Тайна звуковых шифров архаичного интернета.

мые и немыслимые границы праздного времяпровождения,

оставив после себя такую мифологическую петлю, из которой

естественному разуму приходится вытягивать реальное дви-

жение времени виртуальным расширением пространства?

Изумлённый читатель, наверное, думает, о каком простран-

стве виртуального расширения идёт речь. Да о том, из которого

баловням разгорячённого разума приоткрыли божественную

завесу истинного всемогущества Творца обоих миров, чтобы,

как естественное назидание, обуздать инертность оголённого

разума. Хотя, быть может, читателю и недосуг влезать в такие

метафизические воронки современной философии, но они по-

новому заставят его подумать над словами гения расцвета ис-

тинной мысли Омар Хайяма, и вреда не принесёт: «Опасаюсь,

что голос раздастся однажды. О! невежды, дорога, ни там и ни

тут». Завершая анализ терминологии с начальной буквы «э»,

невозможно обойти стороной термины «эпос», «эпопея» и за-

ключение науки об этих своеобразных терминах. Литература

и язык, как и вся цепочка звуковой нити, исходящая от этих

базовых матриц, по заключениям языковедов, вышли из ла-

тинской звуковой системы. А вот для обозначения слова, как

главного инструмента ваяния этих систем, гениальной латы-

ни, пришлось перенять от греков. Или у тех, имея все атрибуты

языкознания, не было главного резца, или у этих, атрибутика

была в сыром виде, хотя как ваятели, обладали звуковым рез-

цом. Но как бы там ни было, слово сказано, и его, как воробья,

обратно не загонишь. Поэтому, опуская свои обывательские

комментарии, мы приведём заключение своей системы, а там

дело самого читателя. Уловить в полушёпоте нарастающих на-

реканий специалистов многих научных направлений в адрес

устаревшей мощности коммуникативной системы восприя-

тия естественных голограмм, неизбежную перетряску этой

системы в недалёком будущем.

158

/ Э + по + с.

= Веянья + чуда + души.

Эпос. – Эп + ос + со. = Жучок + полосы + основы.

===== \ Э + с + оп.

= Веянья + света + реченья.

\ Эс + по.

= Воды лета + чуда.

Вот чем для естественного разума, а присутствие его не-

возможно отрицать ни под какими правдами и неправдами,

является истинный языковой эпос. Но он у каждого народа

свой, поэтому, не ущемляя права греческого эпоса, мы гово-

рим и будем говорить о своём северном эпосе.

/ Э + по + еп + я. = Веянья + чуда + благоуханья + купола.

Эпопея. – Эп + опе + я.

= Жучка + реченья + прихода.

====== \ Еп + эя + по.

= Благоухать, + смешав + речи.

\ Я + пое + эп. = Прихода + чуда + жучку.

Терминология с начальной буквы «ш», как дочерние зве-

нья от главной матрицы «шеломя», так или иначе, связаны

с севером и с льдом. И первое обозначение в этой системе

цвета или краски напрямую связано с таянием ледников. Лёд

«ш», по представлениям этих архаичных пионеров северного

края, как естественную песню пространства «аш,ар», разли-

вал по облагораживаемым просторам земли биологическую

субстанцию генетической сыворотки.

/ Ш + ар + ови. = Льда + пространства + соединения.

Шарови. – Шар + во + и. = Сыворотка + зла + основы.

======= \ Аш + ир + во. = Голоса + мудрости + зла.

\ Ар+и+ов+ш. = В пространстве + месить + соединенье + льда.

Из этого естественного продукта молочного цвета по-

степенно то там, то тут образовывались участки заболо-

ченных мест «няша». Вытягивая осадочную жижу и грязь

из окольцованных участков твёрдой земли, болотистые

«няша» становились естественным орудием дренажа об-

лагораживаемого пространства. Освобождённые участки

земли становились «нишей», а её хозяином свободный бро-

дяга «шиша».

159

/ Ни + ш + аш.

= Корыта + льда + песни.

Ниша. – Ши + на + и.

= Моей + праматери + основа.

====== \ Ин + ши + аш.

= Месива + льда + голоса.

\ Иш + шин + аш. = Нужной + мне + песни.

Вот эту необходимую, как воздух, песню своей прамате-

ри основы и сеял в безлюдных северных краях архаичный

«шиша». Это, может быть, и был бродяга и странник, но как

предполагают некоторые языковеды, вором он не мог быть.

Этот особый подвид человеческого общества появляется

только тогда, когда есть, что своровать. Ведь не зря в русском

языке есть выражение «ни шиша за душой».

/ Ши + ша.

= Сам + по себе.

Шиша. – Ша + и + ша.

= Моя + основа + сама по себе.

====== \ Ша + иша.

= Я + проигравший.

\ Ша + аш + и.

= Я + песни + основы.

Это были тяжёлые времена становления самобытных

общин, где выживание превращалось в сжатую пружину. И

в какую сторону фортуна направит его вылет, определяло

степень устойчивости той или иной ячейки будущего сооб-

щества. Холод «шело» и тяжесть святости «ямл-мял» посте-

пенно выковывал устойчивый характер «омл» льва «лом».

Общество разрасталось, и союзы отдельных ячеек склады-

вались в племена, получая своего предводителя «шубаш».

Союз, то есть тесное объединение генетически родствен-

ных людей, обретал также и собственного доверителя тол-

мача.

/ Шу + баш.

= Вол + уважаемый.

Шубаш. – Бу + ш + аш.

= Глыба + льда + голоса.

======= \ Шу + аш + аб.

= Склона + песни + халат.

До формирования более молодого термина русского языка

«доверитель» его предтечей было слово «шельма». Так иногда

в старину поругивали слишком озорных детей старшие «Ах

ты шельмец», которые могли шельмовать над чем угодно или

с чем угодно.

160

/ Ше + льа + мьал. = Я + снега + сласти.

Шельма. – Ш + аш + маьл.

= Льда + голоса + благость.

======= \ Еш + льа + елм.

= Читая + раба + усмешки

\ Ешм + ле + аьл.

= Учёной + речи + князь.

Вот этот самый шельмец, дорогой читатель, и являлся той

безупречной осью объединения племенного союза, а не экзо-

тическое чудо греческого языка «синдэсмос», в котором «дэс-

мос» – некая привязь или связка, а приставка «син» – волшеб-

ная палочка превращения этого чуда в русское слово союз.

Хотя окольно этимология допускает, что в основе этого тер-

мина содержится древнеславянское заимствование впере-

мешку со своими элементами языка «юз», «узел», «узы». Это,

несмотря на то, что в древнеславянском языке существовал

базовый термин обозначения цепи и оков «юза». В нахском

языке термин «юза» мотивирует значение «завязать» или

«сплести». А приставка «со», как обозначение оси и самого

себя, очень просто и доходчиво объясняет значение этого тер-

мина. В то время как в греческом чудо-формате, прежде чем ра-

зобраться, необходимо ещё понять, а как же этот «Гордиев узел»

вообще завязали. Ну да бог с ними с этими узлами, нам недо-

суг ими заниматься, поэтому вернёмся к нашей основной теме.

Итак, имея тесное объединение своего предводителя, а также

начальные азы письма и знаний, этим союзам недостаёт грамо-

ты и флага. Грамотой и рукописью у них называлась «харатья», а

общинным знаменем своеобразная стрельчатая «хоругвь».

/ Тьа + хар + я.

= Нити + знаний + купола.

Харатья. – Ахр + ьат + я.

= Пряжи + пряденья + прихода.

======= \ Ях + атр + тха.

= Жития + деленье + руна.

\ Аьхь + тха + хьар. = Совесть + нашего + мозга.

Вот приблизительно таким представляли для себя эти

первопроходцы Севера общинную грамоту или рукопись.

И как заметил читатель, главным звеном благости своего жи-

тия и мозга эти пустынные варвары обуславливали человече-

скую совесть. То есть саму грамоту они принимали за совесть

общинного разума. Видать, не такими уж глупыми были, как

161

представляет их писаная история. Харатья, как базовая ма-

трица языка, обобщая совестливость человеческого ума и су-

ровость львиного характера, обусловила мотивацию термина

русского языка «храбрость».

/ Хабр + аьхьр + ьост. = Речь + совестливого + праха.

Храбрость. – Хар + бьаст + со.

= Знаний + центра + оси.

========= \ Ат + ахь + бьарс + бос. = Резать + дробить + суровостью +

ската.

\ Х + ьахьр + бо + ос.

= Стана + чести + сирот + полосы.

Сочетание достойных качеств образованного человека на

острие сурового нрава и чести – высшая степень храбрости

любого порядочного человека. Ведь не зря дореволюционные

дворяне, предоставляя как некую клятвенную доверенность

своей сущности, произносили: «Честь имею!». И этой бы че-

сти побольше в нынешние времена, для фундаментальной

грамотности, была бы Божья благодать. Но и в этом благо, не

оскудели просторы Российской земли, а желание быть ещё

чуть-чуть лучше – особенность любого порядочного челове-

ка. Прежде чем мы представим читателю звуковые решения

термина «хоругвь», хотелось бы рассмотреть мотивацион-

ную начинку слова «флаг». У этимологов это как обычно ино-

странное заимствование, на этот раз его занесли в Россию из

Голландии, в Петровские времена. Голландцы имели необыч-

ную манеру «флюгер» и «знамя» выражать единым терми-

ном. Вот от этих своеобразных голландцев к нам попало это

выражение. Для полноты экзотического обзора автор пред-

лагает читателю и решения нашей системы, ведь сравнение

вреда никому не принесёт.

/ Ф + ла + г.

= Это чтоб + терпела + воля.

Флаг. – Аг + ал,ф.

= Колыбели + пламя.

===== \ Аг,ф + ал.

= Веяния + в здравья.

\ Фа + гал.

= Свободного + кома.

\ Г + фа + ал. = Волей + данною + сказать.

Может, не так завуалировано, как у голландцев, но вполне

в стиле русской широты и обстоятельно. Развевающееся во

162

здравие родной колыбели неугасаемое пламя воли, действи-

тельно, очень весомо и гордо. А что выразишь голландским

флюгером – бюргерскую мошну, да и только. Но у каждого

свои вкусы и мода, поэтому у них получился флюгер, а у нас

пламя. Такое же неугасимое пламя воли развевается и в ана-

логичном термине «стяг». Только в этом случае эта воля при-

вязана к генетической нити и имеет некоторую метафизиче-

скую замысловатость.

-------- Стяг. – С + тя + яг + с + г. = Моей + нити + гореть + души + воля.

Возникший на заре становления кодифицированной пись-

менности древних аборигенов Северного Кавказа и реки

«Танаис», термин «хоругвь», как и слово «хорал», исходит от

базовой матрицы «харатья». Более поздняя мотивация это-

го термина, как принадлежность церковных шествий, имеет

интерпретацию мировоззренческого определения заложен-

ного менталитета, где испокон веков религиозное воззрение

питалось материнским чувством единобожия в прострации

временного бытия. Ибо само слово «Бог», как обозначение

«купол», во все времена един и несокрушим. А именоваться

он может, как и любое сотворение этого же Бога, медитируя

разные эпохальные знамения бытия. Хотя мы затрагивали

эту тему, но ввиду важности вопроса, с разрешения читателя

вернёмся к нему вновь. Исходная позиция этимологов, некий

древнеиндийский корень «Бхагас», действительно мотивиру-

ет смысл «податель счастья» или «владыка всех благ», но не

эпитет самого Бога. На основании этого этимологический

вывод, сделанный сравнивая абсолютно разные мировоз-

зренческие воззрения и менталитет, противоречит самому

выводу. Во-первых, потому, что на территории России не за-

мечены явные следы существования многобожия. Во-вторых,

само слово «православие», имеющее корни возникновения

в дохристианские времена, как и слово «Бог», совокупность

многих аспектов единой правовой системы взглядов, где

управление подчинено одному закону, закону правды. Она

может быть неполной или не до конца ошкуренной, но в ос-

нове всех принципиально важных процессов бытия правда, и

163

право этой правды играло решающую роль. Более того, обла-

дая самой подноготной матерщиной, русский язык не имеет

того колорита эротических сцен, как индийская религиозная

философия и язык. Возникновение слова «Бог», как главный

элемент единобожия, также логически противоречит религи-

озной философии многобожия, у которой исходная позиция,

естественная борьба добра со злом, обуславливается только

после состоятельности соприкосновения этих двух исходных

направлений, а не как элемент, сопутствующий движению

времени. Где выбор того или иного направления является

милостью того, кто сотворил одно во имя проявления мило-

сердия, а второе – во имя этого проявленного милосердия.

