Принцы Континента

Глава 20

Много лет назад на одной далекой планете докосмического уровня развития начались странности. Среднегодовая температура повышалась, полярные ледники таяли, а растительность начала свой буйный рост в середине апреля.

Карлу Эвансу едва исполнилось двадцать семь лет. Он работал менеджером по продажам в одной крупной торговой компании, которая принимала звонки с заказами через инфосеть. После пяти лет сидячего образа жизни у него начались проблемы со здоровьем. Врачи обнаружили у него ранее неизвестное заболевание, из-за которого у Карла постепенно отказывали все клетки тела. Он медленно умирал, и жить ему оставалось не больше четырех месяцев. Был апрель.

Лечение не помогало. Страховка закончилась и больше не покрывала счета за лечение. Карл уволился из компании и нанялся курьером к одному наркоторговцу, прекрасно осознавая риск. Ему было наплевать на тюрьму. Ни жены, ни детей, а семья живет в другом штате, ничего не зная о его проблемах со здоровьем. Карл считал, что так будет лучше.

Врачи отрабатывали деньги, делая анализы. Проводя консультации, прописывали курс психотерапии, при каждом посещении ставя новый диагноз. Они не знали, как вылечить болезнь Карла, и потому пробовали всё, на что хватало денег пациента и возможностей медицинского центра.

Отчаявшись получить помощь от современной медицины, Карл обратился к местным шаманам, которые вообще не обладали магией. И он быстро это понял. Потом нашел в сети упоминания о сделках с демонами на перекрестках. Легко догадаться, что демоны не ответили на его зов. А Карлу становилось всё хуже. Тело стало плохо слушаться, и местами полностью пропала чувствительность.

В сети нашлось упоминание о Вестниках Возможностей, которые встречаются с людьми в реале и заключают своеобразный контракт. Их интересовали не души, а определенные поступки. Кому-то давали задание оказать помощь незнакомому человеку, ночью, посреди пустыни. Кому-то — помочь встретится двум любящим сердцам. Заданий было много и отзывов еще больше. Вестники и те, кто за ними стоял, контролировали количество информации, попадающей в сеть. Искатель должен был собрать по крупицам информацию о том, как, где и когда можно найти Вестника, чтобы заключить контракт. В этом деле Карлу помог знакомый хакер его работодателя. По-другому на Вестника было не выйти.

Встреча прошла не совсем гладко. В тот вечер все инстинкты Карла буквально кричали о том, что Вестник его обманет. Вдобавок случился приступ, Карла увезли в больницу, а Вестник переместил место встречи с Просителями на другой адрес. Карл был упрям и снова нашел Вестника. Вместо ожидаемой просьбы «Исцеления от болезни» Карл попросил возможность исцелить любой недуг, поразивший его тело. Формулировка была абстрактной, но Вестник ее принял, назначив заданием собственноручно лишить жизни одно разумное существо. Нельзя было использовать огнестрельное и любое другое стрелковое оружие. Удавить, отравить, загрызть — способов было много.

Карл знал наркомана, живущего по соседству. Пропащий человек с кучей недостатков идеально подходил на роль жертвы для Вестника. Карл следил за ним неделю, узнал маршрут и примерный график передвижений, подготовил западню в темном переулке рядом с домом. Ночь, тихий переулок, руки в перчатках сжимают струну, которая через несколько секунд окажется на шее наркомана, и тут у жертвы раздался звонок. Ребенок позвонил отцу, который души не чаял в своем чаде. За время разговора Карл узнал, что наркоман живет отдельно от матери ребенка, чтобы тот не видел, что наркота делает с нормальным человеком.

Карл отказался от идеи убийства и решил прожить оставшееся ему время так, как он всегда мечтал. Съехал с городской квартиры в арендованный домик в лесу. Дизельный генератор, куча продуктов и чистый природный воздух. Но этого было мало. Карл чувствовал страх и одиночество. Не с кем было разделить свои переживания. Рядом не было того, кто мог его подбодрить.

На следующий день после переезда Карл посетил приют для бездомных животных. Там была специальная комната, где содержат смертельно больных собак и кошек, которых должны усыпить в течение недели, если не найдется подходящего хозяина. Знаешь, каково это, — находится в комнате, в которой все знают, что умрут в скором времени⁈ Такую атмосферу мог понять только тот, кто сам находился в такой ситуации. Карл был таким! Когда ветеринар спросил его, зачем он берет смертельно больных собак, если сам скоро умрет, Карл ответил «Я хочу, чтобы у них тоже был шанс насладиться нормальной жизнью перед смертью». Собаки не понимают человеческой речи, но смысл этих слов дошел и до них. Знаешь, как чувствует себя ветеринар, внезапно оказавшийся в тихой комнате⁈ Ни лая, ни скулежа, ни рычания. И перед тобой стоит умирающий человек с несгибаемой волей. Отказ был неприемлем.

