Развод. Сломанная ветка

Одно небо на двоих

Еле ползу в пробке по проспекту, по ходу дела звоню родителям. Знаю, что они беспокоятся, а недавно папа написал, что у мамы подскочило давление и пришлось вызывать скорую. В тот момент мне становится очень страшно: бабушка по маме умерла после сложного инсульта, не смогла оправиться и вот сейчас… Сердце проваливается в пятки, холодные колючие щупальца страха заползают в душу.

Спешу порадовать родных, чтобы хоть как-то приглушить мерзкое чувство вины, которое утверждает писклявым голосом: «Это все из-за тебя!»

— Привет, мам! Как ты? Как папа?

— Все-таки сдал меня, — недовольным ежиком фырчит мама. — Вот же болтун… Просила ведь не говорить, ничего серьезного не произошло, — она шумно выдыхает, и я слышу в голосе улыбку. — Все нормально, дочка, не волнуйся. Знаешь, с возрастом всякое бывает…

— Мам, может к врачу? Я знаю хорошего кардиолога, пусть он тебя обследует и назначит поддерживающий курс препаратов, — я словно наяву вижу, как она уже отрицательно качает головой, поэтому подключаю тяжелую артиллерию. — Мамуля, у меня на тебя большие планы…

— Неужели ты беременна, дочка? — радостно выпаливает мама, а я от неожиданности жму на педаль тормоза и сразу же ловлю громкий сигнал клаксона от соседа, следующего за мной. В вечерних пробках водители такие нервные, да.

— Нет, мам, не беременна, но обязательно буду, а ты должна дождаться внуков. Понимаешь, о чем я говорю?

Тема детей и внуков — любимая в моей семье. Родители спят и видят, как я привожу малышей к ним в гости, а еще лучше — «отдаю на прокат», как любит смеяться отец.

— Ну вот, а я уж думала… — расстроенно тянет мама, и я меняю тему.

— Я на работу устроилась.

— Куда?

— В “GlobalMet” личным помощником Логинова.

Разговор происходит по громкой связи, и я слышу, как папа присвистывает от изумления.

— Поздравляю, дочка. У этого человека есть чему поучиться, ты главное не загоняйся со своим перфекционизмом, хорошо?

— Договорились. Мам, а к кардиологу я тебя все-таки запишу, надо обследоваться…

— Ну ладно, договорились, — сдается мама.

Мы обсуждаем новости и планы, прощаемся и на душе становится чуточку легче.

Жизнь налаживается.

Дни, проведенные под чутким руководством Николая, летят как птицы. Информация в моей голове постепенно структурируется, паника и инстинкт самозванки сменяются на ощущение, что я справлюсь. Я уже справляюсь.

Первый день без страховки, без наставника, начинается с чистого неба, яркого солнца и звонка босса.

— Светлана, добрый день. Слышу, вы уже в пути…

Я принимаю звонок через аудиосистему «Шкоды», и Логинов улавливает шум дороги.

— Добрый день, Олег Романович. Да, я еду, через пять минут буду на месте, — смотрю на часы, убеждаюсь, что успеваю не просто вовремя, а с запасом по времени.

— Возвращайтесь домой, собирайте чемодан и приезжайте в офис. Через три часа мы вылетаем в Нижний Тагил, — чеканит босс и завершает звонок, а я перестраиваюсь в крайний правый ряд и ухожу на петлю в сторону дома.

— Началось в колхозе утро, — ворчу, вспоминаю график босса на сегодняшний день и понимаю, что еще вчера вечером там не было никакой командировки, а это значит лишь одно: форс — мажор.

Вещи собираю быстро. Переодеваюсь в джинсы и блузку, в чемодан летят костюм, блузка и туфли (на всякий официальный случай), пара комплектов нижнего белья и женские баночки-скляночки.

Действую быстро и слаженно и через сорок минут уже вхожу в кабинет. Силиконовые колесики чемодана беззвучно катятся по мраморному полу, объемная сумка бьет по боку. Личный помощник к вылету готов.