И тот, кто сознательно подсовывает такие необоснованные

заключения, удлиняет время резервации исторического

прошлого северной цивилизации. Слово «бхагас», удачно

обустроенный этимологией под слово «Бог», в силу своей ме-

тафизической начинки «человек жития – бах саг», является

атрибутом познавших все тонкости человеческого бытия. Ни

для индийского языка, а тем более для русского «Бог» в этом

термине нет никаких звуковых предпосылок, дающих начало

логическим определениям. Казалось бы, имея древнеиндий-

ского двойника своему богу, русский язык должен был моде-

лировать терминологию «богатый, богатырь, богара, богема»

на основе этого корня. Но не тут-то было, с обустройством

этого термина для других дочерних образований пришлось

искать подставки в разных звуковых шифрах. Тогда спраши-

вается, зачем такое заимствование языку, коль оно создаёт

сплошные казусы в этимологии. Если слово «богатый», как-то

этимология и приноровила к термину «Бог», то для русского

богатыря пришлось подгонять тюркские термины «батур» и

«батыр». Слово «Бог», как мы писали выше, в нахском язы-

ке мотивирует значение «купол» или «таз». От этого купола,

олицетворяющего само божество, нисходит колено (го) си-

рот (бо), как некое благо (ла) его сказания (ал). Этим благом,

в здравия Божьих сирот (ла – бо), является подкова земли (л)

от самого Бога.

164

Бог. = Бо + г + г + бо + го + го. – Сиротского + древа + воли + творенья +

колена + круг.

===

Купол. = К + у + по + оп + ол + л. – Духа + ауры + чудо + речи + сказанье +

подковы.

======

Наверное, имея такие звуковые решения, любой будет

не согласен с выводами языковедов, ведь под этимологией

должны существовать какие-то звуковые формулы языка.

Если слово «Бог», как некое древо и воля сотворённых сирот

«г, г, бо – древо, воля сирот», мотивирует податель этой Бо-

жьей воли, то это и есть та высшая инстанция, от которой ис-

ходят и сила, и богатство. А тюркские «батуры», имея своего

подателя, вольны называть их соразмерно со своим этниче-

ским менталитетом, что, в свою очередь, не запрещается и

для русских. Один неправильно выбранный корневой термин

тянет за собой несколько направлений языка. Это ведь тоже

шахматное поле, где не обдуманный со всех сторон ключевой

ход может загнать подателя этого хода в игровой пат, что рав-

носильно матовому концу. А ставка ведь, господа, в этой игре

история целой эпохи, чьи звуковые матрицы и узлы, с наи-

тием великих провидцев, пронумерованы авторами древнес-

лавянской глаголицы. Почему бы этимологии не взять базо-

вые корни слова «богатырь» «быта и гарь» и не разработать

на основе древней терминологии соответствующие решения

формул языка. Науку и историю пишут всяк по-своему, но

язык, господа, индивидуальная милость Божьей воли каждо-

му этническому образованию, народу. А язык целой эпохи и

цивилизации – это особая милость, которая налагает и обя-

занность контроля над преемственностью временных ступе-

ней, посылаемых инструкций созидательных действий того

или иного колена генеалогического древа. А теперь, дорогой

читатель, мы приведём расшифровочные решения термина

«хоругвь», не докучая своими угловатыми комментариями

ни вам, ни вашему вниманию.

165

Хоругвь.

=======

1. Ь + гур + хов.

= Есть + зримости + видно.

2. Ьу,ву + охр + г.

= Смерти + прядения + воля.

3. Гув + ьохр.

= Видит, идёт + разрушенье.

4. Ьовхр + гу.

= И разоренье + холма.

5. Ьр + вуг + орх.

= Это + ведомые + вожжи.

6. Хьувр + го.

= Идущего + колена.

7. Гувр + ьох.

= Видящий + в смятении.

8. Хьу + говр.

= Напуган + бедолага.

9. Ухв + ьогр.

= Ведь наступает + огонь.

10. Ь,ьух + говр.

= У которого основа + конь.

Такова предварительная мотивационная часть начин-

ки термина «хоругвь». В силу этой нескончаемой цепи зву-

ковых решений, дорогой читатель, и возникает наше со-

мнение в истинности заключений языковедов по тому или

иному термину русского языка. Оперируя живыми звуками

ныне здравствующих языков, нам кажется вполне научно и

честно довести до читателя решения формул этой уникаль-

ной системы славословия. Великий язык должен иметь вели-

кое прошлое, а не великое множество шифровых подставок

под матричную пряжу генетической нити. Индивидуальный

символ как боевой флаг воинственного колена «хоругвь»

стал элементом религиозного шествия ещё задолго до воз-

никновения христианства. На базе этого термина возникло

и слово «хоровод», как мирное шествие с песнопением. Или

до борьбы, или после неё эти шествия призывали родствен-

ные кланы племён к мировому соглашению. Но как говорит

русская пословица «Пока гром не грянет, русский мужик не

перекрестится», пока эти благие намерения призывами ря-

дили судьбу, за околицей всегда оказывался незваный гость.

Вот и приходилось частенько наказывать своих, чтобы об-

рести реальную силу в единстве всех ячеек бескрайних про-

сторов древней Руси. И когда языковеды всю эту истинно

русскую терминологию выкраивают от туманных корней

иностранных звуковых шифров, создаётся впечатление, что

166

вот-вот должны появиться эти древние шествия, в духовной

энергетике которых не раз захлёбывались полчища многих

империй и царств. Слово «хор», пристроенный этимологией

к греческому термину «хорос», означая управляемый «орх» –

«вожжи», не имеет никакого отношения к этому языку.

Хор. – Х + ор + ох + хо + ох + орх. = Стана + долины + нами + познаний +

прядения + вожжи.

====

Эти вожжи управления общественным сознанием объеди-

няли в единый союз «ов» – «ворох», разбросанные по просто-

ру матушки земли мелкие ячейки. Дабы обрести в моноли-

те единого союза устойчивость и силу в борьбе с незваными

гостями и врагом. И когда этимология, основываясь только

на собственных выводах, обуславливает возникновения тер-

мина «хоронить», намного позже слова «хранить», возникает

вопрос, а что первично? Выходит, люди вначале научились

прятать какие-то излишки или золото, и только потом они

додумались хоронить своих умерших. Но это, господа, смеш-

но, и не серьёзно, ведь смерть, как неизменный спутник че-

ловека со времён Адама, старше и золота, и излишков.

/ Орхо + и + тьн + ьтн.

= Вожжи + основы + нити +

закваски.

Хоронить. – Тхор + ьин, ьн.

= Из нас + для убитого или

усопшего.

======== \ Ор,ь + ох + ти,тин + ох. = Ров + копаем + покоя + мы.

\ Тх + хин + тхор, тин.

= Руна + бытия + во имя

ушедшего.

И как видит читатель из вышеприведённых заключений си-

стемы, они хоронили и по-своему отпевали своих усопших то-

варищей. Это хоровое отпевание, идущее из далёкого прошлого

«хорал», как и основная религиозная атрибутика нынешнего

христианства, языком хранима для потомков как зеница ока.

/ Х + ор + ла.

= Время + долины + терпеть, выживать.

Хорал. – Ох + ла + орх. = Нами + во блага + вожжи.

====== \ Х + олр + хал. = Чтобы стана + сказания + быть.

\ Хор + х + лар.

= Знаний + времени + следу.

167

Они, дорогой читатель, не только хоронили, но и втуне

беспокоились за свой оставляемый житейский след. И этот

косолапый медвежий след почему-то как в воду канул в мета-

физическом узле бесконечных дорог Древнего Рима. Хотя не

однажды на этих римских дорогах, то там, то тут, появлялись

разухабистые ушкуйники, окрылённые медвежьей медову-

хой. А ведь это тоже история, дорогой мой читатель, не усту-

пающая своей значимостью всем римским дорогам. Да вот

беда, а воз и нынче там, дожидаясь своего возвращения на

родимую матушку северной цивилизации. Зная, что неизмен-

но появится собственный хулиган, чтобы с хоралом и с медову-

хой сопроводить сей воз к истокам генетической пряжи. Этот

неизменный клич косолапых ушкуйников «хулиган» наша до-

рогая этимология помнит, как вчерашнее образование. Клич,

занесённый английским языком в виде собственного имени

ирландских буянов, до этого не был известен ни науке, ни че-

ловечеству. Но как это ни странно, звуковые решения этой ма-

трицы заложены в систему и определяют суть мотивационной

начинки русского слова «хулиган». А вот у ирландцев, может,

были свои хулиганы, и с какой бы фамилии они ни начина-

лись, буян не русский хулиган, а хулиган не ирландский буян.

/ Хул + ли + ган.

= Шельмец, + говорящий + от древа.

Хулиган. – Лу + лих + агн.

= Ругается, + ищет + шатаньем.

======= \ Ха + ил +гуна.

= Знания + мысли + круга.

\ Нах,лин + агн + ха. = Людей + колыбели + познаньем.

Как видно из вышесказанных решений звуковых формул,

это был далеко не буян и не праздно шатающийся. Да им и

некогда было буянить, как в наше вольготное время, когда

каждая живая душа обретала весомую ценность для станов-

ления племенных союзов в великий народ и нацию. И как бы

читатель ни удивлялся, это его язык и его историческое про-

шлое, от которого позднее возникли современные термины

«хула» и «хулить». Выстраивая цельный узор звуковой пряжи,

где нет и не может быть никаких заимствований из инород-

ных языковых шифров. Другое дело, свой вариант комбина-

ций из естественных звуков индивидуального шифра.

168

Но являясь поводырём и там и тут, в аудитории велико-

го естества, только само естество обуславливает особенность

индивидуального кода. Хула, как и термины «хулиган», «ху-

лить», являясь дочерними образованиями от матричного

узла «хоругвь», «хорал» и «хоровод», имеют единую звуко-

вую основу. Этой древнейшей основой является слово «ора-

ло», которому нет альтернативы ни в одной другой системе,

кроме как древнеславянской. И, несмотря на целый ряд та-

ких особенностей русского языка, этимология, игнорируя эти

особенности, подгоняет под собственные термины иностран-

ные подставки. Конечно, эти особые звуковые тонкости язы-

ка не влияют на ход обыденной жизни. Оказывая некоторую

боль от случайного нарыва на историческом теле человече-

ства, со временем исчезая, они оставляют лишь малозамет-

ный след. Но нарывы бывают разные, одни исчезают сами по

себе, для других прибегают к помощи квалифицированного

врача. Если для человеческого тела необходимо вмешатель-

ство врача, то для звуковых нарывов, господа, этим врачом

является само естество. Поэтому русское слово «боль» имеет

столько необъятного смысла, что через значение «лоб» связа-

но с основным элементом деятельностью человека с мыслью.

Для лечения этой боли в старые времена, вместо врача, об-

ращались к естественному врачу «Балию». Его, правда, никто

не требовал, ни при каком недуге, к нему взывали, как к силе

естественной мысли.

/ Бал + и + й.

= Горечь + основы + есть.

Балий. – Аб + ал + ийл.

= Ризы + сказания + мысли.

====== \ Ба + йал + ли.

= Приход + и уход + подарить.

\ Ай,й + ба + ли. = Поднять + поцелуя + речи.

Вот так, дорогой читатель, эти уравненные наукой безы-

мянные Иваны с архаичными варварами своей бытовой му-

дростью не уступали нынешним знатокам цивилизованных

наук. А мы всё норовим, куда бы подальше запрятать эти ис-

токи былой старины и их великих первопроходцев. Навалив

на свои заскорузлые плечи всю историческую мудрость про-

шедших веков, как будто их и не было. Но время собирать эти

исторические камни ещё вернётся на круги своя, а пока оно

169

не наступило, мы, дорогой читатель, продолжим наше зна-

комство с цифровым языком лингвистико-свето-волновой

голограммы господина Л. Горяева. Следуя по стопам труже-

ников этимологической науки, мы с их дотошностью поста-

раемся определить, а почему же это профессор Л. Горяев на-

звал ниспосылаемые сверху инструкции голограммой. Слово

«голограмма» состоит из нескольких самостоятельных звуко-

вых матриц, матричной основой которых являются ведомые

слова «сказание» и «повеление» «ал – амр». Это повеление,

идущее сверху, имеет своего условного адресата, то есть са-

мостоятельное генеалогическое колено «гол» естественной

материи «ма». У этого материального колена имеется как вы-

кройка или аналог «ло» предыдущих инструкций, условный

шифр естественного сказания «олр». Носители этой голо-

граммы, свето-энергетические импульсы «ал, олм», являются

естественным орудием «гам», голоса повеленья «амр». Устой-

чивое восприятие этих созидательных инструкций обеспе-

чивает естественная возвышенность «лом», куда, как и во все

времена, Божьи посланцы уединялись во славу своих откро-

вений. Такова предварительная раскладка нашей системы о

мотивационной начинке термина «голограмма». Для русско-

го языка в этом термине содержится также целый ряд само-

стоятельных единиц славословия: «горло», «глагол», «горам»,

«орало». Хотя это далеко не полный перечень, но это самые

главные матрицы в этом термине.

/Г + олро.

= Воля + сказуемого.

Горло. – Го + олр.

= Колена + сказанья.

===== \ Лог + ор.

= Выкройке + дола.

\ Ло + огр.

= Дать + движенье.

\ Лор + го.

= Врачу + зренья.

