Сердце матери (СИ)

10

Он позвонил на следующий день и попросил разрешения приехать к дочери, я не отказала ему.

Когда Лили увидела отца, я думала, что я оглохну, такой радостный визг издала моя малышка. С того дня он приезжал каждый день, сначала я или Мила присутствовали при этих встречах, но постепенно мы стали оставлять их вдвоем.

Сергей же делал все, чтобы задобрить нас дарил подарки, носил на руках, разговаривал с нами, однако если Лили принимала его нежность и любовь то я, качала головой, и все возвращала и игнорировала его попытки к примирению. Почему я так поступала, сама не знаю, просто мне было тяжело принять то, что он мог так просто забыть о прошлом и пытается все начать заново, я так не могла.

Так прошел месяц. Я видела, как с каждым днем он все больше бледнел, будто совсем не спал, а еще в его глазах появилась такая тоска, что у меня сердце разрывалось, а в один прекрасный день, вернувшись с работы раньше обычного, зная при этом, что с Лили сидит он, я услышала их разговор.

— А разве мама сама не хочет, чтобы мы были вместе? — спрашивала моя малышка отца.

— Хочет, солнышко — ответил он ей — просто твоя мама очень рассержена на меня и я не знаю, как добиться ее прощения.

— А ты все перепробовал? — спросила моя не по годам умненькая девочка — дарил подарки и цветы, говорил комплименты, разговаривал с ней, просил прощения?

— Да солнышко я все перепробовал — ответил грустно Сергей.

— Ладно, я попробую уговорить маму, я тоже хочу чтобы мы были вместе, все втроем и ты не уходил по вечерам — услышала я голос дочери.

И тут мое терпение лопнуло.

— Сергей — сказала я, открывая дверь — выйди на минутку!

— Мамочка… — попыталась вмешаться моя малышка, видя мое недовольство, но стоило мне посмотреть на нее, она замолчала и села смотреть включенный телевизор.

Он встал и вышел следом за мной.

— Что ты делаешь? — спросила я, едва прикрыв за нами дверь на кухне.

— Пытаюсь вернуть любимую женщину и дочь — ответил он мне.

— Когда ты нас гнал ты ни за кого не прятался так, чего ты сейчас прячешься за ребенка — почти закричала я.

— Я вас не гнал! — ответил он мне в тон.

— Нет, ты прав, ты гнал меня! — ответила я и тут же увидела, как боль исказила его лицо, а он схватился за бок — Что с тобой? — встревожено, спросила я, делая шаг к нему — тебе плохо сядь, пожалуйста!

— Нет — вдруг услышала я его тихий и пустой голос — ты права я гнал тебя и, судя по всему, теперь ты гонишь меня. Ты права. Я не имею права к вам приближаться, я не состоялся ни как защитник, ни как отец, ни как муж. Я безумно хотел вернуть вас, вы моя жизнь и я безумно вас люблю, но ты этого не хочешь и имеешь на это право! Извини, я вас больше не побеспокою! — он развернулся и вышел.

— Сергей! — крикнула и бросилась следом напуганная болью в его глазах, но было уже поздно, в квартире его не было, а спуститься к машине я не успела, услышав визг тормозов и шум уезжающей машины.

Упав на ступеньки, я разрыдалась, а в следующий миг почувствовала, как меня обнимают маленькие ручонки, и услышала такой родной голосок.

— Все будет хорошо, мамочка — шептала моя девочка — папа вернется, он нас любит и не бросит нас.

— Да, солнышко, все будет хорошо, пошли домой — утирая слезы, ответила я малышке.

Но он не пришел, ни на следующий день, ни через день, ни через неделю. Я уже собиралась сама к нему ехать, когда раздался тот страшный звонок. А еще этот сон, который мне приснился перед звонком.

Я сидела на лугу и смотрела, как дочка гадает на ромашке.

— Любит — не любит… — срывая лепестки, говорила моя малышка — плюнет — поцелует…

— И на кого ты гадаешь, спросила я.

— На папу, любит он нас или нет — услышала я ответ дочери, но ответить я ей не успела, меня опередили

— Конечно, любит, солнышко! — раздался за моей спиной, такой знакомый и уже забытый голос.

— Тетя Лили! — крикнула моя девочка и бросилась к Лили.

— Привет, малышка! — улыбаясь и подхватывая ее на руки, ответила Лили. А я увидела, что общее у них только волосы и цвет глаз, в остальном же она на Лили ни капельки не похожа — да она твоя копия — улыбнулась мне подруга, будто мысли — здравствуй, Юленька!

— Лили! — воскликнула я и бросилась в раскрытые для меня объятия — Прости меня, я не смогла выполнить свое обещание!

