Расплата за спасение

Глава 10

Юлия

Каково это готовить на кухне, которая принадлежит Кл… Назару?

Спокойно! Умиротворенно! Как бы это не звучало странно…

Добавив в яйца немного молока и соли, я с усилием взболтала их, желая, чтобы омлет получился пышным и вылила смесь на горячую сковороду. Послышался треск кипящего масла.

Около окна стоял стакан с пучком свежей зелени. Оторвав немного укропа, я порвала его и присыпала им яичную жижу, которая уже успела немного схватиться. Я сократила огонь и накрыла сковороду крышкой.

Одним омлетом мужчин не накормишь, надо найти чем еще поживиться. Открыв холодильник, я нашла там контейнер с белой массой. Я осторожно понюхала, а затем попробовала немного. Так и есть – творог, должно быть Назар сварганил его из скисшего молока. Прямо фермер, куда не кинь – все умеет. Надеюсь он не будет против если я сделаю сырники.

В колонке я обнаружила целую полку, уставленную крупами и мукой, и принялась за дело.

Я хочу, чтобы сыну все понравилось и Назару тоже. Желаю, чтобы он попробовал еду приготовленную моими руками.

Меня можно осудить, сказать – ты что, дура? Он тебя ни во что не ставит, грубо разговаривает, хамит. Да, тебе плевать должно быть на мнение Назара. Он даже не помнит вашу связь.

Но сейчас сбывается одно из моих желаний.

Я готовлю для него и нашего сына.

Мне не верится. Я много раз представляла себе эту картину.

Мы просыпаемся и пока отец и сын играют, общаются, я готовлю для них завтрак, весело пританцовывая у плиты. Я счастлива, ведь мои мальчики со мной. Или в других мечтах мы делаем это вместе с Кл… Назаром. Да, что же такое, когда я привыкну к его имени? Готовим, делим быт, одну постель, из которой с трудом выбираемся утром, потому что всю ночь не могли оторваться друг от друга…

Невозможно сейчас описать мои ощущения, просто я и не надеялась уже, что это может когда-нибудь произойти, а теперь мы втроем, живем в одном доме… Странные обстоятельства свели нас. Да, мы не вместе, у нас с ним нет тех отношений, которые я бы хотела, которые рисовала себе, но все же, если откинуть негатив, обиду, и дать волю фантазии – это окрыляет.

Наивно, конечно, я и сама это понимаю. Но до двадцати двух лет я никогда не влюблялась, не нашелся достойный, никто не цеплял, а потом встретила его и отдала ему свое сердце. Я считала, что именно пожар стал причиной того, почему он больше не появился в моей жизни, но как оказалось, Назар и не хотел быть рядом.

Осознавать это больно. Даже стыдно за свою наивность и глупые мечты. Давно пора повзрослеть. И все же, сейчас я могу хоть немного прочувствовать реальность моих представлений. Обмануться… Прожить минуты так, как хотела на протяжении упущенных четырех лет, так как хотела бы провести всю оставшуюся жизнь…

Я взяла три тарелки и стала раскладывать омлет. Назару я отрезала чуть больше, нам же с Климом достались кусочки поменьше. Сын и такую порцию вряд ли осилит, он будет нацелен на сырники. Их я положила в глубокую миску, кто захочет, тот возьмет. К сожалению, в холодильнике я не увидела ни сметаны, ни варенья, поэтому будем есть так.

Пока готовила, молоко успело остыть, пришлось немного разбавить его водой, чтобы оно было не таким жирным и налила Климу.

– Держи, сынок.

– А сырники?

– Сначала омлет, а сырники еще горячие.

– Ну, ладно, – протянул он, вздыхая.

Я поставила перед ним тарелку и погладила по голове.

– Сиди, ешь, я сейчас позову дядю Назара и приду.

Дверь на кухне я оставила открытой, чтобы мне было видно сына, а сама пошла к Назару. Он сидел на ступеньках дома и курил. Я шла за ним, готовая отвечать на вопросы. Мне казалось он спросит про Клима, ну хотя бы для того, чтобы подтвердить свои предположения.

– Пойдем, все готово, – сказала я, остановившись за его широкой спиной.

– Сейчас докурю и приду, – холодно бросил он. И это все? Даже ради любопытства не поинтересуется… – Юля, – окликнул Назар, более тихо.

Вот он – этот момент.

– Да, – я сделала шаг к нему, чувствуя, как комок подступает к горлу. Сейчас он спросит…

– Ты не поняла? Я сказал – иди, – грубо добавил Назар. – Нечего около меня тереться.

Вот сукин сын. Первым желанием стало отвесить ему мощный пендаль за грубость, но нам еще жить вместе и надеюсь недолго.

– Хамло, – выплюнула я и вернулась в дом.

Поставив на стол сырники, я устроилась рядом с сыном и стала впихивать в себя остывший омлет. Поведение Назара как рукой сняло мой аппетит.

Все, раз и навсегда вычеркну мысли о нем. Грубый, неотесанный кретин. Собака, способная только брехать. Низменное существо. Бобыль…

Никаких воспоминаний, мыслей, хватит. Минимум контакта, только по делу. Я себя не на помойке нашла, чтобы стелиться тут перед ним…

– Мам, я наелся. Можно пойду посмотрю на зверей?

