Русалка. Спасатель № 1

Глава 19

Вышедшая из пены морской

Долго смотрела на бьющиеся о берег волны. Взволновалось то немного. Почти всегда так было, когда на поверхность поднимался морской владыка. Улыбнувшись, махнула рукой прежде, чем скрыться за одной из дюн. Было потайное местечко, где припрятывала одежду к своему возвращению.

Обычно — топик, максимально открывающий стройное тело и красиво подчеркивающий грудь, и коротенькие шортики. На этот раз… О чем… или — о ком? Думала, подбирая себе гардероб на момент возвращения?..

… Направляясь от вышки в сторону дюн, где любили расположиться так называемые «отдыхающие дикараями», Валентов размышлял над вопросом своего истинного отношения к Николайте. Третий день отсутствия. В целом, против ничего не имел. Без выходных девчонка отработала. Право имеет на отдых. А у него вдруг вопросы возникли. Одна? Или помимо родителей, кто есть? И под

«кто

« не подружка подразумевалась. Ревность откуда-то из глубин душевных, начала подниматься. Еще не хватало…

За размышлениями не заметил, как не только «дикий» пляж прошел, на радость отдыхающим лекций об опасности отдыха вне обустроенного места для купания, не прочитав. Вообще, кажется, не заметив таковых. Остановившись резко, назад уже собирался повернуть, когда увидел…

Из-за дюны, ему на встречу вышла… Шла… Алеста Николайте в летнем сарафанчике в синюю полоску по белому фону. Вдоль берега, по воде. Девчонка, хоть и двадцати трех лет. Легко так шла.

Ветерок шаловливо поигрывал распущенными волосами цвета солнца.

Черт, аллергия. На солнце. На жару. Даже плечики не прикрыла. Шляпка. Вот шляпка точно не помешала бы. Вроде не маленький ребенок. Проблему сама отлично знает. Откуда такая безответственность по отношению к собственному здоровью…

Остановилась… Поверить не могла. Валентов. Здесь? Как давно? Впрочем, в момент появления ее из пены морской точно в поле видимости отсутствовал. Иначе точно уже пляж наводнился бы какими-нибудь службами по ловле непознанного. Если такие, в действительности, существуют.

— Кирилл Николаевич?

Растерялась. А он… Залюбовался. Хорошенькая. Очень хорошенькая. Посвежевшая. Что-то неуловимое изменилось в девчонке. Или, просто, отдохнула? Может, и так. Отдыхать тоже необходимо.

— Кирилл Николаевич, — кивнув, подтвердил очевидное.

Николаевич… стариком себя чувствовал, когда вот так обращалась. Не древним, но… Черт… Сам задумался. Было над чем. Сколько не уговаривал себя не глупить… А в чем, собственно, глупость-то заключалась?

Ну, был брак. Неудачный. Сам где-то виноват. Или, нет? Теперь уже не важно. Прошлое в прошлом должно и остаться. А в настоящем…

— Простите, я… — вновь начала осторожно.

Настроения Валентова понять не могла. Смотрел на нее, словно впервые в жизни видел. Только если, новость какую не собирался сказать. Об увольнении. За задержку выхода с выходных. Как-то не уследила за временем.

— Задержались, — улыбнулся. Открыто. Спокойно. Неожиданно для себя. В последнее время как-то не до улыбок было.

— Да, я вчера должна была. Знаю, но…

Нервничала. С чего вдруг? Вроде, на монстра не похож вот совсем. Только если не держит в напряжении их последнее общение перед её отъездом. Выходка Вика еще проблем, определенных добавляла.

— Алеста, немедленно прекращайте, — потребовал, наблюдая за ее реакцией на их встречу и принимая для себя… судьбоносное решение. Было время подумать. Трое суток. Спокойно. Без её мельтешения перед глазами.

— Уволите? — мгновенно прозвучал встречный вопрос.

Недоумение. Усмешка. Головой отрицательно качнул.

— Чтобы у меня следом вся команда «по собственному» написала? — поинтересовался, сам же отвечая, — Нет, Алеста, не уволю. Дарю вам день в качестве компенсации. Пусть парни поработают. Вопрос только один, если позволите, — продолжал, к девчонке присматриваясь. — Вы как в этой части берега оказались? Из морской пены вышли?

Если бы только знал, на сколько прав. Причем, буквально метрах в ста от того места, где сейчас стояли.

Интересно, как бы повел себя, стань свидетелем её появления на берегу под присмотром папы-Нептуна?

— мелькнул вдруг вопрос. Впрочем, нет. Не должен Никогда. Лучше так. Для обоих.

— Другой стороной прошла, — ни на минуту не задумываясь, сообщила Алеста. — У воды дышится легче, — добавила, перехватив его полный сомнения взгляд. — Шла берегом. Если по променаду, боюсь спалиться на солнцепеке.

Да! Вот оно, объяснение! Аллергия на солнце!

