Разрешаю умереть

7

1 сентября, воскресенье

– Господи, – сказала Клио. – Этот бедняга отрекся от престола ради любимой женщины, и королевская семья стала смотреть на него как на пустое место. Думаешь, заслуженно?

– Любовь моя, в этом сериале нельзя верить ни единому слову. Прости, но он меня раздражает. Если снимаешь историческую драму, будь добр уважать зрителя и соблюдать достоверность. Согласна? – спросил Рой Грейс.

Отужинав – барбекю успели приготовить перед дождем, – они уютно устроились на диване. Между ними лежал сытый Хамфри. Казалось, он смотрит телевизор с тем же интересом, что и хозяева. Последние месяцы он страдал от боли, но сегодня, в кои-то веки, сумел запрыгнуть на диван, так что курс массажа, похоже, шел на пользу, возвращая пса к нормальной жизни. Рой взял себе бокал розе, а Клио – стакан воды и миску пряных орешков, обожаемых ею на нынешней стадии беременности. Мальчишки разошлись по своим комнатам. Ной спал глубоким сном, а Бруно, вне всяких сомнений, играл в какую-нибудь игру.

– Терпеть не могу признавать твою правоту, Рой, – сказала Клио, обнимая Хамфри, – но он и правда не злился на детей. Ему и впрямь было больно. Только погляди, каким он стал после массажа. Наш старый добрый Хамфри. Просто чудо.

– Ага. – Рой погладил пса. – Умница. Какой же ты у нас умница!

Наконец-то они добрались до сериала «Корона». Год 1953-й. Герцог Виндзорский, отказавшись присутствовать на коронации племянницы – королевы Елизаветы Второй – без Уоллис, своей супруги, графини Виндзорской (демонстративно не приглашенной на церемонию), находился у себя во французском шато, где в обществе Уоллис и нескольких друзей смотрел коронацию на крошечном телеэкране. Стоя с сигаретой в руке, герцог бегло комментировал происходящее – с явной завистью, что не оказался на месте племянницы, и не менее явной горечью из-за того, как с ним обошлись.

– Графу и графине хотя бы повезло оказаться в приличном шато, в отличие от того адского отпуска, когда я выбирала нам жилье, – заметила Клио.

– Но-но, – сказал Рой, – мы выбирали его вместе.

– Что ж, в следующий раз давай выбирать получше. – С тонкой улыбкой Клио вновь повернулась к экрану. – Насчет сериала ты прав. В школе я вообще не интересовалась историей, учитель не нравился, а сейчас она меня завораживает. Хочу узнать как можно больше, но как тут разберешь, что правда, а что вымысел? Я читала интервью со сценаристом: он говорил о выдуманной сцене. Откуда знать, что еще он выдумал?

– Полностью согласен. Если смотришь нечто историческое, хочется надеяться, что тебе преподносят достоверную информацию. Иначе какой в этом смысл? А искажения в этой или любой другой из бесчисленных исторических драм… Ведь миллионы людей поверят, что так и было на самом деле, а это очень опасно.

– К тому же, – добавила Клио, – непросто судить прошлое по сегодняшним стандартам.

– Конечно. В те времена ко многому относились совсем иначе. Разводы, к примеру, считались едва ли не смертным грехом, а сейчас они в порядке вещей.

– Ну а ты? Отказался бы от трона ради меня? – вопросительно посмотрела на него Клио.

– Не задумываясь.

– Обманщик! – Она шутливо стукнула Роя в плечо.

– Говорю же, отказался бы вмиг!

Словно в ответ на эту фразу пес испортил воздух, и Клио с Грейсом замахали руками, отгоняя едкое зловоние.

– Хамфри, фу! Это отвратительно! – отчитал его Рой.

Пес бросил на него недобрый взгляд, полностью лишенный сожаления.

– И очень невежливо в присутствии ее величества, Хамфри! – с упреком добавила Клио, схватила пульт и поставила фильм на паузу. – Я все думаю о твоем рассказе. О том, как ты ездил проведать Гая.

Клио указала на лежавший на столе блокнот Батчелора.

– Он может уничтожить Кассиана Пью. Но что, если тебе это откликнется?

– И такое нельзя исключать, – кивнул Грейс.

– Полагаться будут на показания осужденного жулика-брокера и сотрудника полиции, совершившего непредумышленное убийство. По-твоему, все получится?

– Попади дело в умелые руки, можно будет распрощаться с Кассианом Пью.

– В бытность свою королем, – кивнула Клио на телевизор, – Эдуард Восьмой допустил громадный просчет и провел остаток жизни в печали и забвении, отвергнув атрибуты королевской жизни.

– К чему ты клонишь?

– Поменяй местами Уоллис Симпсон и Кассиана Пью. Ты ставишь на кон все, что имеешь, против него. Помнишь китайскую пословицу?

– Которую?

– Прежде чем мстить, вырой две могилы.

– Вырою, – улыбнулся Рой. – Одну для Кассиана Пью, а другую для его самомнения.