Хотя мы выше затрагивали эту тему, но из этих заключе-

ний звуковых формул горло является органом проявления

естественной воли сказуемого. Этот проявляющий волю что-

то сказать, как некая выкройка определённого дола, принад-

лежит к самостоятельному колену сказания. Сказуемое даёт

движение врачевателю зрения, то есть зрение привлекается к

некоторому процессу определения сути и взаимной реакции

170

сказанному. Привязанный к колену сказания, обладатель горла

фактически является частью определённого звена генеалоги-

ческого колена. И суть этой самой интерпретации, говорит о

более обширных познаниях людей обкатавших такие глубоко-

мысленные матрицы языка. Сказанное горлом, под присталь-

ным надзором врачевателя зрения, становится глаголом.

Г + ла + го + л. = Воли + в здравия + зримости + след.

Глагол. – Алг+лог+г+ола. = Сказанному + аналогу + волей + сказуемое.

====== \ Гол+гала+аг+ла. = Колена + кому + колыбели + в здравье.

\ Ал + ол + гог,ла. = Сказания + пламень + против бед.

Высказанное слово обретает некий след зримости и стано-

вится достоянием колыбели колена. Предохраняя себе подоб-

ных от многих бед и печали, защищает общество и колыбель

пламенем естественной воли. Этим пламенем естественной

воли является древнеславянское «орало», как неизменный

метафизический страж языковой основы. Выходит, дорогой

читатель, применение термина «голограмма» столь универ-

сальными интерпретациями научных заключений имеет под

собой обоснованную почву, что, в свою очередь, обуславлива-

ет существование индивидуального шифра, к системе кото-

рой принадлежит вышеназванная терминология. Так как мы

часто применяем слово «термин», доставим удовольствие чи-

тателю и познакомим его с ним. Термин, как любая звуковая

единица, хотя этимология допускает изобретение людьми

узко системных звуков, имеет свою обоснованную матрич-

ную начинку. И ничто в коммуникативной системе челове-

ческого бытия не может возникнуть по щучьему велению.

Поэтому и слово «термин» обязан иметь разумные посылоч-

ные выводы самой системы, а не этимологической науки. Как

языковой ярлык, определяющий характерную особенность

овеществлённой мысли, он обязан содержать в своей мотива-

ционной начинке условное мировоззрение обладателей это-

го языка. И исходя из этого мировоззрения, выстраивать свой

индивидуальный код. Не имея этнической окраски, этот вы-

вод свободного мировоззрения овеществляется языком, ис-

ходя из национального менталитета. Ниже мы приведём рас-

шифровочные решения нашей системы этого термина, после

чего продолжим беседу на общую тему.

171

/ Те + ер + имн + и.

= Во блага покоя + среды + истинной +

основы.

Термин. – Ер + тин + мет.

= Четверга творенья + налаженной +

речи.

======= \ Тен + им + ирн.

= Могучей + истинной + мудрости.

\ Ер + нит + нир +мет. = Это + крапива + корыта + речи.

Наверное, читатель понимает суть сравнения термина с

крапивой. Не имея такого замысловатого лоска современ-

ной коммуникации, эти древние первопроходцы по-своему

любили колоть байкой себе подобных. Они считали крапиву

самым подходящим материалом для «тернового венка». Хотя

и примитивно, но вполне доходчиво и ясно, ведь они находи-

лись в естественной аудитории, а не на публичных диспутах.

Крапива «нит», как некая характерная особенность отступле-

ния тающих ледников, обусловила формирование русских

терминов «тина» и «тернии». Мотивационная завязка этих

корневых матриц идёт от базового термина «ани», что озна-

чает «древность, архаичность». Звук «а», как обозначение «не-

бытие, ничто», соединяясь со звуковым узлом обозначения

«корыто основы – ни-ин», моделирует значение «древность».

Находящийся в прошедшем времени термин «ани» в форме

настоящего времени имеет значение «праматерь» «Ана». При

введении в эти словесные термины звука обозначения «след,

подкова – л», система моделирует смысловые значения «мыс-

ли – илан, сказания – алан». Для мысли, как естественное

орудие созидания, необходимо последствие своего расцвета,

а для сказания – естественное превосходство. Для этого мы

вводим в эти узловые матрицы звук «т» и получаем формулы

«тилан» и «талан», то есть свободно и превосходно, и реша-

ем мотивационные звуковые задачи. Но прежде для полноты

исследуемых терминов языка приведём этимологическое за-

ключение науки о звуковой единице «талан».

Чтоб читатель мог сравнить их с нашими заключениями,

ибо это слово часто встречается в народном творчестве. «Кому

есть талан, тот будет атаман», – говорит пословица. «Талан,

значит (удача, счастье). Это слово тюркское; в тюркских язы-

ках имеет точно такое же значение, как и у нас» (Л. Успенский

«Почему не иначе?»).

172

/ Та + алн. = Обустроить + сказанья.

Ти + алн. = Успокоить + сказанья.

Талан. – Тилан – Тал + ана. = Превосходства + праматери.

Тин + ана. = Блужданье + праматери.

=========== \ Алн + лат. = Чтобы сказанью + цвести.

Илн + лат. = Чтобы мысли + цвести.

Как видит читатель, это далеко не рядовые термины, по-

этому присутствие их в народном творчестве русского язы-

ка даёт больше основания считать их русскими, чем простое

присутствие их в тюркских языках. Талан, как некое превос-

ходство праматери сказания, также имеет больше основа-

ний считать своим дочерним образованием слово «талант».

И полумистическое превращение древнегреческого таланта

золотом в естественный творческий талант не назовёшь здра-

вым заключением науки. А нравоучительный рассказ-притча

из Евангелия о некоем хозяине, оставившем по таланту золота

двум рабам, имеет совсем иное мировоззренческое значение.

Талант.

=======

1. Та + нал + атн.

= Наладить + могучей + помощи.

2. Лат + тал + ана.

= Рост + превосходством + праматери.

3. Тат + ал + алн.

= Толкателей + сказа + пламени.

4. Латн + ат + лан.

= Расцвета + лёгкой + подковы.

5. Тат + алн + ат.

= Звука, шума, + сказанье + дробя.

6. Алн + ал + та.

= Речи + пламя + наладить.

7. Тан + талн.

= Для общего + превосходства.

8. Ан + тал + ат.

= Во имя мощи + драться + делить.

9. Ла + ана + тата.

= Во здравие + шума + праматери.

10. Ан + аттл + алн. = Небытия + лёгкости + пламени.

Вот такое замысловатое представление, по выводам зву-

ковых решений нашей системы, имели древние ушкуйники о

естественном таланте. И как бы этимология ни пристраивала

к латинской основе термин «такт», его матричные корни на-

ходятся только в своей материнской скорлупе «талант». Тер-

мин «тактика», как дочернее ответвление от этого узла пря-

жи, также не имеет отношения к греческой звуковой основе.

173

Это матричное сырьё словообразования северного шифра.

Если два инородных образования, латинский «тактус» и гре-

ческий «таксис», смоделированы особым шифром, имея своё

звуковое сырьё, то у этого шифра оно иное. И как один из ва-

риантов четырёхстороннего видения анализируемой субъ-

ективности, то и другое звуковое сырьё обусловлено с учётом

индивидуального мировоззрения. Эта особенность самосто-

ятельного шифра плести звуковую пряжу, унифицируя соб-

ственные архаичные узлы, является эволюционностью зву-

ковой системы. Фундамент, как базовая завязка константных

звуков естества, рассчитан у каждого шифра, под особенности

той или иной конструкции возводимого звукового здания.

Поэтому, имея некую концепцию общности корневой струк-

туры, окраска и метод кладки кирпичей фасада возводимого

здания зависят от первичного мировоззрения.

В силу этих особенностей шифровых кодов призносимые

звуки могут иметь несколько вариантов мотивационной на-

чинки и визуальную форму овеществления этих звуков.

/ Та + к + тика.

= Наладить + духа + магазин.

Тактика. – Ат + кит + ка. = Резать + чрева + энергии.

======= \ Тат + ак + ик.

= Толкать + безмолвия + сапога.

\ Тат + ка + ки. = Шум + энергии + шапки.

Читатель, наверное, понимает, что, безусловно, все эти вы-

воды нашей системы, как общая концепция звуковой пряжи

единого колена, были заложены как звуковое сырьё. Из этого

звукового сырья язык и правила времени набирали необхо-

димый шифровой код. Имея в зависимости от совершенства

визуальных изображений звуков разные направления тол-

кований, базовое сырьё сохранялось как основа. То есть всё

то, что произрастало от засеянных семян, как генетический

код, содержалось в самих семенах, поэтому «слово» и названо

в Евангелии самим Богом. Каждое слово, как и каждое сфор-

мулированное выражение, заканчивается точкой. И каждую

суть объективной материи, как и визуальное обозначение

субъективизма естества, мы называем условно точкой. Но вот

что такое точка, этимологически обоснованных заключений

у этой науки нет. Должен ли существовать матричный смысл

174

этого языкового принципа, спросите вы, как и автор этого

повествования. Для средневековья это, конечно, праздный

вопрос. Но для современности это теоретическая необходи-

мость многих наук. По заключениям этимологии, это некий

«след тычка», уменьшительного к древнеславянскому «точь»,

по своему происхождению связанный с основой «ток». Тогда

возникает вопрос, а что такое «ток»? Мог бы этот ток иметь

иную интерпретацию в стародавние времена? Или это связа-

но чисто с электричеством, хотя в русском языке этот термин

применяется и в обозначении игр лесных собратьев «Тетерев

токует». Казалось бы, незначительная деталь, какая-то точка,

но вот беда: эта деталь заставила языковедов слово «пункт»

выводить через латинскую точку «пунктум». Что для рим-

лян, в силу термина колоть «пунгрэ», означало укол, тогда как

наше «след тычка» всего лишь тыкать или ткать. Правда, не-

понятно, как уколом можно обозначить какую-то материаль-

ную точку или завершить сформулированное выражение. Вот

тыканьем или тканьем, куда бы ни шло, как и само славосло-

вие архаично, примитивно, но вполне обосновано и понят-

но. Понятно даже и для средних веков, когда кто и как тыкал,

не имело абсолютно никакого значения. Но на заре двадцать

второго века, века начала стерилизации не только мысли, но

и инструмента овеществления этой мысли, требует матема-

тической чётности, такой подход не будет иметь требуемо-

го эффекта. Ведь для точных математических наук, куда в

скором времени будет зачислен и язык, необходимы особые

формулы и их выверенные расчеты. Этого будут требовать

ведущие научные направления для обновления статистиче-

ских стандартов существующих единиц измерений звуковых

единиц. Хотя в первом издании мы рассматривали данную

тему, но для незнакомого читателя приведём заключения на-

шей системы.

/ Ка + то + оч. = Энергии + наладка + дробленья.

Точка. – Чот + к + ат. = Счёта + духа + деленья.

====== \ Коч + та.

= Одеяния + наряда.

\ Ча + кот.

= Соломы + превос ходства.

175

Выходит, своё собственное тканье намного ближе к истине,

чем римский укол. Как большие любители метафизической

иглы, они во славу собственного «я» частенько устраивали

профилактические уколы жителям Эдема, после устроенных

на этой возвышенной ноте грандиозных пожаров собствен-

ных столиц. Куда до них бедным ушкуйникам, занятым по-

стоянным тканьем для римской «Ариадны» золотого руна,

чтобы авось случайно не заблудились в звуковом лабиринте

царя Миноса. Поэтому-то точку приходилось ставить там, где

это руно моделировалось в виде звуковой пряжи для дочери

этого легендарного царя. Но точка не запятая, и в силу своей

важности вызывала всё возрастающий интерес у врачевате-

лей небесного Олимпа.

Создавая постоянные хлопоты, им приходилось снаря-

жать мифологических аргонавтов для плаванья за золотым

«руном». Да вот беда: станка-то для тканья этого руна ещё не

изобрели, а кустарное производство не устраивало гордели-

вых потомков «Ромула». Читатель, наверное, немного обеску-

ражен моей полемикой, но ведь в любой мифологии должна

быть какая-то частица правды. И поэтому было бы интересно

узнать, а что они так упоённо искали в далёкой «Колхиде»,

на родине легендарного Сима. Заранее, по обычаям горских

аборигенов, своровав распрекрасную Европу на крупе древ-

неегипетского быка «Аписа». Из-за своего строптивого ха-

рактера эта своенравная красавица частенько оказывалась в

многолюдном гареме многих империй. Так что, тут не во всём

вина любвеобильного Зевса – характер самой девицы вызы-

вал постоянный интерес праздношатающихся вояк. А ведь

это тоже, дорогой мой читатель, хоть и не божественная ми-

фология, но реально напрашивающаяся история временных

лет. Раскапывая эту заскорузлую пряжу древних ушкуйников,

наверное, удастся и нам отыскать когда-то оставленный эти-

ми бродягами злополучный «воз». А пока не поставлена точка

в этих хитросплетениях писаной истории, мы проанализиру-

ем последующий за точкой грамматический знак «запятая».

Уж слишком замысловатый ряд терминологии моделируется

на основе этой базовой матрицы.

176

/ Аз + тяпа + я.

= Нами + для формы + сделана.

Запятая. – Па + тяз + яа.

= Господней + нитью + прихода.

======= \ Ат + япаз + тя.

= Чтобы делить + ругани + нити.

\ Пя + яза + яат.

= Опару + святой + закваски.

