Становление (СИ)

Глава 5. НОВАЯ ЖИЗНЬ

Глава 5. НОВАЯ ЖИЗНЬ

За прошедшие почти полгода я поняла, что не зря боги и их творения оставались неизменными. Переделывать существ почти по новой оказалось делом утомительным и скучным. Да изменить саму Ллосс было гораздо проще, правда, скорее всего в силу её божественности. Я еле дотерпела до окончания эксперимента с дроу. Он, вне всякого сомнения, удался, но надоел до невозможности! Даже Вэрс, уже давно переставший так панически бояться меня рассердить, в последнее время старался вести себя как можно незаметнее и молниеносно выполнять все приказы, видя, что хозяйка крайне раздражительна.

После того, как мы с Ллосс определились с будущими главами кланов, предстоял нудный и кропотливый анализ сути остальных дроу, их распределение, что длилось почти месяц. Всё же прочитать и тщательно проанализировать десять тысяч душ – задача сложная и долгая даже для меня. Наконец кланы были сформированы, и в двадцати пещерах разместилось примерно по пятьсот тел дроу.

Последующая работа по формированию общей и индивидуальной памяти, а также по изменению внешнего облика оказалась не менее однообразной. На каждый клан уходило около четырёх дней. Зато в отношении внешности уж я оторвалась как следует – меняла цвет кожи, волос и глаз, экспериментируя с их сочетаниями, но не затрагивала общих черт тела, так что во всех, теперь непохожих, тёмных эльфах сквозило неуловимое сходство: высокие, мускулистые, с хищными чертами красивых лиц агрессивные воины. Даже белокожих дроу никто не перепутает с их светлым прообразом!

Кроме того, их отличали глаза: у всех встречались зелёные и янтарные цвета, а у темнокожих они были ещё и красными или серебристыми, у светлокожих – тёмно-синими, фиолетовыми или чёрными, в отличие от разных оттенков голубого, ярко-синего и тёпло-карего у представителей Дивного Народа. Но самое сложное в изменении расы – тонкое и кропотливое воздействие на каждую клетку, причём его требовалось закрепить настолько прочно, чтобы будущие поколения гарантированно рождались уже с новыми признаками. И это было действительно непросто!

Потом несколько дней посвящалось обучению Верховной Жрицы и её помощниц – этим занималась уже Ллосс, являясь каждый раз в наиболее соответствующем клану виде (в самом деле, не представать же перед светлокожими зеленоглазыми эльфами с чёрной кожей и красными глазами? не поймут). Им же передавалось тайное знание о существовании высшей Богини, в лицах, так сказать, и правила поведения при встрече с ней. Правда, такого события могло никогда и не произойти.

Заодно пришлось разработать ментальный щит, закрывавший меня от мыслей окружающих. Я и раньше пользовалась чем-то подобным, но несколько однобоко: либо слышу мысли, либо полностью закрываюсь. Не очень удобно в плане безопасности, не сейчас – в будущем. Так что в плетение щита я внедрила некое заклинание-сторожа. Он улавливал мысли тех, кто начинал замышлять что-то опасное в отношении меня – убийство, порабощение, изнасилование, нападение – и тотчас же срабатывал, позволяя это услышать. И конечно, я могла просто временно снять щит, не отключая его насовсем. Например, при знакомстве с новыми кланами дроу – чтобы отслеживать их настроение и прервать всякие глупые мыли в зародыше.

А вспышки недовольства, само собой, случались, но пресекались достаточно жестоко. Пару чересчур наглых и самоуверенных жриц пришлось умертвить и немного погодя воскресить – чтобы прочувствовали своё положение. К сожалению ли, к радости, но эта раса обладала очень независимым и жёстким характером и подчинялась лишь гораздо более мощной силе и жестокости, чем у них самих. Но, по большей части, авторитет Ллосс был непререкаем и её слова воспринимались как истина в последней инстанции. И лишь тогда мне выпадала пара дней отдыха, пока Ллосс помогала своим творениям обустраиваться в новом мире, избранном мной.

