Танцы в огне для четверых

12. Дункан

Звонкий смех Луцилии он услышал еще из-за поворота. На мгновение даже захотелось развернуться и уйти. Но это было бы глупо. Дункан только что говорил с лордом Аргусом, тот сказал, где искать дочь. Так что сбегать, не поговорив с ней, было неправильно.

Хотя, по большому счету, они уже все решили.

Возможно, все к лучшему.

И для Луцилии тоже, судя по тому, как она смеется там…

Дворцовый парк, начало осени, Аргус привез ее ко двору, как и собирался. Искать жениха. Пока неофициально, помолвка еще не разорвана, но все это понимали.

Дункан тоже был во дворце и говорил с королем, сразу после той помолвки и ссоры с отцом. Его брак с Луцилией уже был королем одобрен, поэтому стоило объясниться, и лучше он сам, чем отец объяснит по-своему. Тем более, что вины Луцилии в этом нет, и не нужно все это… чтобы ее репутация не пострадала. Дункан сказал, что вышло недоразумение, отец вспылил, не разобравшись. Сам Дункан вовсе не отказывается от своего слова, но теперь, после всего, лорд Аргус, вероятно, не захочет иметь с ним дело.

Тем более, что положение самого Дункана было сейчас весьма смутное.

Несмотря на все громкие слова и угрозы, отец не отказывался от него и не лишал наследства официально. Просто велел больше не показываться на глаза. «Пока я жив, не суйся сюда! Даже не вздумай!» — рявкнул месяц назад, когда Дункан все же решился поговорить.

На самом деле, это было очень странно… вот тот его последний визит домой. Дункан два месяца провел на островах, начал обустраивать новую жизнь, а потом все же решился разобраться со старой, еще раз обсудить с отцом, прояснить, расставить все точки над «i». Чтобы уже понимать, как жить дальше и строить планы. Дункан был готов принять любое решение, но хотел понимать.

Когда он пришел, отец пил в Малом зале у камина с тремя девками. Только поднял на Дункана глаза, хохотнул. «Смотри-ка! Блудный щенок вернулся, поджав хвост!» Хлопнул девицу по заднице. В целом — привычное зрелище, отец не отказывал себе в подобных развлечениях, даже когда мама была жива. И дело не в этом.

Дело в том, что сейчас вдруг Дункан увидел все иначе. Отца совсем другим — старым, пьяным, похотливым, истеричным… И вдруг очевидно, что Химиш всегда таким был… Нет, ну когда-то он был моложе, но не в этом суть. Дункан привык к образу великого и могущественного отца, которого все боялись, а тут… Кого тут бояться? Словно пелена слетела.

Когда это случилось?

Когда после разговора с Аргусом Дункан рванул за отцом, непонятно толком на что надеясь? На извинения? Отец бы никогда извиняться не стал. Но тогда Дункана просто разрывало от несправедливости, от чувства вины… Невыносимо. Тогда он полетел, догнал, сходу начал что-то требовать. Отец огрызнулся, Дункан огрызнулся в ответ. Кровь кипела. Тогда отец не стал терпеть это и ударил. Привычно, по сути, ударил. И Дункан, не задумываясь, ударил тоже. Они сцепились…

Тогда это не закончилось ничем. В какой-то момент Дункан вдруг с удивлением понял, что он сильнее. И что, если не отступит, то может убить. Просто потому, что может. В драке сложно себя контролировать, звериная сущность берет верх и требует крови. Он сам тогда этого ощущения силы испугался. Сбежал. Нужно было время осознать и привыкнуть.

И сейчас, когда он увидел отца снова — все стало иначе.

И не о чем говорить, нечего объяснять. Это не имеет смысла.

«Я пришел забрать вещи», — коротко бросил он.

Отец еще долго кричал ему вслед, что Дункан сукин сын, жалкий ублюдок, и может не возвращаться. Дункан не собирался. Там, на островах, оказалось невероятно хорошо, свободно, соленый ветер, высокие скалы над морем…

Там он впервые мог осознать, что это его земля, его люди, и он может поступать так, как считает правильным. Может сам решать.

А наследство, отцовские земли… Именно сейчас Дункан был готов отказаться от всего ради свободы. Но штука в том, что других наследников у Химиша не было. Старший сын, брат Дункана, погиб больше пятнадцати лет назад. Дочь давно замужем за герцогом Ареншира, у нее дети, и оставить ей, все равно, что отдать в чужие руки, Аренширским родственникам. Братьев у Химиша нет. Только Дункан. Поэтому, несмотря на все крики, бумаг не подписано.

И жалеть не о чем.

Только одно дело осталось завершить, но Дункан пока не понимал как.

И все это…

И тут смех Луцилии.

Она качалась на качелях. Когда Дункан вышел из-за кустов, то увидел ее. Молодой Ричард Локхард качал ее, что-то рассказывая, она смеялась.

И как-то, глядя на это, от сердца отлегло.

— Добрый день, леди Луцилия! — громко сказал Дункан, поймав себя на том, что улыбается сам.

