28

Мне следовало бы уехать в космопорт, но я снова сел в аэромобиль и перелетел через линию фронта и оказался в штабе войск Грима.

Я совершенно не заботился о своей жизни. Здесь мы, вероятно, были похожи сейчас с Джаймтоном. Думаю, что меня по крайней мере дважды обстреляли, несмотря на посольские флажки, пока я пересекал линию фронта.

Незнакомые люди окружили меня, когда я посадил машину возле командного пункта Грима. Пришлось предъявить им свои документы.

Меня провели к опушке небольшой дубовой рощи и здесь, в тени огромного дуба, я увидел небольшую группу людей. Грим, Ладна и офицеры штаба наблюдали по приборам за перемещением своих войск и отрядов противника. Но громкая речь была вызвана поступающими данными из центра связи, находящегося тут же, невдалеке.

Солнце едва просвечивало сквозь густую крону деревьев. Был почти полдень, день стоял ясный и теплый. Никто не обратил на меня внимания. И только Джекол бросил мне холодный взгляд, продолжая заниматься своим делом. Но, должно быть, выглядел я довольно паршиво, потому что, оторвавшись от компьютера, он предложил мне стаканчик дорсайского виски.

– Спасибо, – поблагодарил я его после того, как одним махом опорожнил запотевшую рюмку.

– Не стоит, – капитан опять занимался своим делом.

– Джекол, – попросил я, – расскажите мне, что происходит.

– Смотрите сами.

– Я ничего не понимаю. Извините меня за то, что я предпринял против вас. Но ведь это моя работа – добывать новости. А меня хотели оградить…

– Мне запрещено болтать с гражданскими, – начал было капитан, но тут лицо его просветлело. – Так и быть, ньюсмен. Я согласен, но только потому, что вы хороший боксер. Ваш «хук» правой был великолепен. Пошли.

Он подвел меня к смотровому экрану, где стояли Ладна и Кейси, рассматривая непонятные линии и значки.

– Это, – указал Джекол, – перед вами, ньюсмен, карта местности, на которой будут развертываться боевые действия. Вот это, – палец показал на две извивающихся линии, – реки Макинток и Сарай. Там, где они сходятся, в десяти милях отсюда, находится Джозефтаун. Вот эти холмы, как вы видите, как раз между реками. Хорошая позиция, чтобы обороняться, и плохая, чтобы наступать.

– Почему?

– Если вы туда попадете, то увидите, что здесь, – палец опять показал на извилистые линии рек, – высокие обрывистые берега, на которые нелегко взобраться, но откуда очень легко отбить любой десант. Кроме того, прямо перед холмами открытая ровная местность, хорошо просматриваемая. И так до самого Джозеф-тауна. С другой стороны также довольно открытая местность и, проводя атаку, придется очень долгое время находиться под огнем противника. Поэтому-то мы и не спешим. Мы занимаем лучшую позицию, лучше вооружены и превосходим противника численностью.

В голосах людей, стоящих вокруг нас, что-то изменилось. Мы повернулись. Все всматривались в экран видеофона. Мы протиснулись между двумя офицерами и увидели на экране лужайку, поросшую травой, на небольшом холме. В центре холма возле длинного стола развевался френдлизский флаг. Возле стола было много стульев, но сидел лишь один френдлизский офицер.

Местность была довольно живописна. Лужайка, поросшая по краям цветущими кустами псевдосирени, окаймленная высокими темно-зелеными «дубами», выглядела на экране очень красиво.

– Я знаю это место, – начал было я объяснять Джеколу.

– Тихо, – приказал он.

И тут я услышал, что перед нашей группой говорил только один голос.

– …стол переговоров.

– Они вызвали? – послышался голос Кейси.

– Нет, сэр, – произнес первоначальный голос.

– Они просто передали в эфир этот видеосюжет без комментариев. Похоже, что это все же «стол переговоров».

– Похоже! – согласился голос Кейси.

– Придется идти.