Самой напряжённой оказалась работа с первым кланом – в него я отсортировала почти всех детей и самых мягких в душе взрослых. Он стал очередным экспериментом, но, дабы не получился слишком слабым из-за большого количества молодёжи, мне пришлось подстегнуть их возраст до сорока лет – вполне достаточно, чтобы стать воином, а в недалёком будущем и создать семью. А ещё я сделала мужчин и женщин равными по силе и положению. Оставив им память о магии и различных ремёслах, также значительно изменила представления о добре и зле. Они оставались опасными и жёсткими – для врагов, но перестали беспричинно ненавидеть друг друга и возводить предательство в ранг добродетели. И хотя в любых действиях по-прежнему руководствовались соображениями выгоды, научились видеть её не сиюминутную, а в перспективе.

В общем, получилась раса жестоких, но достаточно адекватных воинов, вполне способных сосуществовать с другими народами, чем я невероятно гордилась. И этот клан, единственный из всех, я завязала на себя – чтобы услышать и помочь в случае крайней необходимости. Кровь не использовала – слишком много она могла дать смертным, только оставила отпечаток своей ауры в сердце каждого тёмного эльфа, ну и пришлось попробовать их крови. Этот «напиток» мне не очень по вкусу, но иногда без него не обойтись.

Кожу дроу сделала просто смуглой, волосы чёрными, с фиолетовым отливом, а глаза ярко-зелёными. Но у избранного мною Правителя и Высших Жриц остались серебристые волосы, а глаза приобрели глубокий тёмно-фиолетовый цвет. Эти признаки станут наследственными для правящего рода, а у девочек – судьбоносными, сразу определив их как будущих Высших Жриц Домов. И я уже давно знала, какой мир станет для них домом, хоть и придётся столкнуться со сложностями поначалу.

***

Форвен Ду’Арръенс очнулся в огромной пещере в окружении около сотни сородичей. Поднявшись с каменного пола, он понял, что ошибся – пещера оказалась разбита на восемь секторов, в каждом из которых находилось по несколько десятков тёмных эльфов. На многих лицах читалась растерянность и недоумение. И что странно, большинство из них были слишком молоды. Подумав, что неспроста эльфы не сбились в единую кучу, Форвен подошёл к невидимой границе и осторожно протянул руку вперёд. Так и есть, они окружены невидимой магической преградой и являются пленниками кого-то достаточно могущественного, чтобы легко удержать такое количество магов. Он сосредоточился на своих ощущениях, попытавшись понять суть заклинания, но едва мысленно коснулся плетения, как осел на пол, тряся обожжёнными пальцами и приходя в себя от ментального удара – чересчур изящного и одновременно мощного для смертного существа.

Двое воинов тут же бросились к нему и помогли подняться, встревожено вглядываясь в лицо.

- Вы в порядке, Владыка?

Владыка? Он? В памяти, словно нехотя, всплывали сведения – да, он глава Первого Дома Ду’Арръенс, Повелитель тёмных эльфов, а его жена, Эртиль – Верховная Жрица Ллосс, их богини и Высшая Жрица Первого Дома. В голове теснились знания, но никак не удавалось вспомнить, как он со своим народом оказался в этой тюрьме и почему их столь мало.

- Что это было, мой господин? – нежный музыкальный голос принадлежал высокой, ослепительно-красивой эльфийке с необычными серебристыми волосами и странными глазами. Это сразу выделяло её среди окружающих, хотя такая она была не единственная. Впрочем, он знал, что тоже отличается от остальных – вдоль щеки струилась точно такая же серебристая прядка. И было что-то неправильное в том, что женщина так почтительно обращается к нему, но что, Владыка не мог понять. Он знал эту женщину, свою жену, но тело её не помнило. Провёл пальцами по её щеке, ощутил мягкость кожи, заметил дрогнувшие ресницы… и так ничего и не вспомнил. Странно. Вокруг слишком много непонятного.

- Кто-нибудь из вас помнит, что было до этой пещеры? Наши пленители появлялись? – владыка требовал ответа, но никто не мог его дать. Он невесело хмыкнул: – Я попытался снять барьер, но меня вежливо попросили не дёргаться.