– Во двор?

– Нет, в комнате.

– Хорошо, только никуда не лезь.

– Они меня могут съесть?

– Нет, это игрушечные, ненастоящие.

– Ааа, понятно.

Клим зашел в гостиную и поднял голову. Здесь есть на что посмотреть. Торчащие из стен головы убитых животных повсюду.

Сеет смерть, окружает себя трофеями, как и тогда…

Охотник хренов.

Назар пришел и сел напротив, поставив поближе тарелку, он за обе щеки стал уплетать содержимое. И меня это взбесило, хотелось забрать у него тарелку с омлетом, который я так старательно готовила, чтобы ему понравилось и кинуть её на пол. Только Клим сдержал меня.

– Вкусно? – спросила я у Назара.

– Сгодится, – буркнул он.

– Сейчас, так уж и быть, я накормлю тебя, но впредь, я буду готовить только для себя и своего сына. Мне надо знать где твои продукты, а где те, которые привез для нас мой муж.

– Накормлю тебя, – усмехнулся он. – Ты забыла, кто добыл это молоко, сделал творог.

– Это все из моей коровы, понятно. И я теперь сама ей займусь, без твоей помощи. Мы не родственники, даже не друзья, просто соседи. Мы с Климом сами по себе, ты сам по себе. Лучше, если мы вообще будем редко пересекаться. И держись подальше от моего ребенка, а то плохому научишь, а еще хуже – покалечишь. Тебе такое разделение тоже будет в радость, мы постараемся не мозолить глаза и не мешать. Можем составить график, по каким дням убираешься ты, по каким я. Мест общего пользования много, и я не нанималась, все здесь вычищать. Если что-то будет непонятно, я обращусь за подсказкой, но это только в первое время, дальше я справлюсь сама.

– О, как мы заговорили, – Назар отодвинул тарелку. – Ты находишься в моем доме меньше суток, а уже все распланировала, не спрашивая моего мнения. Я не собираюсь следовать твоим чертовым графикам. Здесь не летний пионерлагерь. Буду делать все, что захочу и где захочу, брать все, что мне потребуется. Я у себя дома, а ты – даже не гость, помеха, свалившаяся на мою голову.

– Позвони Филиппу, пусть тебе денег скинет за наше проживание. Или может он уже их дал? Ты ведь за все требуешь расплату. А лучше всего отвези нас в город. Я пойду в полицию. У меня нет никакого желания быть рядом с тобой, меня от тебя воротит и от этого места тоже. И если ты сделаешь это, я так уж и быть не стану заявлять на тебя за похищение, просто попрошу власти о помощи и защите.

– Дура ты, Юля. Полиция тебе не поможет, как только Русай узнает, что ты и твой сын живы – вам конец, крышка, вернут вас Филиппу в мешках, – Назар ударил по столу и посуда подлетела. – Так что закрой свой рот и не вытрёпывайся. И с мальчишкой я буду проводить столько времени сколько захочу, ведь я тоже приложил усилие, чтобы он появился на свет, – процедил Назар сквозь зубы, наклонив передо мной свое лицо, искажающееся от злости. – Распустилась. Была бы моей бабой, рот не смела бы открыть в противовес. Как мужик решил, так и будет. Знай свое место… А теперь встала и молча пошла мыть посуду и только еще раз заикнись о графиках, дележке, возьму розгу и как следует объясню тебе, что такое покорность и послушание.

– Дикарь, да как ты смеешь? – я подлетела к нему. – Сексист, – готова была его атаковать. – Покорность? Послушание? Вот именно, если бы я была твоей женщиной, все бы это проявила, но я чужая, – не справившись с эмоциями, замахнувшись, и вмиг забыв о всех приемах и техниках боя, я отчаянно ударила Назара по груди. – Не твоя.

Назар наклонил голову и посмотрел на место, где опустились мои кулаки. Его дыхание стало частым, а на лице появилась испарина.

Огромная ладонь схватила меня за холку и сжала. Назар сделал ко мне шаг. Отступить, чтобы использовать тяжесть его тела против него, я не могла – хватка была сильной, да и желания отбиваться уже не возникало. Он пленил меня своим взглядом, гипнотизировал своей аурой доминирования.

«Трахать тебя буду жестко и долго.» – вспомнились его слова, сказанные будто вчера. Я прикрыла глаза. Не знаю – это от нехватки воздуха или из-за того, что я готова была подчиниться и сделать для него все, что он скажет.

Я разжала кулаки, и теперь уже ладони лежали на его груди. Они проскользили вниз, к твердому прессу, а потом и вовсе руки самовольно обняли могучее тело.

– Юля… – прошептал он. – Что ты делаешь?

– Обнимаю тебя, – хриплым голосом ответила я. – Тебе не нравится?

Несколько волшебных секунд молчания, где мы растворились в тишине, оставаясь наедине друг с другом, стали лучшим ощущением близости и чувственности… Я могла бы стоять так вечность.

– Нет, – произнес он.

– Что нет? – разве я что-то спросила?

– Не нравится, – Назар оттолкнул меня и отвернулся к раковине. – Нам действительно надо меньше пересекаться, меня от тебя тошнит.