— Нет, не правда, милая, ты все сделала правильно! — улыбнулась своей особой улыбкой подруга, а потом, опустив малышку на землю и посмотрев куда-то вдаль, вдруг добавила — он очень по тебе тоскует. Ты нужна ему.

Я проследила ее взгляд и увидела Сергея. Он стоял, вдали глядя на нас полным боли и тоски взглядом, а вокруг него было темно и пасмурно, а еще там лил дождь.

— Ты не понимаешь, Лили, — ответила я, отводя от него взгляд — его слова, они просто убили меня!

— Я знаю, — ответила подруга — но ведь ты все еще любишь его, разве нет? Разве любовь не способна на жертвы и прощение?

— Способна и ты это доказала, но я не могу забыть и простить то, что он тогда сказал! — почти расплакалась я.

— А ты пробовала? — улыбнулась подруга и я была вынуждена признаться, что нет, я ушла в свою обиду и даже не попробовала его понять — так попробуй, если не ради себя, то ради малышки и меня — добавила Лили, обнимая меня за плечи и чуть подталкивая к нему.

— А как же ты? — спросила я с тревогой, сопротивляясь из последних сил.

— А я всегда буду рядом с вами, ведь я теперь ангел хранитель вашей семьи — ответила она, отходя от меня и снова беря малышку на руки — иди к нему, я присмотрю за ней, ты ему сейчас очень сильно нужна, ты и твоя любовь.

И я пошла к нему, но меня остановили ее слова.

— Только твоя любовь может спасти его, помни об этом и не сдавайся! — я начала разворачиваться, чтобы спросить ее, о чем она? Но тут раздался странный звук, и меня разбудил звонок телефона.

— Слушаю! — схватила я трубку телефона.

— Здравствуйте, это Симонова Юлия Викторовна? — раздался незнакомый мужской голос.

— Да — встревожилась я, пытаясь вспомнить, кто это может быть.

— Меня зовут Геннадий Петрович Чижов, я хирург в Ленинской больнице, вы знакомы с Рябининым Сергеем Игоревичем — ответил мужчина и меня охватил страх.

«Сережа? Что случилось с Сережей, почему о нем спрашивают из больницы?» — пронеслась в моей голове мысль.

— Да это отец моего ребенка. С ним что-то случилось? — дрожащим голосом спросила я.

— Мне очень жаль, Сергей Игоревич находится в реанимации нашей больницы, а в его карточке написано ваше имя, в качестве того кому можно позвонить — услышала я ответ.

Меня будто ледяной водой облили.

«Только не это! Господи не забирай его у меня! Я не смогу жить, зная, что его больше нет!»

— Что с ним случилось? Как он? Он будет жить — почти закричала я, а слезы уже лились из моих глаз.

— Он попал в аварию и находится в коме, кроме того у него наблюдаются явное отравление сильнодействующими ядовитыми веществами, и мы не знаем как его организм отреагирует на травму и яд. Мы надеемся, что нам удаться помочь ему — ответил мне врач.

— Где находится ваша больница? — спросила я, пытаясь взять себя в руки и понимая, что истерика мне не поможет — Я сейчас приеду.

— Город эн-ск на Ленинской улице, там большое белое здание.

— Тогда я знаю, где это — ответила я — Скоро буду!

Я отключила телефон и бросилась одеваться, вспоминая слова Лили. Неужели она говорила об этом? В какой-то момент я обернулась и увидела свою малышку мирно спящую в моей кровати

«Как хорошо, что звонок ее не разбудил» — подумалось мне, и тут же я поняла, что надо ее с кем-то оставить, не тащить же ее с собой. — «Мила!»

Мысль пришла сама, и я бросилась звонить дверь к соседке.

— Кто там? — услышала я, недовольный голос Никиты мужа Милы.

— Никит, это Юля, открой, пожалуйста! — взмолилась я.

Щелкнул замок

— Подруга, ты на часы давно смотр… — спросила Мила, но увидев мое лицо, осеклась, а потом спросила — Юля, что случилось? Что-то с Лили?

— Нет, она в порядке, это Сергей — ответила я, пытаясь не думать о плохом — Он попал в аварию, я должна ехать к нему, ты за Лили присмотришь?

— Конечно! — ответила подруга.

— Тогда вот ключи, она проснется в семь тридцать.

Я отдала ей ключи и развернулась, чтобы бежать вниз по лестнице, но уйти она мне не дала, схватив меня за руки.

— Юля, подожди! — воскликнула она — Я тебя в таком состоянии одну не отпущу!

— Но я нужна ему!

— Юль, Никита тебя отвезет, просто потерпи немного — как-то нежно сказала она, но видя, что я не реагирую на ее слова и рвусь прочь, добавила — подумай о дочери! В таком состоянии ты легко угодишь под машину, и с кем она останется?