- Ничего себе вежливо, – в голосе Эртиль звучал сарказм, – ты чуть сознание не потерял! И никто в пещере не появлялся. Мы все пришли в себя в течение последнего часа.

- А Верховная Жрица не может обратиться за помощью к Ллосс? И это действительно вежливая просьба, иначе я был бы уже мёртв! Значит, никто не помнит, как мы здесь оказались и что этому предшествовало? Интересно... А все ли знают, кто есть кто?

Такой, казалось бы, простой вопрос поставил окружающих в тупик. Выяснилось: двое воинов, что помогли подняться, это его телохранители, и все знают, кто является командирами, Мастерами и Жрицами и как их зовут, но вот друг друга почти никто не знал, также как и вышеназванные не знали мелких подчинённых. Всё происходящее казалось странным, но Форвен чувствовал, что ещё чуть-чуть и он вспомнит нечто важное.

- Владыка, что это? – один из телохранителей показывал в сторону центра пещеры, где тускло засветился дымчатый прямоугольник.

- Форвен, кажется, я уже знаю, в чьей власти мы оказались, – Эртиль облизнула вмиг пересохшие от волнения губы и даже не заметила, что нарушила этикет, обратившись к мужу по имени при подданных, – нам нужно идти, Ллосс зовёт.

- Всем?

- Нет, конечно. Ты, я и ещё две Жрицы. Я чувствую её зов и нетерпение. Поспешим, нельзя гневить богов!

И четверо тёмных эльфов пошли навстречу судьбе. Владыка грозно посмотрел на ринувшихся было следом воинов и отрицательно покачал головой. Они не смогут защитить от гнева богини, лишь сами зря погибнут. Шагнув в портал, он на несколько мгновений перестал ощущать своё тело, что оказалось весьма неприятно.

Новая пещера, оказалась меньше по размерам, чем предыдущая, и в ней было больше света. Когда глаза привыкли к яркому освещению, дроу услышали какой-то шорох справа и резко обернулись. Уже заметив трон с восемью паучьими лапами, они поняли, кого сейчас увидят, и дружно пали ниц.

- Что ж, непривычная обстановка не лишила вас манер, это радует, – в божественном голосе не было гнева, и в душе Форвена затеплилась надежда. – Я разрешаю вам подняться.

Тёмные эльфы встали, и Владыка увидел на троне красивую сереброволосую девушку с бледной, будто светящейся изнутри кожей. Но вот странность: он чувствовал её божественную силу, и эта сила была не той, что создала барьеры в пещере. Верховная Жрица сделала шаг вперёд и поклонилась богине.

- Мы пришли на твой зов, Ллосс. Ты сердишься на нас? Мы ничего не помним до пещеры.

И Ллосс начала рассказ.

Оказалось, что её создания прогневили богиню чрезмерной кровожадностью и подлостью по отношению друг к другу, и она отобрала тех, кого сочла наиболее достойными для новой жизни. Именно поэтому они не помнили ничего из прошлого, чтоб не поддаться вновь развращению душ. Их разделили на несколько кланов примерно по пятьсот эльфов и собирались расселить по разным мирам. Богиня хотела, чтобы они научились мирно сосуществовать с другими расами и стали жить на поверхности, хотя и признавала, что тёмных эльфов все боятся и рассчитывать на дружелюбие населения не стоит.

Вначале придётся очень трудно – придётся скрываться, пока не отточат своё воинское мастерство и воинов не станет чуть больше. Потом им предстоит выйти на поверхность и заявить о своём существовании. Богиня позаботилась о том, чтобы дневное светило не причиняло сильного вреда, но более комфортно им будет в тёмное время, при свете ночного, с которого Ллосс сможет наблюдать за своими детьми. Она много говорила, как они должны жить, и дроу жадно внимали – не хотелось больше гневить свою создательницу. Им запретили приносить в жертву разумных, если только это не будут поверженные враги. Но если кто-то нападёт на них, воины-дроу не должны давать пощады противнику, по отношению к которому не существует понятия милосердие. Ллосс обещала великолепных помощников – пещерных пауков: верных охранников и неутомимых преследователей.

