S-T-I-K-S. Пройти через туман VIII. Континент

Глава 3

Я сидел за пропитанной запахом дешёвого самогона стойкой в вонючем баре стаба и снова сжимал в руке пустой стакан так, будто он был единственным якорем, удерживающим меня от падения в бездну безумия. Передо мной сидела Куница, и на неё стоило посмотреть, хотя бы для того, чтобы убедиться, что злость может быть красива, как остро отточенный клинок. Её глаза полыхали яростью, словно два уголька, готовые прожечь дыру в любой преграде, а черты лица, острые и резкие, искажала гримаса раздражения, приправленная её коронной ядовитой ухмылкой. Я в который раз задавался вопросом, что жёг мне мозги с тех пор, как мы вынужденно сцепились в этом долбаном союзе – какого хрена я до сих пор не послал эту стерву на все четыре стороны? Редкостная язва, эгоистка с душой калькулятора, радикальная феминистка, для которой выгода – единственный бог. Мы были нужны друг другу лишь для того, чтобы вырваться из камеры обезьянника да закрыть квест с Хамбурчиком. А теперь? Теперь она мне на кой сдалась? Нет… Она, как ржавый гвоздь в сапоге. Пора этот мазохизм заканчивать. Точка. Финиш.

Безусловно, быть в команде с опытным игроком – это как иметь при себе потёртую, но рабочую карту Континента. Куница разбиралась в здешних раскладах лучше, чем я, зелёный новичок, и, в случае заварушки, могла выдать дельный совет или, если припёрло, прикрыть спину. Но, мать её за ногу, стоит ли терпеть её вечные шпильки, вонзающиеся в меня, как ржавые иглы, и выкрутасы, от которых хочется выть на луну? Надёжным напарником-то её точно не назовёшь – она скорее как граната без чеки, готовая рвануть в любой момент, и не факт, что не у тебя в кармане.

– Ну? – рявкнула она, скрестив руки на груди и буравя меня требовательным взглядом. – Я жду, Казанский! Отменяй свои задания, или я сваливаю в закат, покуда ты тут сопли жуёшь и алкоголизм качаешь!

Тут я окончательно не выдержал.

Да ну её ко всем бесам! Хватит с меня этого балагана. Никакие выгоды не перевешивают это сочетание темперамента и гадкого характера. Я уже открыл рот, чтобы озвучить, куда она может катиться со своими ультиматумами, но в этот миг перед глазами вспыхнуло системное уведомление, холодное и безжалостное, как сам Континент:

Внимание! Отрядная победа! Уничтожен заражённый. Уровень – 32. Вероятность получения ценных трофеев – 100%.

Внимание! Вы одержали командную победу над противником при помощи высокоуровневого игрока, поэтому вы получаете штраф на зарабатываемый прогресс. Стремитесь вступать в группы с игроками примерно одного с вами уровня, это позволит избежать штрафов и обеспечит равномерное развитие всего отряда.

В ходе боя проявлена высокая ловкость, реакция и скорость.

Получено 25 очков к прогрессу ловкости.

Получено 36 очков к прогрессу реакции.

Получено 29 очков к прогрессу скорости.

Получено 48 единиц гуманности.

Я замер. Куница тоже застыла, будто её током шарахнуло. В её ледяных глазах мелькнуло что-то хищное, алчное – то ли жадность, то ли голый расчёт, который на Континенте заменяет большинству совесть и душу. Она явно тоже получила уведомление, и её губы растянулись в язвительной ухмылке – как у акулы, учуявшей запах свежей крови.

– Везёт тебе, Казанский, как любому придурку, у которого в башке вместо мозгов навозная куча, – процедила она, сложив руки на груди. – Ладно уж, притормозим с разводом. Сначала заберём трофеи с этой Элиты. А там…

Взгляд моей визави, острый, как осколок битого стекла, впился в меня с такой силой, что я чуть не отшатнулся.

– …Там всё будет зависеть от тебя. Как уже говорила, помогать с твоими дебильными персональными квестами я не собираюсь. Да и никто не будет. Это Континент, а не богадельня для нытиков. Усёк, придурок?

Она развернулась к выходу, не дожидаясь моего ответа, будто её слова были указом, высеченным на каменных скрижалях, а я – просто декорацией. Я залпом допил остатки самогонки, которую мне подсунули вместо заказанной водки. Мутная дрянь обожгла горло, словно жидкий огонь. Но тяжёлая пелена безысходности, что сдавливала меня с момента разговора с Лаки, ненадолго отступила перед призраком жирной добычи. Трофеи с заражённого тридцать второго уровня – это не мелочь по карманам, это как найти полный чемодан патронов посреди пустыни. На Континенте такое везение – почти миф, такой же, как честный барыга или девственница в борделе. Хотя, если слухи не врут, порой и это тут случается.

– Как будем добираться? – буркнул я, догнав Куни у выхода из этой пропахшей перегаром дыры. – Пешком? Это ж целый марш-бросок обратно – туда, откуда, мы приехали. А у нас даже тачки нет.

