Тайна вечной жизни

Если анализировать по культурным элементам состояние мира в 2800 году до н.э., то пионером развития оказывается не Египет, а именно Оркнейские острова. Здесь, кроме канализационной системы, найдена каменная сауна и каменные жилища с хорошо обработанной каменной мебелью. Археологи считают, что канализация, сауна и дома служили для отдыха живших здесь земледельцев, поскольку употреблявшаяся пища была земледельческого характера. Но достаточно посмотреть на карту и понять, что «земледельцев» в равной степени можно было бы поискать и за полярным кругом. К тому же подобный «взлет строительной мысли» прослеживается не по всем Оркнейским островам, а ограничивается поселком Скра–Брей.

По аналогии с современным миром можно предположить, что здесь находилась английская военная база. Так далеко она была постороена для сохранения секретности, так далеко к северу – поскольку опасность исходила тогда только с юга, и англичанами – поскольку от остальных народов, заподозренных в цивилизованности, это слишком далеко. А продукты земледелия, которые в это время здесь выращиваться не могли, на военных базах не производятся, а завозятся и потребляются – как и сегодня.

Как и острова Оркнейские, Канарские содержат загадки, которые могут быть решены только при наличии морской цивилизации. Канарские острова первоначально были населены народом гуанчей. Это были представители белой расы, светловолосые и голубоглазые. Железа они не знали (да и не было железа на островах), жили на уровне каменного века, но в каменных домах, были солнцепоклонниками. Самый интересный момент – они не умели строить лодок, чем и оказались единственным в таком роде островным народом. Единствоенное, чем можно все эти несовпадения объяснить – это потомки цивилизованных узких специалистов, скорее всего, рабочих и администраторов транзитного порта, которых на островах просто забыли. У них даже была легенда, по которой «Бог, поселив нас на острове, забыл про нас. Но он вернется… (хотя не обещал)»

Атлантида и Платон

Загадка Атлантиды сводится к нескольким конкретным вопросам: где она находилась; когда она существовала; как она погибла; что именно имел в виду под Атлантидой Платон в своих «диалогах». У любой «загадочности» должны быть причины; самая популярная среди них – это непонимание. Атлантида не была похожа на государства, в которых ее пытались описать.

Как говорилось ранее, древние знания не шифровалось, более того, наличие встроенных кодов расшифровки и цифровых ключей предполагало, что знания должны было передаваться, не искажаясь. Но искажения происходили с каждым языковым переходом, с каждой социальной или технической революцией, с каждой попыткой обработки оригинала. А когда обрабатывался уже когда–то измененный оригинал — получалось нечто совсем несуразное.

Платон перепутал все то, что не смогли перепутать египетские жрецы. Его исследования, судя по всему, представляют смесь всех пересказов всех событий, произошедших со времен працивилизации до 3000 года до н.э.

Прежде стоит вспомнить современные приключенческие фильмы. Они состоят из двух элементов: первый — реальная декорация, например, война. Второй — непосредственно герои и их действия; в данном, главном, участке повествования — все вымысел.

Работы Платона содержат декорации, созданные из весьма неопределенных слухов. Кроме того, декорации эти очень слабые. Но, как и в приключенческом фильме про войну, именно декорации, а не главная линия повествования ближе к истине. Сняты десятки фильмов про Цезаря и Клеопатру, но ни в одном нет исторической правды – в них есть только то, что по мнению сценаристов могло принести коммерческий успех.

Работа Платона начинается с коммунистической пропаганды чуть ли не маоистского толка, и это, а не Атлантида, является главной темой работы. Причем пропаганды даже не в стиле Сталина, а в духе Полпота или даже еще жестче. Вторая идейная линия — это приверженность принципам корпоративного государства, в перспективе тяготеющего к кастовой системе, подобной современной индийской и являющейся причиной экономической отсталости и биологического вырождения.

Существование государства в Греции в 9 тысячелетии до н.э. — полный вымысел. Никакого государства, никаких Афин и никакой цивилизации в это время не было. Во всяком случае, в Греции.

Система поиска истины строится следующим образом: все главное в первоисточнике отбрасывается, все второстепенное рассматривается. В тексте есть фразы, достойные внимания. Например, сообщение о том, что «древность египетских городских установлений определяется по записям в восемь тысячелетий». Такая большая цифра — это слишком много для лжи.

Первый рассматриваемый аспект проблемы поиска — географический; непосредственно указана территория за Гибралтарским проливом, о чем говорит характеристика «море настоящее — море, являющееся заливом (Средиземное)». Об этом же положении говорит и география военных действий. Атлантиду часто ищут в Средиземном море, а оппоненты такого подхода заявляют, что это не Атлантида Платона. Искать Атлантиду в средиземном море не имеет смысла вне принципа, является ли эта Атлантида Атлантидой Платона или чем–то иным. Так что никаких извержений вулканов (Санторин) и островов в Средиземноморье под описание не подходит. Только за Гибралтаром. Атлантида – это не Америка, поскольку в тексте сказано, что с ее островов можно было попасть на «противоположный материк», который идентифицируется как Америка однозначно.

Существет гипотеза В.Кудрявцева, согласно которой в тексте Платона Атлантида ни разу не называется островом, а само слово «остров» появилось в результате многочисленных переводов. Но встречается слово «острова», что позволяет говорить как об архипелаге, так и об островной державе вообще. Кроме того, в тексте не говорится о царе Атлантиды, а сообщается о «царях Атлантиды».

Правители Атлантиды «…по эту сторону пролива … овладели Ливией вплоть до Египта и Европой…» до половины Италии. Претендентов на эту роль два: это так называемые «народы моря», угрожавшие Египту 1500 лет до н.э. и ранее описанная Атлантическая цивилизация. Народы моря 1500 года до н.э. не попадают под описание территориально во–первых, во–вторых, эта война была еще в памяти, благо лет после нее прошло относительно немного. К тому же именно Атлантическая цивилизация исчезла непостижимым для тогдашнего мировосприятия образом. И никто за дальностью расстояний не понял, как она исчезла.

Все описания Атлантиды, ее строя и архитектуры можно выкинуть — Атлантическая цивилизация строила каменные сооружения только в своем центре – в Южной Испании и на островах. Все ее практические сооружения, равно и техника, были деревянными. Но если не пытаться трактовать текст дословно, а пойти путем ассоциативных связей, можно заметить, что у Платона говорится о круглой, состоящей из трех кругов столице атлантов. Но из трех кругов состоит только одно заметное сооружение в мире – это Стоунхендж. И как в «столице атлантов» каждый круг был обнесен стеной из индивидуального металла, так и круги Стоунхенджа построены из разных типов каменй.

Описано также погружение территории и указана дата — 9500 год до н.э. В это время действительно огромные территории были затоплены, и в данном случае Атлантида предстает как Атлантическое побережье. В те времена государства рассматривались как изначально преемственные, и в том, что одним словом названо две разных во времени частично совпадающие территории, нет ничего удивительного. Кроме того, даже многие современные историки находятся в плену у идеи преемственности, как египтологи, не различающие нации Древнего Египта.

В ряду катастроф, кроме затоплений, упоминаются пожары, уничтожающие людей на земле; но самый оригинальный момент — это описание изменений почвенного покрова. «Вся мягкая и тучная земля оказалась смытой», «были крыши из кровельных деревьев». Хотя в текстах говорится об территории Греции, то же самое в большей мере применимо не к ней, а к территории Сахары в 25 веке до н.э., когда эта территория стала пустыней. И цивилизация Западной Африки погибла именно из–за наступления пустыни. Можно было бы предположить, что она выродилась, как все цивилизованные народы того времени, и скорее всего это так, но даже после гибели цивилизации Атлантики африканские воины еще долго мелькали по Средиземноморью, волей–неволей распространяя информацию о своей державе. К тому же со времен працивилизации идет ассоциациативная связь «потоп» — вырождение и аналогичная связь «ужасная ночь» — вырождение.

Напрашивается вывод, что к началу нашей эры все древние знания, вся древняя история до 1500 года до н.э. спрессовалась в единый неразделимый пласт. И египетские жрецы толком ничего в прошлом не понимали — иначе бы они объяснили много интересного еще Геродоту. Этому способствовал тот факт, что фараоны очень не любили распространяться о своих неудачах. Были случаи, когда фараоны, потерпев катастрофические поражения, возвращались в Египет и ставили обелиски в честь якобы произошедших побед.

В «диалогах» Платона описана война за мировое господство 30 – 24 вв. до н.э. между коалицией Ближнего Востока и «Народами Моря» с ударной силой в лице западноафриканцев, а причиной гибели одной из сторон назван потоп 96 в. до н.э., или вырождение ассоциированное с потопом. «Столица атлантов» Платона ассоциативно связана со Стоунхенджем. Атлантида представляет собой Атлантическую цивилизацию нескольких народов; территория Атлантиды была там, где удавалось закрепиться морской пехоте «белых» и «черных» государств Атлантической цивилизации.

Загадки Америки

Археологи хорошо потрудились, воссоздавая историю технического прогресса американских индейцев. Артефактов было извлечено больше чем достаточно, чтобы составить довольно точную хронологию развития этого региона. Было выяснено, что кукуруза – вовсе не дар богов, а возделываемая чуть ли не с седьмого тысячелетия до н.э. культура. Известно, когда появились корзины, когда ткани, когда обработка камня и обработка металла. Но все эти свидетельства развития технического не позволяют историкам создать целостной картины развития американского общества. Все эпизоды получаются элементами рассыпанной мозаики, которые никак не желают складываться в одно целое. И уж тем более историки не могут ответить на вопросы, как оказалось так много сходных с евразийскими технологических достижений, и почему все эти достижения были получены за крайне короткий в исторических координатах срок. Не могут историки объяснить ни совпадения мифов по обе стороны Атлантики, и не могут предложить сколь бы то ни было внятного объяснения появления культа «богов–цивилизаторов».

Официальная точка зрения состоит в признании поступательного развития американской цивилизации независимо от Старого Света; взаимодействие или исключается полностью, или допускается при условии, что оно не оказало влияния на развитие региона.

Первые артефакты, позволяющие говорить об американской цивилизации, появляются в 30 в. до н.э. Далее за 2 последующих тысячелетия американская цивилизация повторяет весь путь развития цивилизации Старого Света за 10 тысяч лет(?), с 10 в. до н.э. начинается период стабилизации, и примерно в 5 веке н.э. она полностью останавливается в развитии. Как объясняются столь странные взлеты и упадки с официальной точки зрения? Да никак они не объясняются, историки делают вид, что это нормальный вариант развития.

Используя официальные исторические данные, можно заметить, что несколько позднее 3000 года до н.э. кто–то будто провел синхронизацию фаз развития между Старым Светом и Новым. До 3000 г. до н.э. в Америке почти не наблюдается никакого развития. С 3000 года до н.э. появляется обработка меди (холодная ковка самородков), потом — золота и серебра. Процессы на разных континентах идут синхронно. Но развитие металлургии останавливается на серебре. В 1500 году до н.э. Старый Свет вступает в железный век, но в Новом он не наступит никогда. Вывод может быть только один — синхронизация была проведена после 3000 года и до 1500 года до н.э. К 3 тыс. до н.э. Америка отстает от Евразии на 10 тыс. лет – нет лука. К 1 в н.э. Америка и Евразия технологически почти выравниваются. Примерно к 1000 году н.э. развитие американских цивилизаций прекратилось полностью. К 15 веку Америка отстает от Евразии технически на 1000 лет, а в социальном плане – навсегда.

Самые серьезные нестыковки в развитии – это отсутствие «подготовительных» фаз в развитии цивилизации. В Америке отсутствует серьезная микролитическая культура, и можно допустить, что вкладышевых орудий (сделанных путем вставки острых кремниевых вкладышей–лезвий в костяные оправы) здесь не было. Т.е. периода, на который Евразия потратила 7 тысяч лет, здесь просто нет. Евразийские скульптуры появляются ранее 20 тыс. до н.э.; первые американские каменные статуэтки датируются 2300 годом до н.э. – т.е. на 18 тысяч лет позднее.

Лук появился в Старом Свете в 12 тысячелетии до н.э. К 10 тысячелетию он повсеместно был здесь распространен. Но в Америке лук не встречается до 1 тыс до н.э. И только к 1000 году до н.э. лук появляется в Северной Америке. Скорее всего, лук был завезен извне. А у древних американцев был не лук, а копьеметалка.

