Сердце матери (СИ)

11

Этот месяц был просто ужасен! И дело не в том, что Сергей обижал меня или унижал, нет, скорее наоборот, он был очень вежлив, обходительным, старался ради нас с дочерью встать на ноги, но это был фасад, скрывающим правду. На самом же деле, с каждым днем, ему становилось хуже. Он все больше уходил в себя и оживал только при нашем появлении, но в последнее время, и мы уже перестали помогать.

Все чаще и чаще я стала замечать, что даже когда дочь рядом, он уходит в себя. Внешне кажется, что все нормально, он разговаривает, обнимает Лили, играет с ней и даже пытается смеяться, но глаза его пусты и в них такое одиночество, что я дышать не могу!

Мы даже поженились так. Я пришла и сказала, что завтра мы поженимся, он кивнул и попытался улыбнуться, а на следующий день безразличным тоном, будто не понимая, что он делает, произнес свои слова.

А самое страшное, что это видит моя дочка. Вчера у нее выпал молочный зубик, так она спросила, а можно ли променять зубик не на денежку, а на папино счастье, «а то папа очень грустный» — сказала она мне, со слезами на глазах. Мне пришлось пообещать, что я поговорю с зубной феей, а сама решила поговорить с мужем. Именно поэтому я отправила Лили сутра к Миле, после чего устроившись на кухне, в новом двухэтажном доме, купленном им в городе, когда он нашел нас, стала ждать, пока у него не закончится занятие с его физиотерапевтом.

Анна вышла минут через сорок после начала.

— Ну как он? — спросила я с тревогой.

Она внимательно посмотрела на меня, а потом вдруг сказала.

— Я буду честна с вами, — говоря это, она смотрела мне в глаза — пока он не выйдет из этой депрессии, он на ноги не встанет. Уж поверьте моему опыту, я такое уже видела.

— Понятно — ответила я, а плечи мои опустились.

— Вы только сами не отчаивайтесь! — вдруг добавила врач — Он держится только благодаря вам и вашей малышке, это все видят. Рядом с вами он оживает. У меня даже мысль была, вас посадить в спортзале, чтобы он работал хотя бы ради своих девочек — она улыбнулась и добавила — мне кажется, сейчас только вы можете помочь ему.

Наши взгляды встретились, а потом я сказала.

— Спасибо вам большое!

— Пожалуйста! Вы только держитесь и ему помогите! — ответила врач и ушла, а я глубоко вздохнув пошла к мужу.

Он сидел в своей комнате в проклятом кресле и смотрел телевизор.

«Как же легко он смирился с этим креслом!» — вдруг с раздражением подумала я

Я любила его, и тем больнее было видеть, как ему плохо, ведь когда плохо ему, мне тоже плохо!

— Нам надо поговорить! — сказала я, подходя и садясь на диван перед ним.

А он, не отводя взгляда от телевизора, спросил.

— О чем ты хочешь поговорить?

— Может о том, что с тобой происходит? — спросила я, чувствуя, что мое терпение на пределе.

— Со мной все в порядке — спокойно взглянув на меня, ответил он и снова уставился в экран телевизора, будто боялся посмотреть на меня лишний раз. Мы оба знали, что он лжет и это ранило меня, ведь он не позволял мне приблизиться к себе.

Я попробовала сосчитать до тринадцати, чтобы успокоить свои нервы. Мои глаза стали бегать по комнате, ища за, что бы мне зацепиться, чтобы не сорваться и наконец, нашли, наткнувшись на книжный шкаф и вазу, стоящую на нем.

«Надо бы убрать ее отсюда» — подумалось мне — «Сергей, да и Лили могут наткнуться на шкаф, а ваза стоит на самом краю, еще упадет на голову.»

Но вздох мужа привлек мое внимание и я, посмотрев на него, как можно спокойнее заговорила.

— Нет! С тобой не все в порядке! — сказала ему я — У тебя депрессия и мы с дочерью не знаем, чем тебе помочь!

— Прости! — ответил он, даже не взглянув на меня.

— «Прости» и это все, что ты мне можешь сказать? — уже не сдерживаясь, закричала я.

— А чего ты от меня хочешь? — вдруг закричал он в ответ — я делаю все, что могу, чтобы вам было хорошо, но вам все мало! А я ведь предупреждал тебя, что не смогу ничего вам дать!

