Просто Она

Глава 41.

Сука, сука, сука…Я не думал, что будет настолько, НАСТОЛЬКО хреново!

Просто…

Фак.

Я ненавидел скотч всей душой, бурбон и виски шли в комплекте.

И Элис я тоже ненавидел!

В какой-то момент просто сказал ей, что поменяю замки в квартире, квартиру, город, континент – видеть ее больше не могу!

Свалила, к счастью для неё.

Новый телефон со старыми контактами постоянно жег руку.

И еще…

Какого-то хрена я попросил приятеля еще раз прислать мне то самое фото.

Как интересно получается, Москва – огромный мегаполис и в то же время крохотная деревня, где каждая собака друг друга знает.

Мы с феей обедали в ресторане, случайно встретили моего давнего приятеля – мы вместе учились, сначала в Москве, потом в Штатах. Не дружили, нет, просто нормально общались, если попадали в какие-то общие компании. Эдик Эрлинг, бизнесмен, до моего масштаба ему, конечно, было сильно далековато, но это нам не мешало при встрече прекрасно контактировать. К тому же Эдик так же, как и я часто бывал в Нью-Йорке, и в каждый его приезд мы обязательно встречались – обязательный поход в клуб, со всеми вытекающими – правда, все, что из нас вытекало попадало в резиновые объятия средств защиты, но, было весело.

И вот встреча в Москве - Эдик подсел к нам за столик, с ним была его девушка, милая брюнеточка, балерина из Большого. Вчетвером мы беседовали около получаса. Эрлинг конечно же успел хорошо разглядеть мою спутницу. Видимо, очень хорошо. Слишком.

Потому, что фотографию из ICON прислал мне именно он.

Это Эдик Эрлинг видел, как моя фея беззастенчиво позволяет своему бывшему будущему мужу проводить ревизию не просто своего нижнего белья, но еще и того, что у нее там, под бельем.

То, что, мать твою, принадлежало мне!

Ха! Это я так думал! Хренов миллиардер.

Оказывается, вот это вот все было вполне себе в свободном доступе!

И пока я херачил как проклятый чтобы закрыть самые важные дела, требующие моего непосредственного вмешательства, и чтобы иметь возможность уехать не на недельку, а как минимум на месяц, моя феечка ничтоже сумняшеся ублажала своего белобрысого ублюдка, разрешая тому массировать точку «джи»!

Фак.

Ненавижу!

Я реально считал, что я их ненавижу! Ее, его… обоих.

Она еще не постеснялась после всего мне написать!

Сука. В тот момент я думал о ней только так.

Чуть не разбил новый телефон.

Потом она еще звонила.

Почему я не внес ее номер в ЧС?

Не знаю.

Не внес.

Потом Элис – она все-таки заловила меня в парке, я возобновил утренние пробежки – рассказала, что Наташа звонила и ей.

- И?

- Что «и»? Ты еще спрашиваешь? Я сказала ей, что с проститутками я не хочу иметь ничего общего.

- Так и сказала? – Я усмехнулся понимая, что Элис выразилась более емко и витиевато. Наверняка.

- Назвала ее сукой и отправила ей то фото, которое ты мне показал.

- Отправила фото? На хрена?

- Ну… я так поняла, она не вдуплила что произошло…А тут все так наглядно.

- А… подожди, откуда ты взяла это фото?

- Ну… - Элис замялась, - Ты когда телефон разбил, я его потом поднимала, ну и… в общем я себе переслала фото с того телефона.

- Зачем?

- Зачем? Ты еще спрашиваешь? А потому, что я знала, что Наташа твоя будет меня доставать! Писать, звонить, задалбывать всякими вопросами. А тут я пришлю ей фотку и – нет вопросов!

Я сомневался, что Наташа задалбывала Элис, но…

- Зато, видишь, теперь она ни тебе не пишет, ни мне. Свобода!

Свобода… на хер мне не сдалась эта свобода!

Я ждал, что она будет пытаться связаться со мной, объяснить. Ну, мало ли? Может, он ее специально так подставил? Хотя… откуда ему знать, что в клубе будет Эрлинг и что он мой друг?

Может, Трошин этот вообще дела это против воли Наташи? Хотя, на фото она не казалась жертвой маньяка. На ее лице было, мать его, блаженство! Но…

Фак! Сколько угодно могло быть этих «может».

Наталья не позвонила. Ничего не пыталась объяснить.

Значит…

Виновна?

Я не знал. Я не был уверен до конца, но…

Во мне горело яростное желание поквитаться. Сделать что-то такое, что реально может Наталью задеть!

И я… в общем, сначала я думал пуститься во все тяжкие, но потом…

Потом в моей голове, заточенной на выдумку всего уникального и эксклюзивного родилась идея, которую я ни уникальной, ни эксклюзивной назвать не мог, но…

Мне просто очень захотелось тоже сделать ей больно.