— А вы молодец, Светлана, — бросает босс, появляясь на пороге своего кабинета, — оперативно управились. Поехали?

Логинов подхватывает ручку моего чемодана и устремляется на выход. Я даже пискнуть не успеваю, как мы оказываемся в лифте. Молчу, ничего не спрашиваю, разглядываю босса в зеркальном отражении серебристых стен кабинки. Сегодня он не в костюме, а в джинсах и рубашке. Видимо, тоже переоделся в дорогу. Упс! Наши взгляды встречаются в отражении. Пока я разглядываю стального короля, он делает то же самое.

— При возведении нового корпуса погиб рабочий, и еще трое пострадали, — объясняет босс, а я замираю, переваривая информацию. — Стройка заморожена, на территории завода куча комиссий с проверками.

Теперь понятно, в чем дело.

Мы едем в аэропорт. Все внимание босса сосредоточено в телефоне, который беспрерывно мигает новыми входящими сообщениями и звонками, а я пытаюсь понять, чем могу быть полезна в данной ситуации. Страха нет, есть только желание быть полезной и при этом не путаться под ногами. Первое, что делаю — переношу намеченные на сегодня и завтра встречи, согласую новые даты с сидящим рядом стальным королем.

— Не волнуйтесь, Светлана, мы справимся.

Логинов словно улавливает мои мысли. Мы уже в аэропорту. Машина въезжает на закрытую территорию и останавливается около ангара.

— Прошу, — мне предлагается открытая ладонь и помощь, чтобы выйти из салона седана, и я ее принимаю. Рука мужчины теплая и жесткая с едва ощутимыми мозолями у основания пальцев. Так бывает, когда человек проводит время в тренажерном зале и работает с «железом».

Эта же рука ложится мне на талию, когда мы поднимаемся по ступенькам частного джета. Ладонь расположена безупречно прилично и не сдвигается ни на миллиметр. Поддержка, опора, страховка. И пусть на мне балетки, а не туфли с высокой шпилькой, но жест не кажется неуместным. Я принимаю внимание и заботу босса как мужчины, как джентльмена.

Никогда не летала на частных самолетах. поэтому с любопытством ребенка разглядываю обстановку. Она не роскошная, скорее — лаконичная. Белый и песок — приятное сочетание. Просторный салон, широкий проход между рядами удобных мягких кресел, кремовая дорожка приглушает звук шагов стюардессы.

— Прошу занять свои места, мы скоро взлетаем.

Логинов стоит за моей спиной, я чувствую его энергетику и едва заметный парфюм. Он не торопит, дает время осмотреться, и я занимаю место у иллюминатора. Да, девочка уже выросла, но всякий раз воспринимает полет как чудо.

Босс устраивается на соседнем кресле, щелкают ремни безопасности.

Серебристая стальная птица выруливает из ангара, солнце заливает салон джета. Песочные оттенки вспыхивают золотым блеском, а я едва заметно улыбаюсь. Скромная обстановка, да.

Мы едем по рулежным дорожкам, петляем, пока не оказываемся в точке старта. Мощные турбины разгоняют легкий самолет, шасси отсчитывают стыки бетонных плит. Отрыв. Мы в воздухе.

— Ну что, Светлана, — доносится сбоку тихий голос босса, — разделим одно небо на двоих?

Что?! Слова звучат так странно, что я теряюсь с ответом, но кажется, что стальной король не ждет моей реакции. Самолет еще не успевает набрать высоту, как на столике перед Логиновым оказывается ноутбук, и мой сосед погружается в работу.

Отлично.

Я тоже не теряю время даром: достаю телефон, открываю новости Нижнего Тагила и просматриваю все заметки о несчастном случае на металлургическом заводе. Информация — сила, да, особенно если она соответствует действительности, но я нахожу как минимум три версии развития событий. Какая из них верная?

Ладно, будем разбираться на месте.

Босс будет, а я помогу, чем смогу. Вопрос только в том, чем именно смогу помочь?