Глава 10

Настало воскресенье, и гости разъехались. Кэтлин помахала им вслед и, погрустневшая, вернулась к себе, чтобы принять душ и переодеться к приезду новых гостей, которых ждали к вечеру. Ее удивило, что расставание оказалось столь трудным. У нее действительно было ощущение, что она теряет друзей.

Натянув синие джинсы, Кэтлин критически оглядела содержимое своего шкафа. Ее синяя с белым блузка находилась в стирке, а для свитера было слишком тепло. Она привезла сюда целый гардероб, а оказалось, что ей нечего надеть. Жизнь на «Дабл-Би» не требовала вечерних туалетов, модных платьев для коктейля или шикарных деловых костюмов.

Так что придется обходиться немногими подходящими вещами, пока не удастся съездить в Ларами и пополнить гардероб. Сняв бирюзовую блузку с вешалки, Кэтлин через голову натянула ее. Конечно, блузка была чересчур нарядной, но выхода не было.

Кэтлин готовилась потушить свет в кладовке, служившей ей шкафом, но тут ее внимание привлекло любимое вечернее платье. Оно было сшито из нежно-зеленого шифона с шелковой нижней юбкой. Лиф был расшит бисером и держался на тоненьких бретельках-»спагетти». Кэтлин надевала его лишь один раз, во время медового месяца, а обошлось оно в целое состояние. Если она останется на ранчо, у нее уже не будет случая надеть его вновь.

Кэтлин сняла его с вешалки и подошла с ним к зеркалу. Приложив платье к себе, она вспомнила тот вечер, когда была в нем. Это был официальный прием во французском посольстве. Они представляли семейство Синклеров, и Кэтлин провела весь вечер в болтовне с женами влиятельных людей. По правде говоря, прием был скучен до невероятности, и она была счастлива, когда он закончился.

Да, если она наденет его на одну из субботних танцулек на ранчо, это будет сенсацией. Кэтлин даже засмеялась, представив себе выражение лица Дэйна, если она в этом наряде возникнет в дверях их похожего на амбар танцевального зала. Он объявит ей, что она рехнулась, и утащит обратно в комнату, пока присутствующие ее не засмеяли. Разумеется, она не станет его надевать. Оно совершенно не подходит к здешним танцам, хотя, право, стоило бы так одеться, чтобы посмотреть на ошеломленный вид Дэйна.

От платья мысли Кэтлин невольно перешли к ее деловому партнеру. Дэйн представлял собой загадку, которую она никак не могла разгадать. Бывали минуты, когда он выглядел типичным ковбоем, с этими его «не-а» и «угу», а также сочными словечками из вестернов. А иногда он вдруг представал перед ней образованным и даже изысканным, что было удивительным для старшего ковбоя на далеком ранчо. Он, несомненно, получил хорошее образование. В этом Кэтлин не сомневалась. Она готова была поклясться, что он окончил первоклассный колледж. В то же время она была уверена, что он вырос на ранчо. Он хорошо знал, как управлять животноводческим хозяйством, и эти знания нельзя было получить из книжек и бесед со скотоводами. Они приобретались годами опыта. Но при этом Дэйн многое знал о рынке ценных бумаг и не далее как вчера упомянул выставку, которую видел в музее «Метрополитен». В Дэйне Моррисоне было много необъяснимого, в том числе и такой факт: когда Кэтлин облила свою шелковую блузку соусом, он тут же побежал и принес бутылку содовой. Это было абсолютно правильно, но откуда он об этом знал?

В дверь постучали. Кэтлин подошла к двери, на ходу уронив свое роскошное платье на постель. Старые гости уже час как уехали, а новые приедут не раньше чем через три часа.

– Миссис Брэдфорд?

Это была Лайза Торнтон, одна из выпускниц школы, которых они нанимали на лето. Кэтлин приветливо улыбнулась: ей нравилась эта жизнерадостная и дружелюбная брюнетка.

