приключения, я совсем не заметила, как у нашей беседы появился свидетель…