Самая грешная ночь

Глава 37

Родительский дом встретил меня напряжённо и с прохладцей. Отец смотрел мне в лицо, поджав губы. Братья — с усмешкой, а мама…

Она так и не вышла из своей комнаты, не желая общаться с непутевой дочерью, которая, по её мнению, вместо того чтобы вернуться домой, скрылась в неизвестном направлении. Ей всегда было сложно объяснить, что у других имеются собственные желания и принципы. На первом месте всегда была только она! Но я не была на неё в обиде. Я прекрасно знала, каково ей пришлось, когда все кругом узнали, что я находилась у Фостеров.

— Даже не проявите гостеприимство? — после затянувшейся паузы, печально спросила их, находясь в гостиной.

— Эмма, мы волновались за тебя всё это время, — хмуро проговорил отец, присаживаясь в кресло. — Тебе не следовало уезжать…

— Я понимаю, отец, — кивнула ему, поставив свою дорожную сумку на пол. — Но мне нужно было время, — добавила, усаживаясь напротив него.

— С чего сейчас вдруг пожаловала? — спросил меня Люк, старший из всех братьев. — Ты неплохо устроилась. Свадьба с Мэйсоном совсем скоро…

Значит, они знали, где я и с кем… Скорее всего это Мэйсон сообщил, больше было некому.

— Не знала, что мне закрыли путь в этот дом, — печально улыбнулась ему, понимая, что не такой встречи ждала от своей семьи.

— Ничего подобного, сестра, — произнес Джастин. — Это твой дом, и ты всегда здесь желанна, — приблизился ко мне и, взяв мою руку, присел рядом.

— Она опозорила нас, — взорвался Сэмуэль, смотря на отца. — Ты будешь и дальше делать вид, что ничего не случилось?

— Довольно, Сэм! — рявкнул глава семейства. — Эмма ни в чём не виновата.

— Отец, — всхлипнула я. — Прости… — извинилась, сама не зная за что, не в силах выносить в его глазах укор.

— Тебе не за что извиняться, дочка. Всё произошло не по твоей вине. Ты лишь стала заложницей своей красоты…

— Я не хотела. Клянусь, не хотела, чтобы так всё вышло, — не сдержала своих слез.

— Выскочила бы замуж за старика Джонсона, ничего не произошло, — не унимался Сэмуэль. — А теперь никто не желает иметь с нами дело. Мы на грани банкротства, и всё из-за тебя…

— Всё из-за Фостеров, — крикнул Джастин своему брату. — Эмма пострадала не меньше нас всех.

— Проклятые Фостеры, гореть им в аду… и в гробах переворачиваться… — процедил Люк, сжимая кулаки.

— Что? — вытерев слёзы, переспросила его. — Не надо так…

Что он несёт? Разве можно было так говорить о живых, даже если они сделали много плохого…

— А ты не знала? — хмыкнул Люк, смотря на меня. — Уже пять месяцев, как они гниют в земле… — с удовольствием добавил он.

Боже… Земля уходила из-под ног. Мир качнулся и стал сужаться, пока меня совсем не поглотила темнота.

— Эмма, — звал отец. — Открой глаза, девочка, — тряс меня, пытаясь привести в чувства.

— Это обморок. Обычное дело при беременности, — услышала голос матери, которая стояла совсем рядом. — Сейчас очнётся.

Открыв глаза, увидела перед собой её строгое, морщинистое лицо. Она смотрела на меня с неприкрытым пренебрежением, будто моё присутствие вызывало в ней отвращение. Но все же в её глазах читалась боль, которую она очень умело маскировала своим безразличием.

— Мама, — произнесла я, радуясь, что она всё же спустилась вниз и я, после долгой разлуки, могу её видеть. — Мамочка, прости…

— Прекрати, Эмма, это лишнее, — проговорила она сухо, отводя глаза в сторону. — Чей это ребёнок?

Это все, что ее волновало? После всего, что мне пришлось пройти, она интересовалась лишь тем, от кого мой ребёнок? Немыслимо…

— Мэйсона, — выдавила из себя ложь. — Моего жениха.

В голове шумело. Слова, произнесённые Люком, разрывали голову. Дурнота подкатывала к горлу, что едва находила в себе силы, бороться с ней.

Мой любимый… что могло произойти?

— Врёшь, — скривилась мать, усаживаясь возле бледного отца. — Уверена, что он от Фостеров.

— Беатрис, девочка не станет лгать, — произнёс отец, с печалью в глазах смотря на меня. — Оставь. Пусть будет счастлива.

— Мистер Свон, вы слепы? — фыркнула мать, уничтожая отца своим взглядом. — Ясно, как день! Наша дочь понесла от Фостеров!

