Солдаты Долины 1 Путешествие в ...

Глава 17

Поспать толком не удалось. Сегодня приходится спать урывками, как на Земле. Пока жил в своем мире, Ден бесконечно хотел спать. Ночные зарубы, не давали время на нормальный сон, тяжелая голова в течение дня, бесконечные чашки с кофе в попытке разбудить организм. Тянущееся бесконечно время, где главная задача, это борьба со сном. Какие краски мира, я вас умоляю. Короткие моменты, когда можешь поспать с десяток минут, не добавляли ничего кроме головной боли. Боль тянула за собой усталость, которая, к концу недели превращалась в хроническую. Усталость, порождала раздражение буквально всем. Раздражение, прямой путь к депрессии. Чтобы вырваться из серой пелены депрессии, подпитанной отсутствием солнечных дней и ярких красок, рекламные стенды не считаются, они тоже, кроме раздражения ничего не вызывают, мы лезем как мотыльки на свет, в соцсеть, посмотреть там красивые картинки, и придя домой вечером, включается игра. Твоя отдушина в этом убогом мире, который ты сам для себя создал. Пытаясь набраться положительных эмоций, сидишь полночи. И все, круг замкнулся.

Думаешь если ты не геймер, то тебя не коснется чаша сия? Ну-ну, блажен кто верует, ночные клубы не дадут соврать. Вариантов поиска отдушины масса, итог похожий. Вот и сейчас Ден чувствовал нечто похожее, но совсем другое по окраске, такой легкий дискомфорт, воспринимаемый с иронией, и знанием, что все будет хорошо.

По ощущению, вот только закрыл глаза, как кто-то завозился рядом, пытаясь убрать с себя одеяло, похоже, ему стало жарко. Для этого, неизвестному, нужно было для начала выпутаться из рук Дена. Это еще тот квест. Пыхтя, и изображая из себя ежика, справившись со столь трудной задачей, ёж в кровати, возню продолжил. Ден не выдержал, и открыл глаза. Недавно рассвело, свет еще не был ярок, сохранились золотые краски утра. Ден не закрыл на ночь ставни, и теперь пожинал плоды. Летта подняв одеяло двумя руками, разведя локти в стороны, изобразив ими иллюминатор в борту батискафа, что-то усиленно рассматривала через него, в глубине, под одеялом.

- Бинокль дать? – скромно поинтересовался Ден.

Резко опустив одеяло на грудь, дозорная, продолжила свою работу, высматривая что-то на стене. Бросив косой взгляд на Дена, перевела вину на соседа:

- Ты где был всю ночь?

- В городской библиотеке, читал древние трактаты, - не убирая серьезное лицо, отчитался Ден, - Хочешь, следующий раз возьму тебя с собой?

Или вариант сидения ночью в библиотеке, не понравился, или поняла, что ее просто троллят, решила на всякий случай промолчать. Удивленный таким поведением Ден встал, и привычно, как всегда делал в одиночестве, пошел в ванную. Не успел. Обогнав на вираже, и захлопнув перед его носом дверь, красавца оставили наедине со своей красотой. Грустно вздохнув, пошел в гардероб. Подпирая стену, дежурил у дверей ванны, заодно решал серьезную стратегическую задачу, ждать дальше, или идти искать свободную комнату. Возведя взгляд в небеса, не помешал даже потолок над головой, Ден решился на второй вариант. Не успел. Приоткрылась дверь, и женская ручка выхватила его, Дена рубашку, и утащила в щель. Пока Ден открывал рот, Эд предложил:

- Лучше молчи, просто возьми другую.

Вернувшись из гардероба, увидел картину, достойную места в мужском журнале. Накачанная попка, обтянутая рубашкой Дена, задорно торчала из-за приоткрытой двери. Ноги вообще не были прикрыты, и прекрасно просматривались. Голос Летты, объяснял горничной, что делать с ее платьем.

- Эд, а чё она тут распоряжается, - заговорив на жаргоне от шока, - пожаловался Ден Эду.

И мгновенно сообразив, что будет дальше, в темпе бросился в ванную, потянув там время, вышел и:

- Я на пробежку, - бросил, в упор смотрящей на него, самовыдвиженке на должность новой хозяйки дома.

- Стоять, - для верности выставив перед собой руки, предотвратила бунт Летта, - Нам нужно поговорить.

- Писец, - единодушно признали оба.