— А ты и не пытаешься! — ответила я — Я знаю, что если бы ты захотел, ты бы уже ходил! Врач сказал, что у тебя есть все шансы встать на ноги! Но вместо этого ты решил пожалеть себя, а теперь лелеешь собственную слабость!

— Прости меня, но я не могу ходить, и это не исправишь! — ответил он и снова уставился в телевизор, а я осталась сидеть и смотреть на него.

Слезы навернулись на мои глаза, и я поняла, что это бесполезно, он просто не слышит меня и не хочет слушать! Я медленно встала и начала пятиться назад к шкафу, стоящему возле двери, а потом тихо сказала.

— Не «не можешь», а не хочешь — из глаз уже ручьем лились слезы отчаянья — неужели мы с Лили не стоим того, чтобы ты жил для нас?

— Ты, что меня не слышишь! Я бы все сделал для вас, но я не могу встать с этого проклятого кресла! Просто не могу! — перевел он взгляд на меня и в нем было столько боли и отчаянья, что я просто отшатнулась, а в следующий миг я почувствовала, как натыкаюсь на шкаф, а через миг сильный удар по голове, после чего я провалилась в темноту.

Это звук бьющегося хрусталя я не забуду никогда. А еще не забуду как Юля опала на пол и так и осталась лежать.

— Юля! — позвал я ее, но она не шевелилась — Юленька!

И опять ничего. Страх охватил меня, я попробовал подъехать к ней, но из-за трясущихся рук я дал неправильные команды, и кресло просто упало, а я оказался под ним.

В доме никого нет. Мила появится только вечером, а нам нужна помощь, нет, не так, Юле нужна помощь!

Где я взял силы я и сам не знаю, но мне удалось отбросить кресло и подползти к ней.

— Юленька, ответь! — с паникой в голосе позвал я ее снова и опять она не ответила.

«Что же делать»

Она вся была в крови, и пол под ее головой тоже был в крови. Моя рука сама потянулась к шее, и я почувствовал, как бьется ее пульс. Мне сразу стало легче.

«Надо вызвать помощь и срочно!»

— Юленька, родна, очнись! Я сделаю все, что ты захочешь, только очнись! — взмолился я, с ужасом наблюдая, как кровь скапливается на полу.

Но она не реагировала, и тогда я осознал, что у нее есть только я. Если я не вытащу ее, врачи приехать просто не успеют, а я ее потеряю и тогда мне точно незачем жить. Я не смогу без нее, я живу только ею и дочерью!

Очень медленно я обхватил ее тело руками и попытался потянуть к двери, но уже через минуту понял, что так могу сделать только хуже, да и времени у меня нет тащить ее ползком.

Глянул на кресло и отбросил эту мысль так, как мне его не поднять, поэтому попробовал подняться сам. Но ноги подкосились и я упал. Осознав, насколько я сейчас беспомощен, я взмолился.

— Господи, или кто бы там не был, прошу помоги! Я все сделаю, только спаси ее!

А в следующий миг, я услышал такой знакомый голос.

— Ее можешь спасти только ты, и у тебя очень мало времени — шепнул похожий на ручеек женский голос и я знал, кому он принадлежит.

— Лили? — позвал я обладательницу голоса.

— Спаси ее, или дай ей умереть — ответила мне Лили — я помогу, но только если ты сам будешь бороться.

— Прости меня, Лили, я был так невнимателен к тебе! — взмолился я при этом, пытаясь взять Юлю на руки — Я люблю ее и я должен спасти ее! Прошу, помоги мне!

— Тогда иди, а я буду рядом — ответила она, и я снова попытался встать, на этот раз у меня получилось!

Я стоял на трясущихся ногам, держа на руках свою драгоценную ношу. Я думал только об одном, главное не упасть и не уронить ее. Мне нужно дойти до машины. Сделал первый неуверенный шаг, ноги подкосились, но мне удалось не упасть.

«Я должен дойти, ради нее, должен дойти» — твердил я себе, делая новый шаг.

И так я снова и снова делал шаги, потом были три ступени в гараж и я безумно боялся упасть. Единственное, что помогало мне, это ощущение, что я ей нужен. Нужен, моему котенку. Чувствуя как бьется ее сердце, я заставлял себя двигаться и вот, наконец, оказался возле машины.