Запятая, как видит читатель, создана для соблюдения фор-

мы и последовательности речи сказуемого. Она, как делитель

определённой порции звуковой опары, является частью гене-

тической нити господнего сказа. И, следовательно, как есте-

ственная пауза выдуваемых звуков, заложена изначально в

членораздельной речи человека. Выдувать звуки просто так и

выдавать эти звуки из определённой порции звуковой опары,

конечно, имеют разную интерпретацию. Поэтому русский

язык применяет для варианта определения звуковой порции

опары выражение «залпом». Впоследствии от этой матрицы

сформировались современные смысловые значения «ору-

жейный залп» и «приветственный салют».

/ Аз + ал + па.

= Мной + говорится + Господи.

Залп. – Ал + пал + лаз. = Пламени + колдовства + боли.

===== \ Палз + алп.

= Колдовством + буква.

Безусловно, у этимологии есть свой вариант смысловой

начинки этого термина, восходящего к латинской звуковой

основе. Но почему-то эти великие латиняне всё сводили к

реальной борьбе, к оружейным залпам. Наверное, не особо

утруждали себя залпом выговаривать свои гениальные афо-

ризмы, больше увлечённые сценой божественной комедии

бытия. В процессе обретения членораздельной речи, со все-

ми атрибутами грамматических правил, человек приобрёл

универсальное подспорье своему незавидному быту, то есть

занятие творить звуковую опару. Из этой опары он изначально

научился стрелять залпом умудрённые слова. Слова обретали

условные очертания, и с помощью естественной эхолокаторной

системы обкатывались общинной памятью. Обретя необходи-

мую атрибутику языка, обматывание этих узловых петлей (ло)

произносимых (ле) словес (ол), вокруг локтя общинной памяти

(дол), получило название «дело». Оставляя процесс моделирова-

ния термина «занятие», как результат мировоззренческой дея-

177

тельности национального менталитета, зарождающейся фило-

софии бытия. Хотя это занятие этимология считает недавним

образованием после долгой деятельности человека.

/ Аз + тян + и + е.

= Я + нити + основу + создать.

Занятие. – На + яти + зе + ез. = Могучей + опары + зло + любить.

======= \ Ат + тан + яз,е.

= Деленья + наладил + писать.

-------- \ Я + иназ + ните.

= Сделав + фитиль + крапивный.

Вот каким занятием был увлечён наш косолапый бродя-

га ушкуйник, дорогой читатель. От долгой думы на печке во

время холодной зимы, наверное, решил, зачем пропадать зря

естественному добру. И почему бы не сделать из крапивы или

камыша примитивный самописец для совершенства своих

угловатых письменных знаков. Увлечённый таким богоугод-

ным занятием, косолапый ушкуйник в сердцах воскликнул:

«Лиха беда начало!». И начал искать «лиха» соломинку «ча»,

чтобы она бегала «ад» в руке «бе», как пламень «ол» сказания

«алн» размножая для долины грубоватое письменное колдов-

ство. Термин «лиха» русского языка несёт значение неких бы-

стрых действий. Аналогичное значение имеет и слово «лов-

ко», но почему то древний автор поговорки его не применил.

При рокировочных решениях этого слова моделируется вы-

ражение «волко», условно равнозначное русскому «волк».

Этот зверь, равно как и древнеславянский медведь, в старину

имел особое символическое значение. И по утверждениям

этимологии, имеет близкое родство с литовским «вилкас»,

древнеиндийским «врках» и даже древнегреческим «люкос»

и латинским «лупус». Общий предок всех этих архаичных вы-

ражений древнеиндийское слово с большой вероятностью оз-

начало что-нибудь вроде «вор», «похититель скота». Если от

термина «лихо» звуковая система формирует слово «быстро»,

то выражение «борзо» ближе всего к значению «ловко». В нах-

ской системе звуков слово «лихо» означает «поиск», а термин

«борз» мотивирует смысловое значение слова «волк». «Лихо»,

как некий поиск чего-то важного, связано с естественной

мыслью «ил – ох» и обуславливает сущность разумного поис-

ка, когда слово «борзо», связанное со смысловым значением

«сиротского голоса – бор,оз», определяет лишь звуковое един-

178

ство естественного мира. При варианте, предложенном эти-

мологией, у дочерних образований русского языка «быстро» и

«борзо» теряется общая последовательность, в силу чего этой

науке приходится искать новые инородные подставки. В про-

цессе этого этимологического поиска усложняется звуковая

математика не только русского языка, но и задействованных

ею инородных систем. Присутствие в слове «волк» звука «к» –

«дух», которому, по утверждениям мировой науки, нет совре-

менной альтернативы, обуславливает одухотворённость этой

естественной сути. Как и в случае с медведем, которого древ-

ние греки называли «арктос», эти символические хищники

таёжного севера считались священной атрибутикой медвежье-

го края. Волк, как олицетворение ловкости и коварства, а мед-

ведь, как естественная мощь и необузданная сила. Поэтому,

выходя на охоту один на один с медведем, бывалые охотники

называют этого зверя «хозяином». В предыдущей книге мы за-

трагивали эту тему, но ввиду её особой важности для русского

языка, дорогой читатель, освящению этой темы мы посвятим

отдельное издание. Ибо несколькими фрагментами звуковых

решений её в полной мере не донести до свободного читателя.

/ Ох + ли.

= Нами + говорить.

Лихо. – Лои + х.

= Снега + лета.

===== \ Охи + ли.

= Пряжу + творить.

\ Лих + ло.

= Ищем + узла.

\ Ил + ол + лох. = Мысли + пламени + снега.

Этот постоянный поиск в собственной мысли особых пра-

вил звуковых узлов генетической пряжи определил возник-

новение впоследствии терминов «лощить», «холить», «вы-

холащивать». Суровые климатические условия холодного

севера, пробивая заскорузлую генетическую нить яркими

искрами воли выживания, выхолащивали особый ментали-

тет. Нахождение самой генетической пряжи и её носителей в

условной резервации холода и снега определяло характер ге-

нетического кода звуковой системы. Отрезанный от осталь-

ного мира в силу климатических условий обитания, инфор-

мационный вакуум консервировал на многие века реальное

знакомство с этими северными истоками медвежьего края

179

«Сикам» – «Север». Нахский вариант севера «Сикам», куда

некогда Божьим предопределением был отлучён легендар-

ный Сим, рокировкою звуков моделирует русское выражение

«миска». Для нахского языка этот термин несёт смысловое

значение «горемыка», «бедный», через звуковые узлы самой

матрицы мотивируя суть этих значений. Определяя есте-

ственным карманом «кис» состоятельность биологической

материи духом «к», души «с» и основы их смешивания «и»,

эта система под горемыку принимает любого человека. Ибо

они, являясь истиной «им» временного света «с», находятся в

объятиях безмолвия ковчега молнии «ким – ас».

/ Сим + ак.

= Желчи + безмолвия.

Миска. – Сикам. – Сим + ка.

= Сима + энергии.

============= \ Си + амк.

= Величья + торжества.

\ Кис + ма.

= Карман + материи.

Естественный карман, с драгоценной материей генетиче-

ской пряжи, в условиях ротации временных вех становится

чашей желчи безмолвия легендарного Сима. Поэтому в рус-

ском языке термином «чаша» обозначают и посуду бытового

применения, и лесную чашу, что свойственно только этому

языку. При варианте лесной чаши звуковой узел «ча – мед-

ведь», как название лесного хозяина медведя, обуславливает

становление этого края посредством звуковой музыки «аш»

тающего льда «ша». И через другое значение узла «ча – света

звуковая солома», соединяясь в этом варианте со значением

«ша – своя, само по себе», моделирует мотивационную на-

чинку этого термина бытовой чаши. Оба варианта этой чаши

имеют естественное наполнение, суть которой определяют

звуковые решения этой базовой матрицы.

/ Сим + ка + ач + ша. = Желчи + энергией + дробления +

льда.

Миска – чаша. – Сим + ак + аш + ча. = Сима + безмолвия + песни +

медведя.

=========== \ С + ма + ишка + ча. = Света + материи + каша + соломы.

\ С + киша + чама. = Нашей + святости + вкуса.

180

Как видит читатель из этих звуковых решений, заложен-

ное в русской поговорке «Щи и каша – радость наша» арха-

ичное смысловое значение далеко не обывательский вывод

голодных ушкуйников. И применённый к основателю этой

звуковой системы легендарному Симу эпитет первого свя-

того как для нахов, так и для древних славян имеет реаль-

ное звуковое обоснование. Термин «ишка», в нахском языке

обозначая кашу особого приготовления, моделирует звуковой

узел «киша», что означает для святости какого-то не рядового

события или явления. Сформированные задолго до возникно-

вения христианства термины «свят», «святой», как и основная

атрибутика этого религиозного мировоззрения, уходят вместе

с термином «ишка» в глубину становления генетической пря-

жи северного шифрового кода, который, пробивая информа-

ционный вакуум на стыке временных вех, меняя визуальный

силуэт общей картины изображения, сохранял базовые осо-

бенности архаичной смысловой начинки фундаментального

узла инициирующих матриц. На основе этого древнейшего

обозначения естественной каши святости возникший проме-

жуточный вариант «шика» является термином научной интер-

претации передовой мысли и сути влияния святости генетиче-

ской опары шифрового кода. Поэтому выражение «освятим»,

через звуковые решения этой системы, означает: «Нити зла

соединенья, автором, является Сим «тя–во–ов–тоя–в–Сим».

/ С + в + тя. = Души + созидания + нити.

Основы + льда + энергии. = И + ш + ка.

Свят. – Яст + яс + ят. = Вскрытой + пустой + опары.

Месива + духа + музыки. = И,к + аши.

==== \ В + ся + ят. = Творенья + угла + выпечки.

Шапка + безмолвия + нашего. = Ки + ак + ши.

Биофизическим особенностям генетической опары пер-

возданного ледяного месива «каши» аборигены северного

шифрового кода придавали свойства естественного «молози-

ва». То есть, по их представлениям, эта особая каша считалась

природным секретом родового процесса становления гене-

тической нити северной цивилизации «медведя». Сформиро-

ванный на основе нескольких базовых корней термин «моло-

181

зиво», как и ведущие матрицы звуковой системы «молоко»,

«мораль», имеет индивидуально свои научно обоснованные

этимологические решения.

Проецируя мотивационный матричный замысел этого

ряда терминологии через звуковые шифры нескольких веду-

щих языковых систем, наукой языкознания нарушается об-

щий контур собственного генетического кода. Где системная

последовательность строения единого скелета генетической

пряжи звуковых узлов, обретая особенности «Гордиева узла»,

теряет свое разумное начало и конец. Подобно средневеко-

вому алхимику, современной науке языкознания не подоба-

ет, чародействуя разными микстурами нескольких звуковых

шифров, выводить научные заключения мотивационной на-

чинки, без должных звуковых решений. Даже ученическим

взором прослеживается несовместимость выводов этой на-

уки, при этимологии терминов, исходящих от единого базо-

вого корня «мол», «молозиво», «молоко» и «мораль». Ставя

под основу слова «мораль», латинский термин «морис» и его

первоначальный вариант «моралис», спрашивается, какое от-

ношение они имеют к чисто славянскому звуковому шифру.

Если это действительно собственность латинской звуковой

системы, то где её звуковые решения? И почему столь уни-

версальная система, имея определение дочернему образова-

нию, не имеет звуковых решений базовой матрицы? Мораль,

как научный вывод особых правил генетической завязки,

должна опираться на определённые предпосылки самой

звуковой пряжи. Учитывая характерные особенности ареала

обитания, закладывать под контур этнического менталитета

базовые узлы исходящих дочерних образований. Чтобы через

эту математическую последовательность наращивать на еди-

ный скелет матричного узора особенности условий обитания

и правила плетения генетической нити. Поэтому, закладывая

в память народа выражение «с молоком матери», древние уш-

куйники имели в виду мораль и обычай северного шифра. А у

латинской системы свои правила и особенности, что, навер-

ное, позволило им выстраивать по-своему свою математи-

ческую последовательность звуковой пряжи. Опуская этимо-

логические выводы науки языкознания, мы ниже приведём

182

фрагмент звуковых решений нашей системы. Сравнивая её

заключения с выводами этой науки, чтобы читатель через

сравнительный анализ имел возможность принимать участие

в этимологическом диспуте обретения приемлемой истины.

Ол + к + лом.

= Пламени + духа + льва.

Молоко. – Мо + ло + ко.

= Зла + прототипа + суть.

======= \ Мол + лок + ло. = Святости + смака + снега.

\ Омл + к + моло. = Обычаем, нравом + дух + напоить.

Это далеко не полное заключение звуковой системы, как

вполне аргументированное предисловие термину «мораль»,

выдерживает и математическую последовательность, и пра-

вила звуковой пряжи. Перекликаясь с древнеславянским тер-

мином «шеломя», проецируя визуальную целостность едино-

го узора генетической пряжи. Молоко, как естественная суть

«ко – суть» духа созидания «к», становится материей суще-

ствующего времени, в силу присутствия в этом термине дан-

ного звука. Замена звука «к» звуковым узлом обозначения

отторжения или наказания «виз» выводит новое образование

«молозиво» из реального измерения времени, как некое бес-

конечное питьё «моло», в виртуальную область генетической

пряжи. Делая это исключительное по своим качествам питьё

носителем секрета первичных звеньев генетической опары.