— Дункан! — она вдруг чуть смутилась, щеки порозовели, и тут же спрыгнула с качелей. Легко. А Локхард так же легко ее подхватил и осторожно поставил, хотя, Луцилия, конечно, справилась бы и сама.

— Лорд Дункан, — сказал Лкхард, и чуть склонив голову, но руку Луцилии выпустил не сразу, так явно давая понять, что не отступит. Что ж, это хорошо.

Локхарда Дункан знал, встречались не раз. Упрямый парень.

— Ричард! — Дункан кивнул в ответ. — Не хотел вам мешать. Но мне нужно кое-что обсудить с леди Луцилией, раз уж я здесь. Украду ее на пару слов?

Луцилия быстро встала на цыпочки, шепнула что-то Ричарду на ухо. Тот ее отпустил.

— Конечно, — согласился Ричард. — Луцилия, я буду тут рядом… если что.

Не хватало только: «Кричите». Если что — кричите. Что ж, репутация отца накрыла и Дункана тоже, он пока еще не решил, что с этим делать. Скорее — ничего.

И вот, они снова идут в саду по дорожке. Другой сад и повод для разговора другой. Луцилия внимательно смотрит на него, напряженно выпрямив спину. И все заготовленные слова сбиваются, Дункан не может понять, с чего начать.

— Слышала о ваших успехах, лорд Дункан, — говорит Луцилия. — Вы начали строить замок.

Дункан вздохнул. Не о том.

— Да, — сказал он. — Не совсем начал, там и был замок. Очень красивое место на скале… Я просто решил привести его в порядок, еще много дел… — и сделал усилие. — Но я не о том хотел. Луцилия… я хочу, чтобы вы понимали, я вовсе не думаю отказываться от своего слова. Знаю, что после того, что случилось, после всего, что мой отец наговорил вам… вряд ли вы хотите… — да что ж! Дункан вздохнул, засопел даже. Как это сказать, чтобы не выглядело отказом с его стороны? Отказывать девушке не слишком правильно. — Я говорил с вашим отцом, он торопиться не хочет. Но мне показалось, что вы будете более счастливы без меня. Возможно, нам не стоит…

И чуть запнулся.

Как-то так себе все это выходило.

Луцилия остановилась, глядя на него. Прямо в глаза, спокойно, внимательно. Дункан почувствовал, как он начинает краснеть под ее взглядом.

— Вы хотите разорвать помолвку?

Вздохнул снова.

— Если вы все еще хотите за меня замуж, то нет… я… — он кашлянул. Нужно как-то брать себя в руки.

Луцилия нахмурилась.

— Отец говорит, чтобы я решала сама, — сказала она. — Говорит, что вы неплохой человек, но вам нужно повзрослеть… простите, я не хочу вас обидеть, просто…

— Да, — кивнул Дункан. — Это так. Повзрослеть не мешает. Вообще, это лето много изменило в моей жизни. Может, это и неправильно, но я рад, что все так вышло. Лично для меня — к лучшему.

— Я понимаю, — осторожно улыбнулась Луцилия. — Но наш с вами брак был важен для моего отца, потому что он планировал заключить выгодные сделки с лордом Химишем, ему нужна была поддержка старых родов. А теперь все это не имеет особого смысла. Поддержка еще — возможно, кто-то будет на вашей стороне, но торговые сделки — точно нет. Я просто смотрю на вещи реально, — она снова улыбнулась, чуть виновато, и развела руками. — Вы действительно неплохой человек, Дункан. И, возможно, сами добьетесь много. Но ведь и вы не любите меня?

К разговорам о любви Дункан не был готов.

Но — нет. Луцилия прекрасна, Дункана восхищает ее характер, ее целеустремленность, огонь в ее глазах. Но это не то.

— А Ричард вам нравится? — тихо спросил он.

Луцилия усмехнулась. Чуть кокетливо повела плечом.

— Мы знакомы пару дней всего, это вышло случайно. Но… думаю да. И все же, отец прав, я не хочу торопиться.

Просто и честно. Не отрицая.

— Тогда я от всего сердца желаю, чтобы с Ричардом… или с кем-то еще, как решите, у вас вышло лучше чем со мной, — Дункан немного расслабился.

— Спасибо, — так же честно сказала она, глядя в глаза, и в ее глазах засияли искорки. — Я тоже желаю вам счастья.

Вот и все.

— Послезавтра осенний бал, — сказал Дункан. — Может быть, вы не откажетесь потанцевать со мной. Один танец?

— Конечно, — кивнула она. — Вот только первый танец я уже обещала Ричарду.

Чуть виновато, но совсем чуть-чуть. Огоньки в глазах только засверкали азартнее.

— Тогда второй?

Луцилия вздохнула, почти театрально-трагично. Забавно.

— Второй я обещала Демиану. Вы поздно приехали, Дункан… Простите. А третий Вальтеру Олсену.

Дункан невольно засмеялся. Скорее от облегчения.

— А четвертый? — спросил он.

— Четвертый танец пока свободен.

— Тогда буду весьма признателен, леди Луцилия, если вы подарите мне четвертый танец.

Судя по шороху травы за кустами, там нетерпеливо ждал Ричард.

Что ж, все к лучшему.