Теперь еще бы вспомнить, на сколько далеко от того места, где с Валентовым встретились, спуск с променада на само побережье. Не на пятой же точке она съезжала по дюнам к морской воде.

— Кстати, о «спалиться», — вновь задержав на ней взгляд, заговорил Кирилл, вспомнив о собственных размышлениях, на момент встречи, — Зная проблему, продолжаете рисковать. Не серьёзно. На больничную койку захотели?

Никуда она не хотела. Вот, совсем. Если рядом нет Кирилла Николаевича. Сказать только ничего подобного ему не могла. Современная девица. Вроде как. А на деле… Из совершено другого мира. Не от нее, первой, слова-признания исходить должны. Впрочем, о чем это она? О каких словах-признаниях?

— Больницы меня не любят, как и я их, — заставив себя максимально легко улыбнуться, произнесла Алеста. — Мне в помещении долго непроветриваемом находиться нельзя. Под совсем прямыми лучами солнца, — добавила, в сторону моря взгляд бросая. — Не будет перегрева и ожогов, — заверила, улыбнувшись.

— Будем надеяться, — не сводя с нее глаз, как не пытался внимания слишком явного не проявлять, обронил Валентов.

Не клеился как-то разговор. Ощущение, что оба буквально каждое слово вымучивали. Сказывалось, видимо, небольшое происшествие перед её «отъездом» к родителям. Когда Вик… Вот еще, головная боль. Предпочла бы вернуться сегодня и узнать, что Виктор из команды ушел. Только, так слишком легко все было бы.

— К ребятам сейчас? — спросил, гадая, почему сразу в городок не пошла.

— А можно с вами? — выдала вдруг, не столько для Кирилла неожиданно, сколько для себя самой, вопрос. — Не хочу сидеть в домике. Давно на воздухе не была.

А вот тут вырвалось. Бесконтрольно практически. Если только Валентов зацепиться решит… И так как-то странно на нее посматривает. Словно сказать что-то хочет и, не решается. Если только не воображение разыгрывается.

— Родители в подземелье живут?

Вроде как, сыронизировал. Улыбнуться бы. Шуткой ответить. Да. Надо. А то надумает себе, невесть чего… И, ведь, не прав. Нет, не в подземелье. В пучине морской. Интересно, — снова поймала себя на мысли, а как среагировал бы, скажи сейчас о том…

— Нет, — те не менее заставила себя вслух произнести. — Просто воздух там другой, не морской. То есть, не такой, как на побережье.

Очень надеялась, что Валентов сейчас не попросит назвать городок, где обитают домашние. Врать совсем не хотелось. А правда… До истерики! Не представляла, как заговорить. А очень хотелось, чтобы… знал. Правда? В самом деле? Ни с кем рядом такого желания не возникало. С чего вдруг…

— По правде сказать, обход завершен, — проговорил медленно Кирилл, задумчиво глядя на девчонку. — Но есть одно предложение, — продолжал, заметив, сомнений в том не было, сожаление на личике Алесты. — Не знаю, правда, как воспримите. Хочу угостить вас мороженым и кофе, ну, учитывая жару, могу кофе заменить на любое, что-то, более холодное. На ваш выбор.

Ответила не сразу. О чем думала, устремив взгляд в морскую даль? К сожалению, не мог забраться в мысли. Не дошло, до сих пор, человечество до того, чтобы читать чужие мысли. А, может, и к лучшему.

— А я согласна, — произнесла, встречаясь с ним взглядом. — Очень люблю с шоколадом и сиропом. Карамельным. И…

Замолчала, как-то неуверенно, с сомнением на него взгляд подняв. В догадках терялся, что сказать хотела, да не решалась? Новость еще. Недомолвки не очень любил. Зачастую в проблему серьезную затем выливались. С Николайте и без того не всё так просто, как хотелось бы.

— И… — повторил за ней, многозначительно смолкая в ожидании завершения фразы.

— Если я предложу на

«ты»

перейти, вы, как?

Как он? А, как должен быть? Не ждал. Хотя, почему, и себе вряд ли смог бы ответить. Просто, казалось, в его лице видят исключительно начальство. А, как-то не серьезно, когда начальству «тыкать» начинают. Да и, с подчиненными…

С другой стороны, сам ведь задумывался в последние дни над общением. Не видел в девчонке обычную подчиненную. Причем, давно. А в последние дни вообще места себе не находил. Задерживалась. Без звонка, без какого-либо вообще сообщения о причине. Боялся… Да, да — именно боялся, что больше не увидит. Что вняла его настойчивым рекомендациям заняться чем-то более подходящим для девушки, чем бесконечный риск на воде.

— Кирилл и Алеста? — уточнил, позволяя себе открыто любоваться ей. — Я не против, — признался затем, жестом пригласив выдвинуться в сторону променада. — Идем…

Что творил? Или, собирался сотворить? Разница в возрасте сумасшедшая. Или, нет? Двадцать три, кажется, почти уже двадцать четыре девчонке и тридцать семь ему. Четырнадцать лет. Много? Много. Наверно. Как заставить себя остановиться?

