Пышка для миллиардера. Научи меня любить (СИ)

Глава 8

МАТВЕЙ

Кажется, мне придется в подробностях рассказать Лане обо всем, что произошло между нами год назад.

Я закрываю глаза, и в голову тут же лезут воспоминания.

Меня тогда очень беспокоило состояние Ланы. Хотя я прекрасно понимал, что она просто напилась, когда Лана наконец открыла свои прекрасные глаза и заговорила со мной, я почувствовал огромное облегчение.

Пока не пришло время снимать с нее платье.

Несмотря на неоднозначность ситуации, я был жутко возбужден и поэтому чувствовал себя поганым извращенцем, разглядывая ее обнаженное тело. Однако я не собирался пользоваться ее состоянием.

— Ложись со мной, красавчик, — нагловато выдала Лана. — Я хочу тебя. Всегда хотела.

Я уложил ее на кровать и накрыл одеялом, но она обхватила меня за шею.

— Поцелуй меня, — потребовала она.

Я положил руки ей на плечи.

— Кто я? — во мне не было уверенности, понимает ли она вообще, что говорит.

Она игриво шлепнула меня по руке.

— Я знаю, кто ты, Матвей. Единственный человек в мире, который будит во мне настолько сильное желание…

Я тяжело сглотнул.

— Нет.

— Ты такой красивый, умный, богатый! Ты слишком хорош для меня, но ты ведь может подарить мне всего одну ночь, правда? — Лана говорила невнятно, но ее бездонные голубые глаза смотрели на меня так искренне, что дыхание перехватывало.

— Не сегодня, — хрипло сказал я, поцеловав ее в лоб. — Если ты почувствуешь то же самое, когда протрезвеешь, скажи мне, и тогда мы все обсудим.

Я отстранился, что потребовало от меня невероятных усилий, подождал, пока она уснет, и уехал.

Воспоминание отступает, возвращая меня в реальность, потому что я чувствую, как Лана отодвигается к краю кровати, отвернувшись из-за собственной неловкости после моего рассказа.

Она сворачивается калачиком, и я ложусь ближе, чтобы осторожно обнять ее.

— Да не может быть, — стонет Лана в подушку.

— Вполне себе может, — весело фыркаю я. — Ты даже не представляешь, как трудно было сдержаться. Но ты была пьяна. А протрезвев, ты делала вид, что ничего не было. А я, между прочим, звонил тебе каждое воскресенье.

— Только чтобы узнать, не беременна ли я.

— Вообще-то я, наверное, ждал, что однажды ты соберешься с мыслями и заговоришь о той ночи. Но ты не заговорила. Я решил, что тебе это неинтересно.

Лана поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

— Да ты издеваешься. Мог бы хотя бы намекнуть…

— Я думал, ты не хочешь ничего обсуждать. Пока ты недавно не сказала мне, что ничего не помнишь о той ночи.

— Ты мог бы рассказать мне тогда.

— Зачем мне было смущать тебя, если я считал, что ты во мне не заинтересована?

— Ты всегда был мне симпатичен, Матвей. Но ты был весь в делах, тебе было не до отношений.

— Я не очень хорош во флирте.

— Знаешь, меня интересует еще одна вещь. Почему ты предложил себя в отцы моего ребенка? — нерешительно спрашивает Лана.

Говорить о реальных причинах не очень-то хочется. Сейчас лучшая ночь в моей жизни, и я не хочу ее портить. Однако я не собираюсь врать Лане снова.

— Честно говоря, я не мог смириться с мыслью, что ты забеременеешь, от другого.

— Оу, — выдыхает Лана, похоже, удивившись.

— Я знаю, что вел себя, как идиот, сегодня вечером, но я как будто не могу себя контролировать, когда речь идет о твоей безопасности. Возможно, это из-за того, как умерли мои родители. Я знаю, насколько хрупкой может быть жизнь. Я даже не собираюсь притворяться, что отношения со мной будут легкими. Не знаю, что из этого получится, но не могу не спросить: ты точно к этому готова?

— Мы теперь… в отношениях?

— Естественно, — рычу я. — И я не собираюсь ни с кем тобой делиться. Просто не смогу.

Она снова обнимает меня за шею.

— Вот и славно. Потому что я тоже не собираюсь делиться. Теперь ты только мой, Матвей. И мы вместе. Договорились?

— Договорились. Если я начну перегибать палку, просто скажи мне.

— Обязательно, — Лана не сдерживает веселый смешок.

Я тону в глубине ее великолепных голубых глаз.

— Ты даже не представляешь, как ты дорога мне. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Даже Кирилл, если Олеся путешествует одна, посылает с ней охрану. Денис за Ритой тоже старательно приглядывает. Поэтому, если ты позволишь мне позаботиться о твоей безопасности, когда полетишь на съемку…

Я хочу дать Лане все, чего она пожелает, но у меня есть враги. Возможно, гораздо больше, чем у Дениса и Кирилла, поскольку я куда больше вовлечен в серьезные деловые схемы нашей компании.

Я в нашем бизнесе — грубая сила.

— Никакого конвоя, никакой охраны, — заявляет Лана, заставляя меня напрячься. — Но можешь найти машину и водителя, которым доверяешь.

Я бы полетел вместе с ней. Но такой возможности, к сожалению, нет.

Меня не особо устраивает этот компромисс, но он все-таки лучше, чем ничего.

— Ладно. Но пиши или звони мне, чтобы я знал, что у тебя все в порядке, — ворчу я.

— Договорились, — обещает она. — Но у меня есть еще одна просьба.

— Какая?

Как будто есть что-то в этом мире, чего я не сделал бы для нее.

— Не относись ко мне так, будто я слабая и хрупкая, Матвей. Я сильнее, чем ты думаешь. И я хочу тебя так же, как и ты меня. Думаю, мне понравится все, что ты захочешь попробовать, — она делает паузу, прежде чем продолжить. — Все, что мне нужно, — это мужчина, которого привлекаю... я.

Она говорила мне что-то подобное и раньше. Что, черт возьми, было не так с мужчинами, с которыми она встречалась? С ее прекрасными светлыми волосами и волшебными голубыми глазами она выглядела как ангел с идеальным телом.

— Ты очень красивая, Лана. И так думаю далеко не только я.

— Теперь волнуешь меня только ты.

— Мы с тобой… отличная парочка.

Она громко фыркает и улыбается.

— Так что мы будем делать завтра?

— Завтра воскресенье. Я бы хотел, чтобы ты осталась здесь и не уезжала домой.

— Я не против. По работе не соскучился?

— У меня был очень привлекательный способ отвлечься, — честно отвечаю я. — И я больше не собираюсь работать каждую минуту, Лан. Я хочу, чтобы у меня оставалось время и энергия для тебя. Хотя я, наверное, все равно буду работать больше, чем два других моих партнера-бездельника, — я весело фыркаю.

Лана ненавязчиво пытается отстраниться, посмеиваясь себе под нос.

— Я бы не отказалась еще разок принять душ… Теперь моя очередь... тереть тебе спинку.

Намек абсолютно понятен, и я едва ли могу сдержать стон предвкушения.

— Не уверен, что оно того стоит… тебе будет как минимум неудобно.

— Давай лучше подумаем о том, — нежно шепчет Лана. — Что тебе будет очень приятно.