Знания, описанные в индейских мифах как данные богами, по уровню относятся к 3000 году до н.э. в Евразии. Боги Кукулкан и Виракоча считаются основателями городов, автороми законов и календаря. Они научили каменной кладке, металлургии (медной) и астрономии. Они открыли загадочные свойства растений. Учили, что нельзя воевать и приносить людей в жертву. Но это уровень Старого Света в том же 3000 году до н.э.

Тур Хейердал привел свыше двадцати свидетельств взаимодействия Америки и Африки в период 3000 — 1500 гг. до н.э., но за деталями лучше обратиться к первоисточнику. Работа Хейердала достаточна стара в свете новых археологических открытий. Здесь приводятся только элементы, на протяжении последнего времени получившие подтверждение и не являющиеся следственными друг от друга. Например, у Хейердала приводится факт существования золотых филиганных изделий; но каким же быть золотым изделиям, кроме как не филигранными?

1. И по ту и по эту сторону океана известна иерархия, основанная на поклонении Солнцу. Династия правителя называет Солнце своим родоначальником.

3. Изготовление книг с иероглифическими текстами в виде длинных широких лент, которые складывались или свертывались в свитки.

4. Постройки колоссальных сооружений, лишенных практических функций. Создание пирамид….

5. Мегалитические саркофаги с массивной каменной крышкой.

6. Мумификация с применением смол, бинтов, хлопковой набивки. Маски.

10. Веретено с одинаковым по форме пряслицем. Один и тот же тип ткацкого станка.

11. Сходство одежды. Мужские плащи, платье с поясом и застежками на плече для женщин. Веревочные и кожаные сандалии, головной убор из перьев, который носили воины и высокопоставленные лица.

12. Одинаковые пращи.

13. Сходные музыкальные инструменты, например барабаны и флейты. Сходные орудия труда и промысла.

14. Далекие экспедиции за моллюсками — источниками высоко ценившейся красной краски.

15. Бронза примерно одного состава. Бронзовые зеркала, щипцы и декоративные колокольчики.

17. Сходная керамика, в частности традиционная треногая ваза.

18. Терракотовые печати, плоские и цилиндрические.

19. Изображения человека с птичьей головой.

21. Почитание кошачьих — ягуара, леопарда.

22. Обычай обрамлять борта судов сплошным рядом круглых боевых щитов. На фресках майя изображены суда со светловолосыми воинами.

Афроцентристы приводят в дополнение лингвистические доказательства. Существует очень серьезные официальные подозрения, что американская кукуруза появилась в Африке раньше «открытия» Америки. В мумии Рамзеса II найдены листья табака, не произрастающего в Старом свете, а это свидетельство трансатлантической торговли. Но главное и достоточное – это синхронизация развития техники и социальной жизни. Синхронизация такого масштаба не может быть случайной.

Современные опыты доказали, что древние суда вполне могли пересекать океаны. Это доказал и опыт Хейердала с «Кон–тики», и поход на ладье викингов от норвежского Бергена до Америки за 40 дней. Колумб плыл два с половиной месяца; но его путь от Испании до Карибских островов был чуть ли не в два раза длиннее, чем от Сенегала до Венесуэлы. Маршрут Сенегал–Венесуэла гораздо проще и короче всех представленных выше, к тому же от Африки к Америке в этом месте идет теплое течение.

Миф о том, что захватчики являются цивилизаторами, насаждали захватчики всех времен и народов, за исключением тех случаев, когда пытались вырезать коренное население. Существует огромное количество американских мифов о богах–цивилизаторах. Боги были светлокожие, бородатые и длинноносые – никак не индейцы. Хотя предпринимались попытки найти «цивилизаторов» в мифах Старого света, все эти сравнения серьезно хромали. Американские «цивилизаторы» не только однозначно описаны, но и помогли конкистадорам Америку завоевать. «Цивилизаторы» в Старом Свете притянуты к своей миссии за уши «альтернативщиками».

Атлантическая цивилизация оставила в Америке множество следов. Нужно сказать, что Британская Империя за весь свой период не построила в захваченных странах ни одной пирамиды. Все воздвигнутые ею сооружения без реставрации не простоят и двух тысяч лет. Соответственно и Африканской империи не было смысла строить что–то непрактичное типа культовых сооружений. Тем более, своими руками Африканская империя строить из камня не умела.

Цивилизаторы не только дали индейцам знания. Причина большинства американских несовпадений с традиционной исторической последовательностью технических достижений вызвана тем, что они забыли дать индейцам множество знаний из тех, которыми располагали. Им нужен был металл, скорее всего золото, а равно что–нибудь очень компактное и легкое, чего не было в Старом свете (табак, например, найденнный в мумии Рамзеса II, 13 в. до н.э.). Цивилизаторы давали только те знания, которые были необходимы аборигенам с точки зрения цивилизаторов, т.е. цивилизаторы создавали для себя квалифицированную рабочую силу, не задаваясь задачами общего просветительства.

Это и повлекло возникновение таких аспектов развития американских цивилизаций, как исторические «выверты», т.е. странные аномалии в развитии, выраженные в непоследовательности фаз. Микролитического периода не оказалось совсем, периода примитивной металлургии тоже не оказалось, периода примитивного камня опять же не было, колесо знали, но не использовали, с цифрами творили непонятно что. Дата начала календаря индейцев, а именно 3114 г. до н.э. для Америки ничего не означает и не может означать, поскольку в Америке в это время ничего интересного с исторической точки зрения не происходило, и происходить не могло. Но примерно в это время появилась Атлантическая цивилизация; так что скорее всего, это дата одного из ее государств, ставшая основополагающей для единого календаря метрополии и колоний.

Общества оказались похожи и социально, но и в этой области в Америке было больше перегибов: если власть – то абсолютная, если рабство – то всеобщее. Это издержки глобализации, это результат прививки ненациональных знаний и ценностей. Не удивительно, что по приходу испанцев «цивилизованные» индейцы не стали защищать свою цивилизацию.

Существуют несколько мифов, общих для Азии и Америки; причем все главные, космогонические мифы в общем совпадают. Из наиболее популяризированных в «альтернативной» литературе можно привести в качестве примера миф о создании мира их расчлененного тела прасущества: вавилонский герой Мардук создает мир из женского существа Тиамат, индейский бог–герой Кецалькоатль создает то же самое из земляного чудовища Капиктли. На обоих сторонах Атлантики существовали мифы о строительстве башни до неба, о гибели человечества, об умирающих и воскресающих божествах, о божестве–Солнце.

Кецалькоатль — крылатый змей. Существует только один «крылатый змей» в человеческой истории, которого стоит опасаться: это лодка с высоким изогнутым в виде змеи носом и рядом весел — «перьев». Второе имя главного божества — Виракоча, или «морская пена». Вполне возможно, что изначально это было презрительное название: появились из моря, устроили разного рода безобразия, а потом подобно пене растворились. К тому же словом «виракоча» назывались и спутники божества. Так что скорее всего, это — имя нарицательное, подобно «фрицам» или «иванам».

Исследователь Лемюзье заметил, что в имени индейского божества Кецалькоатля слог «атль» обозначает «воду», причем вместе с этим существует и божество Атлауа — владыка водных стихий. Владыка водных стихий не тот, кто в водах сидит, а тот, кто их контролирует. Но, как говорилось ранее, лингвистические аргументы, кроме части «афроцентристских», не стоит воспринимать всерьез.

Существует огромное количество материалов по мифологическому прошлому Америки. Но все они, в том числе и знаменитые «кодексы», в той или иной степени сомнительны – т.е. или источник утрачен, или его существование не подтверждено. К таким «свидетельствам» можно привести две выдержки из книги Г.Уилкинса «Затерянные города Южной Америки»:

«Пополь–Вух» повествует о том, как «много времени спустя после смерти своих отцов эти принцы взяли себе жен…», а потом сказали: «Давайте отправимся на восток, откуда пришли наши отцы, и пустились в путь».

«Пополь–Вух» действительно используется альтернативщиками на каждом шагу; цитаты из нее содержатся и у Хэнкока, и у других мэтров «альтернативной науки». При тщательном анализе этого текста выяснилось, что ни вышеприведенной цитаты, ни каких либо других альтернативных откровений в этой «книге» на три странички нет – все выдумано от начала и до конца. «Пополь–Вух» содержит примитивную мифологическую сказку, и ничего больше. Эта спекуляция бросает тень на всю мифологическую информацию, но все–таки с мифами не все столь однозначно. Нижеприведенный миф, хотя и используется не вызывающими доверия авторами, подтверждается информацией, выбитой в камне.

Гватемальский миф: «Когда вождь белого народа, Кецалькоатль, был побежден темнокожими завоевателями, он не стал сдаваться. Он заявил, что не может жить, как побежденный, не может покориться дикарям. И вот, посадив на свои корабли столько белокожих людей, сколько поместилось, он отплыл в очень далекую страну, лежащую в направлении восходящего солнца. Он достиг ее и поселился там вместе со своим народом. … многие (из оставшихся?) скрылись в лесах, и о них больше никто не слышал; но остальных взяли в плен и поработили темнокожие.

Итак, в общем были цивилизаторы белые и черные; одного этого факта достаточно, чтобы согласиться, что в мифах содержится элемент истины, поскольку ни белые, ни черные не живут в Америке. А к сомнительной информации можно отнести содержание мифов, например, о том, что черные победили; но язык ольмеков действительно похож на язык черных. Скорее всего, здесь отражена война внутри федерации народов моря между неграми и марокканцами или испанцами. После этой войны белые перестали посещать Америку – возможно, в результате очередного договора о разделении сфер влияния.

Два основных культа Америки – культ человека–ягуара и культ человека–птицы. Лев, способный трансформироваться только в ягуара, считался самым сильным животным в Западной Африке, к тому же он был символом смерти, начиная со времен працивилизации. Эти культы существовали и в Египте (Сфинкс–лев и Гор–сокол), но не были так сильно, как в Америке, распространены. Скорее, это обычный максимализм, когда оглашенные оказываются правовернее папы римского. Колонизаторы привезли один из упрощенных вариантов египетской религии; а тут он, как сорняк на чистой земле, развился сам в меру необузданного воображения.

Ольмеки — это первоцивилизация Америки. Афроцентристы считают ольмеков неграми, хотя это совсем не так. В их скелетах находят отдаленные негритянские черты, но большинство археологов с этим не согласны. Негритянским оказалось 25% от одного из скелетов. Истина в том, что ольмеки не были черными. Но отдельные негритянские черты у отдельных представителей этого народа в принципе могли оказаться. Главный, самый мощный аргумент — это не кости, это каменные негритянские головы.

Головы найдены около ольмекского города Ла–Вента на южном побережье Мексиканского залива. Размер голов составляет порядка двух метров в высоту, вес порядка 20 тонн, а сделаны они из базальта, полученного, в свою очередь, из каменоломен в 50 км. от места обнаружения.

Современные официальные историки считают, что негритянские головы являются индейскими. У этого мнения есть даже официальный мотив: у голов есть внешний элемент, присутствующий только у монголоидов, в том числе у индейцев. Объяснить такое несовпадение можно фактом, что скульпторы, будучи индейцами, могли не представлять себе человека без этого элемента. К аналогичным случаям относятся изображения черного Будды и черного Христа. В результате один элемент у голов индейский, все остальные – негритянские. Нужно сказать, что нежелание видеть явное традиционно для последних стадий любых цивилизаций: на черное говорят – белое, а на белое — черное.

Выяснив, что жители Америки могут обращаться с камнем, колонизаторы заставили аборигенов выбивать свои изображения в камне, в том числе и круглые негритянские головы. Эти стандартизированные монументы, скорее всего, имели тот же смысл, что и памятники Ленину во всех городах СССР и социалистических стран.

Головы датируются периодом с 1200 г. до н.э. до 800 г. до н.э. Причем датируются коротким временным промежутком от создания первой до создания последней — возможно, порядка ста лет. На самом деле возраст голов определить нельзя, поскольку во–первых, камень не датируется, а во–вторых, эти головы были закопаны (но сами строения, по которым производилась датировка, в отличие от городов Майя, закопаны не были). Так что с помощью датировки «по окружению» была вычислена дата, когда эти головы закопали.

Когда Атлантическая цивилизация исчезла, а произошло это из–за массового межрасового смешивания и превращения Сахары в пустыню (западная часть стала пустыней раньше восточной), американцы перебили захватчиков. После этого сначала изуродовали их портреты (многие головы умышленно повреждены), а потом выбили в камне, как они с колонистами разделались. Изображения эти находятся в Монте–Альбане, и примерная датировка относит их к 800 г. до н.э.

У голов–шаров, возможно, очень сложная история. Первоначально они могли быть немыми надзирателями над покоренном населением. Потом их повредили и выкинули. Через какое–то время могли появиться индейские «любители древностей», собиравшие эти головы. Потом могли появиться и подделки — например, 1 года нашей эры.