Значимость для языка и концептуальную суть корневой ма-

трицы «моло» предварительно читатель может определить по

ряду производных терминов от этого корня. При этом, следуя

за этимологическим курьером, узнать, в силу каких особенно-

стей языка учёные вывели этимологию слова «молоко» через

немецкий термин «мильх». Концепция мотивационной на-

чинки этого термина, как матричное мировоззрение на суть

времени бытия, заложена в русской пословице «Людская мол-

ва, что морская волна». Эта научная обработка более старого

выражения «Лета времени» обуславливает генетическое вос-

производство биологической субстанции бытия не от воды, а

от её предтечи – первозданного снега и ледяной жижи. Снег

«ло», как подобие «мо» пламени сказания, является первоис-

точником биологического воспроизводства и информацион-

ным носителем прототипа поступающих лингвистико-свето-

183

волновых голограмм. А естественная вода, облагороженная

световой аурой, концентратом или некой биофизической

сферой инкубации носителей информации. Поэтому термин

«молва», выведенный древнеславянским языком, основыва-

ясь на вышесказанной концепции, отличается от немецкого

варианта «мильх». В котором, опустив вышесказанную кон-

цепцию, через звук «х» – «время» вывели своё заключение на-

прямую от воды «хи» – «вода».

--------- / Моло + омло. = Питьё + нрава.

Моло. – Олм + ло.

= Сказания + снега

===== \ Мо + лом.

= Подобие + льва

\ Омл + ло.

= Характер + дать.

/ Им + льх.

= Истины + снега.

Мильх. – Мьл + хи.

= Благость + воды.

====== \ Ильм + х.

= Разума + стана.

\ Мил + ьх.

= Питьё + житии.

Мы не знаем, существуют ли у немцев какие-либо решения

по поводу слова «мильх», но выводы нашей системы аргумен-

тируют первичность термина русского языка «молоко». И как

видит читатель из вышеприведённых заключений, в отличие

от этимологов, язык как грамматическая константа истины,

вывел слово «молозиво» от собственной звуковой основы.

Считая нравственное питьё «моло» беззвучной молвой исти-

ны для быстротечного времени лета. Подобные этому линг-

вистические хитросплетения языка заставили науку языкоз-

нания вывести мотивационную суть термина «мораль», через

латинский звуковой корень «мос» (родительный падеж – «мо-

рис»). Хотя ни сам латинский язык, ни этимологическая на-

ука не имеют определённого смыслового значения этим тер-

минам. Термин «мос», как обозначение единого плода «сом»,

душа зла света «с + мо + с», моделирует словесную единицу

«морис». Что в системе нахского языка, обуславливая величие

яви «сомр + си», звуковой математикой аргументируется, как

определение, не имеющее никакого отношения для матрич-

ной звуковой основы к понятиям «обычай» и «нрав». Возмож-

но, соответствуя правилам самой системы, оно имело какие-

184

то особые решения, но для русского и нахского языков, кроме

сумятицы и хаоса, оно не может принести никакой грамма-

тической пользы. Заложенный в основу словесной единицы

«мораль» древнеславянский термин «орало» куда более зна-

чимый аргумент для учёных языкознания изыскивать соб-

ственное этимологическое определение термину «мораль».

Ведь не медные копья и мечи перековывали древние пионе-

ры этой уникальной системы, на звуковые «орало». При та-

ком подходе, загнанным в тупик труженикам языкознания

не пришлось бы удивляясь констатировать о существовании

синонима этому термину «нравственность» в собственном

языке. Очередной раз, повторяя средневековую ошибку, при-

вить временные ветки промежуточных эпох к генеалогиче-

скому древу собственной звуковой пряжи, которая существует

и будет существовать как особый шифр северной цивилиза-

ции, несмотря на временную консервацию древнеславянской

глаголицы. Зная, что наступит время, когда придётся собирать,

разбросанные греко-латинской системой звуковые камни Се-

вера. Основа словесной единицы «мораль», как и термина

«молитва», уходя в глубину тысячелетий, при любых этимо-

логических изысканиях, связана с началом возникновения

цивилизованного витка, который охватывает промежуток

нескольких эпох, обкатавших письменность каламом, от пер-

гамента и кожи до современной бумаги. Где на смену клино-

писной палочке и глине предыдущего витка эпох пришел сна-

чала уголёк, а затем краски с тростником и свинцовый калам.

Завершили этот эволюционный бум атрибутики письма бу-

мага и графитовый карандаш. Поэтому язык, оперирующий

как собственным изобретением термином «мораль», должен

обладать звуковыми решениями этимологии мотивацион-

ных значений словесным единицам «калам» и «карандаш».

Существующие этимологические определения по этому по-

воду, через звуковые системы азиатских шифров и тюркского

языка, если и устраивали средневековое мировоззрение, то

не отвечают требованиям времени высокоточных наук со-

временного мира. Где ничтожная запятая играет куда более

важную роль, чем целый трактат для средневековья. Однако,

как видно из этимологических выводов науки языкознания,

185

эти современные правила точных наук над этой наукой не

особо довлеют. Иначе бы не было путаницы ни с карандашом,

ни с тюркским карманом «кис». Последний настолько запу-

тал историю звуковых единиц, что принятый изначально за

естественный карман «кис – к + и + с» дух основы света ста-

ли принимать за мешок или кошель, куда насыпали денег. И

эти мешки, по заключениям этимологов, не пришивались к

одежде, в силу чего возникло выражение «держи карман». Вот

так, дорогой читатель, такими щедрыми были раньше люди,

подставляй только карман, и тебе наполнят его деньгами. Да

вы что, господа уважаемые языковеды, в кои это веки кто-то

кому-то даром протягивал денежные средства, которых всег-

да не хватает самому себе. Перевернув с головы на ноги базо-

вый матричный смысл и кармана, и кис, вы же продолжаете

лить воду на ту же мельницу, что и алхимики средневековья.

Которые, вслед за кровавым крестом «Голгофы», заложили

начало консервации древнеславянской глаголицы, где знак

«кси» и является математическим неизвестным «икс» – «х».

В нахской звуковой системе, как мы писали раньше, одно из

смысловых значений звука «х» реальное время. Это реальное

время, как естественный карман «кис», содержит в себе вез-

десущий дух «к», душу света «с» и основу их смешивания «и».

Поэтому в звуковой математике, как непостижимый време-

нем вездесущий дух, он играл роль неизвестного в решениях

цифровых задач. Русский аналог нахскому термину «карман»

является научной обработкой бытового применения. Изна-

чально предназначенный как укромный уголок медитации

энергетики духа поклонения, карман не являлся мешком со-

бирания денег.

/ Кис + и + с. = Карман + месива + света.

Энергия + повеленья. = Ка + амрн. \

Кис. – С + ки + ик. = Угол + шапки + сапога.

Небытия + во власти. = Ан + карм. – Карман.

=== = \ К + и + си. = Духа + основы + величья.

Торжество + пространства. = Амк + арн. / =======

\ К + и + си. = Духа + основы + искра.

Энергии + материи. = Канр + ма. /

186

Безусловно, как мы отмечали раньше, основной причи-

ной путаницы в этимологических изысканиях являются со-

хранившиеся в нахской системе звуковые единицы, которым

нет аналогов в других языковых шифрах. Поэтому, имея раз-

вёрнутое применение в русском языке, термин «карман» дей-

ствительно не был кошельком хранения денег, в силу участия

в нём звука «к». В нахском же языке этот пресловутый мешок

или кошелёк для денег называется «бохча». Что означает не-

кое вплетение в одежде сироты, и для штанов, и для рубашки,

то есть халата «ох, бо, хач, аб». И как констатируют звуковые

решения, при адаптации тюркским языком термина «кис»,

были упущены матричные особенности терминологии и

древнеславянского, и нахского языков. Именно присутствие

звука «к» обусловило возникновение в русском языке ла-

скательного возгласа «кис-кис», которым подзывают кошку.

А аналог нахского выражения «бохча» – кисет обязан присут-

ствию звука «к», в силу хранения в нём естественного табака,

который без духа созидания не может быть выращен. Целый

ряд значимых матриц русского языка, на основе термина

«кис», охватывают довольно пространную фазу звуковых

направлений овеществления субъективности естественных

процессов бытия. Без знаний, исходящих из собственного ми-

ровоззрения, никакой язык не способен адаптировать чужие

звуковые узлы, интерпретируя их значения со смысловой на-

чинкой условий собственного бытия, при этом закладывая в

основу своего языка сравнительные афоризмы с философ-

ским уклоном назидательного порядка. Читатель, наверное,

знаком с русским лакомством «кисель», который и сам, на-

верное, готовит с удовольствием. В зависимости от настро-

ения он может быть молочный, овсяной или клюквенный.

И вот, когда этот Иван, не помнящий родства, вспоминал

своего забытого дальнего родственника, почему-то говорил

удивительные слова: «Седьмая вода на киселе». Попутно за-

метим, что у нахского этноса и по сей день жениху, не знаю-

щему своих предков до седьмого колена, не отдаст свою дочь

замуж ни один род с многовековой историей прошлого. Не

тут ли, дорогой читатель, зарыта та метафизическая собака

187

древнеславянского Ивана, считавшего дальнего родствен-

ника своей седьмой водой на генетическом киселе северно-

го «молозива». А то навряд ли возлежавшему в полудрёме на

собственном тёплом камине бородатому ушкуйнику пришла

бы на ум такая несусветная мудрость. Находясь среди такого

изобилия естественных благ просторов северного края, где,

куда ни глянь, молочные реки и кисельные берега, поневоле

наступит ностальгия о былом детстве и материнской колыбе-

ли, с таким удивительным упорством и методичностью наря-

жаемые наукой языкознания в иноземные веера полумифи-

ческих звуковых словес. Эта естественная снежная благодать,

как прозрачная кисея, наряженная милостью Творца «ки-

сейной барышней», и готовила весной на великий девичий

праздник «Ляльник» молочный кисель генетического «мо-

лозива». Поэтому русское выражение «кисейная барышня», в

силу малоподвижного образа жизни зимой, олицетворяет её

с жеманной девушкой мещанского кругозора. Если в терми-

не «кисея» созидательный дух «к» предстаёт в виде светового

инея «яис» небесного купола «я», то в термине «кислород» его

функции ограничены пределами нашего бытия. В этом вари-

анте кислород, как бесцветный газ внутри амбара «до» бытия,

становится духом врачующим «лор» биофизическую субстан-

цию изречённого гласа. И эти далеко не примитивные мысли

и заключения заложены в основу звуковой системы северно-

го шифра. А с решениями реально функционирующих языков

наука должна считаться, вопреки наработанным этимологи-

ческим выводам, если для неё важна истина, а не результат

скоротечного времени. Читатель, наверное, понимает, что

автор имеет обоснованные звуковые решения на заявленные

им звуковые матрицы. Иначе было бы бессмысленно бере-

дить тысячелетнюю рану звуковой коммуникации северной

цивилизации.

Было бы с нашей стороны глупо ушат многовекового отстоя

научных комментарий языковедов выливать внезапно. Чита-

тель мало чего поймёт, поэтому мы и идём по этому лабирин-

ту черепашьим шагом, старясь сначала ввести его в саму суть

путаницы языка, затрагивая мировоззренческую философию

188

русских афоризмов и поговорок, существование которых уже

является «нонсенсом» в гипотезе научной адаптации русско-

го языка в звуковом пространстве иноземных шифров. Ведь

сделав из нахского кармана «бохча» естественный уголок вы-

ращивания арбузов и дынь, азиатское славословие обкатало

термин «бахча», звуковые решения которого находятся опять

же только в матричной звуковой системе северного кода. По-

добно тюркскому языку, древнеславянское слово «карман»

было обкатано и латинской системой славословия, которое,

как констатирует этимология, подарило русскому языку че-

рез термин «каминус» ограниченное укромное пространство

«комнату». Это, несмотря на существование в самом терми-

не чисто славянских базовых корней, а также на абсолютно

понятном русскому языку «камин», в термине латинского

языка «каминус», образование которого исходит от смысла

«нагретые камни». Чьи звуковые решения для русского языка

ушли в небытиё вместе с древнеславянской глаголицей. Та-

ких удивительных грамматических казусов, особенно в тер-

минах с участием базовых звуков древнеславянского языка и

нахского славословия, видных даже невооруженным глазом,

в этимологических словарях пруд не пруди. И как бы чита-

тель ни удивлялся, ему есть над чем подумать во благо торже-

ства истории своего особенного языка. Исходя не из времен-

ных этимологических решений тружеников калама далёкого

средневековья, а из своих собственных корней и мировоз-

зрения тех, кто заложил в основу его языка такое великое

богатство говорить по-русски. Ведь ещё ни один итальянец

или турок не заговорили языком тех, которым, по мнению

этимологов, они завязали из своих корневых звуков и звуко-

вых узлов этот самый язык. Однако мы вернёмся к нашей ос-

новной теме, дорогой читатель, и рассмотрим, на основании

каких звуковых особенностей этимологи вывели мотивацию

термина «карандаш» из звуковой системы тюркского языка.