И всё же Форвен не мог избавиться от ощущения какой-то неправильности. Да, Ллосс их богиня, она могущественна и ей надо беспрекословно подчиняться, но сердце томилось и будто ждало большего. Тем временем богиня объясняла, что отметила своих избранников, и цвет волос и глаз будет указывать либо на представителя правящего рода, либо на избранную будущую Высшую Жрицу Дома. И Владыка иллитири всегда должен сочетаться браком с кем-либо из Высших Жриц, избранных Ллосс.

Откровением для эльфов стало и условие появления детей в их семьях – либо при обоюдной любви, либо по сильному желанию кого-то из супругов, но детей будет не более пяти и не чаще одного в пятьдесят лет. Правда, это условие вступит в силу только тогда, когда численность народа станет достаточной, чтобы без проблем защитить себя. Так что в ближайшие пятьдесят-сто лет их ждал бум рождаемости. Читай книги на Книгочей.нет. Подписывайся на страничку в VK. В это же время дроу имели возможность заселить ещё несколько миров – родится много кандидатов на роль правителя и главных жриц, а при достижении ими первого совершеннолетия (пятьдесят лет), большой круг из двух Владык и пяти Высших Жриц сможет открыть портал в произвольный мир, где дроу пока нет. Но от следующих слов богини дроу испытали настоящий шок.

- Во Вселенной очень много богов и, как правило, они враждуют друг с другом, или просто игнорируют. Но стараются не вмешиваться в жизнь своих созданий. Я не хотела оставлять всё, как есть, но моих сил было недостаточно, чтобы осуществить задуманное. Мне помогло существо гораздо более могущественное, чем кто-либо ещё в любом из известных миров. Её все называют Повелительница, и это она захотела, чтобы именно вам выпала честь узнать о её существовании и передать это знание потомкам – будущим Владыкам и Верховным Жрицам Домов, а остальной же народ должен знать об этом лишь в общих чертах.

- Но ведь сейчас помимо меня и Владыки об этом узнали и мои приближённые Жрицы… – в голосе Эртиль сквозило недоумение.

- Да неужели? – Ллосс смотрела насмешливо.

Форвен осторожно скосил глаза вбок, ожидая увидеть трупы нежелательных свидетелей, но перевёл дух, заметив неподвижно застывшие фигуры с остекленевшим взглядом, устремлённым куда-то в пустоту.

Поплывший по воздуху хрустальный смех заставил сердце пропустить удар, а рядом с троном материализовалась ещё одна женская фигурка. Форвен заметил, как дёрнулась Ллосс, намереваясь вскочить, но лёгкое движение руки заставило её остаться на месте. Богиня кинула тревожный взгляд на дроу, и Владыка интуитивно опустился на колени, потянув за собой Жрицу. Та недовольно взглянула, но подчинилась.

- Повелительница, – произнес мужчина внезапно севшим голосом. Теперь всё встало на свои места – перед ним была истинная создательница невидимого барьера.

- Какого же ты, оказывается, плохого мнения о своей создательнице, – богиня рассмеялась в ответ на удивлённое выражение лица Ллосс. – Он подумал, что ты убила нежелательных свидетельниц-Жриц. Ну что ж, приветствую тебя, Видящий Суть. Ты быстро разбираешься в происходящем, а значит, я выбрала хорошего Правителя. Не ожидала, однако, что мой Дар будет работать столь хорошо.

Дроу почувствовал лёгкое движение воздуха на своей коже и нежный, манящий аромат. Тонкий пальчик легко подцепил подбородок, и он послушно поднял голову, чувствуя, что совершенно не может сопротивляться воле этого существа, да и, откровенно говоря, не хочет этого делать. При ближайшем рассмотрении оказалось, что Повелительница выглядит ещё совсем юной девушкой, но в глазах её светилась мудрость мира. Нереально красивая богиня сводила с ума, сердце билось где-то в горле, но заметив его состояние, девушка хмыкнула, и сексуальное напряжение уменьшилось в разы – Форвен по-прежнему восхищался ею, но желание немедленно уединиться в спальне пропало. С опаской покосившись на жену, увидел ярость в фиолетовых глазах и обречённо вздохнул – личные проблемы обеспечены. А Богиня, забавляясь, наблюдала за ними.

