Русалка. Спасатель № 1

Глава 21

Первая ночь

Место, в самом деле, оказалось сказочным. Огромные дюны отделяли водную гладь от пирса. Свет фонарей едва достигал того места, где по итогу оказались с Николайте. Тихий шум прибоя. Практически неслышный. Луна. И кругом — никого, кроме них.

Стоя чуть в стороне, любовался девичьей фигуркой, спрятанную в шортики и свободную кофточку. После инцидента на катере, не стала ту заправлять, свободно выпустив поверх шортиков. Волосы, распущенные странно блестели в холодном свете луны… Романтиком становится? Или, всё дело в Николайте? В интересе к ней, как к женщине? К хорошенькой, миленькой, хоть и слишком молоденькой.

А, может, и прав Изместьев? Загоняет самого себя? Вместо того, чтобы просто жить и строить жизнь с человечком, который… Хотя, если вспомнить, как всё начиналось… С другой стороны, на столько ли это важно, «как». Важно то, что происходило здесь и сейчас. А здесь и сейчас был он, Кирилл Валентов. Человек, который…

Кажется, дышать перестала, когда приблизившись, коснулся ее плеч. Чуть шероховатые мужские ладони прошлись вдоль рук.

Снова холодная

, — отметил про себя Кирилл. —

Не ледяная, но холодная

Как такое быть могло, не понимал.

— Алеста, ты дашь нам шанс? — тихо прозвучал его голос у самого её ушка.

О чем говорит, прекрасно поняла. И вдруг, совершенно неожиданно, стало страшно. А получится ли? Ведь сегодня Вик едва не выдал её тайну. А если бы выдал? Вот сейчас, в эту самую минуту, стояли бы вместе с Валентовым здесь?

— Вы ничего не знаете обо мне, — тихо прошептала, не сопротивляясь его объятиям.

Совершенно по-другому обнимал, не так, как с полчаса (может, чуть больше) назад, в каюте катера. Те объятия были успокаивающими. Несли в себе ощущение защищенности. А тут… Впервые…

Впервые мужчина касался ее вот так нежно. По-особенному нежно. До сих пор никого на столько близко к себе не подпускала. Страх случайно оказаться раскрытой удерживал от ответного шага. Но то, что происходило рядом с Кириллом… Обернувшись, замерла…

— Достаточно, чтобы понять, хочу ли видеть рядом, — прошептал, сосредоточившись на её красивых губах. — Если не подхожу по каким-то критериям, давай сразу… — предложил, начиная медленно приближаться губами к ее губам.

Секунда. На размышление время дал. Губки чуть приоткрыла. Дыхание затаила. Губы губ коснулись. Ответа искреннего не почувствовал. Скорее — напряжение необъяснимое. Хотя, без наскока действовал. Даже от своего излюбленного «французского» отказался.

— Не так, что? — чуть отстраняясь, поинтересовался. — Спешу? — черт, вроде навыков по соблазнению растерять еще не успел. — Время надо? Или, проблема в сегодняшнем инциденте, и я слегка тороплю события? — молчание в тупик заводило. — Алеста, не молчи, пожалуйста.

— Я сказать кое-что хочу, — почти прошептала, на водную гладь моря взгляд кинув. — Не знаю, говорят такое или нет, когда все начинается.

О чем она сейчас? Понять хотел бы прежде, чем озвучено будет. Временами совсем девчонкой казалась. Неопытная, не целованная. Еще и это сдерживало от решительного шага. Её реакции, на оказываемое им внимание, безуспешно объяснение найти пытался. Если только, то не последствие их первых дней общения. Не самое удачное, что сейчас признавал. А тогда, как там говорят, удила закусил.

— Обо всем говорят, — попытку сделал как-то сгладить момент, в смущение е с чего-то приведший. — Слушаю тебя… — заверил, никаких попыток на большее сближение, кроме как, в объятия заключить, не предпринимая.

— Ты первый будешь… — тихо проговорила. С взглядом его, слегка недоумевающим встретившись, свой в сторону спешно отвела, добавив, — Никого до тебя не было…

Молчание его в тупик заводило. А он… информацию «переваривал». Вот такого точно не ожидалось. По нынешним-то временам вседозволенности. Да и не девочка давно, все же двадцать три…

— Извини. О таком, в самом деле, не следовало…

Не удерживаемая им, к кромке воды приблизилась. Море сегодня спокойное, тихое. Луна водную гладь освещала своим холодным светом. На глубине бы сейчас оказаться. Душу успокоить. У нее тоже душа…

— За доверие, спасибо, — услышала его голос, от которого вздрогнула невольно. Подошел, когда, не слышала. — Спешить не будем.