Ранее уже упоминалась целая концепция мирового развития, именуемая афроцентризмом. В ее основе лежат работы французского естествоиспытателя Рафинеску, известные с 1832 года. Смысл работ заключается в доказательстве идентичности письменности первой американской цивилизации ольмеков и некоторых народов Западной Африки. Письменность действительно настолько похожа, что контакт не вызывает сомнений.

Как и все альтернативные концепции, афроцентризм у некоторых его представителей доходит до экстремизма: утверждается, что и ольмеки, и египтяне, и древние греки, и китайцы были неграми — потому, возможно, эта концепция не принимается всерьез.

Знаки ольмеков оказались очень похожими на образцы письменности, использовавшейся народом Ваи Западной Африки. Идея состоит в том, что многие ольмекские иероглифы оказались комплектами африканских знаков, написанных слитно. Есть также предположение, что Ольмеки вообще говорили на языке, подобном языкам западноафриканских племен Малинке и Бамбара. С последним, конечно, согласиться невозможно, но некоторые совпадения присутствуют. Племя догонов, многократно описанное в альтернативной литературе как обладающее «удивительными» астрономическими знаниями (на самом деле далеко не такими удивительными, как описывается), живет фактически в этом же регионе Западной Африки.

Народ ольмеков афроцентристы считают негритянским, поскольку язык этого народа очень близок к негритянскому. По этой аналогии можно предположить, что в Анголе живут португальцы, а в Нигерии — англичане. Использование многонациональными странами чужого языка как государственного практиковалось и в древние времена, и практикуется сейчас, поскольку созданные колонизаторами страны обычно состоят из множеств племен, говорящих на множестве разных языков и диалектов. И потому определение населения по языку не может быть верным, может быть только предположительным.

Черты лиц негритянской принадлежности принадлежат и западноафриканцам, и мулатам. Знаменитый барельеф «Дядя Сэм», о котором так много говорят «альтернативщики», на проверку оказывается обыкновенным индейцем. Белыми в Америке были только «боги». А вот ольмекские барельефы изображают или черных, или, что вероятнее, мулатов. У этих людей курчавые бороды и широкие губы.

Говоря о финикийских или карфагенских путешествиях в Африку, нужно помнить, что головы принадлежат приэкваториальным неграм, а карфагеняне и финикийцы — не негры. Возможно, что и первые, и вторые о существовании Америки знали; но для обеих этих народов плавания в Америку были бы неэффективными с экономической точки зрения. Например, перевозка раба из Америки в Африку обошлась бы гораздо дороже стоимости этого раба. А перевозка колониста – дороже обустройства этого колониста на своей родной земле. Они не могли найти в Америке ничего такого, чего бы не было в Старом свете.

Период взаимодействия Старого и Нового света продолжался, скорее всего, до разгрома Карфагена римлянами. Вместе с карфагенским флотом исчезло и знание о материке по ту сторону Атлантики. И доказательство этого, более чем явное – карфагенский корабль, найденный у берегов Бразилии. Тип корабля толком определить не удалось, он был слишком поврежден, но амфоры были марокканскими. Описано и представлено публике множество подобных находок – кладов античных монет, выбитых в камне изображений средиземноморских кораблей, керамических изделий, остатков кораблекрушений, но все они не вызывают стопроцентного доверия ни официальной науки, ни альтернативной. «Бразильский» корабль стал подтвержденным фактом только потому, что ко времени, когда его признали, большинство амфор было растащено ныряльщиками–любителями.

Жертвоприношения

Люди не придумывают предрассудки на пустом месте; то, что является предрассудком, ранее было действием, имеющим практический смысл. Люди к предрассудкам постепенно приходят, неправильно изменяя необходимые действия, обычно в силу исчезновения причин этих действий. Третий действительно не должен прикуривать от одной спички — но только в том случае, если за огоньком следит снайпер. Когда Кортес завоевывал Мексику, жертвоприношения в этой стране были лишенным всякого смысла диким предрассудком. Неизбежно должна была существовать древняя традиция, по которой жертвоприношения имели бы свой практический смысл.

Исходя из общих правил развития, чем глубже в историю, тем более наблюдательным, а, следовательно, практичным и последовательным должен быть человек. И даже в глобальных координатах эта линия прослеживается: от абсолютно практичной обезьяны до обременного множеством предрассудков жителя современной цивилизации. Если проводить исторические параллели, то ацтекская цивилизация была аналогом современной. Она была финалом развития, не допускающим развития вообще.

Склонность к уничтожению себе подобных наблюдалась у всех индейцев доколумбовой Америки. Причем на севере индейцы вели непрерывные межплеменные войны, а на юге приносили массовые жертвы.

У некоторых племен индейцев до середины прошлого века был обычай: прежде чем завести ребенка, мужчина должен был убить врага; в крайнем случае враг мог быть заменен медведем. Но эта концепция может исходить только из биологического принципа ограниченности жизненного пространства. Эту концепцию современный человек не может принять, но способен понять. В Центральной Америке все было иначе.

Жертвоприношения совершались для того, чтобы предотвратить конец света. Предотвратить его таким образом можно только в том случае, если конец света рассматривать с биологической точки зрения, в качестве человеческого вырождения.

В американской мифологии достаточно часто повторяется идея: люди превратились в обезьян. Это можно понять каке шифр; но обычно так называют людей с недостаточным интеллектом. Тогда «закат N–го солнца» — это закат солнца разума, когда интеллектуальный потенциал упадет до нуля. Именно этого конца света боялись те, кто приносил жертвы в доисторическую эпоху. А буквальное понимание вызвало более поздние, не имеющие смысла кровопускания. У всего когда–то был смысл. И когда–то каким–то древним гуманистам было больно смотреть, как мучаются обреченные дети и как страдают их родители. По большому счету с этим, как данным «от богов», можно было смириться; но ресурсы поддержания жизнедеятельности ограничены. Потому у некоторых народов не только число детей было ограничено, но и число имен.

Если искать смысл жертвоприношений, то он может быть только один – избавиться от неполноценных членов сообщества перед лицом полного вырождения. Не облекая процесса в мистическую форму, это было бы невозможно навязать даже примитивным нациям. Рано или поздно общество приходит к возможности содержать больных. Число ущербных членов общества постоянно увеличивается. Начинает падать интеллект — он в данном случае падает первым. После чего общество становится нежизнеспособным и гибнет под тяжестью собственных генетических проблем или под ударами не столь гуманистичных конкурентов.

На одной из индейских плит Монте–Албана, поселения или центра, относящегося к культуре полумифического народа ольмеков, выбита чуть ли не инструкция по проведению жертвоприношений.

К первой части стоит отнести комплект барельефов «танцоры», на котором изображены люди с различными аномалиями развития: горбуны, карлики, дебилы и т.д. Некоторые не имеют явных признаков вырождения – возможно, эти экземпляры были просто недостаточно интеллектуальны. Далее воины захватывают таких людей в плен. На несчастных надеты драгоценные украшения — признак того, что их принесут в жертву. На барельефах изображены не только что родившиеся дети — возможно, родившемуся с отклонениями давали шанс проявить себя полноценным членом общества, и только при невозможности этого приносили их в жертву.

На другом барельфе (Ла Вента) изображена вторая часть инструкции: две женщины, одна из которых предлагает в жертву больного ребенка, а другая отказывается приносить в жертву здорового.

Так что в жертву больных приносят не совсем воины — скорее всего, это представители чего–то вроде «биологической полиции». А воины должны были навести порядок в случае если зависимые или соседние народы не захотят вводить у себя такую практику. Атцеки не считали такой порядок злом. Они были уверены, что творят добро. И даже свои войны по захвату жертв называли «войнами цветов».

Идеи отбраковки больных распространены по всему миру. В греческой Спарте детей, родившихся больными, скидывали со скалы. В Риме их разрешалось убивать безболезненными способами. В соверменном Китае родившихся больными разрешено убивать в течение трех дней. В фашистской Германии разрабатывались подобные концепции полноценности, но здесь решили не размениваться на мелочи и сразу перешли к худшему ацтекскому варианту. Некоторые адепты «науки» синергетики предлагают сократить численность населения путем прихода к планированию пола: 10 мальчиков на 1 девочку. Тысячелетия проходят – дикость остается.

Все вышеприведенные общества считали себя верхом цивилизации. В примитивных обществах подобной практики нет, поскольку больные в них не выживают. У народов, живущих в особенно суровых условиях, требующих постоянной борьбы за выживание, института жертвоприношений никогда не было. А военнопленных там или едят, или превращают в рабов. Практично и первое, и второе; но приносить людей в жертву не практично. Жертвоприношения – это или продукт цивилизации, или наследие ранее существовавшей цивилизации.

В Китае родившихся больными или не кормят, или бросают в поле. Это долгая и мучительная смерть. Если бы существовал институт жертвоприношений, дети бы не умирали сутками. На Западе эти люди умирают не сутками, а годами и десятилетиями. Идол Гуманизма — не самый добрый. Так что кто «гуманистичнее» в этом вопросе — Китай или Запад — сказать трудно.

Римляне не совершали человеческих жертвоприношений; во всяком случае, в исторически обозримом периоде они этого не делали. У них было просто разрешено убивать младенцев, «отличающихся исключительным уродством». Не мледенцев, как в современном Китае, убивать было нельзя. Римляне были в то время биополноценным народом, и не нуждались в «божественной санкции» на проведение негативной евгенической политики. (Негативная евгеника определяет, какие люди не нужны сообществу, в отличие от позитивной, определяющей, как улучшить человеческое сообщество).

Попытка проследить, как жертвоприношения в Центральной Америке пришли к своей финальной, засвидетельствованной испанцами фазе, может быть реализована следующим образом. Первая идея: родившиеся больными должны быть принесены в жертву, чтобы качество человечества не упало и «солнце его разума не погасло». Вторая идея: просвещенные народы (ацтеки считали себя именно таким) должны помочь непросвещенным также приносить в жертву своих больных. Третья идея, возникающая с ростом социального (классового) расслоения: люди обеспеченные могут не приносить в жертву своих детей, заменяя их сначала платой, а потом и другими людьми — например, военнопленными. Следующий шаг — народ, пришедший на место ольмеков — сапотеки, перенял практику жертвоприношений пленных, не понимая, зачем эта практика нужна. Заключительная стадия — изображения уродов, которых нужно приностить в жертву, могли быть восприняты как изображения людей святых, после чего и возникла идея, что пирамиды строили карлики.

Официальные исторические исследования подтверждают подобное развитие института. В Карфагене 3 в. до н.э. богу Ваалу нужно было приносить собственных детей–первенцев. При этом богатые покупали для этих целей детей бедноты. (Плутарх, «О суевериях»). Но если божество согласно на такую подмену — оно формально. К концу античного периода люди напридумывали богов и духов так много, что не могли их сосчитать. Что не считают, с тем и не считаются.

Рано или поздно смысл жертвоприношений утрачивался в силу привилегий жреческих каст и последовавшими за привилегиями сословным вырождением. И тогда в жертву начинали приносить животных, врагов да и всех подряд. Индейская цивилизация, найденная испанцами, была в высокой степени вырожденной и практиковала массовые жертвоприношения без какого бы то ни было биологического смысла.

Выстраивается логическая цепочка: когда общество биологически состоятельно, но подозревает о биологической опасности, оно жертвоприношения вводит. В силу каких–то причин – скорее всего, социальных — истинный смысл жертвоприношений утрачивается. Общество начинает терять биологическое качество. Институт жертвоприношений превращается в глупый и дикий ритуал.

Иначе говоря, древнеамериканские народы создали институт негативной евгеники. Но как выяснилось несколько тысячелетий спустя, одной негативной евгеникой решить задачу биологического качества нельзя. Нельзя даже сохранить качество человеческого материала. Американские народы не спасли своего «пятого солнца» от «старости и смерти», и ждать будущих дат апокалипсиса, например, 2013 года — бессмысленно, поскольку индейский биологический апокалипсис уже свершился.

Жертвоприношение как явление существует не только на уровне биополноценность — бионеполноценность. Существует и накопление элементов культуры. Например, современное российское общество по биологическому уровню находится в том состоянии, когда как раз и приносились жертвоприношения. Но культура в России развита в таком направлении, что культура первобытная не может здесь себя реализовать.

