Когда Артур приезжает на место, я по-прежнему сижу в своей машине, только отъехала на обочину, чтобы не мешать основному потоку.
А чёрный седан стоит метрах в ста от меня спереди. В нём двое охранников Крылова заперлись побеседовать с безумным автоподставщиком. Они все сидят на заднем сиденье, и мне отсюда не видно, что там происходит, но мужик присмирел после внушения и больше не бузит.
Вскоре между нами вклинивается большой тёмный автомобиль Крылова. Тот выходит и поднимает ладонь вверх, будто говорит: дай минуту, я разберусь.
И я киваю, наблюдая, как тот идёт к чёрному седану, из которого появляется один из его молодцов. Они о чём-то беседуют, но недолго, а после Артур быстрым шагом приближается ко мне. Я вышла из машины и стою, обхватив себя руками.
Меня начинает потряхивать ещё и из-за мыслей, что, если б не было у меня такого знакомого, как Артур, ситуация сейчас могла быть совершенно проигрышной.
Только сейчас доходит масштаб чуть не произошедшего бедствия.
Практически ночь. Тёмная мокрая дорога. Больной мужик, орущий на меня.
Он мог разбить стекло и вытащить меня из машины. Бросить под колёса проезжающих автомобилей. Где меня бы размотало в раз по отбойнику. И праздновал бы Гриша не развод, а поминки по безвременно ушедшей жене.
Возможно, для мужа стать вдовцом было бы наилучшим вариантом. И делиться ничем не надо. И судиться не с кем.
Грозная фигура Артура надвигается на меня, и я вскидываю голову, замечая, как он высок. Он словно скала, о которую можно пораниться. Но сейчас он пугает меня меньше знакомого и безвредного, как я думала, Гриши.
Крылов одет во всё чёрное. Не в деловом костюме, но в тёмных штанах и тонком тёмном свитере, которые облегает его подкаченную фигуру. Артур следит за собой, уверенна – пресс у него каменный.
Хочешь проверить? – всплывает в голове.
И следом… да… хочу.
Влечение к другому мужчине, не к мужу, это что-то новое и неисследованное.
Приходиться сглотнуть. С трудом правда. Настолько во рту пересохло.
Артур сразу обхватывает меня за плечи, слегка сжимая их и растирая ладонями. А я вздрагиваю, будто он ко мне оголённый провод поднёс и провёл по позвоночнику.
– Как ты? – спрашивает низким баритоном.
– Нормально… вроде.
– Что-то выглядишь ты не очень нормально, – бьёт прямолинейностью.
– Устала просто.
– Когда устают, не смотрят таким испуганным взглядом.
Он наклоняется и заглядывает в мои глаза.
– Всё хорошо, Марианна, – успокаивает. – Ты большая молодец.
– Где я молодец-то?
– Сориентировалась, среагировала, меня сразу набрала. Заперлась в машине, а не наделала ерунды.
Он смотрит в сторону чёрного седана, а я разглядываю его строгий профиль.
– Мразь, – выплёвывает Артур. – Ничего, мы его засадим. Я засажу. Лично.
– Ты про водителя.
– Я про мужа твоего, – поворачивает голову и смотрит уже на меня.
Тёмно-зелёные глаза глядят очень грозно, и я думаю, что никогда бы не хотела столкнуться с силой его гнева.
– Про мужа? Ты хочешь сказать, что это, – киваю в сторону тачки, – Григорий постарался?
Ну, если на чистоту, крутилось у меня в голове, что это может быть «привет» отнеблаговерного. Но как всегда не хочется верить в худшее.
– Да.
– Он… ну этот… сам сказал? – снова киваю на машину.
– Запел соловьём. Всё мужикам как на духу выложил. Знаешь, они приятные собеседники, таким хочется доверить правду, – усмехается Артур.
– Звучит… угрожающе.
– Зато доходчиво, – подмигивает Крылов. – Сейчас в отделение поедут, там под запись повторит. Составят протокол и заведут дело.
– Значит, и мне в отделение ехать надо?
Артур качает головой отрицательно.
– Не надо. Туда подтянется один из моих толковых юристов, всё оформит. Хотя у меня все толковые. Ты только запись с видеорегистратора, если есть, передай.
– Есть, – киваю, – передам. А доверенность от меня нужна на одного из твоих толковых юристов?
Потому что знаю, что без бумажки они ничего сделать не смогут.
– Потребуется. Но можно позже.
Видимо, у Крылова тоже имеются связи, не хуже Гришкиных. Так что придётся нам в процессе померяться связями. У кого больше и длиннее.
От этих мыслей странная улыбка наползает на мои губы.
И Артур, видимо, расценивает её по-своему, потому что внезапно наклоняется. И его лицо становится очень-очень близко к моему.
– Вести машину можешь? Если нет, поехали на моей, а ребята твою отгонят, куда скажешь.
Его ладони потирают мои плечи.
И я думаю: сейчас, куда угодно… только позови… куда угодно?
Облизнув губы, уточняю:
– Куда поехали?
– Посидим, поужинаем где-нибудь. Но могу и в гости пригласить, только ты откажешься, да?
Вздыхаю и, приподняв плечи, опускаю в резким выдохом.
Не уверена…
Артуру ответ не требуется. Он, вероятно, всё прочитал по моему лицу.
Он обнимает крепче и притягивает к себе, загораживая внешний мир. Его губы в опасной близости от моего рта. И в голове моей крутится его фраза про приласкаю. Мне кажется, он может быть очень нежным. А может – грубым. А вообще я не знаю, какой он. Я почти ничего о нём не знаю. Но мне сейчас больше некому довериться.
Зато я знаю, что меня к Артуру тянет совершенно безумным образом.
А его ко мне?
Я бы жрал тебя без остановки…
Эта фраза тут же всплывает в голове.
И сразу после его рот набрасывается на мой.
У нас обоих вырывается какой-то вздох. Облегчения… А у Артура рычание клокочет в груди. Он будто хищник, получивший добычу.
Наглый язык толчком врывается в мой рот, чтобы исследовать его и захватить пространство.
– М-м-м… – со стоном хватаюсь за Артура и земля уходит из-под ног.
Только его руки, поддерживая под спину, не дают упасть.
Мы целуемся до дрожи в руках и коленях. И голова идёт кругом, потому что я наполняюсь его вкусом и ароматом. Этот мужчина повсюду. Его слишком много вокруг меня. С трудом выдерживаю атаку. И мне действительно кажется, что он поглощает меня. Захватывает собой. Вдавливаюсь в него всем телом, желая раствориться в ощущениях. В груди покалывает, в животе крутиться спираль удовольствия, и желание поднимается из самых глубин: бешеное и первобытное.
Ладони на моей спине обжигают, а губы уже покалывает от поцелуя.
И мне нужен воздух.
Много воздуха.
Я легонько толкаю Артура в грудь, и он отпускает. Мы смотрим друг на друга, а я всё ещё стою в кольце его рук.
В голове ни одной связной мысли.
И тут же телефон в кармане пиликает, оповещая о пришедшем сообщение, а следом начинает надрываться от звонка.
Я почему-то думаю, что это Григорий, нехотя, скорее на автомате доставая сотовый.
Но нет… это не Григорий. Это гораздо хуже.
– О… нет… – практически хнычу я.