— Кирилл, я…

Саму себя не узнавала. Чтобы вот так, в открытую сказать, что… не было до сих пор никого… Доверие? Или… Выдохнув, обернулась. Открыто на него посмотрела. Сказать что-то хотела?

— Алеста, испугалась сегодня? — перебивая её, высказал, кажется, верное то ли вопрос, то ли предположение. — Не подумали, что кто-то из ребят может вот до такого опуститься.

— Не хочу, чтобы это не ты был, — призналась, глаз не отводя. — Можем, сегодня? Сейчас? Здесь.

Она — серьезно? То есть, прямо… Нет, сам-то без комплексов. Просто как-то всегда считал, что девственниц невинности лишают как минимум в спальне со всем последующим комфортом. Ну, или, как минимум, душевой и шампанским в хрустальных бокалах.

— Алеста, счастлив у тебя первым быть, — прошептала, дыханием её ушка касаясь, рукам позволяя обнимать тонкую женскую талию. — Мужскую гордость потешила, — добавил, взглядом взгляд удерживая. — Но не хочу, чтобы это банальный перепих получился. Дай мне время устроить все.

— Мне не нужны шелковые простыни, — ответила ему в тон, а ручки вдоль торса прошлись, неуверенно коснувшись той его части тела, которая вдруг решила проснуться. Вот черт, еще только проблем не хватало. — Только, чтобы ты, — чуть отступив, за руку взяв, за собой потянула. — Место одно есть. Идем.

Кто кого, черт возьми, в данный момент соблазнять собирался? — мелькнула у Валентова мысль. То есть, вопрос. К самому себе.

Что терял? А, ничего. Хочет здесь и сейчас? Кто не дает постараться, чтобы запомнила свой первый раз как маленькую сказку? Да, согласен, без привычных атрибутов. Черт возьми, еще один момент. Самый важный атрибут отсутствовал — презерватив. Если девчонка невинна, как говорит… А вряд ли врет. О предохранении только если в книжках читала. Как взрослый мужик, обязан…

Недалеко ушли. С одной стороны. С другой… Мало вероятно, что в данную часть берега кто решит заглянуть. Да еще в данное время суток. Крохотная полянка, окруженная со всех сторон цветущим кустарником. Вот, что за кустарник. Черт, самое время вспоминать биологию. Самого себя остановил.

— Здесь никого никогда не бывает, — проговорила Алеста, еще на шаг от Валентова отступая. — Если…

Что добавить собиралась? Черт, с ума, наверно, сходит. Когда последний раз, на столько безрассудно себя вел? И не припомнить. Ведь, действительно, если кто застукает. Ему, ладно. Мужик. Переживет. Леста…

Руку протянув, привлек к себе. Обнимал долго, нежно, позволяя рукам каждый изгиб женского тела изучить. Не останавливала. Только выдохнула тихонько, когда осторожно под кофточку, в шортики не заправленную, мужские ладони скользнули.

Губы мужские её шейки касались. Поцелуи, как мотыльков прикосновения. Не думала, что так будет. Замерла, кажется, даже дышать перестала, когда почувствовала, как его пальцы застежки бюстгальтера коснулись. Ждала, когда… Не расстегнул. Только чуть сдвинул, пальцами медленно своеобразную линию прочерчивая.

— Лест, передумала, останавливаемся, — проговорил тихо, в глаза ей заглянув.

Одного еще момента боялся, что под эмоциями находится. Выходка Вика вполне могла подтолкнуть. В последнюю очередь хотел, чтобы потом жалеть начала. Но и оттолкнуть… Черт знает, чего себе в таком случае, тоже, надумает.

— Пусть всё сегодня случится, — медленно головой качнув, попросила. — Или, не должно так быть? — вопрос вдруг прозвучал, заставив Валентова насторожиться невольно. — Не я должна, да? — выдала следующий вопрос, делая попытку отстраниться. — Я не знаю. Мне казалось, если…

А вот и «ласточки прилетели». Первые. В голове себе, как пить дать, уже изобразила проблему из-за собственного действа. А какое тут действо? Высказала, как вполне взрослый человек, собственное желание. Намерение. Да, как не назови…

— Тш-ш-ш, — остановил последующий поток слов, поцелуем женский ротик закрыв. Вот, самое надежное средство предотвратить опасный словесный… поток. — Я ж не против совсем, — заверил, от сладких губ отрываясь, выдохнуть ей давая. — Хочу только, чтобы уверена была в своих желаниях. Чтобы знала, остановиться и передумать можешь в любой момент.