Отказ от жертвоприношений в относительно культурном, но вырожденном обществе приводит к жертвоприношениям добровольным. Существует множество людей, приносящих свою жизнь служению каким–либо абстрактным идеалам. Всяких подвижников, затворников и прочих разводится невероятное количество. Например, женщина, родившая больного ребенка и способная еще родить здоровых, приносит свою жизнь «в жертву» уходу за этим ребенком. Конечно, современное, достаточно вырожденное общество может это понять и относится сочувственно.

У каждой цивилизации свои культурные издержки. Уход за больными, число которых постоянно растет, ложится уже тяжелым бременем на экономики развитых стран. Но только один вопрос здесь не решен — кто будет ухаживать за больными, когда больными станут все? И где находится эта самая грань, до которой терпеть можно, а после – нельзя, ответ на этот вопрос будет дан только после гибели цивилизации.

Мифы первой глобализации

Если в результате неверного толкования знаний працивилизации появились религии, то искаженное толкование событий развития глобальной цивилизации 3–го тысячелетия до н.э. привело к появлению мифов.

Абсолютное большинство мифов имеют один и тот же сюжет – это гибель цивилизации. Мифы могли появиться и раньше, но в любом случае глобализация оказала на них воздействие и почти полностью их стандартизировала. В результате они по всему миру оказались похожими, и одни и те же персонажи встречались и в Индии, и в Египте, и в Скандинавии, и в Греции. Мифы не были кодированными сказаниями. Мифы были открытыми информационными сообщениями, что доказывают расшифровки поздних мифов о Минотавре, Трое и т.д. Эти информационные сообщения искажались с изменением языка и психологии, и то, что дошло до современного человека – это усредненные данные и цифры – компонент, с языком не менявшийся.

В мифах должны быть «зашифрованы» простые социальные понятия, имеющие отношение к биологии. Працивилизация не могла знать истории своего возникновения, и мифы о творении мира ничего не объясняют. Но она оставила информацию о своей гибели — потому мифологическая информация и оказалась в основном апокалиптического характера. С другой стороны, за гибелью следует или возрождение, или надежда на возрождение. К 3–му тыс. до н.э. от мифов працивилизации осталасть только форма. Крах глобальной цивилизации в 2400 г. до н.э. вдохнул в них новое содержание.

Все «старые» мифы можно разделить на группы:

Мифы конца працивилизации о всемирном потопе и ковчеге.

Мифы конца працивилизации о вечной жизни. В результате творческого развития трансформировались в мифы с изначальными биологическими правилами, обычно имеющие вид сказок на тему что такое хорошо и что такое плохо. Сюда же должны были относиться правила жертвоприношений, до наших времен в первоначальном виде не дошедшие. Только эта группа мифов имеет отношение к архетипическому сознанию.

Мифы южнотурецкой цивилизации о богине–матери и ее противостоянии с силами тьмы, положившие начало религиозному дуализму.

Мифы, появившиеся в працивилизации Южной Сахары и распространившиеся на Ближний Восток и в Америку в период первой глобализации — о сотворении мира. В Африке богини–матери не было, ее не оказалось и в Америке.

Основные персонажи «новых» мифов – это башня до неба, Феникс, Орион и божества воскресающие, пожирающие детей божества. Если их попробовать систематизировать, то у них окажется один и тот же сюжет – гибель глобальной цивилизации, а равно гибель и воскрешение нации.

Смысл мифа о Башне состоит в том, что люди возгордились собственными силами и решили построить башню до неба. Божествам это не понравилось, и они разрушили построенную башню и разбросали строителей по всей земле, при этом дав им разные языки. Миф существует по обе стороны Атлантики, отсутствует в восточной Азии.

Если абстрагироваться от башни как объекта и оставить общие детали во всех мифах, то этот Миф повествут о разрушении чего–то единого целого сложного, что делалось многими народами. Единственный ответ: это что–то – цивилизация.

Миф о строительстве вавилонской башни у индейцев звучит идентично библейскому. И многие мифы, о том же сотворении мира, например, идентичны. След только один — атлантическая цивилизация, которая была компонентом цивилизации глобальной.

Они решили построить башню такой высоты, чтобы она доставала до неба. … Они довели ее до немыслимой высоты, когда она вот–вот должна была достать до неба. Но тут разгневанный бог небес сказал небожителям: «Видели вы этих, с земли, которые … набрались наглости, чтобы построить башню, достающую сюда? Идите и спутайте их планы, ибо не должны живущие во плоти смешиваться с нами». Тогда небожители налетели, словно молнии, разрушили постройку, разделили строителей и разбросали их по разным землям».

Само строительство Вавилонской башни в историческую эпоху можно представить не причиной мифа, а реализацией мифа по принципу есть миф — должна быть башня. Кроме того, только в Библии башня указана Вавилонская. У вавилонян башня «Вивилонской» не названа. У других народов есть просто башня, при строительстве которой смешались языки. Смешивание языков — это описание гетерозисного эффекта. Миф может идти как из працивилизации, так и из глобальной цивилизации 3–го тысячелетия. Вавилонская башня – это цивилизация. И поскольку это действительно так, то Библия права, указывая, что на всей земле был один язык. Был один торговый иероглифический язык глобальной цивилизации, в котором объекты указывались рисунками – язык приказов и накладных. Слова в разных языках звучали по–разному, но писались они одинаково, и представители разных народов друг друга понимали. И вполне естественно, что после распада глобальной цивилизации этот единый язык оказался утраченным — он оказался временно не востребованным в деградировавшем, отказавшемся от международной торговли обществе.

В греческой мифологии башня отсутствует. Если сейчас кто–то напишет сказку, как папа кушал своих детей, это будет достаточно неприятно и вряд ли будет принято любым в отношении культуры обществом. Но этот миф существует тысячелетия, и что–то информативное в нем должно быть. Глава греческого пантеона Хронос после рождения каждого своего ребенка требовал этого ребенка принести и проглатывал его. Только одному Зевсу удалось избежать подобной участи. Зевс вырос, после чего вспорол папе брюхо, выпустил своих братьев и стал верховным богом. Хронос не имеет ничего общего со временем, хотя кажется, что время все пожирает; в мифе выразился протест народов против глобализации, которая воспринималась как нечто противоествественное. Хронос, пожирающий собственных детей – это цивилизация; истинным будет то божество, которое прекратит этот процесс надругательства над человеческой природой.

Хронос – это цивилизация, поглощающия народы и лишающия их свободы. Это цивилизация с противоположной биологической социальностью. Когда брюхо цивилизации было вспорото, народы, освободившись, вышли на волю. Неплохой повод для мифотворчества.

В Египте присутствуют эры правления богов; в Греции точно так присутствуют эры сменного божественного правления. Под эрой правления должны пониматься различные системы мирового устройства. И поскольку в Греции всего две прошедших эры и одна «настоящая» – это и есть цивилизационные периоды.

Существует множество историй, в которых божество сначала убивается, потом расчленяется, потом воскресает. Но ведь это ничто иное, как концепция цикличности наций, где нация умирает, рассыпается, а потом воскресает. Какие–то существа помогают божеству воскреснуть, какие–то мешают. Воскресшее божество разделывается со своими обидчиками — и воскресшая нация организует общественное переустройство.

Миф о фениксе — один из самых известных и потому популярных. Чаще всего его толкование сводится к падению метеорита. Метеорит полностью исключать нельзя, метеоритные события представлены в мифах по всему миру. С другой стороны, если люди в древности хорошо себе представляли движение планет, почему они обожествили столь заурядное событие — ведь метеориты падают достаточно часто для исторических периодов, а метеоры падают с периодичностью несколько раз в год, их даже можно ожидать. Скорее всего, метеориты — это позднее наслоение на первоначальный миф, обязательно имеющий биологическую подоплеку.

Сказание о Фениксе было записано Геродотом. Ниже оно приводится почти полностью.

Есть еще одна священная птица под названием феникс. Я феникса не видел живым, а только — изображения, так как он редко прилетает в Египет: в Гелиополе говорят, что только раз в 500 лет. Прилетает же феникс только, когда умирает его отец. Если его изображение верно, то внешний вид этой птицы и величина вот какие. Его оперение частично золотистое, а отчасти красное. Видом и величиной он более всего похож на орла. О нем рассказывают вот что (мне–то этот рассказ кажется неправдоподобным). Феникс прилетает будто бы из Аравии и несет с собой умащенное смирной тело отца в храм Гелиоса, где его и погребает. Несет же его вот как. Сначала приготовляет из смирны большое яйцо, какое только может унести, а потом пробует его поднять. После такой пробы феникс пробивает яйцо и кладет туда тело отца. Затем опять заклеивает смирной пробитое место в яйце, куда положил тело отца. Яйцо с телом отца становится теперь таким же тяжелым, как и прежде. Тогда феникс несет яйцо [с собой] в Египет в храм Гелиоса. (Геродот 73)

Вышеприведенное — натуральный бред, которому, как следует из текста, не поверил даже Геродот. Хотя бы потому, что отсутствет логика. На метеорит похоже только при описании цвета — золотой и красный. Таким вполне мог быть замечен раскалившийся железный метеорит. Но вот с родителем все иначе, да и не ведут себя метеориты так странно.

Известно другое название Феникса, изначальное – «Бенну»; «бен» означает потомок или «сын». В результате получается производное слово: мать — Родина, отец — Отчизна, сын - ??? Такого слова нет, но смысл по аналогии можно представить.

У древних народов обычно не было слова «нация». Но вырождение обычно связано с межнациональными связями и эффектом гетерозиса. В гибель працивилизации гетерозис внес достаточно весомый вклад. Замкнутая нация становится жертвой близкородственного скрещивания — инбридинга, но инбридинг , скорее всего, не имел серьезного места в працивилизации. Нации вырождаются, но на их месте появляются новые. Руководствуясь словом «бенну», а равно описанием поведения Феникса, можно вывести, что «Феникс» и есть нация. Даже из геродотовского текста можно вывести несколько аналогий. Например, «труп отца в пустой оболочке» — означает государство, нация которого дезинтегрировалась, но само государство еще существует. Только в этом случае яйцо с телом станет «таким же тяжелым», как яйцо без тела.

Осирис, разрубленный врагом и воскресший – распавшаяся и вновь объединившаяся нация, «народ Ориона». Феникс – нация, перерождающаяся каждые 500 лет. Древние считали, что нации перерождались примерно за такой срок. Время жизни нации в современных концепциях, где оно как таковое существует, определяется разбросом в 500 – 1000 лет. Не существует иного периода в исторической жизни человечества, продолжающегося столько времени.

Еще один вариант мифа, в котором слово «Феникс» в современном мире употребляется, состоит в самосожжении Феникса и рождении нового Феникса из пламени. Почти таким же образом сжег себя Кецалькоатль и так поступали многие другие американские божества. Трактовка получается, как и положено, примитивной: нация уничтожает себя путем нарушения природных правил существования вида. Но когда нация исчезает (и только тогда), на ее месте появляется новая. Как вариант темы можно предположить, что имеется в виду не нация, а цивилизация. Но в пользу нации аргументов больше, поскольку срок смены цивилизаций трудно зафиксировать.

Есть еще и концепция английского археолога Уильяма Летаби о том, что бенбен должен считаться хранилищем древнего знания, книг, написанных богом Тотом. Разумеется, нация – это и есть хранилище древнего знания.

А сама птица — это герб или символ какой–то древней нации. Что касается концепции Летаби относительно хранилища книг Тота, то здесь можно только добавить, что знание о нации было действительно когда–то записано, спрятано и утрачено на многие тысячелетия. Для случая с хранилищем можно сделать вывод в рамках общей концепции: дом Феникса — это дом нации, например, парламент. Позднее могли возникнуть и обелиски в честь нации, например, объединения или другого события; и на верху у них вполне мог оказаться тоже «бенбен».

Все мифы «второй волны мифотворчества» повествуют о процессах гибели цивилизации при сохранении части ее народов и описывают национальные циклы. С точки зрения цивилизации современной, это что–то вроде «докладов Римскому клубу», сделанных энтузиастами разных народов. Только социология. И еще искаженные описания самых простых событий.

Мифы подвержены очень сильным изменениям. Сейчас в России существует культ святых, и одна из этого пантеона — княгиня Ольга. Как и все святые, отличается добротой, кротостью, смирением и множеством других положительных характеристик. Ольга жила тысячу лет назад — это небольшой исторический промежуток по отношению к третьему тысячелетию. Миф существует порядка 500 лет. Когда историки начали разрабытывать его первопричины, выяснилось следующее. Ольга — это вообще не имя, а варяжский титул, означающий князь–первосвященник. Разумеется, языческий. Из ее деяний открылось, что она руководствовалась обычно соображениями кровной мести, при этом закапывала людей живьем, сжигала их в постройках и целыми городами. То есть, святая Ольга впервые на территории России реализовала идею промышленного кремирования заживо. По логике вещей, если так пойдет дальше, то следующим русским святым должен стать Гитлер, разрешивший ходить в церкви.

