Развод. Ты мне не муж!

Глава 45

Не зря я опасалась и испытывала к нему недоверие.

С чего я взяла, что он другой? Что у него может быть какое-то другое отношение к людям? Да хотя бы ко мне.

Я оправдала его в истории с Евой. Но теперь я все понимаю…

Он всех использует.

Но сейчас он почему-то не хочет признавать этого в отношении меня.

А что ему стоит?

А, да… Точно. Он не против, чтобы я осталась. Ему же нужна нянька для его дочери. Я вполне удобная и послушная.

— Успокойся… — делает он еще попытку, смотря сердито.

— Да иди ты к черту! И не пытайся использовать мою злость на отца. Да, я зла на него! Но я думала, что ты сделаешь, что обещал!

— Я и сделал. Твой отец за это короткое время поправил все свои дела. Те, кто преследовали его уже не могли давить на него. Но я ему в охрану не нанимался.

— А может это ты?.. — на что он качает головой. — Ты же с самого начала рассчитывал на большее…

— Не сходи с ума, Мира. Я не мог. Мне это было не нужно.

— Да? Откуда я знаю? Я тебя вообще не знаю. Но я слышала, что ты сказал!

— И что? Разве в этом разговоре было что-то о тебе? О том, что я тебя использовал или теперь выкидываю из своей жизни?

Нет, я больше не позволю себя дурить. С самого начала это все было ложью… Но вот иллюзия рассеялась.

— Кто на очереди? Мой брат?

— Хватит, Мира! Твой отец умер от сердечного приступа. Но возможно ему помогли. Твой же брат мог ему помочь.

— Нет…

— Почему нет? Разве не ты говорила, что в планах у твоего брата продать его компанию?

— Ты говорил, что у него нет на это прав.

— Не сразу точно. Но возможно у него план.

— Ну уж ты-то точно собрался его обхитрить. У тебя ведь тоже теперь план, — гримасничаю. — Не надо мне врать, Артур. Ты женился на мне не по любви большой. Все было ради того, что сейчас случилось!

Он вообще никогда не говорил мне, что любит меня. Он заменял слова, говорил аккуратно. Нет никакой любви. Он просто не умеет любить. Он позволяет быть рядом тем, кто ему удобны. А я ему удобна. Василиса была права. А я ей не поверила…

Артур преодолевает расстояние между нами быстрее, чем я успеваю отступить от него.

— Ты должна верить мне, — требует он жестко.

Хотела бы, да не могу… Это было бы глупостью.

Даже если у него и появилась ко мне некоторая привязанность, но выгода и деньги для него на первом месте. А я всегда мечтала вырваться из мира таких людей. И я вырвусь. Я так жить не буду. Не буду жить рядом с человеком, которому не доверяю, и который в любой момент предпочтет выгоду мне.

— Я ничего тебе не должна, кроме как выполнить условия нашего договора. И, похоже, я уже его выполнила. Я хочу… — шмыгаю носом, — я хочу, чтобы ты освободил меня. Немедленно.

От всей этой правды меня тошнит. Вывернуть готово. Но я терплю.

Артур мрачно молчит несколько секунд, после чего просто отходит от меня и покидает комнату.

Разревевшись, я опускаюсь на колени и вою в ладони, пытаюсь хоть как-то заглушить истерику, но едва ли у меня это получается.

Найдя в себе силы, я перебираюсь на кровать, ложусь на бок и затихаю, пытаясь успокоить сердцебиение.

Пока проваливаюсь в неизбежный сон от этого дикого стресса, я вспоминаю всех, кого потеряла: маму, сестру, отца… Никого у меня не осталось. А человек, к которому я стала испытывать искренние чувства — оказался не тем, кого я в нем видела. Я сама виновата. Придумала себя образ рыцаря на белом коне, который спас меня. Нет его. Есть циничный Артур Соболев, который ничем не погнушается ради наживы.

И я не исключаю, что он приложил к этому руку. Даже не так… Возможно он знал, что так будет, но предпочел просто дать этому случиться. Он не хотел ждать пару лет. Он захотел все и сразу получить. Что ж, получай.

Просыпаюсь я, когда на улице только рассвело. А еще дождь идет. В комнате очень свежо.

Голова гудит, в горле по-прежнему ком стоит.

Я одна в комнате. Стоит полная тишина.

Иду в ванную, чтобы умыться, после чего спускаюсь вниз.

Не успеваю я сделать глоток воды, как он появляется в кухне.

— Ты успокоилась?

На что я молча делаю еще глоток воды, не переставая смотреть на него как на врага. Потому что он враг. Надо это понимать и не забывать.

— Когда похороны? — спрашиваю его. Он, скорее всего, и не знает. Он же рассчитывал, что моя ненависть к отцу настолько сильна, что я не захочу даже прийти на его похороны. Сам-то он точно не собирается. — Хотя, зачем я тебя спрашиваю… Ты же даже на похороны моей сестры не приехал. То, что не приносит тебе выгоду — ты отметашь в сторону.

Подойдя к противоположному краю стола, он упирает в него руки и глубоко вздыхает.

— Я знаю, что люди в том доме только и делали, что принижали тебя, обращались как с вещью…

— Как и здесь.

— Это не так, — поднимает взгляд.

— Если это не так, то ты сегодня же подготовишь документы на развод. Потому что я не вещь и не обязана быть там, где я не хочу быть. А я не хочу больше быть здесь. В этом доме. С тобой, — говорю это, а сама вся дрожу. Сердце сжимается от мысли, что мне придется оставить Машу. Но я не могу иначе. Нам придется расстаться. У Маши будет замечательная жизнь. Она никогда не почувствует себя ущербной. Он дочь любит.

Немного подумав, Артур произносит контрольный вопрос:

— Ты правда этого хочешь?

— Я вообще не хотела выходить за тебя замуж. Я все равно никогда бы тебя не полюбила. Нельзя полюбить того, кто затягивает удавку на твоей шее каждый раз, когда ты глянешь не в ту сторону. Я говорила тебе, что не хочу быть Беловой, но и Соболевой я тоже быть не хочу, — отрицательно качаю головой. — С меня хватит… Освободи меня, или я клянусь — я сама это закончу.

Конец первой части