Посадил народ репку. Выросла репка большая-пребольшая. Не чета другим. Вот какая выросла репка!
Прибежал из Берлина Гитлер. Ухватился за советскую репку: тянет-потянет— вытянуть не может!
Что, думает, такое? В Праге тащил — вытащил, в Вене тащил — вытащил, в Париже тащил — вытащил, в Копенгагене тащил — вытащил, в Гааге тащил — вытащил, в Осло тащил — вытащил, в Варшаве тащил — вытащил, в Будапеште тащил — вытащил, в Риме, Хельсинки, Софии и Бухаресте репка сама в руки полезла, а тут — никак не вытащишь!
Кликнул Гитлер клич. Прибежали к нему на подмогу фашисты на букву «Г»: Геринг, Геббельс, Гиммлер…
Ухватились: Гиммлер за Геббельса, Геббельс за Геринга, Геринг за Гитлера, Гитлер за репку. Тянут-потянут, «хайль!»— кричат, а вытянуть не могут.
Хотели позвать Гесса, а тот в Англию удрал. Хотели позвать Гаусгофера, да он у Гиммлера за решеткой сидит. Хотели позвать Рема, да вспомнили, что сами его расстреляли.
Пришлось кликнуть Муссолини. Ухватились: Муссолини за Гиммлера, Гиммлер за Геббельса, Геббельс за Геринга, Геринг за Гитлера, Гитлер за репку, тянут-потянут — вытянуть не могут.
Прибежал Пэтен из Парижа. Да много ли от старика толку: тянуть не тянет, а только песок из него сыплется. Дробь одна получается.
Что тут делать? Пришлось кликнуть сучку. Звали одну, а прибежало сразу три: венгерская, финская и румынская.
Ухватились: Маннергейм за Хорти, Хорти за Антонеску, Антонеску за Пэтена, Пэтен за Муссолини, Муссолини за Гиммлера, Гиммлер за Геббельса, Геббельс за Геринга, Геринг за Гитлера, Гитлер за репку, тянут-потянут… пошла репка из земли.
— Хайль Гитлер! — крикнул Гитлер.
А «репка»-то сама наружу выходит, красноармейским шлемом поднялась. Встал боец — в плечах косая сажень. А уж рядом другой стоит, по другую сторону третий, позади новые бойцы встают, строятся. Рассвирепели фашисты: тянули они только одну репку, а за ней — батюшки мои! — целый огород и, весь советский народ, — штыками ощетинился, пушками насупился, на смертный бой вышел.
Заходила земля, задрожало небо, раскололось— от силищи народной, — Красной Армии на подмогу советский люд идет. Кто смел да умел — врага бьет, а кто смел да не умел — обучается, и стар и млад оружье берет, клич боевой разносится:
— Винтовкой бей, штыком коли, гранатой громи, минометом круши!
Драться так драться, — что русскому здорово, то немцу — смерть!
Знай: не за всякую репку хватайся!