Индейцы говорили, что пирамиды строились работой разума. И это действительно так. Инженеры работали головой, проявляя работу разума, и создавали различные примитивные, но весьма полезные механизмы — лебедки, блоки, катки и тому подобные вещи. Так что все правильно, действительно работой разума. А египтяне говорили, что громадные блоки клали на лист папируса и ударяли по ним палочкой – и эти блоки перемещались куда угодно. Блоки действительно клали – только не на листы, а на катки, сделанные по чертежам на листах папируса, после чего ударяли палочкой – только не по блокам, а по спинам строителей.

Еще один пример – со знаменитым королем Ричардом. Во всех ремейках мифа, в т.ч. в экранизациях, он предстает в виде возвратившейся силы добра. На самом деле он, а не шериф Ноттингемский был сатанистом. И к тому же Ричард был горбуном.

Существуя в «злом» мире, люди ищут «доброе» хотя бы в прошлом. Похоже, что именно из этого желания родился «добрый» Кецалькоатль, в храмах которого проводились жертвоприношения с предварительным обжариванием заживо. И столь же «добрым» в последнее время предстает царь Николай второй, расстрелявший сотни питерских рабочих и получивший прозвище «кровавый».

Вырождение как стандарт

Папуасская копия самолета из прутьев не умеет летать, а формальная копия цивилизации не может развиваться. Формализм в развитии заключается в том, что цивилизация не понимает своего смысла, поскольку она унаследована механически, как средство, как образ жизни. А унаследована она, в свою очередь, от стихийно сложившихся социальных элементов, когда–то в конкретной ситуации обеспечивающих ее конкурентоспособность на рынке борьбы за жизненное пространство. Да, конкурентоспособность принимается за смысл; но с точки зрения биологии это только один из параметров человеческих сообществ, неотъемлемый, необходимый, но не главный.

Стихийное развитие цивилизации без понимания смысла цивилизации, как в случае со стихийной экономикой, приводит к кризису. Но если экономики могут переживать кризисы, поскольку люди могут оказывать на них внешнее, неэкономическое воздействие, то цивилизации переживать кризисов не могут в силу своей глобальности и отсутствия механизмов управления.

На каждом временном отрезке существует узкий комплект правил развития, следуя которым, личность или нация может добиться успеха. Через конкуренцию все личности или все нации должны этим правилам следовать. Поскольку успех везде определяется одинаково, эти правила можно назвать глобальными, а сам процесс подстройки под них – глобализацией.

В глобальной цивилизации 3000 г до н.э. народы Евразии впервые столкнулись с социальностью и синхронизацией. Создавать сложноструктурированные государства народы заставляла международная конкуренция. Чтобы противостоять армии государства, невозможно создать армию, не создав аналогичного государства.

Глобализация плоха не сама по себе. Нет ничего плохого, есть только хорошее в том, что гайка по размеру подходит к болту по всему миру. Глобализация опасна тем, что синхронизирует социальные уровни, тем отрывая нации от их биологического пути развития. Если бы глобализация могла синхронизировать только экономические параметры территорий, в ней бы ничего плохого не было. Но обойтись только экономикой невозможно. Поэтому момент успеха глобализации совпадает с вырождением участвующих в нем народов.

Когда биологическое понятие успеха заменяется социальным, возникает институт выбора партнера по социальным признакам. Переход к выбору партнера по отвлеченным от человека признакам всегда ведет к вырождению. Если конкуренция заставляет человека выбирать партнера по социальным признакам – значит, свободного выбора нет. Нет свободного выбора – значит есть вырождение, и это правило для человечества вечно и абсолютно.

Конкурентоспособность нужно поддерживать. Самый простой способ – это экспортировать формы – институты власти, институты распределения и т.д.; но вместе с ними экспортируется и понятие успеха. Сложный способ – это создавать собственные институты, и тогда понятие успеха остается национальным. Но мало какие нации могут реализовать «сложный способ» в силу низкого биологического и интеллектуального потенциала.

Працивилизация очень близко подошла к решению задачи собственного смысла — но не решила ее. Цивилизация 3000 года до н.э., как и современная 50 лет назад, даже не думала, что что–то существует какая–то проблема, которую нужно решать. Но працивилизация потенциально могла решить задачу собственного смысла, и даже выдала «вечную жизнь» в качестве приближенного результата. Она смогла это сделать, потому что ее представители обладали биологичным мышлением и наблюдательностью. Современная цивилизация в лице избранных потенциально может решить эту задачу, поскольку она обладает огромными знаниями. Глобальная цивилизация 3000 года до н.э. не смогла бы решить этой задачи, поскольку биологичное мышление было уже утрачено, а достаточные знания еще не были собраны.

«Конец света» бывает трех типов: это вырождение любой локальности, это конец цивилизации или это конец национального цикла. До «часа Х» сообщество думает, что все в порядке. После «часа Х» – понимает, что уже поздно. Конец света так выглядит, но это не гибель всех. Конец света – это только гибель цивилизации; причем именно в таком виде конец света всегда и описывался. Но если гибнет нация, ей кажется, что гибнет весь мир. А цивилизация представляет собой сумму синхронизированных наций, и потому к концу все наций приходят одновременно. Это и вводило в заблуждение мыслителей 19 и 20 веков – они не видели наций за цивилизацией.

Основной причиной вырождения можно назвать не межнациональное смешивание, а социальный отбор. Именно в глобальной цивилизации 3 тысячелетия до н.э. появилась прибавочная стоимость, появился культ потребления, появилось понятие человека как объекта потребления. В это же время металл впервые выступил в качестве эквивалента богатства и как эквивалент валюты. Существование накопленных товарно–денежных эквивалентов и их наследование – это и есть первый шаг к антибиологичной социальности, к обществу, основанному на абстрактных, небиологических ценностях. Социальный отбор – фактор, погубивший ростки несостоятельной цивилизации.

Когда в обществе в результате торговли появляется прибавочный продукт, возникает социальная дифференциация. Ее следствие — появление социального отбора в руководстве нации. Далее качество нации начинает падать, причем в первую очередь падает качество руководства – как самой социализированной в выборе группы. Далее руководство нации вводит специальные законы, направленные на охрану уже накопленных власти и собственности. Эти законы приводят к ограничению свободы выбора, ограничению свободы перемещения и в результате к дальнейшему падению качества всей нации. С тем, как качество нации падает, она слабеет и может оказаться под влиянием нации соседней, вплоть до внешнего завоевания. А если ее никто не завоюет или внутренние качественные силы не устроят передела внутреннего пространства, она просто тихо выродится.

Глобальная цивилизация выродилась в лице всех своих народов, после чего процесс развития затормозился на 2000 лет. Знания строителей трех великих пирамид – это знания конца эпохи, и 2400 год до н.э. – год тысячелетнего максимума развития и одновременно окончания цивилизационного цикла в иракском Междуречье. С этим вырождением можно связать утрату знаний египетской цивилизации в 2300 г. до н.э. С ним же связывается исчезновение множества одновременных с египетской поздненеолитических культур – Уральской, Трипольской (Украина), Английской, Индийской городской досанскритской и т.д. Даже Китай оказался втянут в процесс глобализации и вырождения – его высокоразвитые культуры (Культура Хуншань в провинции Ляонин) появились в 3500 г. до н.э. и исчезли, уступив место культурам примитивным, в 2400 г. до н.э., после чего произошел переход от развития быстрого к развитию медленному, продолжавшийся почти 1000 лет до появления «первого» «официального» государства Шан. С этим вырождением связана утрата информации о раннем времени, в том числе о смысле строительства мегалитов.

Резкий рост населения и международного взаимодействия привел к новым формам социальной организации, к возникновению централизованных государств. Об этом говорит подобие систем управления народов Европы и Азии того времени.

В этих государствах биологический отбор заменился социальным, и, возможно, практиковались межнациональные браки. Все эти явления сначала привели к резкому скачку биологического качества, а после — к столь же быстрому вырождению. Историки привыкли измерять события столь далеких лет веками; но процесс смены лидера был столь же быстрым, как и в цивилизации современной – это происходило, поскольку победители вырождались быстрее всех прочих участников цивилизационной гонки. Лидерство, зародившееся на территории Испании, переходило и к народам островов, и к народам Англии и Франции, и к черным нациям Западной Африки; и всегда успех был великим, а его время – коротким. И всегда этот успех оставлял после себя деградировавшие страны, исчезнувшие культуры и пустые острова.

Рост качества вызвал интерес к знаниям, в т.ч. и абстрактным, а падение превратило знания в ритуалы – именно с 3000 г. до н.э. начинается массовое подражательное строительство ритуальных сооружений непонятно для чего. Широкое распространение религиозных культов, связанных с загробной жизнью – результат непонятого, формально унаследованного знания.

В середине 3 тысячелетия до н.э. арийские народы начали экспансию. Пракельты вторглись в Европу, предки ахейцев – в Грецию, хетты – на Ближний Восток, народы санскрита – в Индию. Поскольку вторгались разные нации одной языковой семьи, можно предположить, что арийское единство распалось не меньше чем за тысячелетие до экспансии. Арийские народы отставали от противников и в численности – в десятки раз, и в техническом оснащении.

Это была типичная варварская экспансия. Завоеватели–варвары обычно идут уже по полупустой земле и только сносят остатки давно переживших себя систем. Сам факт вырождения и успешного расселения арийских народов подтверждает факт глобального вырождения; глобальное вырождение могло произойти только в глобальной цивилизации; потому исторический факт расселения подтверждает факт существования цивилизации, живущей по социальным принципам. Арии не принимали участия в цивилизационном процессе 3000 г. до н.э.; их общность, их организованные сообщества возникли одновременно с окончанием цивилизационного цикла. Будучи народом «молодым» и «новым», они малыми силами разнесли все остатки вырожденных народов мировой цивилизации. Разброс биологических потенциалов был настолько велик, что арии вообще никак не могли понять своих противников, и именно этим непониманием можно объяснить стремление завоевателей нанести завоеванному населению максимальный ущерб.

Знания покоренных наций обычно передаются победителям. Знания прежних цивилизаций утрачивались полностью. Индоевропейцы не получили ничего. Так что и результат их победы, и результат отсутствия наследия еще раз говорят, что цивилизации вырождаются сами до варварского завоевания, и сами еще до завоевания утрачивают собственные знания. И когда варвары узнают, что цивилизация сгнила, тогда они идут в атаку, а не в наемники как обычно.

Выводы из гибели глобальной цивилизации сделаны не были, поскольку уже не стало биологического механизма сознания, и все попытки осмысления относились к религиозной плоскости. В этом принципиальное отличие вырождения цивилизации 3000 г. до н.э. от працивилизации, которая сумела описать свое состояние в момент вырождения. Цивилизованный мир стал очередным «золотым веком», упоминаемым в преданиях многих народов мира. Скорее всего, греческий «золотой век» описывает именно этот период, поскольку працивилизацию греки помнить не могли в силу отсутствия канала передачи информации.

Факт глобализации – не простое событие; глобализация была совершена в древние времена и глобализация совершается теперь, в наши дни. И буква «М» — только малозначащий символ. Абсолютное большинство понятий, ценностей, мировоззрений современной цивилизации (которые даже антиглобалисты считают своими) унаследованы от периода глобализации 3000 года до н.э. Именно в это время была глобально экспортирована всему миру сама идея отказа от выбора по критериям биологической полноценности в пользу иных, не связанных лично с человеком параметров. И эта идея нашла максимальное развитие в цивилизации современной. Пока все точно повторяется по пути к результату 5000–летней давности.

Римская цивилизация

Римский период представляет собой классику вырождения цивилизации и нации, ее создавшей. Рим великолепно изучен, и потому все биологические аспекты развития социальных систем, пропущенные при рассмотрении «не–совсем–признанных» цивилизаций, можно проанализировать и проверить на его примере. Поскольку римская система была очень большой и сильной, все внешние влияния на нее сводятся к нулю – что гарантирует еще и чистоту эксперимента. Все, что свершилось с працивилизацией и что еще не свершилось с цивилизацией современной, должно иметь аналогии в римской хронологии. Имперские системы, а на сегодняшний день их осталось всего две – Россия и Америка — повторяют и повторят путь Римской империи. Европейские государства также будут развиваться по подобным правилам, поскольку и они имперских притязаний в свое время не избежали. Но имперские тенденции будут выражены в Европе не столь ярко, как в империях классических, созданных одной нацией с присоединением наций других.