– Какие-то проблемы, Лайза?

– Миссис Брэдфорд, мне нужно сегодня уйти пораньше, но Триш обещала поработать за меня.

Кэтлин кивнула. Глаза Лайзы светились счастьем, и вид у нее был радостно-взволнованный.

– Хорошо, Лайза. А в чем дело? Особое свидание?

– Нет, миссис Брэдфорд. – Лайза смущенно зарделась. – Мама только что позвонила мне и сказала, что я выиграла конкурс штата по сочинениям. В пятницу вечером я должна быть в Шайенне, чтобы получить приз на большом банкете. Там будет очень шикарно, и мне надо поскорее пойти домой и сообразить что-то насчет наряда.

– Сообразить? – озадаченно переспросила Кэтлин. – Это что, еще одно местное выражение?

– Я имею в виду, что мне нужно что-нибудь сшить, – объяснила Лайза. – Я не хочу просить у мамы денег на новое платье. Теперь, когда нет отца, мы едва справляемся. Моя летняя работа очень нас поддержала, но отложить много денег я не смогла.

Кэтлин задумчиво посмотрела на Лайзу и кивнула головой. Она поняла, что сейчас сделает.

– Какое платье ты бы хотела, Лайза?

– Толком не знаю. Что-нибудь по-настоящему элегантное. Призы должен вручать губернатор, и я буду стоять перед всеми этими людьми…

Кэтлин прикинула, что они с Лайзой примерно одного размера.

– Погляди на платье, что лежит на постели, и скажи, оно тебе нравится?

– Это? – Лайза подошла поближе и осторожно коснулась ткани. – Оно изумительное! Вы разрешите мне скопировать фасон? Я не буду его распарывать, я просто срисую его прямо здесь. Если вы разрешите…

Кэтлин прервала ее:

– Примерь его, Лайза. Посмотрим, как оно на тебе сидит.

– Правда?

– Ну конечно. Я хочу увидеть, как ты в нем выглядишь.

Лайза не стала дожидаться повторного приглашения. Ее живые карие глаза засверкали, она поспешно сбросила джинсы и рубашку и натянула через голову платье. Кэтлин помогла ей застегнуть молнию и подвела Лайзу к зеркалу.

– По-моему, великолепно.

– По-моему, тоже, – рассмеялась Лайза, медленно поворачиваясь, чтобы полюбоваться своим отражением. – Конечно, я не смогу скопировать вышивку бисером на лифе. Бисер очень дорог, да и времени на это уйдет слишком много. Но фасон просто идеален. А какой потрясающий цвет! Интересно, смогу я отыскать похожий материал в Ларами?

Платье Кэтлин было из дорогой импортной ткани, так что Кэтлин сомневалась, что в Ларами вообще найдется что-либо подобное.

– Не думаю, Лайза, что сможешь, но тебе и не надо никуда ехать. Платье твое.

– Мое? Но… – Лайза замолчала, потрясенно глядя на Кэтлин. – Вы хотите сказать, что я могу взять его для банкета?

– Нет. Можешь забирать насовсем. Я сейчас расстегну молнию и поищу для него пакет. У меня где-то должны быть.

– Но… почему вы дарите мне такое?.. – Лайза никак не могла прийти в себя.

– А почему бы и нет? У тебя есть повод его надеть, а у меня нету. И если я останусь здесь, на «Дабл-Би», я уж никак не попаду на необыкновенные банкеты или вечеринки с коктейлями.

– Никто никогда не был так добр ко мне. – Губы Лайзы задрожали, она готова была расплакаться. – Я… я просто не знаю, что сказать.

– Тебе не надо ничего говорить. Проведи хорошо время на этом банкете и не подведи нас.

Когда Лайза ушла, сияя благодарной улыбкой и бережно прижимая к груди пакет с платьем, Кэтлин занялась тем, что стала анализировать свою первую неделю на ранчо. То, что она подарила Лайзе платье, подняло ей настроение. Она с удовольствием вспоминала смешанный со страхом восторг на лице девушки при виде роскошного наряда.