— Мать права! — поддержал её Сэмуэль. — Этот ребёнок станет наследником Фостеров. Всё их состояние может достаться нам, — смотрел на меня, ухмыляясь.

Они обезумели. Рехнулись! Сошли с ума…

Так унизительно…

— Нет! — выплюнула в лицо матери. — Это ребёнок Мэйсона. Его! Мне стыдно за вас…

Поднявшись на ноги, поспешила к двери, желая убраться поскорее из этого дома. Подальше от своей семьи, которая будто потеряла рассудок.

Оказавшись на улице, остановилась. Стала жадно глотать ртом воздух, пытаясь прийти в себя.

— Эмма, прости их, — за спиной послышался голос Джастина. — Они не понимают, что говорят.

В его руках находилась моя дорожная сумка и… ключи от машины.

— Идём, сестра, — произнес он, беря меня под руку. — Эту ночь побудешь в старой городской квартире отца, а после мы решим, как быть…

— Я уеду, Джастин. Завтра, — заверила его, шагая рядом. — Приехав сюда, я совершила глупость.

— Тебе следует отдохнуть, — тихо произнёс он. — Подумай о малыше. Выспишься, а потом решишь, как быть, — пожал мою руку, пытаясь приободрить.

Добравшись до квартиры отца я, наконец, расслабилась и выплеснула из себя свои эмоции и боль.

Слёзы текли не переставая. От обиды на родных. От несправедливости в отношении меня, а самое главное от того, что услышала от Люка.

— Не плачь, Эмма, — пытался успокоить меня брат. — Отец не допустит, чтобы твой ребёнок стал разменной монетой, а братья… они всегда думали лишь о деньгах, — пожал плечами Джастин, располагаясь у постели рядом со мной.

Он прав. Отец не был способен на такую низость, но мама… Даже Джастин тактично умолчал о её словах.

— Расскажи мне… всё расскажи, что случилось, — всхлипывая, просила его.

Не могла предположить, что случилось. Ричард… он не мог умереть… это какой-то жестокий вымысел. Мысль что его больше нет, была невыносима для меня.

— Мы сами толком не знаем, что случилось. Была авария. От машины ничего не осталось. Фостеры скончались мгновенно. Остался один… Генрих, кажется. Ещё один отпрыск старика Фостера, о котором никто никогда не слышал. Он тоже был в тот день с ними, но его при столкновении выбросило из окна. Все газеты об этом писали, ты должна была слышать.

Почему? Почему это произошло? Неужели Дэвид всё подстроил? Решился на подлость… Но тогда почему он сейчас тоже мёртв? Неужели злой рок настиг их всех. Покарал за грехи…

Ох, Ричард… как мне вынести это всё?

— Нет, — смотря в одну точку, ответила ему. — Не слышала. Совсем ничего.

Видимо, Мэйсон сделал всё, чтобы этого не случилось. Оберегал меня и моего ребёнка. Я бы никогда не узнала, если бы не вернулась сюда…

— Потом был пожар, — продолжал брат. — Говорят, этот отпрыск безумнее всех покойных Фостеров. Сбежал из больницы, сжег особняк, слуги едва уцелели…

— Генрих, — произнесла я. — Я видела его, он… чудовище. Лучше бы это он умер! — процедила я без капли сожаления, понимая, что нельзя говорить подобные вещи.

— Ну, живым его сложно назвать. Говорят, всё его лицо в ожогах, ничего не помнит, что было с ним до аварии. Живёт в хижине, которая чудом уцелела. Все и раньше сторонились поместья Фостеров, а теперь и подавно. Страх, как бояться того умалишенного… С ужасом ждут каждого его шага.

— Всё верно… он таким был и прежде, — прошептала я, вспоминая ту ночь в лесу.

Всё случилось, как он того и хотел. Этот дьявол стал единственным Фостером. Теперь владел всем, что имели его братья. А они… их теперь нет.

— Но, есть и хорошая новость, — улыбнулся Джастин. — Перед трагедией Ричард Фостер отменил “Грешную ночь”. Хоть что-то хорошее перед смертью сделал это сукин сын.

Любимый… боже… как же больно… Невыносимо просто. Я знала, что он не такой, каким его видели другие.

Я должна пойти к любимому. Прикоснуться к тому месту. Сказать, что простила его и… помолиться о его душе. Никто кроме меня не станет этого делать…

— Я хочу увидеть место, где они похоронены, — твердо произнесла, смотря на брата.

— Ты шутишь? — ошалело смотря на меня, сказал Джастин. — Эмма, я ни за что не позволю тебе идти туда, — произнёс он очень серьёзно.

Я пойду! Против его воли. Никто меня не остановит. Даже под покровом ночи… пешком… стирая ноги в кровь… Должна. Не могла уехать, не сделав этого…

Не могла…