Городок, полный туристов и отдыхающих. Кафе — забиты практически под завязку. В одном, на удалении от побережья, получилось отыскать свободный столик не в помещении, а на улице.

— Жди, — обронил тихо, подарив ей мимолетную улыбку, Валентов направился в сторону самого кафе.

Сколько отсутствовал? Может, с четверть часа. Именно столько времени потребовалось, чтобы на столике перед ней оказалась вазочка с мороженым, политым карамелью и стакан холодного безалкогольного коктейля. Странно, точно помнила, что свои вкусы обозначить на данный счет не успела.

— Если не угадал, можем поменять заказ.

Серьезно? Улыбнулась. Говорить не собиралась вслух, а вот для себя… Внимание Валентова льстило. Даже если это всего лишь внимание, как к подчиненной. К женщине-подчиненной.

— Сойдет, — проворчала, в сторону глянув.

Странные ощущения рядом с этим… человеком. Не думала, что так может быть. Прикоснуться хотелось. Самой. Тепло его почувствовать. Как на неё, только, среагирует? «

Рыба холодная»

, — фраза в голове крутилась. Никогда ни на чем не зацикливалась. А тут…

— Что-то не очень оптимистично, — проговорил, присаживаясь с другой стороны столика. — Если с чем-то не угадал…

— Угадал, — перебил неожиданно резко. Смутилась. От чего, не понял. — Мне просто…

Наблюдал за ней, пытаясь понять, что с девчонкой, всё же, происходит. Вроде никаких поползновений со своей стороны не совершает. Вообще, даже расстояния особо не сокращает. Да и…

— Алеста, чем-то смущаю?

Вопрос максимально прямо задал. Не похожа девчонка на зашоренную. Сказал бы даже, бойкая. Что происходит, в таком случае…

— Нет, вроде, — пожала плечиками, практически не задумывая, отвечая на вопрос. — Хотя, скажите, — продолжала, на розетке с мороженным сосредоточившись. — Если бы вы узнали обо мне нечто…

О ней. Нечто. Брови Валентова слегка изогнулись в недоумевающую дугу. Она, сейчас, серьезно? Вот это очаровательное создание с копной волос цвета солнца и очаровательной улыбкой на губах?

— Ты — дочь Коза ностры? Или, вампир, сосущий ночами кровь? — иронизируя, тем не менее не сводил с девчонки пристального взгляда.

Напряжена. Чувствовал. Что-то, определённо, не так. Боится? Как вариант. Вопрос — чего? Или — кого? Три дня отсутствия. Проблема семейного плана? Какого? На контакт не идет, тоже ощущаемо. Да и о себе фактически не рассказывает.

— Вампиры ночами живут, солнце не их стихия, — заметила тихо, губками снимая с ложечки первую. порцию мороженого. — Хотя, я, наверно, не далеко от них ушла.

Об аллергии заговорила? Вообще, странно. При подобной проблеме выбрать профессию спасателя. Куда родители смотрели? Черт, снова к родителям её вернулся. Покоя странные отношения не давали. Ладно, когда парни уходят из семьи, жить отдельно рано начинают. Здесь мужское стремление к полной независимости и желание доказать себе и окружающим, что мужик настоящий, а не маменькин сынок. Но девчонки… Девочки, они более домашние.

— Алеста, если ты приняла какое-то решение, — начал осторожно, взгляд на ней задерживая, — Пойму. Не хватать тебя будет. И не потому, что первенство потеряем. Привык к тебе. Живая ты, яркая, как солнышко. Но жизнь не стоит на месте и…

Он решил… Задержав дыхание, медленно выдохнула. Поняла прекрасно, какие мысли у человека в голове. Тень улыбки коснулась красивых губ, задержавшись очаровательными ямочками на девчоночьих щечках.

Черт, даже это начал подмечать…

— А я никуда не собираюсь, — заверила, медленно покачав головой. — Мне нравится то, чем занимаюсь. Отец принял мое… — что?

«Пребывание на поверхности воды»? Отлично. «Скорая» когда сюда будет вызвана? И с чем ее отправят под присмотр врачей? С солнечным ударом? Это, так понимала, в лучшем случае. В худшем…

— Значит, всё-таки отец, — едва заметная усмешка коснулась губ Кирилла. — Помощь нужна?

Какого плана, и сам вряд ли смог бы ответить, поинтересуйся Николайте, да и вообще, кто-либо, сейчас.

— Всё решилось, — заверила Алеста, наконец, открыто посмотрев на сидящего напротив Валентова. — Иногда надо время, чтобы тебя поняли, а твое решение приняли и с ним стали считаться, — добавила, не отводя от него взгляда.

То, как смотрел на нее… Никогда, до сих пор, не смотрел. Теплота, которую и не пытался скрывать. Легкая задумчивость, причина которой, по крайней мере ей, точно, не ясна. Решал для себя какой-то непростой вопрос? Возможно.