Я протиснулся через толпу и, увидев уходящих Кейси и Ладну, бросился вдогонку. Послышался крик Джекола, но я не обратил на него никакого внимания. Я был уже возле них, когда, услышав крики, они обернулись.

– Я пойду с вами, – предложил я без всяких предисловий.

– Если так хотите, – согласился сразу же Кейси, – то пожалуйста. Оставьте его нам, Джекол, – сказал он подбежавшему капитану.

– Есть, сэр, – только и мог сказать капитан Марат.

Когда мы остались втроем, Кейси повернул ко мне голову и спросил:

– Почему вы хотите идти со мной, мистер Олин?

– Моя работа требует от меня смелости, командующий.

– Тогда пошли, – усмехнулся тот и повернулся к Ладне. – Надеюсь, ваша работа не требует от вас смелости?

– О, нет, – серьезно проговорил священник. – Мне, пожалуй, лучше будет остаться. – Ладна повернулся ко мне. – Удачи вам, мистер Олин, – сказал он и ушел.


Мы проделали недолгий путь до холма на бронированной платформе. Возле возвышенности нас остановил патруль Экзотики. Кейси вылез из вездехода и ответил на приветствие начальника патруля.

– Вы видели стол переговоров, лейтенант? – задал вопрос Грим.

– Да, сэр. Тот офицер все еще там.

– Хорошо. Будьте здесь со своими людьми. Мы с ньюсменом пойдем и посмотрим.

Мы пошли, продираясь сквозь кусты и деревья, пока не оказались ярдах в пятнадцати от фигуры в черном.

– Что вы думаете обо всем этом, – спросил Кейси, вглядываясь в происходящее на лужайке.

– Почему его не подстрелят?

Он посмотрел на меня свысока.

– Чтобы его застрелить, много ума не надо. Но меня интересует другое. Вы ведь совсем недавно видели командующего Френдлиза. Если это настоящий стол для переговоров, тогда я спрашиваю вас – Блек готов капитулировать?

– Нет! Он был против капитуляции.

– М-да… – покачал головой Кейси.

– Но почему вы думаете, что Блек готов капитулировать, сэр? Когда я был в расположении войск Френдлиза…

Кейси взмахом руки остановил меня.

– Стол переговоров обычно служит для проведения разговора об условиях сдачи!

– Но они же не просили вас о переговорах! Они просто передали эту картинку в эфир!

– Да, – согласился генерал. – Но могло же быть так, что просьба о помощи противоречит его принципам… А так может получиться, что мы случайно обнаружили друг друга за столом переговоров.

Он повернулся и сделал знак рукой. Лейтенант, ожидавший нас поблизости, тут же оказался рядом.

– Сэр?

– Поблизости есть френдлизцы?

– Четверо. Наши приборы различают их довольно четко. Да они и не пытаются прятаться. Больше никого.

– Лейтенант, будьте так добры, подойдите к этому френдлизцу и спросите его, что ему надо.

– Слушаюсь, сэр.

И он побежал к центру лужайки.

Они стояли лицом друг к другу и о чем-то разговаривали. Затем лейтенант повернулся и пошел к нам.

Он встал перед Кейси и отдал честь.

– Командующий, – проговорил он. – Командующий избранными войсками Господа желает встретиться с вами для обсуждения условий капитуляции.

– Благодарю, лейтенант, – кивнул Грим. – Думаю, мне надо сходить. Вы,

– обратился он к патрульному, – держите здесь своих людей наготове. Если Блек хочет сдаваться, я буду настаивать, чтобы он немедленно явился на встречу.

– Слушаюсь, сэр, – лейтенант снова отдал честь.

– Возможно, он захочет, чтобы сведения о капитуляции немедленно дошли до его солдат…

– Сэр, – подал я голос. – Но Блек не собирается сдаваться! Ведь я только недавно беседовал с ним об этом.

– Мистер Олин, – повысил голос Грим. – Полагаю, что вам лучше вместе с лейтенантом остаться здесь. Отсюда вы все равно все увидите.