«Как хорошо, что машина в гараже, а ключи в замке зажигания!» — подумал я, медленно усаживая ее на сиденье и пристегивая ремнями — «Так что не надо их искать!»

На все тех же почти не подчиняющихся конечностях я дополз до водительского места и упал в кресло и только тут понял, что сел не в ту машину, а чтобы управлять ею мне нужны мои ноги..

Я на автомате сел в свою машину, которую теперь водит она. Она купила мне машину для инвалидов, но я ни разу ей не пользовался, а теперь просто сел не на ту! Но смогу ли я донести ее до нужной? Я взглянул на другую машину и понял, что нет, у меня не хватит сил.

«Что же мне делать? Я должен ее спасти! Должен спасти мою девочку, я не могу ее потерять!» — билось у меня в голове, а рука сама повернула ключ зажигания.

Очень мелено я нажал кнопку, открывания двери гаража и когда дверь открылась, нажал сначала на тормоз, а затем перевел коробку передач с позиции стоянки на езду вперед и на газ.

Я ехал медленно, так как боялся ехать быстро, не справлюсь, ноги не слушались. Вокруг неслись машины, а я мог только молиться, чтобы она дотерпела и дождалась, пока мы не доберемся до больницы, где ей помогут.

Как не странно на всех перекрестках всегда горел зеленый, и не было ни одной машины, будто кто-то помогал нам и когда мы оказались на стоянке больницы я вздохнул с облегчением, а потом начал все заново.

«Мне надо ее донести, просто донести и ей помогут!» — думал я, делая шаг за шагом опираясь на стены и столбы и глядя на заветную дверь, но вот я возле нее и открываю ее.

Внутри люди и я кричу, видя знакомого врача.

— Помогите, пожалуйста! На нее ваза упала!

Я вижу шок на лицах людей, при виде нас, а потом ко мне бегут сразу несколько человек. Кто-то забирает Юлю и тут же ложа на каталку увозит прочь, кто-то пытается помочь мне добраться до стула, задавая при этом кучу вопросов.

— Со мной все нормально — отвечаю я, глядя туда, куда увезли моего котенка — я сам приехал. С моей женой все будет в порядке?

— Скоро придет врач и скажет, но я уверена, с ней все будет хорошо! — отвечает одна из медсестер, пытаясь спрятать свой встревоженный взгляд.

А потом было ожидание, сколько я ждал я не знаю, просто сидел, смотрел на двери и ждал молясь, чтобы с ней все было в порядке.

Но вот двери открылись, и вышел врач.

— У нее сотрясение мозга, — сказал он мне. — кроме этого она потеряла много крови, но я думаю у нее все будет хорошо. Подождем, пока она очнется.

— Я могу побыть с ней? — спросил я.

— Конечно! — кивнул врач — Сейчас вам привезут кресло.

— Нет, спасибо! — ответил я врачу — Я дойду сам, я ей обещал, что если она выживет, я встану на ноги.

— Тогда позвольте мне вам помочь — предложил врач.

— Нет спасибо, лучше покажите дорогу — ответил я вставая.

И я дошел сам, а потом сидел возле ее кровати, до тех пор, пока она не открыла глаза. Позже мне сказали, что я просидел с ней сутки, отойдя от нее только один раз, чтобы позвонить Миле и сказать, где мы находимся. Эти сутки, глядя на нее я молил всех богов, но в первую очередь Лили, чтобы она выжила и была здорова.

А когда она, открыла глаза и посмотрела на меня, при этом вдруг улыбнулась и сказала «Сереженька», я понял только одно. Я жизнь положу, но она больше никогда не будет плакать и страдать, ведь все, что мне нужно в жизни это она.

Намного позже, когда она снова уснула, а я сидя возле нее прошептал слова обращенные совсем к другой женщине.

— Спасибо тебе Лили. Спасибо за нее — а потом добавил, обращаясь к своему котенку, которая зашевелилась во сне — ш-ш-ш-ш все хорошо, котенок, я рядом и всегда буду рядом, ведь я люблю тебя!

И она успокоившись уснула, а на ее губах появилась такая знакомая и любимая мне улыбка.