Самая грешная ночь

Глава 34

— Он просил принести ему бренди, — прошептала, вручая мне поднос с напитком.

— Иди, Эмма, и… будь счастлива.

— Спасибо, Берта, — поблагодарила свою помощницу, прежде чем та собралась оставить меня одну.

— Тебе спасибо и прости, что не поверила сразу… Этим вечером Дэвид был в ярости, говорил много ужасных вещей, и я все поняла. Он не тот, кого я любила все это время…я ошиблась…

— Береги себя, — прошептав, обняла ее, зная, что эта наша с ней последняя встреча. — И позаботься о малыше.

Кивнув, Берта поспешила обратно, а я, тихо постучав в дверь, вошла внутрь комнаты.

В помещении было темно, но я быстро сумела разглядеть очертание массивной мебели и… замерший у окна, словно каменное изваяние, мужской силуэт.

— Поставь и уходи, — услышав мои шаги, сухо произнёс он, не оборачиваясь.

Осторожно, чуть дыша, поставила поднос на столик и на цыпочках приблизилась к нему.

Он был сейчас так близко… голова от радости шла кругом.

— Ричард, — обхватив его руками, прижалась щекой к крепкой спине.

Услышав мой голос, его мышцы тут же напряглись, а руки легли поверх моих. Но, только для того, чтобы избавиться от моих пальцев.

— Уходи, — прохрипел он, крепко сжимая мои запястья.

— Ты не дал мне возможность все тебе рассказать. Поговорить… все объяснить. Пожалуйста, не гони, — просила его, вкладывая в свой голос всю свою боль и отчаяние.

Теснее прижалась к нему, не желая терять тепло его тела. Отдалиться хоть на миллиметр.

— Нам не о чем с тобой говорить, — упорствовал он. — Мне всё равно, что у вас с Дэвидом.

— Не правда! Я знаю, что ты лжёшь, — сорвалась я на крик. — Почему? Почему, Ричард? Что произошло? Неужели ты поверил своему брату? Всему, что он наплёл…

Расцепив руки, медленно обернулся и посмотрел мне в глаза.

— Ты мне не нужна… — твёрдо произнёс, не отрываясь от моего лица.

— Не верю! — вскрикнула вновь. — Ни одному твоему слову не верю. Твои глаза говорят об обратном.

— Эмма, вспомни, как и для чего здесь оказалась… для какой цели…

— Всё равно. Мне плевать! — всхлипывая, трясла головой из стороны в сторону.

— Прекрати. Ты навредишь себе, возвращайся в постель, — произнёс, тяжело вздохнув, пытаясь завершить наш разговор.

— Я не больна! — не выдержала. — Всё ложь, — бросила ему в лицо. — Я обманула, чтобы не быть с вами…

— Так я и думал, — ухмыльнулся он, смотря в сторону. — Но тебе придётся.

— Нет. Пожалуйста, не заставляй меня быть с ним… ненавижу твоего брата.

— Зато он любит тебя… — хмуро произнёс он.

— Что? — задохнулась я. — Ты рехнулся, Ричард? — не верила в то, что услышала.

— Нет, — скривился, пытаясь от меня отдалиться. — Я отхожу в сторону, Эмма. У меня есть на то свои причины.

— Плевать мне на твои причины, Ричард! Ты отдаёшь меня Дэвиду! — в ярости крикнула что есть мочи. — Сейчас… в эту самую минуту… намеренно отрицаешь свои чувства ради брата!

В голове не укладывалось, что он жертвовал ради брата собственными чувствами. Убивал нашу любовь ради какого-то ничтожества…

Знал бы он…

Я бы рассказала всё, да только он не поверит сейчас.

— Думай, что хочешь, — устало потер лицо, делая шаг назад. — Разговор окончен.

Развернулся, подойдя к столу, плеснул в стакан бренди и быстро осушил его до последней капли.

Ох, любимый. Что ты делаешь… Ведь твои чувства читаются в каждом движении…

— Ричард, я — не вещь, которую можно вот так просто кому-то отдать. У меня есть чувства, эмоции, желания… Разве ты не видишь, что я люблю тебя? — сдавленным голосом спросила его.

Не могла больше выносить эту болезненную пытку для нас двоих. Пора было закончить весь этот абсурд.

Подошла к нему ближе. Коснулась ладонью его лица. Нежно… Ласково…

— Хочу быть только с тобой… — проговорила, смотря в его потемневшие глаза. — Желаю только лишь тебя… Не делай этого! Не поступай так с нами… умоляю.

Его реакция была молниеносной. Мгновение, и любимый набросился на меня, как одержимый. Словно с цепи сорвался. Целовал, ласкал так, что дух захватывало. Душу из меня вытягивал, чтобы наполнить её яркими красками и вернуть обратно.

— Эмма, — стонал моё имя так, что под рёбрами полыхало, до нутра прожигало. — Моя девочка…

— Твоя… только твоя, — шептала ему в ответ. — Для тебя дышу… существую, любимый…

Желала слиться с ним в одно целое, превратить этот миг в вечность.

Мужские пальцы на моей груди, поцелуи на скулах, подбородке, обжигали.

Лишь в его руках была власть над моим телом. Он, как вино, дурманил мой разум. От его ласк сгорала в огне похоти, позабыв обо всём на свете…

Дурела от происходящего, дыхание перехватывало, эмоции разрывали на части.

Мы любили друг друга всю ночь напролёт. До самого утра, покуда силы не иссякли, а тело стало стонать, прося пощады.

Улыбаясь, я счастливая засыпала в своей постели. Под ласковый мужской шёпот. Под нежные ласки и мысли о прекрасном с ним совместном будущем.

Ото сна меня снова пробуждали ласки. Лёгкие поцелуи, невнятный шепот.

Не желая открывать глаза, я улыбалась и находилась в полудреме. Меня куда-то несли. Прижимали так тесно, что не было сомнений, кто это может быть.

Любимый…

Он не желал оставлять меня ни на минуту, ни на секунду, а я невероятно радовалась, что, наконец, мои мучения закончились, и находилась рядом с тем, кого безумно любила.

Его вес снова давил. Мужские ласки становились откровеннее. Мне его вновь хотелось до ломоты в теле, но усталость после ночи казалась настолько сильной, что даже было сложно открыть глаза.

Только резкий удар о дверь заставили прийти в чувства и через силу разомкнуть веки.

— Братец, — проговорил у моего лица блондин. — Зачем же так врываться? Ты напугал нашу птичку.

— Ричард, — пискнула, отталкивая от себя его нахального брата. — Всё не так. Я спала. Да что же это…

— Да, Ричард, она говорит правду. Наша принцесса так сладко спала, что я немного не удержался. Принёс в свою комнату и довел до безумия, правда, крошка?

— Нет же… — крикнула, едва соображая.

— Поздравь нас, брат! — перебил меня Дэвид. — Я сделал Эмме предложение руки и сердца, — продолжил он, ухмыляясь. — Надеюсь, ты не против, что я подарил своей возлюбленной фамильное кольцо, принадлежавшее нашей бабушке?

Опустив глаза вниз обнаружила ту самую вещь, о которой шла речь.

Кольцо… оно находилось на моей руке, как весомое подтверждение того, что слова Дэвида не вымысел, а уничтожающая нашу любовь правда.