Этим основанием, по мнению этимологов, является тюркское

слово «кара», которое и обозначает только что это «чёрный».

А термин «даш» («таш») тоже вроде тюркское слово, значащее

«камень». И по мнению этимологии, без каких-либо звуковых

189

решений, «карандаш», очевидно, некогда понималось как

«чёрный камень» – графит. И сердобольные тюрки, подарив

нам его, приняли для карандаша совсем другое наименова-

ние: он у тюркоязычных народов называется обычно «кур-

шун калем» – «свинцовое перо»: у восточных народов очень

долго в ходу были карандаши не с графитом, а со свинцовым

сердечником. Вот в такую детективную историю вплетается

ещё более детективная версия вездесущей латыни. Оказы-

вается, этот самый «калем» тюрки скопировали с латинского

термина «каламус» – «тростник»: некогда из этого тростника

готовились легендарные латинские перья для письма. Вот та-

кие чудеса, дорогой читатель, а чудеса, по сути, и есть та об-

ласть мировоззрения, в которой нет ни начала, ни конца. Где

каждый может найти всегда то, что надо ему, хотя его там и

нет. Здесь главное форма для ненасытного любопытства, а не

истинная суть искомого. Мы не знаем, что именно на тюрк-

ском языке означает «камень», «свинец» и «графит», но вся

вышеназванная терминология имеет свои особые функции в

нахском языке. Термин «даш», озвучивая смысловое значе-

ние «свинец», моделирует в нахской звуковой системе матри-

цу «ашд». Это слово, означая «клятва», даёт мотивационные

решения расшифровки самой звуковой системы, русскому

выражению «Тяжёлая, как клятва». Естественный камень с

пузырчатой пустотелостью, который намного легче обычно-

го камня, в нахском языке именуется «таш», что при этимо-

логических расшифровках самой системы образовался в силу

содержания в этом камне некогда ледовой слюны. Карандаш

же, как исходная позиция графитового содержания, в отли-

чие от тюркского языка, именуется «к1оалам». Акцентируя

содержание в этом карандаше чёрного графита «к1о», на что,

наверное, вездесущие латиняне не могут претендовать. Не-

смотря на их космогоническое воззрение к остальному миру

«Моё намерение даёт имя моему действию», ибо язык дей-

ствия вне человеческих намерений. Карандаш, так грациоз-

но воспетый поэзией Востока, в нахской звуковой системе,

в силу другого смысла термина «даш» – «графит», «расшиф-

ровывать», означает «энергия расшифровки пространства –

190

ка + даш + арн». А его нахский вариант «к1оалам» даёт полное

представление заявленных значений русского слова «каран-

даш».

/ К1о + алма. = Графит + для сказанья.

К1оалам. – Ко + 1алам. = Суть + обученья.

======== \ К1оам + ла. = С перцем + в здравия.

----------- \ К,ол + 1ам.

= Духа огонь + обучать.

В силу вышеприведённых особенностей языка, мы и ут-

верждаем принадлежность данной терминологии особому

шифру северного кода. Не ставя под сомнение и латинский, и

тюркский вариант, понимая возможность существования в

их звуковых системах своего восприятия данной объективно-

сти, что, соответственно, должна принимать и другая сторо-

на, чтобы этимологические ссылки языковедов имели аргу-

ментированные звуковые заключения. Как в цифровой

математике, эти заключения должны констатировать заяв-

ленный мотивационный смысл через звуковую формулу дан-

ного термина, вопреки мировоззренческим помыслам учё-

ных языкознания. Ибо язык и есть первичная математика

звуковой коммуникации, где некоторые из шифров являются

формулами дешифровки поступающих голограмм. При пра-

вильном подходе к дешифровке базовых терминов, учёным

не пришлось бы колдовать над сутью разгадки адресата за-

явленной звуковой матрицы, где обусловленный результат на

выходе правильный, а сам процесс выведения этого резуль-

тата противоречит её сути, как в случае с термином «караку-

ли». Если слово «каракуль» действительно имеет азиатские

корни, как возможно и у «каракули», то русский вариант по-

следнего не имеет отношения к азиатскому шифру. Ибо его

математическая формула, приближённая к азиатскому вари-

анту, имеет своё мировоззренческое представление. Это осо-

бое воззрение акцентирует не дурной или плохой почерк

писца, а корявость выводимых рукой визуальных обозначе-

ний собственной мысли. Полную убеждённость в правильно-

сти своих выводов поставить хотя бы под сомнение этимоло-

гов должны были термины «рак», «рук», «рур», «рул», «лук»,

191

«арка» и древнеславянские раритетные звуковые узлы. Не

цепляясь на радостях вслед за азиатами за сомнительный

смысл слова «кара», которое имеет разные варианты приме-

нения в русском языке. Чтобы отыскать через подобные ше-

роховатости возможность существование в звуковой системе

изначальных азов обретения собственной письменности

языка. Тогда бы, наверное, этимологии не пришлось бы через

Петра Великого превращать чужеземный термин «рур» в соб-

ственное «руль». Ведь один неправильно вытянутый звуко-

вой узел тянет за собой целую петлю ряда дочерних образова-

ний. Возвращаясь к пресловутому карандашу, дорогой

читатель, хотелось бы затронуть тему этимологического ре-

номе его недалёкого собрата «чернила». Ведь предшествен-

ника карандаша, тростниковое перо, латиняне изобрели

раньше, что, в свою очередь, обуславливает знакомство вез-

десущих латинян и с чернилами, и с черчением. Но, ура, тут,

оказывается, по мнению этимологии, никакого иноземного

влияния нет. Чернила, на основе своего корневого узла «чер-

ни», за неимением аналогической звуковой подставки в ла-

тыни, остались в своём первородном матричном смысле. В то

время как карандаш превратился в иноземное образование, в

силу потери изначального смысла корневых узлов «кар»,

«рак», «ран» и «даш». В нахской звуковой системе термин

«кар» означает «во власти чего-то» или «содержащий в себе

что-то». Это удерживаемый полой деревянной палочкой

свинцовый стержень «даш» являлся естественным образова-

нием таяния первозданного льда «шан». Пришедший позднее

свинцового стержня графит, чёрный материал начинки ка-

рандаша, как и слово «гарь», имеет матричную основу в соб-

ственной звуковой системе. Поэтому образование целого

ряда словесных единиц русского языка связано с термином

«графит» и имеет свои формулы и решения цифровой мате-

матики звуковой системы. Только вот беда, несмотря на эту

логическую последовательность моделирования звуковых

узлов, черешня почему-то оказалась полуфранцузского или

полуанглийского происхождения. Бедные северяне, имея на-

вык черчения, через полное понимание технологии изготов-

192

ления чернил, не имели представления о черешне. Пока по-

средством вышеупомянутых языков не вышли на латинское

звуковое чудо «цэрэзиа», которое французы переделали на

свой лад «с*риз». Вот и понимай, тогда как этот бродяга уш-

куйник умудрился обрести собственное название чесноку и

чернилам, не имея представления о таком лакомстве, как че-

решня. Было бы неприлично и нечестно подозревать этого

свободного бродягу в плагиате, да ему, как понимает чита-

тель, и без черешни и винограда хватало проблем. Он ведь к

этим самым римлянам и готам наведывался не за «вейнгард-

сом», так у них называли виноград, которого хватало и на ро-

дине. Но тут опять этимология считает, что сие причудливое

название заимствовано именно от готов. Да вы что, господа

языковеды, это в кои века плодам собственного пространства

люди навешивают иноземные ярлыки. Задействованные в

термине «виноград» базовые корневые узлы «вино» и «град»

обуславливают мировоззренческую интерпретацию мотива-

ции этого термина с условиями возникновения узлов «вино»

и «град». Только через определение истории этимологии этих

узлов можно выстроить математическую формулу истинного

значения слова «виноград». Звуковой узел «град» даёт услов-

ное представление характерным особенностям самого вино-

града, где через базовую матрицу «вид», проводя аналогию

между виноградом и ледяными шариками естественного гра-

да, природный дар привязывается к древнеславянскому ва-

рианту отчуждения Адама «вий» – изгнанием из рая. Миро-

воззренческая фабула мотивационной начинки терминологии

от этого базового узла связана не с самой сутью райского из-

гнания, а с принципом витка – волнового поступления линг-

вистико-свето-волновых голограмм. Поэтому принцип мо-

делирования таких терминов, как «вина», «виток», «вибрация»,

«винт», «виноград», был заложен в основу самой системы и за-

трагивает несколько направлений языка. Как звуковое ове-

ществление неправильного поступка и ослушания Господней

воли в раю, прямое подчинение своих действий внезапному

порыву седьмой воды киселя генетической закваски «разу-

му», без должного согласования с совестью и интуицией, ста-

193

новится виной носителя этой генетической нити. То есть ге-

нетическим вином, злоупотребление которым приводит

общество к временным циклам «феномен мозговой или ду-

шевной лени». В этом случае, единственным элексиром по-

хмелья, как для души, так и для разума, является ротация су-

ществующих звуковых шифров. Наработанная условиями

внезапного порыва разума информативная база теряет свою

коммуникативную ценность, уступая место одному из про-

межуточных шифров бытовой генетической связи. В контек-

сте данной тематики, дорогой читатель, автор не может

удержаться от желания привести детективную историю эти-

мологии термина «винительный падеж». В книге «Почему не

иначе?» господин Л. Успенский пишет: «Этому грамматиче-

скому термину приходится дать довольно сложное объясне-

ние. У греков один из падежей звался (айтиатике птозис –

причинный падеж). Но слово (айтиа) у греков имело два

смысла: (причина и вина). Римляне, переводя название паде-

жа для своей грамматики, поняли его как (падеж вины) и на-

звали (аккузативус – обвинительный падеж). Это был, конеч-

но, промах, ошибка: ничего (обвиняющего) в этом падеже

нет. Тем не менее, слово перешло во все европейские грамма-

тики, было переведено и на русский язык: (винительный) для

нас с вами как (обвинительный), а должно это значить: (при-

чинный)». Как бы господин Л. Успенский не извинялся, этот

падеж для русского языка и является причинным, а вина рим-

лян в допущенном промахе, или ошибке, – незнание миро-

воззренческой фабулы возникновения термина «вина». Из

общей вины человечества, в силу ослушания нашего праро-

дителя Адама, виновный виртуальной прострации становит-

ся обвиняемым реального времени, только при введении в

контекст термина звукового узла «об». В этом случае через

значение этого узла «бо» – «сирота», общую виртуальную вину

человечества мотивация данного термина переводит на реаль-

ного адресата, в силу совершённого зла или ослушания веле-

ний времени. Являясь честью генетической опары чуда сказа-

ния «по – оп», обвиняемый ротацией звукового узла «об – бо»,

на узел обозначения чудо сказания «по – оп», становится по-

194

винным в совершении зла или ослушания. Эта системная

особенность уникальной генетической пряжи северного

шифра диктует в процессе времени моделирование терминов

«наказ» и «наказать». В первом случае энергия «ка» виртуаль-

ной вины сотворённого духа воспринимается системой как

знак, изошедший от некоего лица «аз» в виде условного пред-

упреждения или предостерегающего напоминания. Во вто-

ром случае энергия «ка» вездесущего духа «к» обуславливает

восприятие наказуемых функций через значимость «знака»,

как познавательная форма сути самой генетической опары

«ьатз» – «опара». Имея единую звуковую основу «знак», суще-

ственное различие терминов «наказ» и «наказать» заключа-

ется в принадлежности и энергии «ка», и вездесущего духа

«к» некоему лицу «аз» в варианте «наказ». Когда во втором

варианте «наказать» эта естественная энергия «ка» исходит

от духа генетической опары «ьатз». Конечно, эти лингвисти-

ческие особенности языка малопонятны обычному читате-

лю, но по рангу своей деятельности языковеды обязаны знать

эти тонкости. И на основании правил звуковой математики

аргументировать свои этимологические выводы, не создавая

цепь полумифических заключений, вслед за метафизически-

ми болванками иноземных систем. Ведь неимение полной

отчётности мотивационной начинки своего сказочного «вия»

заставило языковедов, минуя вездесущую латынь, обосно-

вать сомнительное происхождение истинно русского «вине-

грета» от французского кислого вина «винэгр», при этом до-

пустив неправомерное сравнение с этим кислым вином

уксуса и салата из овощей, политых уксусом. Являясь таким

же исконно древнеславянским словом, как и ледяной кисель,

винегрет имеет прямое отношение к русскому термину

«вино». Как понимает читатель, мы затрагиваем только са-

мую малую часть огромного айсберга завуалированных вре-

менем звуковых формул языковой системы. Имея научно ар-

гументированные решения системной математики, мы не в

состоянии предоставить читателю потоком всю звуковую па-

нораму. Только сравнительный анализ визуальной части этого

айсберга даст возможность читателю обрести реальную ори-

ентацию в логических условностях его подводной части. Ведь

195

что получается, дорогой читатель, визуальная часть айсберга

принадлежит великому русскому языку, а что находится под

водой времени, принадлежность айсбергам другой акватории.