Карл забрал из приюта десять собак. Самой старой была Бриби — ей был уже двадцать один год по человеческим меркам. Гасси Сью — пятнадцать. Почти слепой пуделихе Эми — восемнадцать. Маленькие собаки живут дольше крупных. Эбби и Чампу по девять лет. Лохматой дворняге Карли — четырнадцать. У братьев овчарок Мэйсона и Бэйли было генетическое заболевание сердечно-сосудистой системы. Им было вроде лет тринадцать или четырнадцать. Старушке Ратзу — почти двадцать один. И голубоглазый засранец Пикассо, который всё время вызывал смех Карла выражением своей мордочки. Пес выглядел так, словно показывает свою самую безумную улыбку.

С того дня каждое утро было наполнено счастьем. Собаки заставляли Карла просыпаться и кормить их. Делал уколы, даже если сами были против. Затем часовая прогулка и игры на открытом воздухе. Каждый день Карл выбирал новый маршрут для прогулок по лесу. Каждый день Карл шел на работу наркоторговца, привозя домой лакомства для собак. Его встречали, его любили, ему напоминали о том, как важен каждый прожитый день.

Во время прогулок старушка Ратзу следовала позади всех остальных, не давая собакам разбредаться. Всю свою жизнь она прожила на ферме по разведению овец. Сказывались привычки пастушьего пса. Пикассо шел рядом с Карлом, заставляя того постоянно смеяться над своей улыбкой.

Тем временем весь остальной мир сходил с ума. С ростом температуры увеличился рост растительности, который в свою очередь увеличил количество кислорода в атмосфере. Пес Мэйсон умер от укуса гигантской ядовитой сороконожки. Ночью, не выдержав разлуки с братом, сдало сердце Бэйли. Они были похоронены за домом на небольшой полянке. За следующие два месяца умерло еще шесть собак по различным причинам.

Первого августа Карл посетил своего лечащего врача, показал неприличный жест и сказал, что он ничего не понимает в медицине. Прошло четыре месяца, а он все еще был жив и доктор не мог это как-либо объяснить. Правда в этот раз врач сказал, что до сентября Карл точно не доживет.

В тот же день Карл взял еще семь собак из приюта. Таксу Пуппи, вредную Джинджер, дворнягу Леди, молчаливого Джоуи, костлявую борзую Рози, бродягу Купера и слепого пса Джуна. Доктор был прав. К концу августа Карл едва мог передвигаться по дому, забыв о ежедневных прогулках. Двадцать пятого числа он вызвал скорую, попросив медбрата перед уходом оставить входную дверь дома открытой и вскрыть все упаковки с собачьим кормом. Последним живым псом был Пикассо.

Назло доктору Карл терпел до первого сентября и затем покончил жизнь самоубийством, приняв смертельную дозу аспирина.

Джибрил жевал паек, ежедневно присылаемый исами.

— Не знаю, как тебя зовут, но тебе не кажется, что рассказ в тысячу баллов должен быть чуточку интереснее⁈

— Вестники никогда не лгут! Совершив самоубийство, Карл выполнил условия договора и получил желаемое.

— Дай угадаю! Карл восстал из мертвых.

— Нет. Он умер. В середине сентября Пикассо нашел его тело в морге.

— Тогда в чем смысл рассказа?

— Хороший вопрос. Ноосфера планеты, на которой жил Карл, подключалась к общему информационному пространству Древа Миров Тальзеура. Температура начала повышаться, электроника — отказывать, пространство — меняться. В мире появилась магия, и вместе с ней пошли изменения в биосфере планеты. В сентябре на города человечества начали нападать гигантские насекомые. Почти все люди вымерли в течение следующих нескольких лет. Появление Вестников Возможностей было первым шагом к созданию рукотворных энергоинформационных структур в астральном плане планеты. Случай Карла — это… стечение обстоятельств. В его доме погибло шестнадцать собак, и каждая из них, находясь на пороге смерти, желала хозяину только добра. Сам Карл стоял одной ногой в могиле. Его дом стал местом естественного локального астрального разлома. Добавь к этому заключенный контракт с Вестником.

— Он воскрес?

— Нет. Если тебя это беспокоит, его труп сожрали вместе с мертвым телом Пикассо.

— Тогда какой смысл мне все это рассказывать.

— Я тот самый Пикассо.

— Поздравляю.