Неделя оказалась не такой уж плохой. Кэтлин старалась мыслить позитивно. Она добилась некоторых успехов. Одним из них была скидка, о которой она договорилась с мистером Шерманом. Еще она поймала рекордную рыбину, немножко научилась ездить верхом, хотя все еще чувствовала себя не вполне уютно на спине Нэнни. Она могла теперь заплетать волосы в косу, считая это немалым своим достижением. Благодаря ее хитрости у миссис Беннинг не появлялось новых синяков. И все же нельзя отрицать, что были некоторые вещи, с которыми не все ладилось.

Кэтлин размышляла об этом, заканчивая вплетать ленту в толстую косу и перекидывая ее на спину. Во-первых, ее ужалила пчела, а потом, когда она сунула руку в кусты, любопытствуя, что за странные звуки исходят оттуда, чуть не укусила гремучая змея. Во-вторых, когда она попыталась прополоть цветочную грядку, окаймлявшую проход между строениями ранчо, дело кончилось гибелью нескольких специально высаженных цветов. В-третьих, она свалилась с забора в кораль прямо под ноги очередной группе гостей. А еще она допустила ошибку, слишком часто улыбаясь Джейку. Тот воспринял это как знак поощрения, и вчера вечером, во время танцев, ей пришлось употребить свою власть совладелицы ранчо и приказать ему оставить ее в покое.

Кэтлин перебралась на постель и села, чтобы надеть туфли. Прямо скажем, они не были созданы для ношения их на ранчо. Носки загнулись вверх после того, как они намокли в озере, а на левой появился разрез после столкновения с острым камнем. Их белизна сменилась грязно-серым цветом, а мыть их Кэтлин не решалась, потому что ей не в чем было бы ходить, пока они станут сохнуть. Вообще эти туфли слишком быстро изнашивались, и Кэтлин понимала, что здесь они долго не прослужат. Ей нужны были сапоги, и надо было достать их поскорее. Жизнь на ранчо требовала сапог!

Мысль о сапогах заставила ее подумать и о других вещах, которые ей нужно приобрести, если она собирается оставаться на «Дабл-Би». Ей понадобятся еще джинсы, рубашки и носки. Нужно будет купить несколько легко стирающихся платьев, которые она станет надевать на субботние танцы. Как заметил Дэйн, химчисток поблизости не было, а у Кэтлин почти вся одежда была рассчитана на сухую чистку. Ее гардероб совершенно не подходил для жизни на ранчо.

Пора было ей посмотреть фактам в лицо. Кэтлин вздохнула и уронила голову на руки. Она могла легко управляться с полной комнатой привередливых клиентов, но никак не сочеталась с жизнью на «Дабл-Би». Да, ей здесь нравилось. Проблема была не в этом. Как-то так получалось, что чем бы она ни занялась, все выходило неладно. И хуже всего то, что, Дэйн относился к этому невероятно спокойно. Он даже не ворчал, когда ему приходилось исправлять то, что напортила Кэтлин. Он сохранял жизнерадостную доброжелательность и был просто воплощенным терпением. Вот это и было самой главной ее проблемой – Дэйн Моррисон.

Кэтлин осуществила свой план работать в тесном контакте с Дэйном, но ее влечение к нему не уменьшалось. Более того, оно, казалось, росло не по дням, а по часам. Теперь он еще стал ей сниться! Прошлой ночью сон был таким явственным, что она не знала, как ей быть дальше. Кэтлин снилось, что Дэйн раздевает ее и гладит своими сильными руками ее тело! Понятно, что контролировать сны она не могла. Но ведь она уже не раз ловила себя на том, что погружается в грезы о Дэйне средь бела дня, представляя, каково было бы целоваться с ним, мечтая, чтобы он увез ее в какое-нибудь укромное местечко в лиловых горах и занялся с ней любовью!