Сможет ли сам остановиться? Вот тут… Загвоздка с ответом. Попытается. Или, всё же, остановится? Мужик взрослый. Контролировать себя способен. Свои желания. Проблемка, правда, одна имелась. После, как от жены ушел, и бабы-то не было. Так, пара именно перепихов. Не планировалась как-то в обозримом будущем, девственница. Да и не в обозримом. Вообще, не входила в планы.

— Не передумаю, — заверила Алеста, ладошкой накрывая заметно выступившую на его штанах выпуклость. Пока, относительно приличную. Стояк, но — контролируемый.

— Давай с шалостями повременим, — предложил, к своему удивлению обнаруживая, что голос заметно сел. — Сорваться не хочу, — добавил, взгляд выдерживая. — Лест, без обид, — попросил, снова склоняясь губами к её шейке. — Обидеть не хочу, а могу не сдержаться, — как есть говорил, в надежде, что услышанным всё же будет.

Взглядом полянку крохотную окинул. Ну, и куда здесь очаровательное создание пристроить? Простыни. Шелковые. Вместо них — трава зеленая. Футболка его.

Не особо беспокоясь, как со стороны выглядеть будет, через голову ту стащив, на траве расстелил. Брюки следом отправились. Постель, так себе. Но, все не на земле, хоть и прогретой дневным солнцем. Замер, когда со спины приблизившись, Алеста за торс его обняв, к спине всем телом прижалась. Без кофточки. В одном лифчике. Черт, кто кого здесь сейчас соблазняет⁈ Вопрос к самому себе, скорее.

Обернулся медленно, словно опасаясь нечто увидеть. Чуть склонившись, губами к губам приник. Долгий поцелуй. Многообещающий. Если поняла, конечно, что хотел тем сказать, дать понять.

— Лест, — на выдохе её имя произнес, в глазки красивые заглянув. — Шортики снимем?

Только кивнула в ответ. Пальчики пуговку, сделали попытку, расстегнуть. Разнервничалась. Неожиданно. Или, как раз-таки, ожидаемо? В сторону её руку отвел, сам с капризной пуговицей справился. Медленно молнию вниз потянув, на Николайте взгляд поднял. Губку нижнюю прикусив, за действиями его наблюдала. Выждав, время давая на принятие происходящего, также медленно с бедер те вниз потянул, присев перед ней.

Трусики. Кружевные. Только ластовица — ткань. Спрятано самое заветное, желанное местечко от глаз. Даже — от его. Пальцами очертив границу лоскутка белого, взгляд на Алесту поднял. По-прежнему наблюдала за ним. Внимательно.

— Прекращаем? — спросил, при этом пальцами от края резинки трусиков к ластовице пальцами проходя.

Осторожно коснулся той частички местечка её нетронутого, которое волну желания способно было вызвать. Неконтролируемого. Если невинна, много усилий не потребуется. Можно не напрягаться. Если следовать исключительно за мужским эгоизмом. Не хотел, не мог так.

— Нет, — отрицательно головой качнула, а ладошка накрыла его руку, сильнее к ластовице прижимая.

— Ну, если уверена… — на ногах выпрямившись, на руки подхватив, на импровизированную постель перенес.

Бережно опустил на футболку, рядом на коленях стоять оставшись. Выдохнула тихо, за перемещением его руки от её груди к ножкам, наблюдая. К груди склонившись, губами сквозь тонкую ткань, сосочек прихватил.

Ладошки по его плечам прошлись, пальчики в шевелюру «зарылись». Прикосновения странные ощущения несли. Всего лишь — прикосновения! Подумать не могла, что такое может быть. Всегда казалось, почему, вряд ли объяснить смогла бы, что исключительно мужчина удовольствие от близости получает. Нет.

Пальцы его вдоль ластовицы трусиков прошлись, слегка надавливая и потирая местечко увлажнившееся.

Догадывался, какая реакция на него?

— мысль пронеслась. Ответить себе не успела, его пальцы почувствовав… не теле. Вернее, между складочек. От неожиданности и удивления от реакции всего организма на самое простое прикосновение, глазки открыла. Взгляд с взглядом встретился.

— Неприятно? — и почему так решил, непонятно. — Леста, хорошая моя, не молчи, если некомфортно, — прошептал ей в губы, в следующее мгновение, поцелуй даря. — Не знаю, пока, как тебе хорошо, а как… — продолжал, скользя губами к шейке и снова, к груди перемещаясь.