И эти слова меня отрезвили. Я поняла, что не могу рисковать собой, что нужна своей дочери и должна думать не только о себе, но и о ней. Поэтому, я зашла к ним и стала ждать, пока Никита не соберется. Это далось мне очень не просто, ведь я безумно боялась, что он умрет пока я еду.

А через полтора часа я увидела Сергея. Он был белым как полотно, весь в трубках и только тут я поняла, что могу потерять его, так и не сказав, как же сильно я его люблю.

Всю следующую неделю, я провела у его постели. Мне пришлось ответить на десятки вопросов, ведь меня подозревали в его отравлении, но в конце недели меня оставили в покои. Как я потом узнало, выяснилось, что яд поступал в организм через чай, который ему купила Лида. В тот день он ехал к нам с дочерью, ему стало плохо, и он врезался в дерево, получив при этом травму головы. Позже судом было установлено, что яд в чай подсыпала Лида, а в тот период мне было все равно, почему он в этой палате. Я сидела у его кровати и молилась всем, кого могла вспомнить, чтобы они оставили его в живых.

На восьмой день он очнулся и посмотрел на меня осмысленным взглядом.

Сначала в этих глазах было счастье и надежда, потом появился страх.

— Привет! — нежно улыбнулась я ему, мысленно благодаря всех святых, что он очнулся.

— Что ты тут делаешь? — спросил он, явно боясь услышать ответ.

— Я беспокоилась о тебе и приехала — ответила я, а потом добавила — ты мне нужен, я не хочу тебя терять. Не делай так больше, прошу тебя!

Он кивнул и тут пришел врач и начал его осматривать, и сразу стало ясно, что у Сергея проблемы. Ведь он так и не смог пошевелить ногами.

— Не стоит паниковать, — сказал нам врач — возможно, это временно. Нужно подождать немного и провести некоторые исследования.

Но я видела по глазам Сергея, что он не верит врачу.

— Сергей, прошу я… — начала я, но он меня перебил.

— Тебе лучше уйти — отводя взгляд, сказал он.

— Сережа…!

— Нет! — покачал он головой — Я не хочу, чтобы ты была рядом и мучилась вместе со мной! Я теперь останусь прикованным к креслу, а тебе еще жить и жить! — сказал он, встретившись со мной взглядом, и меня потрясло отчаянье, которое в них было — Я хочу, чтобы вы были счастливы. Хочу, чтобы у тебя был полноценный муж, а у нашей дочери хороший отец, который будет гулять с ней в парке, носить ее на руках и любил ее, а когда она подрастет, гонял ее парней и повести ее к алтарю! Я не смогу вам этого дать! А это — он кивнул на свои ноги — это мое наказание, за то, что я тебя оттолкнул, я безумно тебя люблю и не хочу, чтобы ты была наказана вместе со мной. Ты должна жить! Просто уходи, прошу! — взмолился он.

Я смотрела на него и понимала, что им движет, но если я сейчас уйду, значит, я предам все ради чего жила и в первую очередь себя саму.

Поэтому я придвинула кресло к кровати и села. Затем посмотрела ему в глаза, подняла подбородок, как в день нашего знакомства и сказала.

— Я не уйду, а если ты меня выгонишь, ты обречешь меня на вечное страдание. Да, возможно ты прав и ты не сможешь сделать все, что ты сейчас сказал и возможно я всю жизнь проведу, рядом с тобой, ухаживая за тобой. Но нам не нужны твои ноги, нам нужен ты, понимаешь? Мы не можем без тебя, нет не так! — я закрыла лицо руками, думая как ему это объяснить, а потом, оторвав руки от глаз, сказала, как есть — Я не могу без тебя, я не живу без тебя! Как и тогда во время беременности, я все так же зависима от тебя и все так же не сплю все эти годы, а спасает меня Лили, которая там мила и спокойна во сне, что я засыпаю, глядя на нее. Но мне нужна не Лили, мне нужен ты, ты и твое тепло, и дыханье, такие теплые и любимые руки, такой родной голос! Как же ты не понимаешь! — я почти кричала, а из глаз текли слезы — Я жива только из-за Лили. Теми словами, ты не просто обидел меня, ты меня ты убил меня, и сейчас ты делаешь тоже самое! Ты моя жизнь, мое дыхание, мое сердцебиение! Я люблю тебя и никуда не уйду так, что не смей меня гнать!

Он долго смотрел мне в глаза, а потом кивнул и отвел взгляд. Я победила в этой схватке, но это было только начало. Начало месяца ада, когда мне пришлось бороться не только с его болезнью, но и с ним и его отчаянным стремлением защитить меня, от себя и своей боли.