- Мысли могут быть смертельно опасны даже для своего владельца, девочка, так же, как и пренебрежение к богам, – в голосе Повелительницы звучало предостережение, – а ревность твоя безосновательна – у меня уже есть игрушка и я не заберу у тебя мужа, хоть он и очень хорош. На меня все мужчины так реагируют, если расслабляюсь. Всё, что вам необходимо знать, уже рассказала Ллосс. Ещё вы получите мой портрет, чтобы будущие наследники имели представление, как я выгляжу. Возможно, наши пути никогда и не пересекутся, а возможно встреча случится. Но помните: вы мои дети в равной мере с Ллосс, поэтому если случится что-то, с чем ваш народ будет не в силах справиться – я отвечу на зов.

И она исчезла. Форвен пытался осмыслить услышанное, но голос создательницы прервал его размышления.

- Сейчас вы пойдёте к сородичам, успокоите и подготовите всех к путешествию. Через час я открою портал.

- Где будет наш новый дом, Ллосс? – тихо спросила Эртиль.

- Вам незнаком этот мир. Он называется Эльдорлея, вы будете жить в горах… по соседству со Священным Лесом светлых эльфов.

Дроу дружно вздохнули – две Жрицы уже пришли в себя – да, новая жизнь будет очень трудной. Не зря Повелительница обещала поддержку при необходимости, и, судя по всему, она им определённо понадобится.

***

Вэрс отфыркиваясь вылез из бассейна и вытерся, потом привычно нажал синий камень. Вода забурлила, самоочищаясь после купальщика, и успокоилась. Он провёл тут не меньше часа, непрерывно плавая – мышцы сладко ныли, но это был один из немногих доступных ему способов поддержания себя в форме. Повелительница на следующий же день увеличила размеры бассейна, сильно сдвинув заднюю стенку купальни. Дроу надел привычные уже льняные штаны и направился в свою комнату. Её тоже хозяйка создала специально для него. Как она заявила, потому что не собирается терпеть ночной храп. Но Вэрс точно знал, что не храпит. Просто ей требовалось как-то оправдать свою заботу.

Теперь-то он гораздо лучше понимал Госпожу и мотивы её поступков. Не полностью, конечно, но кое-что. По-своему она заботилась о его комфорте, образовании, и хотя иногда подвергала наказаниям, но они были гораздо мягче, чем следовало ожидать, да и просто ради развлечения никогда этого не делала – только если он чем-то не угодил или разозлил. Дроу так и не смог осознать границ её силы – возможно, потому, что их не существовало, – но твёрдо знал, что выпавшая судьба свалилась на него подарком небес. Вряд ли он долго прожил бы на родине: когда-нибудь бунтарский характер дал о себе знать, и его жизнь закончилась бы на жертвеннике после долгих мучительных пыток.

Вход в комнату шёл из общей зоны большой комнаты-пещеры, и в ней не наблюдалось ничего лишнего – только кровать с тумбой и несколько книжных полок. Богиня обучила его наскоро светлоэльфийскому языку и письму, и эльф с жадностью поглощал трактаты, которые получал. Рядом с кроватью стояла подставка для доспеха и мечей – спустя несколько дней хозяйка вернула ему родные клинки и зачарованную одежду, сообщив, как бы между прочим, что наложила на всё дополнительную защиту и теперь дневной свет не причинит им никакого вреда. Но пока ещё он никуда не выходил из покоев, кроме соседней пещеры, где иногда Повелительница «тренировалась» с ним на мечах. Вэрс невольно передёрнулся, вспомнив их первую тренировку.

Прошла почти неделя его новой жизни и Вэрс изнывал от скуки. Хозяйка днями пропадала в пещерах, а он оставался предоставлен сам себе. Еда появлялась в определённое время на столе, а через полчаса остатки исчезали – больше он не голодал. Два дня назад Богиня вернула именные клинки, и дроу радовался, как мальчишка – наконец-то он сможет ежедневно тренироваться, пусть и в одиночку, без партнёра.