Человечество накопило достаточно исторической информации о гибели цивилизаций. Гибель цивилизации – это фаза, стадия, элемент ее развития.

«Мы будем умирать сознательно, сопровождая каждую стадию своего разложения острым взором опытного врача». (Шпенглер).

В истории любой нации присутствуют две линии развития: главная линия возникновения биологического качества и его падения, представляющая собой одну длинную синусоиду, и вторая линия колебаний качества, представляющая собой несколько последовательно накладывающихся на длинный график коротких синусоид. Конечно, классической, правильной, допускающей прогнозирование синусоиды не получится, поскольку внешние воздействия на нацию могут спровоцировать, «вызвать» и повышение ее качества, и падение.

История состоит из громадного количества деталей. Но для нее можно создать систему закономерностей, выделив конкретные значащие элементы, обусловленные особенностями биологической природы человека, а в цивилизованном обществе – особенностями нарушений этой биологической природы.

От племени — к нации (до 200 г. до н.э.)

Сомнительно, что историки когда–нибудь выяснят, как возникли нации працивилизации и нации глобальной цивилизации 3–го тысячелетия до н.э. Но поскольку и «правильные» биологические проявления человеческой деятельности, и «неправильные» в общих чертах поддаются стандартизации, то можно утверждать, что причины и детали возникновения наций неизвестных были точно такими, как у известных исторических наций. Современные стандартные элементы этногенеза (науки о появлении и развитии наций) отлично встают на места пробелов в древней истории.

Нация имеет только два варианта возникновения – от племени, покорившего или иным образом присоединившего другие племена, или от объединения людей на базе борьбы за жизненное пространство. В первом случае при слиянии племен возникает эффект аутбридинга, затем следует рост качества, и как следствие усложнения структуры из–за роста качества возникает нация. Второй вариант замечательно описан в работах Л. Гумилева; правда, у него этот вариант рассматривается как единственный, а само объединение называется консорцией — группой людей, связанных общей судьбой. Точнее можно было бы сказать, что общей проблемой, а конкретнее – нехваткой жизненного пространства.

Род — это собрание родственников. Обезьяны до сих пор живут родами; родами они и воюют. Внутри рода браки запрещены. Первые поселения, как и обезьяньи сообщества, не были замкнутыми: женщины их покидали, и женщины в них приходили — переходили из своего рода в чужой род. Племенная структура возникает автоматически с тем, как развитие памяти дает женщине возможность помнить, из какого рода она пришла. И как только у ее нового рода возникает желание идти войной на родительский, женщины начинают выступать против этого конфликта. Зоны человеческого обмена постепенно интегрировали в постоянные объединения родственников. Так возникли племена.

Возникала ситуация, когда кругом все родственники. Но с родственниками воевать не сподручно, а война – биологическая необходимость, чуть ли не единственное массовое развлечение каменного века. Потому и возникла система – племя против племени. Когда это было — неизвестно, но в любом случае раньше 40 тысячелетия до н.э.

Племя — система организации популяции; оно может быть представлено как сумма родов, обменивающихся брачными партнерами. Люди, адаптированные к природной среде, обычно имеют племенную структуру. Племя живет в одном ландшафте, имеет одни и те же характеристические параметры и потому может добиться внутреннего взаимопонимания и синхронизации большинства жизненных параметров. Племя может являться горизонтальной (нация — сумма равных племен) или вертикальной (племя власти — племя подчиненных, патриции — плебеи) структурой нации. В настоящее время племенная структура является фактором ограничения естественного отбора; если нужно степень свободы ограничить, нация должна перейти к племенной структуре, если поднять – разрушить племенную структуру. В некоторых государствах группа власть имущих и сейчас является племенным союзом, например, в современной России. Племя внеисторично и не является никакой фазой развития. Оно всегда было и всегда будет.

В основе создания человеческого общества лежала специализация. Именно благодаря ей человечество сохранило максимальную полигеничность, т.е. множественность популяционных вариантов национального человека. У неандертальцев специализация была только одна — охота на крупного зверя. Так что если у этого типа людей и рождались интеллектуальные экземпляры, в жестко специализированном обществе они не получали никаких преимуществ. Человеческим же общностям были нужны разные специалисты.

Специализация так или иначе приводит к росту производства и к избытку однотипных товаров – рыбы или шкур. Поскольку возникал избыток, возникал и обмен. Сначала обмен между родами одного племени, потом между племенами. И если между племенами устанавливался длительный период мира (чего например, не было в северной Америке), ремесленники переезжали из своих племен в города.

В догосударственном обществе город может возникнуть только тогда, когда есть обмен товарами. Таким образом он, как и племя, не привязывается к какому–либо историческому периоду. Поскольку один за другим исчезают определяющие факторы периодизации, возникает вопрос — есть ли эти периоды (первобытнообщинный строй, капитализм) вообще? Теоретически город мог возникнуть и одновременно с появлением племен, но вряд ли города возникали раньше 10 тыс. до н.э., поскольку до этого срока межплеменных товаров не было, а эффективность труда не позволяла появляться излишкам на продажу.

Чтобы управлять силами племени, нужны военные специалисты. Племени нужна ставка как центр информационного и политического управления. Так появилось расслоение – как дальнейший шаг к цивилизации. Есть город, есть специализация, есть торговля, есть власть… Ведь это наше современное общество – пусть даже в раннем неолите, но имеющее всю современную атрибутику и в общем живущее по современным принципам.

Центр племени обычно возникал на пересечении путей сухопутных и водных. Центр – лучшее и безопасное место для обмена, и потому здесь и должен был возникнуть рынок. Рим возник первоначально как место переправы через Тибр. Существовали товары, не производимые ни одним племенем — например, железо и бронза. Их нужно было где–то продавать. Посередине Тибра находился остров — он и стал рынком международных товаров, как место на пересечении путей и к тому же в качестве острова безопасное.

Путей возникновения нации из племен два — свободное объединение племен, обычно такое возможно при внешней угрозе, и покорение нескольких племен более сильным. Племен в древней Италии были десятки, но первым преуспело в развитии племя этрусков. Нация этрусков возникла первоначально путем свободного объединения 12 племен в борьбе с северными соседями, а потом свободное объединение пошло по второму пути образования нации и покорило несколько племен на юге.

Вокруг территории современного Рима жили италийские племена. Разные по крови, но адаптированные под один ландшафт. Занимались земледелием и периодически воевали с соседями — тогда это считалось нормой. Римляне соответствовали породившему их ландшафту и построили свои жизненные принципы исходя из соответствия. Но в 600–х годах до н.э. на севере Италии усилился народ Этрусков; усиление привело к тому, что территория Рима была ими захвачена. Структура этрусского государства представляла собой союз 12 племен, каждое со своей ставкой–городом, объединенных царской властью; царь был представителем одного из племен и мог переизбираться. Все прочие племена государства считались покоренными. Из этрусских царских родов для покоренных племен ставились цари–наместники.

Примерно в 500 г. до н.э. царь этрусской династии был изгнан. Рим был провозглашен независимым. С этого момента он начал повторять этрусскую историю. Государство точно также представляло собой союз племен. Город был поделен на четыре «трибы» — обычно считается, что это четыре района сбора налогов; но этим же словом до сих пор называется племя. Получается, что голосование в Риме проводилось по племенам.

Основные племена (возглавлявшие войну за независимость) со временем слились и их представители стали называться патрициями. Представители периферийных племен, а равно люди, принадлежащие только к родам, как ремесленники, в равной степени слились в одну группу и были названы плебеями. В обеих случаях этот процесс называется аутбридингом — отдаленным скрещиванием. Но смешивались люди из одной ландшафтной среды, из чистых линий, выдержавших высокую отбраковку. Аутбридинг дает в результате биологически качественные национальные экземпляры. К тому же аутбридинг представляет собой единственный вариант смешанного качества, передающегося по наследству и не требующий расплаты в виде вырождения линий.

Биологическое качество при возникновении нации постоянно растет. Период роста продолжался с 600–х до 300–х гг. до н.э. Но у двух новых племен оно росло неравномерно. У плебеев было больше вариантов выбора, к тому же в самом выборе они были свободнее патрициев. В результате примерно к 450 г. до н.э. качество групп сравнялось. В 494 г. до н.э. произошел первый серьезный конфликт патриции – плебеи. (Плебеи просто убежали из города – все убежали). Для избежания конфликтов между двумя примерно равными силами пришлось принять первые писаные законы.

Качество было высоким. Но поскольку жертвоприношения не практиковались, для его поддержания было разрешено убивать младенцев, «отличающихся исключительным уродством». Это первый зафиксированный в истории случай негативной евгеники, не закамуфлированный под религию.

Борьба плебеев и патрициев кончилась к середине 300–х гг. с образованием единого сообщества римских граждан, позднее названных «нобилями» или «оптиматами». Но это снова был шаг к повышению качества, снова аутбридинг. Далее римское население стало единой нацией, и возможности аутбридинга закончились; больше безопасно смешивать стало нечего. А когда кончается эффект аутбридинга — начинаются циклы.

Обычно качество падает в результате установления режима социального отбора через деление на касты и социальные слои. Маленькие воюющие государства не могут позволить себе кастовости, и в результате обычно не вырождаются. Рим и был таким маленьким государством — сначала он 100 лет воевал с этрусками, потом с вторгнувшимися в Италию кельтами (заодно разгромившими этрусков), потом с южно–итальянскими государствами. Качественных было много, места для них недостаточно, и война на расширение была единственным выходом национальной энергии. Так продолжалось до победы над Карфагеном в 218 году до н.э.

Колебания в группах (200 г до н.э. — 100 г. н.э.)

Изначально нация всегда живет в гармонии с природой и своими правилами. Это обусловлено тем, что при возникновении нация отражает своими принципами среду своего обитания – а иначе никакой общности и не возникнет.

Рано или поздно происходят изменения; в первую очередь к ним стоит отнести смену природных условий, но условия эти меняются крайне редко. Гораздо чаще происходит изменение социальных условий: например, накопление большой собственности или большой внешней власти нацией. Еще две причины — резкое увеличение численности и резкое уменьшение численности. Может так же подняться биологическое качество нации — тогда из–за концентрации качественных возникают особые группы, (т.н. консорции), деятельность которых не ограничивается развитием социальности, но распространяется на изменение правил и принципов существования всей нации в собственных интересах. Когда группа биологически качественных берет власть и начинает проводить свою политику, у историков возникает чувство, что нация обновилась, «регенерировалась» по терминологии Гумилева.

Причины повышения качества нации — увеличение степени отбраковки, увеличение степени свободы выбора (обычно результат распада социальных структур), аутбридинг (смешивание в пределах ландшафта близких генетически племен). Перечисленные действия обеспечивают рост относительно медленный, но не чреватый последующим откатом.

С 350 по 260 гг. до н.э. можно засвидетельствовать высокое качество у всего Рима–нации; вызвано оно было аутбридингом италийских племен. Но нужно заметить, что социальные механизмы в торговом городе работали очень слабо и росту качества не препятствовали. В соответствии с нормами времени высокое качество населения было направлено в основном на внешнюю экспансию.

Чистая концепция колебания качества работает только с небольшими системами; она не подходит к системам очень большим и к системам слишком маленьким (из–за высокой вероятности непредвиденного).

Если нация достаточно однородна – например, вся она состоит из общинников–земледельцев – то колебания качества будут общенациональными. Но если есть и земледельцы, и аристократия – циклы колебаний для групп окажутся различными. Кроме того, нужно учитывать, что группы живут не в вакууме, а в нишах жизненного протранства. Есть группы–ниши, в которых рождаются (аристократия), и есть группы–ниши, в которые приходят (армия). (Таблица 2)

Римская империя — большая система. И потому в ней периодически возникали группы, имеющие свой уровень биологического качества. Это качество могло быть и национальным, и гетерозисным, потому судьба групп складывалась по–разному. (Рис.5)

В Риме можно выделить следующие группы:

Истинные римляне, римляне по национальности — потомки племен, создавших город и почти всегда (точнее, до возникновения нации) живших на территории вокруг города; делились на аристократию и трудящееся население.

Римляне–провинциалы, потомки колонистов, выступают как отдельная биологическая группа.

Армия с того момента, как стала наемной (100 г. до н.э.) – тоже индивидуальная по качеству группа.

Самые яркие циклы прослеживаются на примере аристократии – поскольку о ней и больше всего информации, и к тому же большинство государственных действий предпринималось в ее интересах.

В 350 г. до н.э. можно поставить точку начала первого аристократического цикла; до этой даты браки между патрициями и плебеями были запрещены. Именно эта дата представляет собой точку окончательного узаконивания аутбридинга с появлением единого племени «нобилей» — благородных, противопоставленного всем прочим племенам.