- Эд, папа так кричал на маму, - усевшись на кровать, и выставив вперед симпатичные, сомкнутые колени, начала девушка, - Прямо при мне. Он ее предупреждал, не устраивать маневры вокруг помолвки, он решит все сам. И он был очень зол, что делалось за его спиной. Мама все отрицала, но я ей не верю, после того случая, у театра.

Немного помявшись, Летта продолжила:

- Папа сказал, что достанется всем, но нам с мамой вдвойне при любом развитии ситуации. Один раз от него. А второй раз, если не влетит от тебя, то он еще раз добавит.

Посмотрев с обидой на Дена, будто, ей от него уже досталось.

- Я не знала, что мама, что-то такое, - покрутив в воздухе ладонью, для замены не найденных, для объяснения ситуации слов, - И испугалась, что с тобой может что-то случится, вот, приехала к тебе. Поговорить и предупредить, что папа не причем, - в ожидании, продолжила смотреть в глаза Дену.

- Нужно всего лишь напомнить, что ты ублюдок без тормозов, и девушка переводит тебя, из разряда «коллега по работе» в категорию «парень которого я трахну», - высказал, свое понимание ситуации Эд. Остальные проблемы, он, не считал достойными комментария.

Ответить Ден не успел, да и не собирался. В дверь постучали, и голос парня из группы Федора, бросил ёмко:

- Едем.

Ден молча, начал экипироваться, одевшись и прицепив оружие, нахлобучив шляпу, посмотрел в глаза растерянной девушки, сказал:

- Хорошо, - не объяснив, кому конкретно предназначался ответ, и что он вообще значит, вышел за дверь.

Стартовали на двух экипажах, группу смотрящую за Серёгой, решили перенаправить, для усиления. Темная лошадка, в лице непонятного наемника, и его хозяина. Хозяин, с подачи которого, пробивают порталы в Долину, и присылают «крысоловов», требовал особых мер предосторожности. Федор с Деном не знали, одно это лицо, или действуют две независимые стороны, но рисковать не стоило в обоих случаях.

Брифинг провели в экипаже на ходу:

- Изольда, прямо с утра, практически следом, за убывшем на службу мужем, села в наемный экипаж и проследовала до одного дома. Где уже практически час находится. Через открытое окно, предположительно в спальне, удалось прослушать разговор, подтверждающий наем «минибосса», - Федору, похоже, тоже понравилось присваивать объектам кодовые слова. – Также подтвердилась связь между Изольдой и неизвестным.

Федор уточнил на всякий случай ситуацию:

- Как только заскрипела кровать, курьер отправился с сообщением. Думаю сейчас самое время выходить на разговор, пока все расслабились. – Федор даже не улыбался. Интересно он вообще умеет, или как Эд, держит все в себе.

Обычный дом, в этом районе дома если и отличались друг от друга, то только цветом дверей и фонарями на стенах. Двое делают вид что разговаривают, изображают старых знакомых давно не видевшие друг друга и неожиданно встретившихся, у именно этих дверей, совершенно случайно. Еще двое в экипаже. Из своего транспорта выходили как десант, на ходу. Ден заранее снял шляпу и плащ, отстегнул вторую кобуру с мечом, может помешать. По уму нужно отстегнуть обе, но остаться совсем без оружия, после выстрела из арбалета, Ден морально не был готов. Входить в помещение ему предстояло через окно спальни, а архитектурные предпочтения местных, сильно осложняло задачу. В узкое окно, Дену с его плечами, можно было войти без проблем, только боком. Решено было, не входить целиком, а контролировать с подоконника, дальше по ситуации. Почему Ден? Вроде совсем неподходящий, для этой цели юнит. Но тот, кто полезет в это чертово окно, будет первым, кого увидит противник, значит больше шансов сдохнуть. Посылать парней и стоять за спинами? Не в этом мире.

Из кареты Ден вышел первым, и перемахнув забор между домами, пригнувшись, чтобы не мелькать в окнах, проскользнул на задний двор. Его встретили трое, из наблюдения. Ден дал сигнал, и вся четверка бесшумно прокралась к окну. Окно было немного приоткрыто для проветривания, указав знаками порядок действия, приготовились. Один из ребят должен открыть створку до упора, и придерживать, для страховки, двое других скрестили руки, поднимут Дена до уровня подоконника. Ждали сигнала штурмовой группы, от входной двери.