И вот сегодня, выполняя очередной разворот, встретился взглядом с ней. Уже привычно плавно опустился на колени и склонил голову.

- Моя Госпожа. Ты сегодня рано.

- Ты не рад меня видеть? Расслабься, я шучу. Решила устроить себе небольшой выходной. Да и тебе надо хоть изредка уделять время, а то совсем заскучаешь.

- Мне не скучно Госпожа!

- А вот врать мне не стоит. Поднимись уже!

Вэрс встал, но взглянуть в глаза всё не решался. До сих пор он не мог привыкнуть, что хозяйка знает как его мысли, так и чувства. Её красота уже не доводила до умопомрачения, а безумное желание сменилось просто сильным влечением, но мужчина понимал, что в этом нет его заслуги, просто Богиня поставила блок на свою чрезмерную притягательность.

- Ты хорошо владеешь мечами. Я уже давно подумывала о совместной тренировке, но всё времени не было. Идём!

- Но Госпожа! Я не могу с тобой сражаться! Вдруг случайно задену?

- Только не говори, что не можешь поднять оружие на женщину! Уж ваши-то девицы в бою любого мужчину уделают. Ты лучше за себя побеспокойся, – усмехнулась ему в ответ девушка, – а со мной ничего не случится, не волнуйся.

Идти пришлось недалеко – выйдя в тоннель-коридор, они пересекли его по диагонали и попали в очередную пещеру. Глазам Вэрса действительно предстал зал для тренировок – идеально ровный пол, покрытый каким-то мягким минералом, приглушал шаги, рассеянный свет существовал, казалось, сам по себе и не давал тени. В руках Богини тускло засветились чуть изогнутые парные серебристые мечи. Она опять надела тёмноэльфийское одеяние, но для дроу это не являлось помехой – женщины отличные воины и недооценивать их и расслабляться, заглядевшись на аппетитные формы, чревато для здоровья, а порой и самой жизни. Так что в тренировочном поединке существовал лишь бесполый противник. Потому воин действительно боялся не соразмерить силы, ведь в родном городе слыл одним из самых искусных мечников – даже Жрицам в бою мог противостоять почти на равных, если только они не применяли магию, а уровень мастерства своей хозяйки не представлял даже приблизительно.

Но он недолго оставался в неведении. Решив поначалу биться вполсилы, уже через несколько мгновений Вэрс оказался лежащим на спине, клинки выбитыми из рук, а в выемку под горлом и пах легко упирались тонкие острия. Как же он был самонадеян! Перед глазами промелькнул скоротечный бой… Нет – избиение младенца, с ним в роли последнего. Ничего себе скорость! Стена металла перед глазами, в которой почти невозможно рассмотреть отдельных движений, не говоря уже о противостоянии этому смертельному вихрю. Тело сплошь изранено, но он вообще удивлялся тому, что ещё не представляет собой кучку мелкого фарша. Эльф с трудом сглотнул и заглянул в полыхающие бешенством глаза.

- Не с-с-смей мне поддаваться, мальчиш-ш-шка!

Когда хозяйка злилась, она почему-то начинала шипеть. Это могло выглядеть забавно, если бы не вызывало такой ужас.

- Не сердись, моя Госпожа, я же не знал, насколько хорошо ты владеешь оружием, и решил сначала проверить твой уровень…

- Ну что, проверил?

- Я никогда не смогу соперничать с тобой, – в голосе невольно прозвучало удивление и уважение, – ты превосходна! Тренировки со мной ничего тебе не дадут.

- Зато будут полезны для тебя, глупыш!

И они действительно оказались очень полезны. Он ещё никогда не сталкивался с такой техникой – казалось, в ней намешаны совершенно несочетаемые движения, но именно поэтому и невозможно становилось предугадать следующее действие противника. И ещё, Повелительница просто невероятно, невозможно быстра и гибка. Не особо щадя его, после боя хозяйка быстро залечивала полученные эльфом раны. Саму же девушку он так и не смог ни разу задеть, хотя старался изо всех сил, однако даже её одежда оставалась абсолютно целой. Но постепенно он учился новым для себя движениям и наращивал скорость, хотя последнее было, скорее всего, заслугой хозяйки. Одновременно дроу постигал и магические приёмы. Да, с него сняли блокировку природных способностей спустя примерно месяц, как только Богиня уверилась, что он даже в мыслях не допускает сопротивления её воле.