— А ты тот самый Карл Эванс.

— Хватит с меня бредней сумасшедшей собаки.

— Ты — Карл Эванс, заключивший контракт с Вестником. Ты хозяин семнадцати погибших собак.

— Меня зовут Джибрил Ранно.

— Но ты и сам знаешь, что это не твое имя.

— Да, как и то, что я — не Карл Эванс.

Пикассо молчал, пытаясь найти правильный ответ. До сорок первого нападения на поселок осталось чуть больше получаса. Из-за угла вышел Оскар.

— С кем ты разговариваешь?

Джибрил подумал о том, как он сейчас выглядит со стороны.

— С невидимой сумасшедшей собакой в человеческом обличии, которую исами прислали вместо покупки за тысячу баллов.

— Слушай, а что будет после роботов? Есть смысл копить дальше?

В словах Оскара не было и намека на сарказм.

— То есть тебя не смущает услышанное?

— Я видел три твоих трупа. Видел, как ты свое мертвое тело выковыривал из Малинки. На фоне этого невидимая собака кажется вполне правдоподобной. Так что с роботами?

Недавно Оскар стал последним из Ноландов Тихих Вод. Рукан подорвал себя вместе с реактором, разрушив дом мэра и медкапсулу с Брудо. Кукол и роботов больше не было.

— Роботы исами хороши, но учти: они отличаются от наших. По сути, это идеальные солдаты. На L16 и выше у них повышается живучесть и способность к самовосстановлению. Оскар, меня терзают смутные сомнения. Почему ты не заменил киберимпланты Содружества на то, что предлагают исами? Баллов у тебя хватает.

— А где гарантия, что они останутся со мной после освобождения? Сильно сомневаюсь, что нам дадут что-то забрать с собой. Ладно, не буду больше оттягивать твое свидание с духом мертвой собаки.

— А я не говорил, что она мертвая.

— Угумс. А я не говорил, что у нас все еще работает видеонаблюдение. Бывай.

Пикассо проводил взглядом Оскара.

— У тебя нет имени, поэтому ты просишь называть тебя Джи. Безликое бессмертное создание, чья сущность и смысл существования описывается одной, ничего не значащей буквой.

— Слушай, мне просто было нужно имя. И я выбрал Джи. Может, свалишь обратно на станцию? Я всё еще жду свой костюм!

— Да, я скоро покину эту звездную систему. Выслушай меня. Выполняя свои обязательства по контракту, Вестник и впрямь обманул тебя, наградив даром, не имеющий четкой формы. Поэтому у тебя нет полноценного игрового интерфейса Генезиса. Это как создать безымянную учетную запись с запасом нераспределенных очков характеристик. В понимании обычных людей это невозможно, но Генезис поддерживает и мнемонические имена. Именем может быть воспоминание, запах, набор качеств характера, то есть в принципе — всё что угодно. Поскольку ты не можешь осознать себя и свой дар, ты не можешь использовать все возможности Генезиса.

Джибрил нахмурился.

— Недо-игрок?

— По меркам Содружества — да. Но в глазах исами ты, скорее, игрок другого Плана. Мы назвали твой дар Немертвым. Основополагающая идея дара в том, что, если уничтожить физическую оболочку, душа уйдет в ближайший слой астрала, но не разрушится, как это бывает с обычными человеческими душами. Она соберет свободную энергию и создаст себе сначала ментальное тело, а затем — его материальную проекцию. Даже если тебя отправить сгорать в пламени звезды, ты воскреснешь в ближайшей точке пространства с пригодными для жизни условиями. Твоя душа может бесконечно долго находиться в астрале, не разрушаясь на элементарные энергоинформационные структуры. Но, как и любого другого, тебя возможно убить в астрале, когда ты потеряешь материальную оболочку.

— Это возможно⁈ Я могу умереть⁈

Пикассо печально покачал головой.

— Астрал — территория духов и идей. В нем сложно найти обычную душу, не говоря уже о том, кто не имеет имени и формы. Твоя душа, должно быть, выглядит, как облако, сливающееся с энергетическим фоном астрала. Чтобы тебя убить, необходимо сначала уничтожить материальную оболочку, потом локализовать кусок астрала с твоей душой, и только потом ее уничтожить. Даже для представителей народа исами это была бы очень сложная задача.

— Грусть, печаль, тоска.

Пикассо поправил очки, довольно улыбаясь.