Ден не нервничал. Он паниковал: «Вдох, выдох, давай тряпка держись, все будет путем. Вдох, выдох, что кишки трясутся, не боись, все мы когда нибудь умрем. Вдох, выдох, держи сука рукоять правильно, своими потными ручонками. Вдох, выдох». Проверил, как закреплен арбалет, уперся левой ногой в ладони парней, вытянул левую руку, касаясь кончиками пальцев в перчатке нижнего края подоконника. Грохот от взламываемой двери. Вот и сигнал. Ден успокоился, все стало вязким и тягучим, голова пустая, время замедлилось. Невыносимо плавно и долго поднимается тело. Правая нога, на колено, встает на подоконник, левая рука хватает наличник снаружи окна, а правая с арбалетом ныряет в комнату. Голова следом. Оценка обстановки.

Время рвануло взорванной гранатой. В комнате двое. Ден сразу взял на прицел мужчину и заорал, хрипя и срывая связки:

- Стоять!

Какой хороший у Эда голос. Чуть сам, от своего же крика, не обделался. Парочка в комнате замерла. Мужчина, не успев поднять арбалет, замер лицом к входной двери, и спиной к Дену, в другой руке у него ремень с ножнами и патронташем для болтов. Расфокусировав зрение, старался держать под контролем все пространство. Мужик не успеет развернуться, и выстрелить, Дену намного проще его убить. Изольда замерла у стола, на котором лежали ее вещи. Вряд ли кто-то есть в ванной и гардеробе, учитывая в каком виде эта парочка.

- Медленно и аккуратно положил арбалет на пол, - хриплым голосом, вежливо попросил Ден, мы же культурные люди?

Участник светского раута, присев аккуратненько положил ствол, но выпрямиться не успел.

- И нож, - подсказал Ден.

Разоружившись, военнопленный, выпрямился.

- А теперь подними руки. Выше. Вот так. – все, просто как в кино. Если не считать мокрой спины и сорванного голоса.

По дому слышался грохот шагов множества людей, хлопки открываемых дверей, идет обыск и зачистка.

Изольда так и стояла в одном чулке, второй держала в руках. Это все, что на ней было одето.

- Да они эстеты, днем по-быстрому, можно было, не раздеваясь, перепихнутся, - кто о чем, а Эд о бабах, - Зато теперь понятно в кого Ромашка уродилась.

Эд был само спокойствие, Ден тут трясется на подоконнике, а этому вроде все равно.

Дверь в комнату распахнулась. Первым вошел Федор, и не раздумывая, врезал в печень, в нарушении Гаагской декларации, между прочим, мужика. Второй вошедший, сделав приставной шаг в сторону, взял под прицел Изольду. Сложившуюся пополам, жертву необоснованных репрессий, усадили на стул, установленный посередине комнаты. Еще двое вошедших парней, забрали оружие, и обыскали помещение, проверив соседние комнаты.

Изольда была хороша, как Летта под артефактом красоты. Не накаченная, но стройная и статная. Гордо распрямившись, вскинула подбородок, смотря спокойным, равнодушным взглядом, на творящийся вокруг беспредел.

Ден с трудом, на негнущихся, после пережитого стресса, ногах, попытался войти в комнату, выронил арбалет, который ощутимо стукнулся о нещадно эксплуатируемый подоконник. Замер, ожидая выстрела, но повезло, видно предохранитель хорошо продуман. Ничего себе, не отстрелив, подошел к противоположной от окна стене, оперся плечом.

- Зачетные сиськи.

- Да ладно Эд, поверь, уже все, все оценили, и уверен, каждый именно так и подумал, - у Дена начался отходняк, и его потянуло поболтать.

Сидевший на стуле в трусах и рубашке парень, на вид был, лет двадцать. И Изольде годился в сыновья, ну почти. Высокий, смазливый, скорее гибкий и выносливый, чем сильный. На парня из Долины не походил. Скорее воинствующий горожанин, в поисках приключений. Ну что же, вот и нашел. Неприятно наверно умирать в двадцать. Сидит, улыбается, вид снисходительный. Такой, принц в изгнании, а вот глаза подвели. Страшно ему, глаза бегают, лихорадочно блестят, мозг в ускоренном темпе ищет выход.

Федор, вопросительно посмотрел на Дена. Ден, внутренне вздохнув, оторвался от стены, нехотя подошел к принцу в изгнании:

- Правая или левая?

- Что, - не поняв вопроса, сбитый с толка, спросил наемник.

- Кисть, - с видом мученика, уставшего от вселенской тупости, уточнил Ден.

Принц попытался спрятать кисти между ног.

- Хорошо, тогда начнем с ног, - с грустью в голосе, успокоил будущего инвалида, Ден, и потянулся за мечом.