Это следовало прекратить! Мысли о Дэйне доведут ее до безумия. Каждую ночь, одна в своей постели, Кэтлин боролась с порывом надеть нечто соблазнительно-сексуальное и, прокравшись по пустынному коридору, постучать в его дверь. Нет, ей срочно нужно что-то с этим делать! Если она не перестанет грезить о Дэйне, она наделает каких-нибудь отчаянных глупостей.

Кэтлин криво усмехнулась. Одно было хорошо: за все время пребывания на ранчо она ни разу не вспомнила о Спенсере. Все сожаления о разводе растаяли как дым. Ей было абсолютно безразлично, что Ардис ждет от него ребенка. Это было не важно. Кэтлин не жалела о прошлой жизни и радовалась, что вовремя оставила ее позади.

Жизнь на ранчо была увлекательной. Этого Кэтлин не могла не признать. Когда в шесть утра начинал греметь ее механический будильник, она просто вскакивала с постели. Каждый день ее ждали новые приключения и волнующие открытия. Верно, иногда она досадовала, иногда чувствовала себя неловко, но скучно ей не было никогда.


Дэйн решительно шагал по коридору в чистых джинсах и свежевыглаженной рубашке с эмблемой «Дабл-Би». Меньше чем через час прибудут новые гости, и он должен был убедиться, что все готово к их приезду.

– Здравствуйте, мистер Моррисон.

– Привет, Лайза. – Дэйн улыбнулся своей самой любимой из сезонных работниц, Лайза Торнтон всегда держалась дружелюбно и приветливо и была очень трудолюбива. Он бросил взгляд на пакет с платьем в ее руке и улыбнулся еще шире. – Похоже, сегодня свидание?

Лайза покраснела.

– Нет, мистер Моррисон. Это платье для большого банкета в Шайенне, где я буду получать приз. Когда я рассказала миссис Брэдфорд, что победила на конкурсе штата по сочинениям, она подарила его мне.

– Очень мило с ее стороны. – Дэйна не удивил поступок Кэтлин. Он успел достаточно ее узнать, чтобы понять, что она человек щедрый.

– По-моему… Я думаю, оно очень дорогое. – Лайза понизила голос до еле слышного шепота. – Я, наверное, не должна была его принимать?

– Нет. Кэтлин не стала бы предлагать его, если бы не хотела сделать тебе подарок. А что это за платье?

– Настоящий шелк с шифоновой верхней юбкой. – Лайза раскрыла пакет и показала ему платье. – Посмотрите, как оно расшито бисером. Такая вышивка очень дорого стоит. Я ведь вижу, что это ручная работа.

Дэйн заметил ярлык модного дизайнера и присвистнул:

– Ты права, Лайза. Оно очень дорогое.

– Как бы я хотела чем-нибудь ее отблагодарить, – доверительно сказала Лайза. – Но ничего не могу придумать. Все, что я умею, это шить, а у нее целый шкаф дорогих платьев.

– Ты на пороге идеального решения, Лайза, – заговорщицки прошептал Дэйн. – Говоришь, у Кэтлин целый шкаф дорогой одежды?

– Да. – Лайза ждала продолжения.

– А видела ли ты там что-либо подходящее для нашего ежегодного праздника?

– Нет. – Лайза сразу поняла его мысль. – Но могу сшить для нее что-нибудь такое. Как вы считаете, стоит это сделать?

– Тебе решать, Лайза, но я полагаю, что ей это очень бы понравилось.

– Тогда я так и поступлю. – Лайза помедлила, размышляя. – Какой цвет, по-вашему, мне выбрать?

Дэйн ответил, не раздумывая:

– Зеленый. Обязательно должно быть что-то зеленое, что пошло бы к ее глазам.

– Вы правы, – согласилась Лайза. – У меня есть отрез зеленого с белым ситца, который, мне кажется, пойдет миссис Брэдфорд. Как вы думает, лучше, чтобы это был сюрприз?