В 185 г. до н.э. можно отметить вырожденность аристократии, вызывающую возмущенное отношение трудящегося населения. Получается, что для аристократии того времени различные развратные действия были вполне приемлемыми, но для большинства населения – недопустимыми. Такое возможнотолько при разности биологических качественных потенциалов. Также можно заметить, что первый национальный цикл качества обычно длиннее каждого из последующих.

Социальная система быстро изменялась. Разросшийся Рим смог отказаться от биологических принципов и перейти к социальным. А поскольку социальное деление общества оказалось достаточно резким, возникли социальные, столь же резкие ограничения на выбор партнера. Собствено римляне начали вырождаться.

Рыба гниет с головы, страна — со столицы, столица — с аристократии. Ни в каких хрониках никогда не отмечались биологические события. Кроме того, до поры до времени любому обществу свойственно недооценивать проблемы, и «наружу» они всплывают только в критических ситуациях. В 186 г до н.э. расследовалось дело о массовых оргиях золотой молодежи; к расследованию было привлечено 7000 человек. С этого же времени появляется такое понятие, как мода. С этого же широкое распространение получают бои гладиаторов. Второй признак, что ситуация меняется не к лучшему — закон 181 г. до н.э. по борьбе с пьянством. Ранее подобные законы в мировой истории были неизвестны. Нужно заметить, что касался этот закон в основном сенаторов, приходивших, вернее, приползавших на заседания в пьяном виде. С аристократией дело было плохо, но с остальной частью нации — все в порядке. Ведь если бы уровень был одинаковым, таких законов бы не появилось, поскольку пьянство и разврат воспринимались бы как само собой разумеющееся. Потому 180–е годы до н.э. можно считать окончанием цикла первой аристократии, закончившегося вырождением группы. Ограничительные законы принимаются в ситуациях, когда биологически полноценных еще большинство, но ситуация начинает меняться к худшему.

Все сводится к тому, что в 180–е гг. до н.э. в Риме произошла «бархатная революция», не истебившая аристократии старой, но с ее участием создавшая аристократию новую. Римское население этого времени имело аутбридинговое качество; под давлением этого высокого качества в период с 200 по 100 г. до н.э. в аристократию вливаются сословие всадников и разбогатевшие на внешних войнах торговцы, а равно успешные военные. Кончился этот рост тем, что всадники — новоя группа — была приравнена к нобилям, а гражданские права снова перераспределены.

В 180–х годах до н.э. биологическое качество старой римской аристократии находилось на крайне низком уровне. Это отправная точка нового цикла. К 180–м годам аристократия первоначальная была обновлена сословием всадников — по сути, в пределах аристократической ниши сменились составляющие ее люди. А в 40–х гг. до н.э. она была перебита, и имущество ее конфисковано наследниками Цезаря.

Когда биологическое качество резко растет, люди часто переоценивают свои возможности. Критический рост качества, вызванный аутбридингом италийских племен, к 90–м гг. до н.э. привел к первой гражданской войне в Риме, названной «союзнической» — потому что воевали между собой жители Италии, союзники по Римской коалиции. Тогда же, опять из–за роста качества, консул Марий заменил ополчение наемной армией — чтобы лишних людей куда–то пристроить. После этого пошла дифференциация – качественные, стремящиеся к успеху, к расширению собственного жизненного пространства, оказывались в армии, а остальным достались дела «мирные».

После победы над Карфагеном Риму больше ничего не угрожало — он сам стал угрозой для соседних стран. В 146 г. до н.э. закончилась третья война с Карфагеном, причем город был уничтожен. Поведенческий стереотип римлян несколько изменился — ранее не было традиции уничтожать города. Воевать с Карфагеном имело смысл для расширения, захватить его территорию — это тоже можно понять, а уничтожать города — это действие лишено биологического смысла. Аристократия обновилась, но прежнего качества она себе уже не вернула.

Римляне считали карфагенян «бессовестными торгашами» в 250 г. до н.э. В 50 г. до н.э. сами римские аристократы становятся «бессовестными торгашами» с точки зрения некоторых римлян. Во времена качества олигархи за свой счет строили корабли для войны с Карфагеном. А при нападениях варваров они проявили полное равнодушие к судьбе страны. Не их это уже была страна, а ничья.

Начиная со 150 г. до н.э. Рим превращается в новый Вавилон. Сюда устремляются искатели доходов из Греции и с Ближнего Востока. С точки зрения социальной это были «эмигранты из стран третьего мира». Но у многих из вновь прибывших были относительно высокие доходы, да и приехали в Рим они не с пустыми карманами. В Риме появляется культурное заимствование, в основном грекофильство. Борьба за чистоту культуры велась, но крайне вяло; так что римская изначальная культура оказалась полностью размытой. Национальная культура погибла еще раньше нации; и хотя большинство императоров провозглашали «восстановление культурных устоев» в качестве политики, все попытки провалились, поскольку был разрушен нижний культурный слой, на котором строятся культуры остальные – биологический.

Армия представляла собой до 100 г. до н.э. входящую в состав нации группу, а с тем как она была сделана наемной — группу концентрации биологического качества и гетерозисного качества. Армия качество очень быстро приобретала и столь же быстро теряла. Это объясняется тем, что людям с биологическими нарушениями трудно служить в армии. Потому качество легионеров было выше качества основного населения. Качественные в легионы приходили, выродившиеся становились новой аристократией, но не легионерами. Если в нации появляется группа, собирающая в себя всех качественных, качество остальных групп падает.

Качественные всегда стремятся к переделу пространства в свою пользу. В результате в 82 году до н.э. Рим получил первого военного диктатора Суллу. Демократические институты были резко ограничены во власти. Прошла волна погромов и конфискаций со стороны военных. После этого у талантливых людей стало меньше стимулов заниматься политикой. Биологическое качество людей, именуемых римской элитой, стало резко падать. Следующим диктатором, тоже военным, стал Цезарь — и опять демократические свободы были ограничены. Армия постепенно набирала силу, и в 44 г. до н.э., воспользовавшись убийством Цезаря, устроила передел собственности, сравнимый разве что только с Октябрьской революцией в России. Цикл прежней аристократии закончился биологическим разгромом. Биологически качественная армия победила уступавшую в качествах гражданскую власть – и это притом, что власть не была еще полностью вырожденной. Но она была уже достаточно вырожденной, чтобы не понять бесперспективности сопротивления.

Цезарь мог назвать существующий режим «всеобщим рабством, обратившим народ в подобие скота». На самом деле режим диктатора Суллы, про который подобное говорилось, таковым не был, и при настоящем режиме рабства такие фразы не произносятся. При Цезаре аристократия еще сопротивлялась армии. Но это были последние годы гражданского сопротивления, когда военные хотя бы формально относились к гражданским партиям.

Начиная с 44 г. до н.э. население Рима ничего не решало в государственной политике; до этого оно упорно, но безуспешно пыталось противостоять набирающей силу армии. С одной стороны, самые активные бойцы всех гражданских партий погибли в период гражданских войн начиная с 100 г. до н.э.; с другой – избежавшие гибели опять–таки оказались в армии.

Система революции обычно одна и та же: биологически вырожденные владельцы жизненного пространства против биологически качественных претендентов. Поскольку борьбу ведут группы, то начинается все с возникновения группы, потом она захватывает власть, потом устанавливает свои законы, а потом вырождается. С 82 по 44 гг. до н.э. партия высококачественных легионеров боролась за власть против вырожденной аристократии. Эта же группа легионеров растеряла качество к 100 г. н.э.

В 44 г. до н.э. заканчивается период аристократии, существовавшей со 150 г. до н.э. В этом же 44 г. до н.э. начинается последний период римской истории, чисто римский по национальности, закончившийся в 100 г. н.э.

Рим проводил активную колонистскую политику. Колонии — это поселения римлян на захваченных территориях. Люди с низким качеством в колонии не ехали. Это постепенно приводило к перекачиванию биокачества в колонии в ущерб собственно территории Италии. Римское население вырождалось в первую очередь, и пришедшие к власти военные, как люди биополноценные, решили ситуацию по–своему поправить. Естественно, командными методами.

По законам Октавиана Августа (1 год) граждане, имевшие трех и более детей, ставились в привилегированное положение. Люди, не желавшие вступать в брак, ограничивались в имущественных и общественных правах. За аморальное поведение замужние женщины наказавались конфискациями и ссылками. (Наказаны были даже дочь и внучка самого Августа). Поэт Овидий, несмотря на то, что был любимцем Августа, в 8 г н.э. сослан за написание порнографической поэмы.

Император Тиберий, наследовавший Августу, хотя и сократил количество зрелищ, но ознаменовал свое правление началом массового применения пыток. Новация постепенно сменяется деградацией.

37 — 41 гг. – правление знаменитого Калигулы. Оргии на самом высоком уровне — при том, что еще 20 лет назад Октавиан вел жесткую борьбу за нравственность. К тому же у армии было больше чем достаточно достоинства — за дурацкие шутки Калигулу убили вместе с семьей, что в Риме обычно не было принято. Но со смертью Калигулы биологический цикл римских военных не кончился. Потомки военных стали аристократией, еще способной на принятие здравых решений.

Без нормального императора военные были бы обречены не только на партизанскую войну с аристократией, но на внутренние войны. Потому их выбор остановился на историке Клавдии, который меньше всего хотел власти. Его просто поймали легионеры и провозгласили императором.

Следующим был Нерон. Он не был сыном Клавдия и был приведен к власти аристократией. Вырожденная аристократия приводит к власти шизофреника — это норма. Личность это скандальная до легендарности. Легионы очень долго его терпели, но чем дольше терпят — тем сильнее взрываются. На Нероне все заигрывания с аристократией кончились — армии она была столь неприятна, что лучшим развлечением считалось, как во времена Октавиана, громить аристократов. Циклы перестают быть скрытыми, подлежащими расшифровке по косвеным данным, они явно проявляются – сначала качественные приходят, потом они пытаются стабилизировать ситуацию, а потом вырождаются, превратившись в новую, очередную аристократию. (Таблица 3)

С 67 по 69 год армии вели войну за власть. Сначала императором провозгласили командира испанских легионов Гальбу, потом Рим был захвачен германскими легионами, которые впервые ограбили Италию как покоренную страну (каково представить французских ветеранов первой мировой войны, централизованно грабящих Париж?; а русских – грабящих Петербург…), и кончилось все победой восточных легионов Веспасиана, который хотя и был римлянином из крестьян, но гвардию себе набрал из сирийских (пока еще римских по происхождению) легионов.

У современных европейских народов армии утратили былую роль и не претендуют на управление политикой, и тем более не требуют перераспределений жизненного пространства. Точного аналога древним армиям подобрать нельзя, но все более на эту роль претендуют корпорации, как собрания биологически полноценных и лиц с высоким гетерозисным качеством.

* * * Полет нейтрона

Через метровую бетонную стену насквозь пролетит один нейтрон из миллиона. Есть ситуация, при которой существует 1000 бандитов. Абсолютное большинство из них будет истреблено в стычках и органами власти. Но один из них станет крестным отцом. Выживет не обязательно лучший, выжить может любой. В этой и подобных ситуациях системы не существует. Эти люди могут что–то делать, чтобы поднять свои шансы, но процент усилий по отношению к случайности очень мал.

В бандиты в современном обществе идут самые разные люди. Люди биополноценные ценят свою жизнь и не любят особенно рисковать. Они – не самые лучшие воины, и сильны обычно в толпе. Люди с нарушенями, поскольку терять им, бывает, нечего, и инстинкт самосохранения у них приглушен, к риску относятся активно. Выживают немногие, но эти немногие получают власть. Степень успеха определяется процентной величиной, но не талантами и способностями.

Если человек чувствует себя больным, в экстермальных случаях смертельно больным, ему нужно успеть получить все блага за минимально короткий срок. Потому больные являются самыми опасными бандитами, идущими на нарушение даже бандитских норм и правил. В результате именно они становятся у власти в криминальных организациях.

Больные больше рискуют – и потому больные побеждают. По этому принципу в странах с низкой ценой жизни и с отсутствием традиций складываются все состояния. В Риме этот принцип сработал при режиме солдатских императоров.

Среди этих случайных людей больше всего биополноценных со слегка сниженным интеллектом, воспитанных на культурной традиции низкой стоимости жизни. Шизофренические личности тоже присутствуют, но в меньшей степени.