Потому, что я реально, сука, дышать не мог, представляя, что в ее трусиках не просто рука Трошина, а…

Нет, мать твою… меня выворачивало от одной мысли, что… А ведь наверняка он ее трахал?

Да, пока я просиживал брюки, сшитые известным портным на заседаниях и встречах, этот гандон ее трахал!

Я тоже хотел кого-нибудь трахнуть.

Желательно Трошина. Желательно по голове. И так, чтобы у него навсегда пропало всякое желание тянуть ручонки к чужим женщинам!

Хотя… считал ли он ее моей женщиной? Считала ли она себя моей женщиной?

Считал ли я ее своей женщиной, если вот так просто взял и оставил ее одну так надолго?

Столько вопросов, и один ответ.

Сам мудак.

Все прое…

Но желание отомстить все-таки было.

А как может отомстить простой российский парень, с парой миллиардов на счету?

Найти себе красотку-модель и уйти с ней в отрыв?

Ну да, почти. Вот только среднестатистическая московская барышня об этом вряд ли узнает.

И что же сделать для того, чтобы она узнала?

Вот поэтому я и имею такой счет в банке, не только благодаря отцу, а потому, что и сам шарю!

Кое-что вспомнил, кое-что сопоставил. Оно, конечно, могло и не проканать, но…

Даже если эта болтушка с работы не будет обсуждать в коллективе новый номер «Tatler», то уж Женя точно расскажет своей лучшей подруге о том, что ее деверь в Америке ведет достаточно активный светский образ жизни.

И что ему там, сука, хорошо!

Но это не точно.

Плохо мне было.

Так плохо что….

- Наташ, я больше так не могу!

Я прижал ее к стене и…посмотрел ей в глаза.

Мои изумруды в золоте. Сейчас они были больше похожи на Эгейское море в шторм, словно волны омывали драгоценные камни.

- Не плачь…

Не нужно было ничего говорить, нужно было действовать.

Мои губы нашли ее рот… Блаженство!

И сразу все стало таким простым и понятным! И…

И мне реально было плевать, что у неё там с Трошиным, крутится ли этот ублюдок рядом, или…

Нет. Я знал, что не крутится!

Я все, мать твою, про нее узнал!

- Алекс, слушай…

- Андрей, ну что ты за мудак, а?

- Стоп, брат! Брейк! Спокойно! Дай я скажу, а потом… Мне просто нужно знать, ты можешь спросить у своей жены…

- Я не собираюсь нервировать беременную жену из-за такого дебила!

Фак, я и забыл, что скоро стану дядей! Ну, уже не первый раз – сестра, Даша давно уже нас одарила чудными племяшками, да и дочку Жени моя семья приняла как родную и это не обсуждалось. И то, что мой младшенький обойдет меня в этом было понятно давно, я к родительству особенно не стремился. Но все-таки, момент волнительный.

- Алекс, я не прошу тебя никого нервировать, просто…

Просто мне нужно было знать.

И я узнал.

Эпизод с Трошиным был досадным недоразумением.

Наташа хоть и работала с ним в одной фирме, но их дружеским отношениям пришел конец.

Она одна и…

И она отказывалась приезжать к Жене и Алексу на новогоднюю вечеринку, потому что собралась поехать за город в компании новых знакомых, среди которых много молодых холостяков.

Really?

Я понял, что история с холостяками была рассказана что называется «спешели фор ми» - специально для долбоящера Андрея Устюгова.

Ну, долбоящер-долбоящером, но крылышки определенно выросли.

Такие, на которых океан перелететь, как «здрасьте»!

И я перелетел.

Потому, что Рождественские каникулы и для американских воротил бизнеса – это Рождественские каникулы!

И все контракты у меня были если не подписаны, то в стадии завершения – доделать их можно было и позже, и сделать это мог не я, а, например, отец, который давно хотел отвезти маму на Манхэттен.

В общем…

- Как ты мог, Андрей?

Я почувствовал кулачки, упирающиеся мне в грудь.

- Прости…

- Как ты мог поверить, что я…

- Что ты - что?

- Что? Да пошел ты…

Она стала вырываться, но хрен там угадала! Я оплел ее руками, поднял и понес, на ходу сбрасывая удобные ботинки-сникерсы, которые надел в самолет.

Спальня, кажется, была за второй дверью.

Точно. Вот она. Милое девичье белье – черное с красным – ага, какое еще могло быть у моей феи? На такой постели только обряды магические устраивать.

И сексом заниматься до потери пульса. Что я, собственно, и собирался делать.

- Нет, Андрей!

- Да, Наташа!

- Нет!

-Да! Да, детка, я сказал да!

- Скажи это своей тупой блондинке! Пусть она…

- Тш-ш-ш…

Рот женщине лучше всего закрывать поцелуем! Лайфхак! Не благодарите!