Дэйн поднял брови.

– А у тебя получится? Разве тебе не надо будет его примерить и все такое?

– Нет, – покачала головой Лайза. – У нас с миссис Брэдфорд один размер, так что примерки не понадобятся. Спасибо, мистер Моррисон. Я побегу домой и тотчас примусь за шитье!

Дэйн проводил взглядом взволнованную Лайзу. Светившееся счастьем лицо девушки его порадовало. На платье, которое она сошьет Кэтлин, не будет ярлыка модного дизайнера, но он не сомневался, что Кэтлин оно понравится больше, чем все дорогие наряды в ее шкафу. Они так ее смущали! Дэйн обратил внимание, как она завязывала простенькую косынку на вороте своих шелковых блузок, чтобы никто не заметил, какие они модные и слишком шикарные для ранчо. Конечно, никого это не обманывало, но она старалась. У нее не было одежды, которая подходила бы для ранчо. Даже ее синие джинсы имели дизайнерский ярлык. Дэйн задумался об этом прошлым вечером и сообразил, как сможет ей помочь. У него в кабинете стоял целый ящик рубашек с эмблемой «Дабл-Би». Рубашки были мужскими и слишком большими для Кэтлин, но он решил предложить ей одну: может быть, она придумает, как ее использовать. Рубашка была красной и не слишком сочеталась с ее рыжими волосами, но у него было ощущение, что Кэтлин все равно ее наденет. Когда она сюда явилась, то выглядела как модная картинка, но Дэйн подозревал, что, решив стать его деловым партнером, она пересмотрела свои ценности. Рубашка станет неким тестом. Он отдаст ее и посмотрит, что из этого получится. Кэтлин Брэдфорд уже восхищала его. Она была стойкой и отважной, совсем как Белла. Если теперь она наденет красную рубашку для встречи новой партии гостей, Дэйн будет знать, что она действительно прикипела к жизни на ранчо.


Достав рубашку из коробки, Кэтлин застонала: красный цвет ей абсолютно не шел. Но она была из хлопка, а значит, должна легко стираться. Кроме того, это была официальная рубашка «Дабл-Би». Дэйн носил такую постоянно, как и остальные работники ранчо. Она устала выделяться, выглядеть горожанкой, новичком, чужаком… Если для того, чтобы ее признали здесь своей, нужно надеть эту красную форму, она это сделает.

Натянув ее через голову, Кэтлин расхохоталась. Рубашка была огромной. Впрочем, Дэйн предупреждал, что она будет ей велика. Рукава были на четыре дюйма длиннее, чем нужно, а сама рубашка висела на ней как мешок. Но все это не имело никакого значения! Кэтлин закатала рукава, оставила три нижние пуговицы незастегнутыми, а полы завязала узлом. Затем она подошла к зеркалу и поморщилась, глядя на свое отражение. Цвет выглядел на ней просто отвратительно. Он никак не сочетался с волосами и делал ее похожей на спелый помидор. Бостонские друзья ужаснулись бы, увидев ее в этом наряде. Они, наверное, посоветовали бы ей обратиться к психоаналитику, а сами стали бы перешептываться, считая, что из-за развода бедная Кэтлин тронулась умом. Но здесь, на «Дабл-Би», это значения не имело. Тут просто не было времени думать о моде. Важным было другое: работать вместе со всеми, быть принятой окружающими и показать всем, что ты готова выполнять свою долю обязанностей. Дэйн не принес бы ей эту рубашку, если бы не хотел, чтобы она ее надела. Конечно, она была вправе отказаться носить то, что не подходило ей ни по цвету, ни по размеру… Но ведь она могла и надеть ее, чтобы обрадовать Дэйна.

Еще раз поглядев на свое отражение, Кэтлин решилась. Круто повернувшись, она шагнула к двери, чтобы присоединиться к человеку, значившему для нее несравненно больше, чем все моды, бывшие и будущие.

Загрузка...