Пышка для босса, или Временно беременна

Глава 5

Глава 5

– Другое дело, – кивает Гуров, стоит мне выйти.

Его привлекательное лицо выглядит почти довольным. Подхватив с вешалки своё пальто, бросает:

– Поспешим.

Вот только с моим ростом не достать до вешалки, я и на каблуках едва дотянулась. Подпрыгнув, наступаю на ногу неожиданно подскочившему на помощь мужчине.

– Чтоб… – вырывается у Гурова, и он наклоняется, застонав.

Вцепившись в свой пуховик, у которого оторвалась петелька, я испуганно отступаю. На дорогих ботинках мужчины видна вмятина.

– Простите…

– Сколько вы весите?!

Не спеша выпрямляться, Гуров прячет лицо, и я благодарна. Сама бы не выдержала и сбежала, поймав его взбешённый взгляд. Да что со мной не так?

– Э… – Теряюсь на миг и, поддавшись слабости, лепечу: – Сто семь килограмм, по утрам сто пять.

– Герда!

От жёсткости в его голосе леденеет затылок, и я поспешно исправляюсь:

– Сто двадцать, Мстислав Всеволодович.

Видимо, боль отступила, потому как мужчина выпрямляется и смотрит на меня, вымораживая всё внутри ледяной властностью.

– С этой минуты никакой лжи, – предупреждает он. – Я спрашиваю, вы отвечаете. Откровенно, вплоть до даты последних месячных. Ясно?

Киваю. А что ещё делать?

– И ещё, – сурово продолжает он. – Обращайтесь ко мне по имени.

Всё во мне сопротивляется. Кажется, что проще фамильярничать с президентом страны, чем с Гуровым, но мне придётся переступить и через это.

– Мстислав? – осторожно пробую его имя на вкус.

– Слава, – сухо поправляет мужчина. – Можно Славный. Друзья так называли.

Не сдерживаю смешка. Он-то славный?! Гуров вопросительно приподнимает брови.

– Простите, – в сотый раз извиняюсь я и отвожу взгляд. – Не знала, что у вас есть друзья.

– Конечно, есть. Как у всех. Что вас так сильно удивляет?

«Действительно, что?» – недоумеваю я.

Должно быть, для меня Гуров не человек, а лицо с обложки журнала про миллиардеров. Нечто далёкое, как звезда. Ледяная такая звезда, вокруг которой нет планет, а если и есть, то жизни на них не предвидится. И злить это космическое тело себе дороже.

– Я не о том, – выхожу из положения. – Как ваша невеста я должна о них знать…

– Не обязательно, – обрывает он и кивает: – Пошевелитесь, мы опаздываем.

Поджимаю губы, но выхожу за ним из дома, приближаюсь к роскошному чёрному автомобилю. Он блестит так, что кажется огромной ёлочной игрушкой, окружённой светящимися проволочными оленями.

– Не люблю машины, – вырывается у меня, и Гуров оборачивается. Смотрит с не высказанным вопросом, и я добавляю с короткой усмешкой: – Не во все помещаюсь.

На миг… Всего на долю секунды, как солнце, неожиданно выглянувшее из-за туч и тут же скрывшееся, вижу улыбку Гурова и замираю, как пригвождённая к месту. Я будто комету воочию увидела! Он умеет смеяться?!

«Боже, какие у него милые мочки на щеках! – Таю, запечатлевая невероятное зрелище в памяти. Вряд ли кто-то их видел, за исключением, разве что, родных и гипотетических друзей. – Улыбайся он на мгновение дольше, я бы влюбилась».

Но Гуров милосерден и снова цедит со снисходительным высокомерием, как умеет лишь он:

– В моей вам будет удобно.

И обходит машину, направляясь к водительскому месту. Даже не подумал проявить вежливость и открыть мне дверь! Впрочем, я и сама справляюсь, а, оказавшись внутри, затаиваю дыхание.

«Да здесь даже беременеть будет удобно!»

Спохватываюсь и виновато улыбаюсь Гурову, будто он может прочитать мои мысли. Но мужчине не до того. Устроившись, он морщится и бормочет:

– Придётся вызвать водителя.

Похоже, ногу я ему отдавила качественно.

«Надо было лёд приложить», – запоздало спохватилась я.

Гуров вынимает телефон, экран которого оживает в его руках, и я вижу надпись «отец».

– Да. Скоро будем. Да!

Отключается и секунду смотрит перед собой, стиснув челюсти так, что шевельнулись желваки. А потом поворачивается ко мне:

– Водить умеете?

– У меня даже есть права, – не сдерживаю улыбки, но мужчина вновь выгибает бровь, и я поспешно добавляю: – Умею, и неплохо.

– Вот сейчас и проверим. Садитесь за руль.

Вот чёрт меня дёрнул послушаться директора!