Куница, не оборачиваясь, уже шагала вдоль ряда замызганных лавок стаба, где торговали всем подряд – от ржавых железяк до дырявых бронежилетов и касок. Она резко затормозила у одной из точек, заваленной всяким технохламом. Казалось, здесь можно было найти всё – от разобранных генераторов, покорёженных движков и велосипедов, переживших, похоже, не один апокалипсис, до сверхсовременных смартфонов. Ткнув пальцем в два покрытых пылью, но внешне исправных электровелосипеда с усиленными рамами и раздутыми аккумуляторами, она коротко бросила:

– Возьмём эти. Не породистые скакуны, понятное дело, но сойдут. И тише любой колымаги. С добычи за элиту на оплату хватит с лихвой. Или раскошелишься за счёт своих персональных квестов, – добавила она с такой ехидной ухмылкой, что у меня зубы заныли от раздражения. – Чего смотришь? Я на мели. Плати, Казанский. Или ты уже передумал потрошить эту тварь?

Я сжал челюсти так, что мышцы свело, но спорить не стал. Отсчитал продавцу требуемое количество споранов, ощущая, как мой скудный запас тает, а злость разгорается ярче. Континент снова кинул мне кость, но вместе с ней подложил и поводок, за который в любой момент дёрнет.

Велосипеды, как ни странно, оказались заряжены почти на полную. Я перекинул ногу через раму своего велика и почувствовал, как холодный металл впивается в бедро. Впереди ждала дорога, туша монстра, чей уровень раз в десять перекрывал мой, и неизбежная, как системный глюк, необходимость разыскать девчонку по имени Аня. Игра только начиналась, а я уже чувствовал, как Континент скалится на меня своими гнилыми клыками, готовясь вгрызться в глотку.

Путь к месту, где дожидалась наша добыча, стал настоящей проверкой на прочность – как будто кто-то специально решил устроить нам марафон по пересечённой местности. Электровелосипеды, хоть и не сдохли на первых же кочках, скрипели и дребезжали, словно старые пружинные кровати в дешёвом мотеле. Мы пробирались через давно не перезагружаемые кластеры, минуя остовы ржавых машин, обугленные руины домов и горы мусора. Воздух был густым и тяжёлым, пропитанным вонью гари и сладковатым смрадом разложения – типичная атмосфера Континента, будто открытка из преисподней с надписью «Добро пожаловать в самую задницу мира». Напряжение между мной и Куницей нарастало с каждой минутой, как пороховая бочка, ждущая лишь искры, чтобы рвануть ко всем бесам. Напарница ехала впереди, держа спину прямо, словно королева на параде, и время от времени кидала на меня взгляды, полные раздражения и откровенного сомнения.

– Ты хоть педали крутить умеешь, Казанский, или у тебя и на это мозгов не хватает? – прошипела она, когда я в очередной раз чуть не влетел в груду обломков кирпича, валявшихся на обочине.

– А ты хоть заткнуться можешь? Или трепаться без умолку – ещё один твой Дар? – рявкнул я в ответ, чувствуя, как злость кипит в груди, как перегретый котёл. – Если б знал, что подписываюсь на велотур с самой сварливой тварью Континента, я б лучше пешком пошёл. Через поле, засеянное минами и заражёнными.

Её губы сжались в тонкую нитку, но она лишь фыркнула, не удостоив меня продолжением спора. И слава Системе за это мелкое милосердие, потому что ещё пара таких подколок, и я бы попытался свернуть ей шею. Пусть даже с её уровнем и телекинетическим толчком она бы ушатала меня, как котёнка.

Но сама мысль о такой попытке грела душу всё сильней и сильней.

Мы уже совсем близко подобрались к точке, где лежал наш элитник со споровым мешком, полным трофеев, когда тишину разорвал низкий, утробный звук, от которого волосы на затылке встали дыбом. Я резко затормозил, чуть не впечатавшись в заднее колесо велосипеда Куницы. Она тоже встала, как вкопанная, и её рука моментально дёрнулась к автомату, что висел на плече.

– Слышал? – прошипела она, обшаривая взглядом окрестности.

Её лицо, обычно холодное и надменное, как у статуи, сейчас напряглось, а в глазах на миг мелькнул неприкрытый страх, тут же спрятанный за привычной маской высокомерия.

Я не успел ответить, потому что из-за ближайшего поворота вывалилась целая стая заражённых. Это были не жалкие два-три бегуна, которых можно завалить с левой ноги, а полноценная орда – голов двадцать, или даже больше. Их уродливые тела дёргались в жутком, неестественном ритме, будто марионетки с порванными нитями. В авангарде неслись пятеро, возглавляемые тощим, длинным лотерейщиком – существом настолько корявым и несуразным, что казалось, его слепили из кусков разных существ. За ним пёрли ещё трое матёрых лотерейщиков, лишь чуть-чуть уступающих начинающим топтунам по мощи. А замыкал эту свору сам топтун – громоздкий, с характерной подпрыгивающей походкой и цокающими копытами, от звука которых по спине бежал холод. Я даже почувствовал укол разочарования – так жутко урчало, а в итоге всего лишь топтун. Хотя, глядя на его тушу, можно было не сомневаться, что эта тварь одна стоит половины стаи.

