Тайны Ривердейла. Загадочный сосед

7

– Ну что ж, одновременно? – спросил он у меня.

В ответ я кивнула и достала телефон из кармана куртки.

Саша: «Мама, за меня не волнуйтесь, я зашла к друзьям, останусь у них. Люблю».

Томас: «Дафна, я переночую в гостинице, может, твоя мать успокоится за ночь, не теряй. Поцелуй Остина за меня. Люблю».

И синхронно убрали телефоны. На наших лицах застыли заговорщицкие улыбки.

– Что ж, пойдем? – И Томас посмотрел в направлении центра.

Потоптавшись на месте от нерешительности, я все же последовала за ним.

– Тебе не страшно вот так, одной, по ночам гулять? – оглянувшись, поинтересовался мужчина.

Я пожала плечами, не найдя ответа.

– Ты в курсе, что Чикаго – один из самых криминальных городов США? Так же, как Хьюстон или тот же Детройт. Наш район относительно безопасный, но все же…

Я тихо фыркнула. Моя реакция вызвала улыбку у Томаса.

– Смелости у молодежи хоть отбавляй… Вы переехали недавно, расскажи немного о жизни до переезда.

– Сколько помню себя, мы жили в Ривердейле.

Томас присвистнул и даже обернулся проверить, не шучу ли я.

– Ходила в обычную школу, – хмыкнув, продолжила рассказ. – С детства начала учиться игре на гитаре. Не знаю, чем именно меня привлек именно это музыкальный инструмент, – я поморщилась, – наверное, тем, что помогает снять напряжение. Ривердейл, понимаете? – И хихикнула.

Он оценил юмор, скромно улыбнувшись.

– Папа – трейдер в хедж-фонде, это инвестиционный фонд, где объединяют и вкладывают средства инвесторов с целью получить максимальную прибыль при минимальных рисках. Его работа начала приносить хорошую прибыль компании, инвесторы довольны, так что он получил очередную хорошую премию и собрав нас с мамой в охапку, перевез сюда… Маме больше не нужно ходить на ненавистную работу, и она занимается поисками себя. Идей – фонтан, когда есть минутка наконец- то остановить колесо Сансары[11]и выдохнуть.

– Очень интересно. Я рад за вашу семью. Папа у тебя молодец! Похвально.

– Расскажите немного о себе. Раз уж расспрашиваете про меня.

– Хм- м, это может выйти долгий рассказ, ты точно готова?

– У нас вся ночь впереди, что еще делать?

– Что ж, мне тридцать три, я профессор литературы и…

Дальше Томас рассказал, что он все свое детство провел в этом районе. Дом достался в наследство от родителей. Первым ушел отец: стресс на работе. Нестабильное экономическое положение рынка привели к остановке сердца. Иногда навещал бабушку с дедушкой в городе Лейк- Форест.

«Так, стоп. Что? Может, поэтому он тогда так отреагировал на имя Молли?»

– Там и познакомился с Дафной. Мама была профессором современных языков и литературы, – сразу переключился он, не желая погружаться в тему личных отношений, – она- то и привила с детства любовь к чтению. Смерть отца подкосила ее, – речь наполнилась легкой грустью.

Он поделился своим первым провальным опытом на сцене, когда принимал участие в постановке драматического кружка. Перепутав слова, Томас выставил себя на смех и стыдился приходить в школу. В итоге вызвали его родителей, и ему пришлось вернуться к учебе. Дразнили недолго. В скором времени быстро перескочили на других «умельцев выделиться».

– В юношестве я был не очень популярен у девушек. Знаешь, прыщавый, хилый, нескладный малый… Да еще и ботаник, – сделал он неожиданное признание.

Впереди замаячило круглосуточное кафе, и мы зашли в него погреться и выпить по кружке горячего шоколада.

Уже сидя за одним из столиков, под «Let It Snow» Фрэнка Синатры[12]Томас рассказывал про своего любимого поэта Джона Китса[13].

– «Ода соловью» называется стихотворение, точнее – его часть.

Прикончив шоколад, мы заказали молочные коктейли с внушительными шапками сливок и щедро приправленные хрустящей шоколадной посыпкой.

Это мое лучшее Рождество. Под утро я, счастливая, прикорнула на его плече.