— Хорошо, — с губ сорвалось на выдохе. — Очень, — добавила, следя за его перемещением вдоль её тела, к тонкому кружеву.

Легкие поцелуи внизу животика. Странные ощущения. Никогда не думала, что… желание появится. Самой. Перед ним. Раздеться. Появилось. Не дал, удержав рукой. Затем пальцами под ластовицу занырнув очередной раз, чуть в сторону ту сдвинул, обзор себе открывая. Большим пальцем, словно невзначай коснулся той части тела, которая на медицинском языке клитором называется. А красиво, поэтично если — жемчужинка. Да, точно. Читала в романах о любви.

— Кир… — от неожиданности действа, имя его выдохнула.

Склонившись, зубами чуть прихватил ту самую «жемчужинку». Языком коснувшись, как разрядом прошиб. Реакция неожиданная. Необъяснимая. Не ждала, что так может быть. Вообще, все себе по-другому до сих пор представляла.

— Не нравится? — услышала вопрос, когда взгляд на нее поднял. — Или, лежать неудобно? — мысль только сейчас мелькнула. Хотя и постарался в выборе места, где футболку кинуть. Но, с другой стороны, земля есть земля. Не постель удобная.

— Неожиданно, — проговорила тихо, до его руки дотягиваясь.

— Для меня — тоже, — проговорил, легко справляясь с застежкой её бюстгальтера. — Делать девушку женщиной в походных условиях, — добавил, не встречая сопротивления, снимая с нее первый кружевной лоскуток.

Залюбовался. Красивая грудь. Небольшая. Размер второй, может даже меньше. Меньше. В ладонь мужскую ложится. Ощущения непередаваемые от прикосновения. Кожа нежная, словно бархат. Чуть холодная. Губами сосочек захватив, принялся посасывая, языком ласкать. Ладонь промеж ножек стройных скользнула, в трусики «занырнула», ласку непривычную неся слегка грубоватым растиранием. Складочки влажные, кажется, еще увлажнённее стали. В какой-то момент бедрами движение на встречу сделала.

— Не спеши, — услышала шепот, пока к её ногам перемещался. Трусики пальцами зацепив, вниз потянул. — Снимем? — вопрос услышала.

Серьезно? Он — спрашивает? То есть, она может сказать «нет» и?.. Не хотела. Останавливаться не хотела. Вновь навстречу ему подалась, попку от земли чуть приподняв. Второй лоскуток кружевной, последний, прикрывавший её самое интимное местечко, в сторону отложен за ненадобностью.

Следила за тем, как, под коленочки подхватив, ножки в стороны развел, для себя открывая самое сокровенное. Не сопротивлялась. Ждала. Взглядом взгляд её удерживая, склонился к «жемчужинке», что пальцами ласкал, губами захватив сейчас. Теребил, покусывая и посасывая долго, с упоением, словно конфета вкусная.

В напряжении оказалась в тот момент, когда пальцы его ощутила… В неё ввел. Осторожно. Сперва один, не глубоко. Буквально почувствовать давая. Когда чуть расслабилась, успокоившись, вышел, а затем почувствовала, как двумя вошел. Никаких резких движений. Мягко, осторожно.

— Алеста, хорошая моя, прости, не могу больше, — услышала его шепот.

Глазки приоткрыв, увидела, как трусы снимает. Думала, со стыда сгорит, если мужика однажды голого увидит. Не морской житель. У тех хвосты и чешуя. А здесь — человеческая особь. Нет. Даже никакой неловкости не ощутила. С интересом на человеческий орган, способствующий размножению, смотрела. Войти в нее должен. Знала. Читала. Только — поместится как в ней? Думала, как-то, меньше в размерах.

Ждала, что сразу и сделает свое дело, как голым останется. Нет. Снова не по плану. Вернее, не по её плану. Ласки продолжал дарить, ласкать то самое местечко, куда должен был свое странное, непривычное для ее мира, существо направить.

Толкаться начал, наблюдая за её реакцией, в то местечко, куда пальцами совсем недавно проникал. Но, то пальцы. А то… Проник. Каким-то непостижимым образом. Замер, над ней нависнув. Чего-то ждал? От неё? Или…

Медленно продвигался, словно споткнуться обо что боялся. В какой-то момент замерев, чуть назад сдал. Движения не быстрые. Сосредоточен, словно… Губу закусила, чувствуя, как почти полностью вошел. И тут… Одно движение. Тихий вскрик от неожиданности скорее, чем от боли. Легкое жжение. Объятия Валентова. Крепкие, успокаивающие…