– Мать их за ногу! – проревел я, срывая с плеча потёртый укороченный «Калаш» и спрыгивая с велосипеда в одно движение. – Куница, прикрывай! Если сейчас облажаемся, нас размажут, и тогда – никаких трофеев!

– Не учи учёного, придурок! – рявкнула она, уже занимая позицию за ближайшим бетонным обломком и вскидывая автомат. – Только не тормози, а то я сама тебя добью!

Первые выстрелы грянули почти одновременно. Я всаживал очередь за очередью в ближайшего бегуна, целя в башку, но тварь даже с простреленным черепом всё равно рвалась по прямой ко мне, как ошалевший спринтер на стероидах. Только третья очередь заставила её уткнуться мордой в трещины асфальта, но за ней уже ломились новые. Куница орала нечто матерное на весь кластер, её автомат трещал без остановки, а телекинетические толчки раз за разом отбрасывали тварей, как шары на кегельбане. Но их было слишком много, они подбирались всё ближе, и воздух уже пропитался запахом пороха.

Я успел расстрелять три полных магазина и наполовину опустошить четвёртый. Несколько особо хитрых лотерейщиков держались за спинами оравы младших сородичей, явно запланировав подобраться таким способом поближе и навалиться всей кучей одновременно после короткого последнего рывка. Как не жаль, но пришлось перевести на них немало ценных патронов, заодно, правда, выкосив большую часть мелочи.

Потом я израсходовал остаток четвёртого магазина на одного из топтунов. «Калаш» сухо щёлкнул, обозначая, что патронов больше нет.

Мне казалось, что этот бой растянулся на целую вечность. Руки слегка дрожали от бушевавшего в крови адреналина, пот заливал глаза, жёг кожу, а в груди пылало, будто я глотал раскалённые угли вместо воздуха. Один из прыгунов рванул на меня сбоку, и я еле успел отскочить, вмазав ему прикладом прямо в пасть так, что кривые зубы брызнули во все стороны, как бумажное конфетти. Куница, заметив это, хохотнула, не отрываясь от своей стрельбы.

– Ну, хоть не совсем ты бесполезный, Казанский! – крикнула она, отправляя очередного мутанта в полёт телекинезом. – Может, из тебя ещё выйдет толк, если эти гады раньше не отгрызут тебе задницу!

– А ты не отвлекайся, стерва! – рявкнул я в ответ, чувствуя, как адреналин жжёт вены, как кислота. – А то твоя тощая задница следующей будет в их пасти!

Наконец, когда последний заражённый, изрешечённый пулями, рухнул в лужу крови, мы с Куницей, тяжело дыша, опустили оружие. Я вытер пот со лба рукавом, чувствуя, как колени подгибаются, будто кто-то подрезал мне сухожилия, а в ушах звенит тишина, накрывшая после рёва боя. Перед глазами начали всплывать сообщения Системы – холодные, как лёд, поздравления с тем, что нас не разорвали на куски:

Внимание! Отрядная победа! Уничтожена стая заражённых (23 особи). Диапазон уровней – 5-15. Вероятность получения ценных трофеев – 98%.

Получено 70 очков к прогрессу ловкости.

Получено 70 очков к прогрессу реакции.

Получено 90 очков к прогрессу скорости.

Получено 50 очков к прогрессу выносливости.

Получено 110 единиц гуманности.

Достигнут новый уровень! Текущий уровень: 4. Свободные очки для распределения: 60 (основные), 40 (дополнительные).

Прилив сил растёкся по телу, как глоток живуна в морозный день. Каждый мускул, казалось, запел от новой мощи, а усталость отступила, как тень перед ярким светом. Куница неподалёку выглядела не менее довольной. Её глаза блестели хищным азартом, а на губах играла кривая ухмылка, как у волчицы, почуявшей добычу.

– Ну что, Казанский, – протянула она, вытирая пот с лица рукавом и даже не пытаясь скрыть торжество в голосе. – Похоже, мы с тобой чего-то да стоим. А теперь давай к элите. Добыча ждёт, и я не намерена ею делиться с каким-нибудь залётным ниндзя-лутером.

Я хмыкнул, чувствуя, как в груди разливается мрачное удовлетворение. Да, мы с Куницей – как два сапога пара, только оба драные и на одну ногу. Но пока Система подкидывает очки и лут, пока мы рвём заражённых, мы вынуждены держать этот шаткий, как карточный домик, союз. А дальше… дальше будь что будет. Может, я и найду эту чёртову Аню или Жнеца.