Я пытался удержать ее, одновременно стаскивая с себя куртку, это было не так-то просто, правда, через пару минут я понял, что мне кто-то активно помогает.

Фея стягивала с меня поло, скользя холодными ладошками по моей коже, которая, кажется, горела огнем. Она прижималась ко мне в нетерпении, и это так заводило!

- Да, милая, сейчас! – мне удалось справиться с ремнем и молнией на джинсах, я пытался стряхнуть их с себя так, чтобы не покалечить фею, которая стала подозрительно хрупкой. И мне очень нравилось то, что я приучил ее ходить дома без белья. Это тоже круто вставляло!

Я накрыл ладонью ее лоно, наслаждаясь самым простым прикосновением, а сам стягивал свои брифы, вот уже напряженная, буквально раскаленная головка прижалась к входу…

- Нет, остановись!

- Нет уж, я один раз остановился… Хватит!

Я вошел, медленно – чего мне это стоило! – пристально глядя ей в глаза. Я видел, как она дышит! Равно, испуганно и так… опьяняюще целомудренно!

Как будто я сатир, который застал непорочную нимфу на привале и занялся ее совращением. Мне нравилось это сравнение. Очень.

- Андрей, так нельзя…

- Почему?

- Ты… я..

- Вот именно, ты и я, мы… Мы и только мы! И мы с тобой должны встречаться именно так.

- А что…

Я опять закрыл ей рот поцелуем. Поговорить мы можем и после!

Мой член заслужил премиальные, в виде сверхурочной, так что…

Господи, как же было хорошо иметь ее! Резко, остро, до головокружения, до судорог в теле! И как же круто видеть ее под собой! Такую охренительно сладкую, мягкую, возбужденную! Я вводил головку, ощущая просто потоп там – она текла для меня, текла по мне! Она меня хотела, до тех же судорог!

- Ан… Андрей!...

Я поглаживал ее клитор, одновременно наращивая темп, потому что чувствовал, что она взлетает. Еще разочек, еще! И…

Она закричала, слезы покатились из глаз, а я как ненормальный продолжал врубаться, каждым движением вбирая кайф от ее фееричного финала. И сам уже сцепив зубы сдерживал крик, чувствуя, как поток спермы буквально хлынул в нее.

Господи, какое же это блаженство!

Я упал прямо на неё, мне нужна была минутка передышки и я хотел провести эту минуту, нагло пригвоздив феечку к койке.

- Андрей, тяжело…Я дышать не могу.

Я чуть сполз, продолжая ее удерживать.

- Теперь мы поговорим?

- Нет.

- Что?

- Не поговорим!

Я начал облизывать ее губы, медленно, обстоятельно, очень тщательно. Она тяжело дышала, постанывая с каждым выдохом. Мой крепкий приятель все еще был в ней, несмотря на выброс, достойный ядерного реактора Фукусимы, он все еще оставался в тонусе.

Я был способен на такие подвиги только с ней.

Собственно, Наташа была последней женщиной, с которой я занимался любовью, то есть единственной в последнее время – вот так будет правильно.

Или… вообще единственной, в принципе.

Вот это really правда!

Я медленно раскачивался, чуть углубляя поцелуй. Потом прошелся губами по ключицам, по шее, остановился у ушка.

- Если ты хочешь поговорить, что я могу в красках рассказать, что я с тобой хочу сделать и что точно сделаю! Учти, слово плетка будет повторяться несколько раз. И попочку твою я разукрашу так, что ты сидеть не сможешь!

Я опустил голову, мои пальцы заскользили по высокой, упругой груди – какие аппетитные у нее сосочки! Так и просились в рот!

Я собрал груди вместе, стараясь захватить оба соска. Она стонала, и я знал, что она испытывает и боль, и удовольствие. Моя девочка!

- Андрей…

- Молчи…

- Сильнее…

Что? Она сказала…?

- Прошу тебя, я хочу… сильнее!

Если вы хотите, чтобы я подарил вам фразу, которая сто процентов понравится любому мужчине – вот она! Попросите его сделать это сильнее! Нормальный мужчина после этого оттрахает вас так, что вы ноги сдвинуть не сможете!

А ненормальный… не надо заниматься сексом с ненормальными!

Я резко вышел, заставил ее перевернуться на живот, приподнял попку и вошел сзади – в этой позиции я входил еще глубже и нужно было быть осторожнее, но… Как же это было круто, когда ее попка прижималась к моему паху!

Всхлип, еще всхлип, стон, крик! Да, эту мелодию я очень люблю!

Я снова бурно кончил, на этот раз не сдерживая себя, почти рыча ей в шею.

Охренеть!

И снова я лежал на ней, стараясь понять, есть ли у меня силы дышать дальше.

Она шевельнулась, чуть сталкивая мою тушу с себя.

- Ну, что, теперь поговорим?

Да уж, теперь можно было и поговорить!