– Ну, нет, генерал, – усмехнулся я. – Я иду с вами. Если это настоящие переговоры, там не будет опасно. Если же это не так, то зачем же вам туда идти?

Кейси странно посмотрел на меня.

– Хорошо. Пошли.

Мы вышли из-под деревьев. Когда мы подошли к столу, там уже были четыре фигуры в дополнение к уже бывшему там прежде офицеру. Очевидно, это были те, о ком лейтенант говорил, что они находятся под прикрытием деревьев. Там уже находился и Джаймтон.

Генерал и полковник приветствовали друг друга.

– Полковник Блек? – спросил Грим.

– Да, командующий Грим, – отозвался френдлизец. – Я пригласил вас для встречи.

– С удовольствием принимаю ваше предложение, полковник.

– Я желал бы обсудить условия сдачи, – медленно произнес Джаймтон.

– Я могу предложить вам, – начал Кейси, – обычные условия, оговариваемые Кодексом Наемников…

– Вы не поняли меня, генерал, – перебил его Блек. – Я пришел сюда, чтобы обсудить вашу капитуляцию.

Флаг, развевающийся возле стола, затрепетал.

Внезапно я обратил внимание на угрожающую неподвижность черных фигур.

– Боюсь, что вы ошибаетесь, полковник, – усмехнулся Грим. – Я занимаю более выгодную позицию, и ваше поражение неизбежно.

– Так вы отказываетесь капитулировать?

– Да! – строго ответил Кейси.

И в этот момент я увидел, что ровная линия черных фигур сломалась.

– Осторожней, – крикнул я, но было уже слишком поздно.

И тут впервые я увидел в деле человека с Дорсая. Реакция Кейси была такой быстрой, что казалось, будто он читал мысли Джаймтона. Когда руки френдлизцев еще только тянулись к кобурам, Грим уже летел над столом с пистолетом, зажатым в руке. Казалось, он вонзился в первого френдлизца – они оба кубарем полетели на землю. Но если Кейси поднялся и продолжил свое стремительное движение, его противник так и остался лежать на земле. Не обращая внимания на поверженного противника, он с ходу выстрелил и, упав, покатился по земле.

Френдлизец справа от Джаймтона упал. Блек и еще двое попытались перехватить Кейси, но их оружие еще не было нацелено на дорсайца. Кейси резко остановил свое движение, словно наткнулся на каменную стену. Он вскочил на корточки и этим напомнил мне напряженного дикого зверя, уже готового к прыжку. На какую-то долю секунды он замер и дважды выстрелил. Еще двое френдлизцев, нелепо взмахнув руками, попадали в траву.

Теперь Джаймтон стоял лицом к лицу с Кейси с наведенным на того оружием. Он выстрелил, и воздух пронзила голубая вспышка. Но Кейси успел в последнее мгновение прыгнуть в сторону. Лежа на боку в траве, он еще дважды успел выстрелить из своего пистолета.

Бластер Блека поник в его руке. Джаймтон повернулся, покачнулся и попытался свободной рукой ухватиться за край стола. Он попытался овладеть непослушным оружием, но не смог, и бластер бесшумно упал в траву. Пытаясь перенести вес своего тела на руку, которая опиралась на край стола, Блек повернулся ко мне лицом. Он все еще владел своей мимикой, но в его глазах уже возникло какое-то непередаваемое выражение, которого я никогда прежде не видел. Что-то подобное тому, что появляется на лице триумфатора, который только что одержал победу и которому больше уже ничто не угрожает! Слабая улыбка пронзила кончики его губ. Улыбка внутреннего триумфа…

– Там, – прошептал он. Затем жизнь ушла из его лица, и он рухнул на стол.

Близкий взрыв потряс землю. С вершины холма патрульный лейтенант, которому Кейси приказал быть поблизости, выстрелил дымовой шашкой, которая, взорвавшись, скрыла нас от наблюдения врагов. Дымовая завеса плыла в голубом небе, и под ее защитой мы с генералом начали отходить. Все закончилось. Но мне навек запомнилась мертвая слабая улыбка на лице Джаймтона.

Загрузка...