Спасибо, доктор

Глава 17

Он стопроцентно не ожидал такого поворота событий! Да и в принципе явление пациентки к нему домой вряд ли мог предвидеть. Но Света очень надеялась, что она для него не просто пациентка — одна из многих и ничуть не примечательная. Ей хотелось верить, что розы, принесенные ей в ту холодную ветреную ночь, означают, что она особенная для доктора.

Он для неё точно стал кем-то особенным! Не понятно, как так получилось и с чего началось, быть может, это искра какая-то была или химия гормонов и феромонов, но вот стоять сейчас и здесь и целовать его — казалось самым правильным её поступком за последние дни. Лишь на самое короткое мгновение, буквально долю секунды, когда он удивлённо распахнул глаза и увидел её приближающиеся губы и лицо, ей показалось, что не стоит этого делать. Но когда он вместо того, чтобы оттолкнуть ее с отвращением или уклониться от не прошеного поцелуя, вдруг обнял в ответ, Света попрощалась с сомнениями.

Его мягкие горячие губы пахли мёдом, будто вставая с постели, он сделал глоток ароматного чая, стоящего на тумбочке между упаковками лекарств. Именно так ей представилось его внезапное пробуждение от настырного звонка в дверь.

Ей бы уже отлепиться от него, да дать возможность вернуться в тёплую постель, но целовать его оказалось настолько приятно, как никогда не было с Олегом. И это было крайне удивительно. Как и то, что он просто отвечал на её влажный сладкий поцелуй, будто бы он тоже давно хотел воплотить эту странную и недозволенную фантазию в жизнь. С самого первого приёма Свете хотелось это сделать, что уж тут лукавить.

Едва она разъединила их губы для вдоха, он чуть отстранился и, дотянувшись рукой, захлопнул дверь. Она вдруг смущённо убрала руки с его плеч и заморгала, пытаясь собраться с мыслями. Что-то она там собиралась ему сказать до того, как у неё отключился мозг. А, ну да!

— Простите меня, Сергей Владимирович, я так перед вами виновата!

— Что? — доктор непонимающе нахмурился, — виновата в чём?

— Из-за меня у вас неприятности на работе, и заболели вы тоже из-за меня, я упала вам как снег на голову и столько всего сразу случилось! И я не знаю… не знаю, как это всё теперь исправить!

— Вы поэтому узнали мой адрес и пришли ко мне домой, Светлана Андреевна? — всё ещё не веря в реальность происходящего, уточнил он.

А Света, как ни старалась, но как только её взгляд отрывался от его голубых глаз, тут же падал на красиво очерченные медовые губы, и ей хотелось поцеловать его ещё раз. Интересно, объяснения могут немного подождать?

— Можно просто Света, — напомнила она ему, медленно приближаясь и глядя на его соблазнительный рот. Наваждение.

— Можно просто Сергей, — ответил он и, будто бы читая её мысли, или просто видя её прилипший к губам взгляд, притянул её к себе и сам поцеловал.

Ещё слаще, чем в первый раз! Теперь под вкусом мёда проявлялся и его собственный, не менее нежный и сладкий, будто упругие спелые ягоды вишни касались её губ. Света вздохнула с тихим стоном, плавясь от удовольствия. А он осторожно, не размыкая губ, стянул с неё шарф и уронил куда-то на пол. Потом расстегнул молнию на пуховичке. Она же не смогла отказать себе в удовольствии запустить свои пальцы в его тёмные густые волосы, погладить его затылок, плотней прижимая к себе.

А ведь они едва знакомы, промелькнула мысль в голове, но умчалась дальше с такой же скоростью, с которой появилась. Чтобы выпутаться из верхней одежды, Светлане пришлось снова прерваться, сбросить с плеч пуховик и вынуть ноги из тёплых спортивных ботинок. Резинка зацепилась в процессе раздевания за одежду и незаметно слетела, её волосы рассыпались по плечам мягкой волной.

— Можно войти? — запоздало спросила Света у доктора, который замер перед ней с затуманившимся потемневшим взглядом.

— Нужно, — ответил он.

Он осторожно взял её за руку и потянул за собой, за его спиной открылась уютная просторная спальня с большой кроватью у дальней стены. Он шёл спиной, не оборачиваясь, будто зная этот маршрут с закрытыми глазами. Но Свете совсем не хотелось разглядывать обстановку вокруг, её разум так же туманило непреодолимое и совершенно нездоровое желание сорвать с человека перед ней всю немногочисленную одежду и сделать с ним нечто очень и очень неожиданное.

Или долгожданное.

Все её предыдущие желания и фантазии проносились перед глазами и меркли как старые фотографии на фоне настоящего и живого человека, запах которого сводил с ума, заставляя подгибаться коленки. Руки так и тянулись к его широким мускулистым плечам, это должно быть объявлено вне закона! Нельзя врачам быть такими красивыми и соблазнительными, ведь тогда пациентки будут не только ронять свою одежду перед ним на пол, но и его пытаться сорвать. Как сейчас сделает Света.

Когда он резко упёрся ногами в край кровати, Света по инерции налетела на его горячее твёрдое тело и попала в капкан жарких внезапных объятий. Её губы тут же были взяты в заложники, а волосы заскользили между его жадными пальцами. Боже, ему тоже нравятся её волосы, как и ей его! Почему это вызывает такой безумный и почти детский восторг?

Сила инерции и гравитация с ней за компанию, эти коварные заговорщицы-сообщницы, уронили его на кровать, а Свету, находящуюся в кольце его крепких рук, конечно же вместе с ним. Они шлёпнулись на мягкую пружинистую постель, которая ударом выбила из головы последние разумные аргументы против того, чтобы пытаться изнасиловать объект своих эротических фантазий.

Продолжая целовать его, то коротко и жадно, то долго и сладко засасывая мягкие губы, Света чувствовала, как его руки исследуют её спину и талию, как обводят её округлости, возвращаются к плечам, чтобы сильней прижать её к себе. А ей хотелось утонуть в этом мужчине, нырнуть в него как в горячий шоколад после мороза и захлебнуться его обжигающей сладостью.

Он вдруг обнял её за плечи и сделав, всего одно ловкое движение, перекатил их по кровати и оказался сверху. Оторвался от её припухших зацелованных губ и, пьяно моргнув, вдруг спросил охрипшим низким голосом:

— Света… Что мы делаем?

От этого бархатного баритона по её спине побежало стадо обезумевших от передозировки эндорфинов мурашек. Они разбежались к конечностям и заставили её обвить тело доктора руками и ногами.

— То, что давно хотели? — спросила она у него или даже самой себя.

Ведь хотели? Это же уже невозможно скрывать? Не сейчас и не здесь, да?