- Я все скажу, - не выдержала женщина в чулке.

Принц, с надеждой посмотрел на будущую спасительницу. Больше никто не обратил внимания, лишь Ден не выдержал, бросил короткий взгляд, и наткнулся на огромные от ужаса, блестящие от сдерживаемых слез глаза. Поднял руку. Открытой ладонью показал, чтобы молчала.

- Я все скажу, - с принца слетел весь апломб, и он спеша начал рассказывать.

Ехали в офис к Городовому. Курьер ускакал к Бате. Ситуация, немного вышла из под контроля, и требовала решений государственных мужей. Ден просто не представлял, что он может сделать. Похоже, начались игры больших мальчиков, с большими… Непонятно только одно, это тот же заказчик, что в долине, или нет. Просто застрелить в городе Дена, исполнителям запретили. Был приказ, обставить под обстоятельства, вроде несчастный случай. Нельзя было допустить, чтобы начали копать. Тогда бы точно вышли на заказчика. Как все сложно.

Непринц ехал в экипаже с парнями, одетый, и почти целый. Так пару оплеух, не в счёт, просто дань традиции. Наверное, местные не в курсе о существовании Гааги, и ее решений, которые все равно ни кто не соблюдает, но согласно ее законам, потом судят. Победители. Языку пообещали жизнь в обмен на ряд услуг. Свободу никто не обещал.

Ден с Федором ехали вдвоем. Ден крутил в пальцах монету. Крупный золотой кругляш, солнце раскинуло свои лучи в центре монеты, и темно-фиолетовый, как ночное небо, фон. Кажется, что в фиолетовом поле, видны искорки звезд. Магия. Металл, или что это такое, называется, слезы Черного солнца. Монета номиналом тысяча золотых. Трофей.

- Прислали этого, пришлют следующего, наверняка поедем зачищать, - Федор, в двух словах обрисовал ситуацию, и дальнейшее решение вопроса.

- Если твоя свадьба, с Виолеттой, состоится, - Федор резко поменял тему, - то теща тебе достанется самая лучшая, будет просто как шелковая, тебя на руках носить будет.

- А если, о ее участии в этом деле будем молчать, даже в живых оставят, - задумчиво прикинул Эд.

- А ты умеешь быть прагматичным, мой коварный сокамерник, - к Дену вернулась прежняя расслабленность.

- Федор, попроси парней, пусть забудут, что сегодня видели Изольду Викторовну, - Ден протянул, монету, - а это, раздели на всех, кто был на операции.

Федор понимающе кивнул.

Интерлюдия. Изольда Викторовна Волкова.

Когда уводили говорливого любовника, Изольда все так же гордо, с прямой спиной и расправленными плечами, в одном чулке, стояла одна в комнате. Беззвучно плакала. Слезы катились сами, она не их могла контролировать. Смерть дохнула ей в лицо трупным смрадом. Волосы на затылке, до сих пор стояли дыбом. Светлое солнце, куда она влезла.

Так все красиво начиналось. Молодой поклонник, знаки внимания, куртуазно и не обычно. Феликс иностранец, в их стране все гораздо культурнее и красивее. Красивые подарки и крышесносные предложения. Велеречивые признания в любви, произнесенные с легким акцентом, мурашки в животе. Это не наши грубые и суровые мужчины. Оказалось, это не она способна привлечь своей красотой молодых мужчин, ее цинично использовали в собственных целях. Она заигралась, и чуть не утащила за собой всю семью. Подставила их под удар. Думала только о себе. О мурашках, в одном месте. И осталась в живых, благодаря дочери. Ирония судьбы.

Она видела в глазах человека, которого звали Федор, свой приговор. Она знала законы. Не казнят. Сошлют на рудники. От нее откажутся все, родные, знакомые. Если выживет на руднике, прямая дорога в монастырь, доживать жизнь. Но Эд простил ей это преступление. Когда Федор повернулся к ней, и хотел что-то сказать, Эд покачал головой. С какой радости ему быть великодушным? Причина одна. Виолетта. Эд ей простил, а вот простят ли другие? Изольде, очень хотелось жить. Не на рудниках и в монастыре, а так, как жила раньше. Она готова на многое, чтобы оставить все как есть. Она больше не повторит свои ошибки. Вокруг нее грубые и суровые мужчины, которые не болтают, без необходимости. И на которых, можно положится. А она, не даст повода вспомнить о произошедших сегодня событиях.