Спустя несколько месяцев таких тренировок, Вэрс перестал выползать из зала на четвереньках и умудрялся продержаться на ногах почти минуту, если хозяйка сражалась в десятую часть силы, а если как в первом бою, то и все три! Однажды в шутку предположил, что бейся она вполсилы, он, может быть, продержался бы даже секунд десять. На что получил совершенно серьёзный ответ: в этом случае от него уже в самом начале боя остались бы лишь тонкие ленточки. Вэрс поверил. Но какова же тогда её полная мощь?

Как-то, после очередного минутного поединка он лежал на спине и восстанавливал дыхание.

- Позволь спросить? – дождавшись согласного кивка, продолжил: – Ты ведь и без оружия можешь победить кого угодно своей Силой. Но в совершенстве владеешь мечами, причем двумя сразу! Зачем?

Тёмно-зелёные глаза смотрели на него задумчиво.

- Понимаешь, Вэрс, я люблю путешествовать по мирам, находиться среди их жителей, но при этом не показывать своей сути. Богом быть так легко и… неинтересно. Я могу сойти за мага, конечно, но каждому миру присущи свои особенности, в том числе и в магии. Не всегда целесообразно открыто использовать эту самую Силу, женщины-воительницы же не вызывают удивления почти ни в одном из миров. А одинокой путешественнице слишком часто приходится защищать себя от любителей лёгкой наживы и бесплатного развлечения.

- Позволь мне защищать тебя в путешествиях! Благородная дама с охранником будет привлекать меньше внимания.

- Меньше, говоришь? Как думаешь, много ли в мирах существ со столь характерной внешностью, как у тебя? Да нас первым делом постараются прибить или отравить от греха подальше! – девушка легко рассмеялась, увидев его расстроенное лицо.

Вэрс ненадолго задумался – действительно, с такой приметной внешностью он скорее подвергнет госпожу опасности. Защитить он её, конечно, сможет при необходимости, но оставленный позади кровавый след – не лучший способ поддержания тайны. И отчего ему не повезло принадлежать к столь ненавидимому и узнаваемому народу? Но тут его взгляд прояснился:

- Ты ведь сама рассказывала, что изменяешь внешность тысячам тёмных эльфов, чтобы расселить их по мирам, и даже богине смогла дать новое тело. Почему же не сделать этого со мной?

- Малыш, на тот момент они были мертвы. А боги – это вообще отдельный разговор, как ни странно, но менять их куда проще, чем смертных.

- Если понадобится умереть...

- И ты готов отдать жизнь? Это, знаешь ли, неприятно, к тому же после полного такого стирается память о прошлом. Хотя, на самом деле, умирать не обязательно, но для прижизненного изменения необходимо твоё добровольное согласие и желание. И это тоже довольно болезненная процедура. Ты пойдёшь на это?

- Да! – в голосе ни тени сомнения.

- Почему?

- Чтобы я мог защищать тебя, Госпожа. И так тебе будет гораздо проще и удобнее путешествовать.

- Я подумаю. Надо же, то никого не было, а тут сразу два хранителя объявились.

- Два? Но кто второй и почему я его не видел никогда?

- О, не волнуйся, уже очень скоро вы встретитесь, – девушка тихо засмеялась, – интересное будет зрелище. Два настолько непохожих хищника…

А ночью Вэрс впервые любил Богиню.

Он сдался уже через месяц и на коленях молил разрешить подарить ей наслаждение. Готов был даже к такой страсти, что проявляют жестокие Жрицы, лишь бы избавиться от ноющей тяжести, которой наливались чресла к вечеру. Неутолённое желание прорывалось ночью жаркими снами, и мужчина постоянно просыпался, хватая ртом воздух и пытаясь унять сердцебиение. Немного помогали сбросить напряжение тренировки – после них на сны не оставалось сил, – но они случались довольно редко. А ещё хозяйке взбрела в голову идея с массажем, как будто он и без этого мало страдал.