— Лгун! Ты больше не стремишься умереть. За последние четыре месяца ты погибал больше сотни раз, и это повлияло на форму твоего дара. Сначала мы не могли понять, откуда такая преданность Кузану. Потом проследили за душой после смерти и увидели нечто невероятное. Твоя душа — это контейнер, который может хранить души других существ. Ты мог бы быть живой тюрьмой для богов Генезиса, навсегда запечатав их внутри себя. Но нет! Выбор хранимых душ производится по неизвестной логике. Знаешь, что сидит внутри тебя?

— Тут я должен сказать: «что⁈»

— Души четырнадцати собак. Они влияют на твою собственную душу. Твоя преданность Кузану была следствием их влияния. Когда ты умирал, они отдавали частичку себя, меняя форму твоего дара.

— Я ем чужие души?

— Скорее, взымаешь с них плату за проезд, улучшая свой собственный дар. Несколько нападений назад мы наблюдали занятную картину. Бойца Малинку из числа Защитников вместе со скафом превратили в груду искорёженного металла. Сорок два перелома, разрыв сердца и большинства внутренних органов. Рваная рана на шее, вмятина на шлеме, мозг в кашу. Исами ищут камерами точку возрождения, но тебя нигде нет. И тут искорёженный скаф начинает выправлять вмятины, вправляет выгнутые коленные суставы, и ты поднимаешься на ноги. Источник питания не работает, внешняя мускулатура пришла в негодность, на шлеме так и красуется вмятина. Как⁈ Подумали — нежить, но эманаций смерти нет. Да и как ты мог двигаться при дополнительной нагрузке в двести килограмм⁈ Оказалось, нечто высосало энергию из трех больших источников питания скафа. Произошел локальный случай некротрансформации тела, которое душа отказалась покидать. В средоточии твоей души осталось не так много свободных духовных частиц, и ты прибег к другому способу возрождения. Свободное воскрешение преобразовалось в некротрансформацию после смерти. Мы были удивлены! Сначала ты выглядел как смесь органики и металла, используя каркас скафа как внешний скелет для истинного тела. Но как только бой закончился, некроорганика снова начала перестраиваться, став обычной органикой. Из скафа вылез похудевший Джибрил Ранно. Интересно, каковы пределы твоего бессмертия?

— А в туалете вы за мной тоже следите? Хотя, зачем я спрашиваю⁈ Если вам хватило возможностей заглянуть в искорёженный скаф, то о каком уединении может быть речь⁈

— Ты должен был это почувствовать. Как только влияние чужих душ ослабло, проявилась твоя истинная натура. Ты все еще хочешь встретиться с Кузаном, но уже не так сильно.

— Пикассо или как там тебя. Ты мне реально надоел! Я покупал средство индивидуальной защиты последнего поколения, а не собаку-болтуна. Бла-бла-бла. Я человек, ясно⁈ Возможно, у меня есть недостатки, но я стараюсь их не замечать. Лети к своим исами, и пусть они пришлют мне заказанный товар.

— Хорошо. Ты получишь желаемое.

— Тогда зачем был нужен этот бесконечно длинный диалог?

— Задумайся. Куда могли деться две души собак, если ты сам их точно не стал бы съедать?

— Сбежали от плохого хозяина?

— Нет, собаки редко сбегают. Поверь опыту пса, прожившего множество жизней. Один раз ты умер, и Ратзу провела тебя в другой мир. Там нашелся некто, понявший твою суть, и пошел убить тебя. Лулу вытащила твою душу из ловушки и помогла спастись бегством, показав путь в другой мир. Я говорю это к тому, что ты НЕ Бессмертен, а просто трудно убиваем. Помни об этом.

— Поэтому вы назвали этот дар Немертвым?

— Да.

— Может, скажешь перед уходом, кто ты такой?

— Я Ктуц. У народа исами домашние питомцы занимают определенную ступень общества. Ктуц своего вида передает духовное послание от умершего питомца его преемнику. Если прежний пес любил хозяина и помнил все его привычки, то эти знания будут переданы духовным посланием тому, кто займет место старого пса после смерти. Я похож на тебя, Джи. Только я храню чужую память, а не души. Наша встреча в одной из наших прошлых жизней была случайностью. Но ты был тем, кто снова объяснил мне значение слова дом. Дарил любовь, ничего не прося взамен. Мы все любили тебя, Карл. И все думали о том, как тебя отблагодарить. Души, спрятанные в тебе, — это и есть наша благодарность. Я взял на себя обязательства рассказать правду о произошедшем. Теперь ты знаешь, кто ты. Как обрел дар и откуда взялась твоя преданность.

Джибрил обдумал услышанное и хотел было что-то спросить, но Пикассо пропал так же неожиданно, как и появился. На том месте, где он стоял, лежала горка из серебристого тяжелого дыма — нательный костюм оператора Высших.