При всей своей кажущейся визуальной идентичности, ха-

рактерные особенности даже капли воды зависят от време-

ни и условий движения этого времени. Поэтому обладатели

айсбергов другой акватории пусть сами ищут свою подво-

дную часть генетической пряжи, не отталкивая в сторону, как

ненужный мусор, древнеславянские мифы и устойчивые на-

зидательные афоризмы. Это какая же логическая закономер-

ность или звуковые решения заставили языковедов подвести

мотивационные корни русского термина «витамин» к латин-

скому звуковому образованию «вита». Что, по мнению этимо-

логов, означая «жизнь», попал в международный словарь учё-

ных терминов, как обозначение «вещество, необходимое для

жизни». При этом, не имея чётко обозначенных звуковых ре-

шений самому веществу и жизни. Термин «жизнь», как нечто

среднее между греческим «биос» и латинским «вита» своими

корнями уходит в индоевропейскую звуковую систему. И то,

и другое, находясь в роли метафизических болванок этимо-

логических словарей, не имеет никаких звуковых решений.

Подвешенное состояние этой терминологии вполне устраи-

вало средневековый научный мир. Ведь аналитическая архе-

ология звукового богатства языковых шифров была лишена

корректировки визуальным оком космических наблюдений,

и сама жизнь рассматривалась обывательским порывом на-

учных предположений, мотивируя свои этимологические вы-

воды условностями промежуточных формул лингвистико-

свето-волновых голограмм. Если для угасающих инструкций

греческого и латинского шифра такая неопределённость ба-

зовых терминов языка не имеет особого смыслового значе-

ния, то для системы северного шифра это одна из основных

причин потери логической цепочки генетической нити языко-

вой пряжи. Что, создавая лингвистический коллапс в узловых

плетениях языка через метафизические болванки греко-ла-

тинской звуковой системы, лишает своей матричной посы-

лочной базы целые направления северного шифра. Да, мы,

конечно, понимаем необходимость существования в самой

196

латинской системе научной концепции характерности этого

ряда терминов и их значение. Но для русского варианта, как

для самостоятельного звукового шифра, должны существо-

вать правила адаптации этой научной мысли или свои реше-

ния её мотивации. Только при таком подходе языковеды об-

ретут истинное значение того или иного термина. Греческое

смысловое значение жизни «биос», в силу своей звуковой

начинки, действительно воспроизводит мировоззренческое

представление существующей жизни. То есть жизнь – это не-

кая пригоршня естественного света, из которой, как особая

полоса всеобщей души, сотворено человеческое сиротство.

/ Би + ос. = Горсть + полосы. И + с + бо. = Основа + света + сирот.

Биос. – Ибо + с. = Месива + свет. Бос + и. = Приходом + месить.

==== Био + с. = Горсти + души. С + бои. = Угол + сирот.

Основываясь на своём восприятии этого мировоззренче-

ского представления существующей жизни, северный шифр

звуковой пряжи моделирует логическую интерпретацию при-

вязанности узла обозначения говорящим самого себя «аз» с

горстью светового месива. Посредством этого звукового узла

обуславливая естественную сущность «аз» основанием био-

логической жизни бытия «базис - о». Выведенный из общего

контекста звук «о», как обязательный элемент овеществления

реального бытия, указывает на существование в этом терми-

не не самого говорящего лица, а его биофизического голоса

«оаз», тем самым закладывая в основу звуковой пряжи ма-

тематическую формулу выведения посредством времени и

развития звукового соединения «бис». Учитывая предвари-

тельное знакомство с правилами математической системы

звуковой пряжи северного шифра, для научной аргумента-

ции заявленных посылочных выводов, сложность звуковой

математики, дорогой читатель, нам придётся поднять на не-

сколько ступеней. И если существование экспериментально

подтверждённых лингвистико-свето-волновых голограмм

действительно, показать их условный системный порядок

моделирования двуязычными звуковыми витками. В основу

этих звуковых решений мы положим словесный узел «аз», ко-

торый озвучивает один и тот же смысл, как для русского, так

197

и для нахского языков. Ведь начала осмысленного мировоз-

зренческого восприятия окружающей действительности, как

временный удел человечеству от Творца всесущего, у обоих

языка начинается одинаково с выражения «Аз Лаьд». Так по

логике любого русского, для архаичного времени, это некое

прядение генетической нити должно было быть озаглавлено.

Где от этого неизвестного лица «аз» исходит зла лаз некоего

ледяного (льда) зада. Что вполне устроило бы, как исходное

начало, для любого другого языка, отстоять символику миро-

воззрения своих истоков. Оставляя этот некий ледяной лаз,

как исходную позицию, с именным указателем его поиска

термином «сказал», язык, предоставляя необходимую инфор-

мацию, не обязан ещё и разжевывать её для языковедов. Для

нахского же языка это снежное (льа) сказание отца (ал – да),

изречено тем же Творцом, что и у русских «Дьалаз».

Нахский язык. Русский язык.

============ ===========

1) Аз. Аз.

2) Ма (объятия). – Нами. (2,3)

3) Ин (основы). _/

4) Бо (сирот). \

5) Ъя (прихода). – Объятия. (4,5,6)

6) Яти (опары). _/

7) Осн (полос). \

8) Ов (шва). – Основы. (7,8,9,10)

9) Ы (дыханья). /

10) Ы (воздуха). _/

11) Си (величия). – Сирот. (11,12)

12) Отр (закона). _ /

13) Ипр (погоста). \

14) Хи (воды). – Прихода. (13,14,15)

15) Доа (амбара). _/

16) По (чуда). \

17) Опа (сказанья). – Опары. (16,17,18)

18) Ыр (тени). _/

19) Пол (колдовства). – Полос. (19,20).

20) Со (оси). _/

21) Ша (льда). – Льда. (21, 22).

22) В (творенья). _ /

198

Такую непрерывную нить звуковой пряжи моделирует ма-

тематикой звуков и звуковых узлов система северного шиф-

ра, при более детальном анализе формул и узлов соединения

излагая мотивационную начинку десятистрочными катре-

нами. Пропущенные в вышеприведённой таблице звуковых

решений аналоги древнеславянского языка, как самостоя-

тельные звуковые единицы, рокировкою системных правил

овеществляют определённые направления языка. Являясь

основой звуковой иглы завязки генетической нити, частица

«аз» определяет системные таблицы правил моделирования

узловых матриц генетической пряжи.

Соединением этого узла с частицами обозначения мате-

рия «ма» и время «х», формирующейся в нахском славословии

естественной иглой «махаз», создаётся акустика слышимости

«хазам» сенсорной сети естества. Рассчитанная на период

определённой эпохи или витка цивилизаций «замах», аку-

стика слышимости является паутиной «мазах», цены и цен-

ности «хам-мах», прядущей генетической пряжи «ахм-ахз».

Аналогом русского языка «иглой» мотивируется состоятель-

ность этой завязки генетической пряжи из снежного экстрак-

та «ло,йи», как благость «йол» генеалогического древа жизни

«г». Если для нахского языка это естественное шитьё «тегар»,

означая творение четверга «ера-ер», становится тельцом «ет»

живота «ге» пространства «ар», то в русском аналоге «шитьё»

этим тельцом живота пространства обуславливается опара

«ьти» тающего льда «ьш-ш». Поэтому, в силу этой системной

закономерности, в русском славословии термин «шить» при-

меняется и для процесса пошива чего-то, и для пришивания

какого-нибудь дела к чему-то. А теперь, для наглядности вы-

шезаявленного, мы приведём таблицу принципа моделиро-

вания частицей «аз» базовых матриц этой системы славосло-

вия.

1) А (ничто, небытие)

+ З. = Аз. – Нами.

2) Е (творить, убить)

+ З. = Ез. – Свято.

3) Ё (потеря, тушенье)

+ З. = Ёз. – Познаваемое.

4) И (основа, смешиванья) + З. = Из. – Основой.

5) О (нечто могучее)

+ З. = Оз. – Голоса.

199

6) У (аура, мор)

+ З. = Уз. – Мерить.

7) Ы ( дыханье, пар)

+ З. = Ыз. – Дыханья.

8) Ю (шило, творенья)

+ З. = Юз. – Вяжется.

9) Я (купола, прихода)

+ З. = Яз. – Куполом.

1) Аз.

– Небытия.

2) Зе.

– Изучать, зло.

3) Зе,ё. – Потери, тушенья.

4) Зи.

– Зла, наблюденья.

5) Зо.

– Зримости, зрения.

6) Зу.

– Звучанья, изученья.

7) Зы.

– Цепи, ежа.

8) Зю.

– Сенсорных звуков.

9) Яз,я. – Писанье, прихода.

Каждая заявленная этой таблицей матрица русского язы-

ка имеет свои аргументированные звуковые решения, и на

примере нескольких из них мы покажем принцип их моде-

лирования. Таким примером для нашего анализа будет слово

«изучать», так как оно имеет единую основу со словом «из-

лучать» и «излучина».

Изучать.

========

1) И + зу + ча + ьат.

= Основы + звучанье + соломы + испечь.

2) Уи + аз + ачи + тьа.

= Ауры + нами + дробления + нити.

3) И,ь + зуч + ьати + изу. = Месива + трели + опарою + течь.

4) Уз + ати + таз + чаи.

= Взвешенной + доли + пресной + соломы.

5) Та + ьати + ьуз + ьазн. = Наладить + опары + вязания + святости.

6) Зу + ьат + чи + ча.

= Звучания + выпечки + чрева + медведя.

7) Туз + ча + аьт + тази.

= Плевела + соломы + правой + лохани.

8) Зи + ьати + зуч.

= Учись, изучай + опары + звучанья.

9) Та + ьа + ачи + ьуз.

= Наладить + котла + деления + сеть.

10) Ьаз,ьа + аз + ьати + ча. = Писанной + нами + опары + медведь.

Вот таким лирическим пафосом звуковая сеть естественно-

го голоса призывает сотворённое в чреве медведя генетическое

зло учиться премудростям скоротечного бытия. Приведённый

нами катрен лишь часть общей расшифровки, но и он в состоя-

200

нии удивить не только автора, но и любого свободомыслящего

человека своей уникальностью так называемых голограмм не-

бесных инструкций. На этой же звуковой основе сформиро-

ванное слово «излучай», в силу присутствия в этом термине

звука обозначения «след, подкова» – «л», получает дополни-

тельную информацию и о премудрости бытия, и о сути этого

следа и подковы. То есть тому, кто обретает житейскую пре-

мудрость в аудитории естества, предоставляется информа-

ция, характеризующая особенности движения этой подковы

и целесообразность этого движения для оставляемого ею сле-

да в пространстве.

Излучай.

=========

1) Из + лу + ча + йа.

= Основа + даёт + соломы + прихода.

2) Зуй + али + зу + лич.

= Звучания + сказа + виденья + частицу.

3) Иза + лича + йуз + ачи. = Взвешенной + части + сети + дробленья.

4) Зул + изу + чаи + чил. = Криво + текущей + соломы + крупицу.

5) Ила + луа + зйу,ли.

= Мысли + сказания + сенсорных звуков.

6) Ла + йач + изу + ла.

= В здравья + рождения + течи + терпеть.

7) Чай + али + ал + зу.

= Соломы + сказания + пламенный + зов.

8) Лай + чиз + зу,или + ал. = Снежного + чрева + звучанием + петь.

9) Чай + али + изу + лай. = Медведя + сказание + течи + рабов.

10) Ал + йуза + лич + йа. = Пламени + сети + частицу + иметь.

Основа, как видит читатель из вышеприведённого катрена,

излучает некую часть естественной мысли, сказания сенсор-

ными звуками. Это как бы, сочетаясь с чувствами внезапного

порыва или поэтического вдохновения, символизирует со-

участие в становлении личности, собственных истоков рож-

дения этой личности. Отеческим зовом ареала обитания очи-

щая и направляя воззрение на таинство окружающего мира,

во имя обретения части звуковой сети генетической пряжи

генеалогического древа бытия. И как понимает читатель, за-

ложенная в основе этого и ему подобных слов характерная

особенность индивидуального шифра генетической нити

медвежьего колена является причиной отсутствия какой-ли-

201

бо внятной этимологии в ведущих локомотивных системах.

Исходящая от базовой частицы «аз», как инициатор завязки

матриц этого ряда, звуковая петля «из», означая «оно от ос-

новы», становится ориентиром объективности изучения «зи»

для сотворённого зла «зи». Вымеренное и растянутое нечто

от основы «из» естественной мудростью «ир» – «мудрость»,

как ориентир объективности, эта частица обуславливает за-

вязку термина русского языка «зри». Если частицей «зи»

овеществляется процесс изучения и анализ материальной и

нематериальной сути основы, то два других звуковых узла

этого обучения «зе», «зу» определяют по отдельности матери-

альную и нематериальную суть основы. Узел «зе» моделирует

терминологию определения материальной сути бытия, а узел

«зу» овеществляет эту суть, интерпретируя её с мотивацией

звуковой сети. Метафизическое представление этого восхож-

дения по ступеням познаний сказания мудрости естества,

лестницей генеалогического древа объединяя и материю, и

мысль, мотивирует термин русского языка «узел». В нахском

славословии означая «кривая познаний естественного сказа-

ния зла», эта мудрость, завязанная узлом генетической пря-

жи, призывает сотворённое зло развязать даром познаний, а

не рубить мечом бытия.