Она быстро научила раба правильным движениям – в этом не таилось ничего сложного. Но как же Вэрс страдал, ощущая под пальцами нежное обнажённое тело и не имея возможности обнять и ласкать его как мужчина. Время, проведённое у массажного стола, который поначалу был принят за жертвенный алтарь, тянулось бесконечно долго. Хорошо хоть эта пытка случалась не чаще двух раз в неделю! Хозяйка жестоко и изощрённо наказывала за оплошности первых дней.

Но и этого ей показалось мало. Ещё через месяц она с самым невинным выражением лица сообщила, будто стала мёрзнуть по ночам, и Вэрс, как верный и заботливый слуга, обязан её согревать… лично. Дроу судорожно втянул воздух и мысленно дал себе пинка – не будет больше думать, что «хуже быть уже точно не может»! Ещё как может. Посмеявшись над кислым выражением его лица, Повелительница добила: «Ты ведь так давно просишь пустить тебя в мою постель – я и пускаю, в качестве живой грелки. И ты доставишь мне удовольствие, если я перестану замерзать!».

Вот периодически он и грел свою хозяйку. Она сладко спала в его объятьях, а Вэрс не мог уснуть, изо всех сил стараясь сдерживать своё желание и не давать волю рукам. В наказание ведь Богиня могла придумать и ещё что похуже. Так и длилась эта пытка до ночи, пришедшей за судьбоносным разговором на тренировке. Видимо, что-то в словах молодого дроу сдвинуло чашу весов в его пользу.

Весь ужин девушка внимательно на него смотрела, а потом велела сходить в купальню и ждать её у кровати. Я так скоро сойду с ума! Мысль вихрем пронеслась, но мужчина покорно склонил голову, ничем более не выдав своего отчаяния, и пошёл мыться. Хозяйка любила запах чистой кожи, а никак не пота. Потом он долго ждал, опустившись на колени – она не требовала, но Вэрс знал, что ей это нравится. К тому же, неудобная поза отвлекала от нескромных мыслей. Он опять не услышал, как она подошла, и вздрогнул, когда лёгкая ручка пробежалась по его волосам.

- Поднимись, Вэрс.

Он встал, стараясь не глядеть на лицо девушки, но в который раз забыл, что та едва достаёт ему до плеча, и их взгляды встретились. Чувственные губы изогнулись в улыбке, а лёгкие пальчики пробежались по его груди и заскользили вниз по животу. Мужчина чуть слышно застонал и мягко перехватил тонкое запястье.

- Госпожа, ты жестока!

Она вновь надела эти невообразимые полупрозрачные тряпочки, называемые ею сорочкой и едва прикрывающие верх бёдер. Дыхание участилось, а сердце с барабанным грохотом стучало в ушах. Член же и без этого был уже давно напряжён. А девушка легко рассмеялась и положила его руки себе на талию.

- А ты – дурак! Не стой столбом и поцелуй меня, смелее.

Ещё не веря своему счастью, он нежно прикоснулся к мягким губам, но когда тонкие руки обвили его шею, перестал сдерживаться и яростно впился в манящую и сладкую плоть, подхватил такое желанное тело и осторожно опустил на постель, накрыв сверху своим. Дроу покрывал поцелуями лицо, чуть припухшие губы, шею, а руки ласкали упругую грудь, шёлковую кожу на животе, стройные бёдра. И специально медлил, стараясь взять себя в руки, иначе эта ночь могла закончиться для него слишком быстро, а Вэрсу хотелось продлить наслаждение как можно дольше. Девушка уже постанывала и дрожала, но он вдруг засомневался. Зелёные глаза распахнулись, а он чуть не ахнул, увидев там бешеный хоровод чёрных вихрей и золотых звёзд.

- Я не знаю, что тебе больше нравится...

- Просто не смей останавливаться. Эта ночь принадлежит тебе.

И он больше не останавливался. Впервые обладание женским телом заставило Вэрса почувствовать себя счастливым. Уснули любовники лишь под утро, а дроу этой ночью понял, что теперь хозяйке принадлежит и его сердце, на сей раз – добровольно.