Склонность к психозам, в отличие от шизофрении, не наследственна. Она присуща как шизофреничным вырожденцам, так и рецессивным. Она не присуща биополноценным; конечно, любого человека можно довести до истерики, но разница в том, сколько времени нужно доводить. Психопатичные вырожденцы вне зависимости от типа доводятся до этого состояния очень быстро, и по большому счету в доводке не нуждаются. Это — результат воспитания. И семейного, и общественного. Когда таких людей становится очень много, психопатическое поведение становится элементом национальной поведенческой культуры. Во многих группах это принято и сейчас — бросаться в драку по малейшему поводу, рисковать жизнью по пьяному делу, ставить на карту все до последнего гроша.

В биологически полноценных сообществах людей с нарушениями считают за чужих. Им не доверяют, и прорваться подобно нейтронам сквозь «бетонную стену» системы они не могут. И только в обществах с низким биологическим качеством к власти приходят совершенно случайные люди.

В ситуации активности аномальных элементов, особенно когда активность увенчивается успехом, возникает культура успеха, построенная на риске. Дурной пример заразителен, и тем более когда видно, что человек из ничего добился всего; при этом тысячи проигравших, поскольку их просто не видно, в расчет не берутся. Цена жизни падает, и множество людей, ранее довольствовавшихся ситуацией, пытаются принять участие в переделе пространства. Приводит это к многолетним смутам, которые заканчиваются только после истребления значительного числа участников. У Гумилева такая ситуация называется «пассионарным перегревом». С биологической точки зрения ее можно назвать «массовой активизацией бионеполноценных под влиянием гетерозисов второго поколения».

Принцип нейтрона невозможен у обезьян — у них нужно обладать и интеллектом, и силой одновременно, чтобы получить власть. «Нейтроны» — это не талантливые выскочки, это случайные выскочки, не имеющие природных преимуществ, по воле статистики оставшиеся в живых. Если «нейтрон» прорвался к власти в государстве, значит, биологической качество населения крайне низкое.

Пример: Сулла и Цезарь — не нейтроны; они является выдающимися личностями, многие годы шедшими к победе. Калигула и Нерон — не нейтроны, потому что наследники. Отон, Вителлий, Аврелиан, Диоклетиан — нейтроны, поскольку шансов у них было столько же, сколько у их погибших конкурентов. Но если два первых быстро были убиты, то два вторых правили очень долго и продуктивно — но только потому, что в силу обстоятельств они вступали в борьбу на последней ее стадии.

* * * Шизофрения

Сложно отрицать, что психические отклонения играют роль в истории. Обычно это сводится к неадекватному поведению великих людей — императоров, полководцев, героев. Реально же можно заметить, что поведение целых народов в некоторые моменты совершенно неадекватно ситуации – что и приводило народы к гибели. По сути любая переоценка собственных сил, проводящая к военным и экономическим поражениям – это неадекватное восприятие реальности. Но если поведение целого народа неадекватно — должна быть какая–то группа, задающая это поведение.

Сфинкс для современной цивлизации – тайна, египтология – тайна, власть – тайна, а психические расстройства – вообще тайна за семью печатями. Причина, по которой тайна поддерживается сейчас – вырожденческие племенные режимы. В большинстве стран власти не пользуются никаким уважением, кроме ритуального, а уж если каждый начнет расставлять диагнозы их представителям… Диагнозы не сформулированы нормально, чтобы их невозможно было жестко использовать.

Популярные психические расстройства — а для истории масс интересны только популярные — делятся на две группы: это психопатия (склонность к тем или иным психозам) и шизофрения. Считается, что шизофрения неизлечима, а 70% психопатов излечиваются. Но проявления обеих вариантов растройств сводятся к одним и тем же комплектам нарушений, иначе говоря — синдромов. И потому следующий вывод, к которому можно придти: неизлечимые психозы — это та же шизофрения. К тому же есть свидетельства немецких и российских врачей, что если человека с психозом долго бить, психоз проходит. А если бить шизофреника — излечения не произойдет. По большому счету есть только одна болезнь – шизофрения и одно состояние — психопатия. Больные иными болезнями в истории не участвуют, а психопатия для истории не болезнь, а степень состояния культуры.

Шизофрения — психическое заболевание непрерывного или приступообразного течения, сопровождается характерными изменениями личности (аутизация, эмоционально–волевые расстройства, неадекватное поведение), мыслительными расстройствами и различными психотическими проявлениями.

симптомы:

• Разноплановость. Малозначимые черты обыденных вещей кажутся более значимыми, чем предмет в целом или общая ситуация. Проявляется неясностью, расплывчатостью, обстоятельностью речи.

• Разорванность. Постепенное или внезапное отклонение в мыслительном процессе в сторону случайных ассоциаций, склонность к символическому мышлению, характеризующемуся сосуществованием прямого и переносного смысла понятий. Отмечаются внезапные и непонятные переходы от одной темы к другой, внезапный обрыв мыслительного процесса, сопоставление несопоставимого.

• Угасание эмоциональных реакций, равнодушие, безразличие к окружающему. Парадоксальность, неадекватность эмоциональных реакций. Утрата интересов, отсутствие планов на будущее, бездеятельность.

• Амбивалентность. Сосуществование двух противоположных тенденций (мыслей, эмоций, действий) по отношению к одному и тому же объекту у одного и того же лица в одно и тоже время. Проявляется невозможностью завершить те или иные действия, принять решение.

• вычурность, манерность, нелепость поведения и поступков, эмоциональная холодность, парадоксальность, необщительность.

• беспричинный отказ, сопротивление, противодействие всякому влиянию извне

• хаотичность, нецеленаправленность, импульсивность движений и поступков, бессмысленная вычурность и манерность движений, нелепая немотивированная экзальтация, агрессия.

• дурашливое, нелепое поведение, манерность, гримасничанье, сюсюкающая речь, парадоксальные эмоции, импульсивные поступки.

Многие люди думают, что шизофреники — это натуральные психи, гоняющиеся за всеми подряд с острыми и тяжелыми предметами. Из списка видно, что это не так. Это сокращенное описание; но оно приведено достаточно подробно, чтобы можно было заметить, что во–первых, почти любой современный политик под какой–нибудь пункт подходит, а во–вторых, перечисленные состояния периодически присущи всем людям. Но поскольку это присуще всем, речь должна идти о переменной величине, где в крайних состояниях можно сказать, есть болезнь или нет, но нельзя определить грань болезни. Можно также сказать, кому не присуще ни одно свойство из перечисленного: полным идиотам, способным только пускать слюни. Поскольку грани нет, существует теримин «шизофренический характер» — когда некоторые признаки вроде бы присутствуют, а человек в общем нормальный. Выкручиваться приходится не только историкам, но и медикам.

Мышление бывает трех типов – рефлексивное, логическое и абстрактное. Логическое мышление не допускает создания новых образов на базе существующих, а ограничивается оперированием образами. Первые два вида мышления присущи животным и машинам, абстрактное мышление присуще только человеку. Абстрактное позволяет генерировать новые образы, в том числе и не имеющие физического содержания, иначе говоря, новые абстракции. Но если прибегнуть к сравнеению, выйдет, что высокий уровень абстрактного мышления и есть «шизофренический характер». Как это почти все время случается в современной науке, множество терминов означает одно и то же.

Тогда получается, что степень шизофреничности — это один из обычных параметров человека, такой же по сути, как рост в сантиметрах, присутствующий и как наследственное заболевание, и как сумма неадекватных реакций человека. Получается, как болезнь шизофрения — это избыток обычного параметра. (Рис. 6). Точно так как избыток или недостаток роста тоже относятся к болезням.

Существует мнение, что шизофрения вызывается нервными потрясениями. Реально она вызывается генами, а нервные потрясения приводят только к обострениям. Если обострять нечего, обостриться ничего не может; если задатков нет, то как не стрессируй человека, ничего у него не проявится. Но возможна обратная ситуация, что в силу отсутствия потрясений человек проживет всю жизнь и не узнает о наличии у себя такой склонности.

Степень интеллекта определяется сложностью создаваемых абстрактных конструкций, иначе — способностями к моделированию ситуаций. Человек может так увлечься этим моделированием, что создаст целый мир абстракций, в котором он и будет жить. А на внешний мир или будет обращать некорое внимание, или вообще не будет уделять ему внимания при тяжелых формах.

Некоторые формы шизофрении могут рассматриваться как повышенная способность к моделированию абстракций, до такой степени повышенная, что ставит под контроль волю человека. И если оба родителя обладают высокой степенью абстрактного мышления, ребенок, скорее всего, родится не только с шизофреническими наклонностями характера, а с шизофренией–болезнью.

Из вышеприведенного можно сделать вывод: уровень шизофреничности соответствует степени абстрактного мышления, или, еще более приближенно – степени интеллекта. Болезнь — это интеллектуальный перебор. Слишком много или слишком мало интеллекта – это всегда в той или иной степени отклонение от нормы.

Повышенные интеллектуальные данные, высокие творческие способности неотделимы от шизофренических проявлений. Чем выше эти способности, тем сильнее развито абстракное мышление. Рано или поздно эта область сознания получает контроль над волей — и шизофрения из скрытой формы переходит в явную. Алкоголь является лучшим стимулятором такого процесса. Можно заметить, что все талантливые люди, пьющие водку, или кончали жизнь самоубийством (Есенин), или погибали на дуэлях (Лермонтов — отказался стрелять).

Проверить шизофреническую реакцию можно с помощью малых доз бутанового спирта в водочном растворе; например, бутановый спирт содержит низкокачественная картофельная водка. Шизофреническая реакция присутствует только у людей с развитым абстрактным мышлением, или, что то же самое, с шизоидным характером. Склонность к суициду провоцируется моделированием абстрактных ситуаций со степенью реального усилиения; при употреблении бутанового спирта, обычно случайном с водкой, самоубийства и происходят.

Таким образом, сама культура потребления низкокачественной водки является фактором отбора, уничтожающим людей с развитым абстрактным мышлением и дающим преимущество людям с со слабыми интеллектуальными способностями. Это обратный природному отбор.

Все гениальные люди были в той или иной степени подвержены шизофреническим состояниям. Все гении имели шизофренический храктер. Собрание сочинений философов 19 и 20 веков можно расматривать как набор слабых патологий шизофренического плана. Гениальность — это болезнь, это форма сбалансированной на острие иглы шизофрении. Потому–то «на детях гениев природа отдыхает».

Если скрещивать особо умных с особо умными, получатся не особо умные, как может показаться на первый взгляд, а шизофреники. Интеллектуальные выбирают интеллектуальных – так заложено от природы; но природа в данном случае не поставила предохранитель.

Если скрещивать людей с гетерозисным эффектом, вероятность шизофрении многократно возрастает. Потому можно предположить, что компоненты, отвечающие за степень абстрактного мышления, находятся в парных хромосомах, причем их действие просто суммируется. Шизофреничность — очень частая причина вырождения и гибели гетерозисных линий. Калигула, Нерон, Каракалла — все они произошли от межнациональных браков и всегда качество родителей было очень высоким; в том числе был высоким и интеллект.

При рождении человека у природы никогда не получается попасть в точку: или недолет — слабый интеллект, или перелет — шизофреничность. Нации нужны и те, и другие. Нации как биологической машине нужна вариабельность признаков. Например, лица с высоким уровнем абстрактного мышления редко обладают высоким уровнем наблюдательности и хорошей памятью. В нации, как в едином организме, разные люди дополняют друг друга, точно так как элементы одного живого организма. Только крайних можно назвать реально бионеполноценными; а середина сильно размыта.

У людей с шизофреническими склонностями притуплен инстинкт самосохранения, нарушена адекватность восприятия ситуации и присутствует суицидальность. Если гетерозис носит массовый характер, получается общество, больше похожее на сумасшедший дом. Если людей с шизоидными склонностями мало, они растворяются в массе, занимаются науками и искусствами. Но если их много — получается пиратская республика, где никто никого не понимает, никто никого не боится, и никто ни о чем серьезно не думает.

Здесь опять можно вернуться к Гумилеву, поставившему на вершину своей пирамиды «пассионарности–как–анти–инстинкта» жертвенность. Жертвовать собой заставляет не мифический антиинстинкт, а психопатическое состояние в человеке с шизофреническим компонентом; такая смесь забьет собой любой инстинкт самосохранения.

Когда Римское население стало достаточно вырожденным, увеличилось количество межнациональных браков. В первом поколении рождались люди высокого качества, с высокими физическими и интеллектуальными параметрами. Но во втором поколении появлялось большой количество людей с шизофреничными наклонностями. Смесь гетерозисов первого и второго поколения и породила ту совершенно дикую человеческую смесь, и ту борьбу за власть, которая была названа эпохой солдатских императоров.