Чтобы, растягивая генетическую спираль мудрости этого

узла, открыть «ел» тайну естественной сети следа своего су-

ществования. Открывая естественный лаз в звуковой сети,

лезущий по этим ступеням познаний обретал устойчивую

мудрость и гармонию с естеством, чтобы не терять рубкой

мечом гордыни тысячелетние корни своей генетической пря-

жи, сохраняя святая святых собственного языка, и участь раз-

рубивших метафизическое единство этого узла, и след своего

тысячелетнего существования в аудитории естественной ака-

демии наук. Поэтому в матрице, исходящей от этой мировоз-

зренческой дилеммы «излучина», генетической пряжей обу-

славливается и смысл излучины быстротечной жизни, и суть

водной стихии естества.

202

Излучина.

=========

1) И + зули + луч + нича. = Основы + кривого + купанья + корыта.

2) Зули + чи + ау + изу.

= Извилина + чрева + ауры + течи.

3) Из + зу + анич + али.

= Она + обученья + древности + сказа.

4) Зу + инач + уни + или. = Звучания + смеси + уродливой + песни.

5) Ли + аз + илч + нуз.

= Ругани + нашей + мысли + метлою.

6) Чин + чулаз + али.

= Чрева + прядением + пламени.

7) Ла + али + инзу + низа. = В здравия + сказа + фитиля + мощью.

8) Ли + лича + или + изун. = Дать + очищение + пению + течи.

9) Ан + лича + ила + нуз. = Чтобы + очищенной + мысли + метла.

10) Ачу + алз + чи + чан. = Дробила + сказание + чрева + медведя.

Имея в архиве звуковой математики архаичные формулы

дешифровки матричного смысла любой матрицы своего язы-

ка, этимология часто оказывается в тупике. И чтобы как-то

выйти из этого тупика, ссылками на греко-латинскую звуко-

вую основу ломает и логику здравого мировоззрения, и прин-

ципы собственной генетической пряжи. Эта зримая невоору-

жённым глазом особенность логической неправомерности

проявляется в анализе терминологии, исходящей от метафи-

зических барок греко-латинской системы славословия. Такой

баркой, или «Гордиевым узлом», разрезание которого вызы-

вает лингвистический коллапс в языковедении, является и

звуковая петля «пол – поло». Аналог вышеназванному узлу

«пал – пла», эта звуковая петля северного шифра содержит

выводы первичного мировоззрения, формирование которого

обусловлено непосредственной связью носителей этого язы-

ка с холодом и со снегом.

/ По + л.

= Чуда + следа.

Пол (основа). – Оп + л.

= Речи + слепка.

\ Пол + лоп.

= Волшебства + наряда.

\ Олп + ло + пол. = Буквы + узел + связи.

\ Ло + пол.

= Снежного + плетенья.

Если естественная плацента, о которой мы говорили выше,

играет роль генетической оболочки вокруг живого плода зем-

203

ли, то облагороженные этой плацентой энергетические поло-

сы двух северных полюсов являются инкубатором генерации

первичной биофизической субстанции. И эта заложенная в

коммуникацию генетической пряжи непреложная аксиома

открыта не сегодня и не вчера.

Мы произносим это слово специально, чтобы читатель

имел, наконец, вполне обоснованную этимологическую ос-

нову под этим термином. А этимология, научно аргументи-

рованное определение, дабы последующая цепь генетиче-

ской пряжи разматывалась по правилам звуковой системы,

а не гипотетическим мечом мифологического персонажа

античной философии.

Аксиома.

========

1) Си + ак + мо + ма.

= Величья + безмолвия + зла + материи.

2) Ка + симо + ма.

= Энергии + желчи + объятья.

3) Сома + к + а + и.

= Бдящего + духа + небытия + основы.

4) Ко + кис + ма + сома. = Сути + карман + материи + плода.

5) Амк + ак + к + сои.

= Торжества + безмолвия + духа + оси.

6) С + има + сом + кима. = Света + истины + яви + ковчега.

7) Асо + с + сим + ка.

= Молнии + нашей + желчи + энергии.

8) Мос + ко + са + ик.

= Волоса + сути + сердца + сапог.

8) С + мас + ки + сио.

= Света + летящего + шапки + искры.

9) Ма + к + миска + ко.

= Материи + духа + горечи + рок.

Математическая последовательность естественной ком-

муникации, выстраивая временные шифры разных языков,

сохраняет в звуковой системе, как узловые переплёты, вы-

шеназванные метафизические барки, вопреки меняющейся

тенденции научных прорывов тысячелетий, обуславливая

непрерывность времени потоку звуковых носителей единой

генетической пряжи. Ибо, предопределённая естеством, зву-

ко-энергетическая сеть этой пряжи, имея единое управление

её моделирования, подотчётна заданным параметрам заранее

вымеренных и взвешенных биофизических носителей звука.

Мифологическая «Ариадна» античной философии, как сво-

бодное движение «арии – адан» мудрости небытия «илан – а»,

204

являлась в лице человечества всего лишь жницей этой пряду-

щей генетической нити «ард – да». Переложенная как базовая

ценность греко-латинской системой в мифологию античной

философии, эта мудрость многих тысячелетий имеет научное

значение для науки языкознания. Огромной заслугой рево-

люционной системы античного мира, безусловно, в этих за-

вуалированных сценах обновлённого воззрения на таинство

сотворения бытия. Где в именах, названиях и в топонимике,

сохраняя концепцию предыдущей идеи, как сценическое

оформление, преподнесено своё представление об особен-

ностях правил игры существования. К каждому отдельно взя-

тому акту закладывая в звуковую систему, как пропускные

талоны в театр сценической жизни, узловые ключи, в виде

метафизических барок «био», «поло», «мега». Эта естествен-

ная особенность звуко-энергетической сети бытия человека,

носителя информационной начинки метафизических барок,

обуславливает ротацию в информационном пространстве

временных кодов звуковой сети, унифицируя индивидуаль-

ные особенности шифрового кода промежуточной научной

мыслью, будь то греко-латинская или другая система. Суще-

ствующие в самой системе архаичные заготовки звуковых

единиц, получив прототип обновлённой мысли сценической

игры античной или другой философии, выстраивают из этих

заготовок свою модель миропонимания. И если это миро-

воззрение имеет некое единство с концепцией предыдущей

философии, то это не значит единство в частностях или то-

тальное совпадение взглядов. Поэтому, выстраивая выводы

звуковых решений терминологии собственного языка, в пер-

вую очередь должно опираться на особенности национального

менталитета, звуковой характерности предыдущих шифров и

философию народного фольклора языка. Копирование игры

или подражание сценическому таланту передовых актёров

бытия не имеет логической правомерности с талантом оформ-

ления этой сцены, где каждый театр волен оформлять условия

своей игры, исходя из самобытности разыгрываемой сцены.

На примере русской звуковой матрицы «пол», что для этой

системы, в отличие от иноземных шифров, означает «некая

205

основа», мы постараемся обосновать то, что заявили выше.

Звуковой узел «по» нахского языка, означая «чудо», модели-

рует своим обратным вариантом чтения смысловое значение

говорить или говор «оп». Русское же чудо, являясь амбаром

бытия «до», для соломы «ч» естественной световой ауры «уч»,

обуславливает состоятельность значений говорить или говор.

Исходящая матрица этого ряда «полоса», сочетая в себе мо-

тивацию и русского, и нахского языков, через звуковые ре-

шения системы закладывает последующую математику всей

терминологии этого ряда. И не имея представления о моти-

вационной сути звуковой петли «пол – поло», понять логику

последующего этапа первичного мировоззрения невозмож-

но и неправомерно. Если полоса материальной сути имеет

свои субъективные особенности мотивационной начинки, то

визуальные полосы окружающего нас пространства должны

иметь свои объективные представления. Для самого русского

языка звуковые узлы термина «полоса» «соло па», «пол оса»,

в отличие от этимологических выводов языковедов, дают

хоть и пространную, но реальную информацию для звуко-

вых решений. Основное значение мотивационной начинки

термина «пол», как мы сказали выше, некое овеществлённое

понятие метафизической основы чему-то или чего-то. Этим

что-то в нахской звуковой системе является звуковая петля

или узел «ло» естественного чуда сказания «по – ол». Обо-

значенная русским языком, как основание в виде жужжащей

осы, музыкального шага «па» от единого лица «соло», полоса

обретает условные характерные особенности. Далее оставляя

след «л», подковой звуковой сети «л – л – пол», это чудо под-

вешенное «ол» во времени сказания, подобно пламени огня,

находится в движение речи. Однако это только часть некой

метафизической основы, и поэтому термин «пол» несёт ещё и

дочернее значение этого узла – «половина чего-то». Пол или

основание какой-либо овеществлённой твердыни предназна-

чен для ходьбы или движения. Этим числителем хождения

на полу овеществлённой твердыни становится сотворённое

зло архаичности «во – ани». Имея в русской транскрипции

снаряжение пол воина, это биологическое зло, как прототип

206

последующих циклов формирования единого объединения

зла, обретает особую ячейку в генетической цепи. Заложен-

ная естеством как биоэнергетическая ячейка, звуковая пет-

ля «пол», соединяясь с узлом обозначения время и прядение

времени «х – ох», моделирует древнеславянский вариант обо-

значения раба «Ххолоп».

Холоп.

=======

1) По.

= Чуда.

2) Л.

= Подкова.

3) Лоп.

= Нарядная.

4) Олп.

= Буква.

5) Олпо.

= Буквы.

6) Полхо.

= Завязка.

7) Пхо ол.

= Основа речи.

8) Ол пхо.

= Сказания пули.

9) Пол ох.

= Связи пряденья.

10) Оп хол.

= Речи холма

11) Хо,л лол.

= Сознанья петли.

12) Лоп ох.

= Наряженной пряжи.

13) Хол оп.

= Неучу речи.

------------ 14) По ол хо.

= Чудо сказания знать.

15) Ло ол пхо ох.

= Снежного сказа основ пахоты.

16) Ло л пол охо. = Дать подкове хитрость вязать.

Обозначение половина чего-то узлом «пол», для нахского

языка, как цифровой стандарт, несёт значение сформиро-

ванной части звукового ряда «олп» – «буква». То есть цельная

смысловая петля или узел «ло» становится самостоятельным

символом этой речи. Формой или формулой, обработанной

сознанием мировоззренческой мысли, эта цельная буква

«олп» естественной сети сказания «ол», системой обуслав-

ливается метафизической полкой овеществляемой есте-

ственной мысли. Где дух и его энергетическая суть стано-

вятся инструментом систематизации биологических ячеек

моделируемых кодов генетической пряжи, закладывая как

системную закономерность в основу этой пряжи северного

шифра принцип и правила овеществления мужского, женско-

207

го и среднего рода «пол». Выводя из этой базовой матрицы

«полка», первое цифровое измерение «кол», овеществляемых

духом созидания «к», биологических узлов «ло» заквашен-

ной естественной опары «лок – эликсир». Нахскому варианту

элексир «лок», как звуковому конденсату пламени снежного

руна чуда творения «ол – ло», впоследствии системой моде-

лируется древнеславянский вариант «кольд» или «колдь». На-

ходясь в стадии энергетической обработки вездесущего духа

«к», этот полк звуковых единиц «пол-к» становится полчи-

щем клопов энергетической сети естества. В мотивационной

начинке звукового узла «кол» системой закладывается миро-

воззренческий стандарт овеществляемой звуками мысли, как

некий предтеча сформированной сути алфавитного цифро-

вого знака.

/ Ко + л.

= Сути + следа.

Кол. – Лок + к.

= Эликсира + духа.

==== \ Ко + ло.

= Обитель + петли.

\ Ло + ол,к. = Податель + речи.

С этих звуковых петель «пол» – «кол» и их мотивацион-

ной сути закладываются в систему, как узловые ячейки, ми-

ровоззренческие ориентиры будущей атрибутики звуковой

и цифровой математики северного шифра. Письменность и

её цифровые измерения получают сформулированное сырьё

мировоззренческой мысли, выводя визуальное осмысление

этого сырья под пресс ошибок и опыта сформированной об-

щинной памяти. Являясь главным и основным условием со-

стоятельности самобытного письма, сформированный на

основе общинной памяти национальный менталитет и есть

остов любого языка генетической пряжи. Поэтому язык, име-

ющий веками отшлифованный национальный менталитет,

вопреки правилам этимологической науки, не может копи-

ровать словесные узлы с иноземных звуковых шифров. Ведь

упряжкою быка или буланого скакуна не запряжёшь таёжно-

го медведя, а если всё-таки и попытаешься, то безымянный

воз придётся перетаскивать вручную, как это часто бывает

208

в этимологических анализах языковедов. Как одна из самых

уязвимых задач славословия, в этимологических изыскани-

ях языковедов терминология исходящих матриц от базовых

узлов «пол», «поло» создаёт резервационный карман на-