Техника и вооружение 2004 09

Бегущая по волнам

Владимир Асанин

Окончание. Начат сч. в «ТиВ» № 2–5/2004 г.

Без преувеличений можно утверждать, что день 16 октября 1967 г. навсегда вошел в историю развития средств вооруженной борьбы на море. Дпя экипажа израильского эсминца Eilat он, видимо, стал тяжелым с самого утра: накануне он отмечал очередную годовщину' вступления бывшего британского корабля в состав израильского флота. Вдобавок этот день стал вообще последним в истории корабля. Патрулируя в районе египетской военно- морской базы Александрия, он вызвал неудержимое раздражение в душах арабских моряков, а возможно — избыточное внимание их советских советников. Так или иначе, корабль был обстрелян непосредственно с рейда Александрии. Гибель Eilat была стремительной и впечатляющей. Действительно, в небольшой корабль-ветеран Второй мировой войны попали сначала две, а затем, с временным интервалом, еще пара ракет П-15. Последняя ракета поразила то немногое, что еще возвышалось над водой, за считанные минуты до окончательного погружения Eilat в пучину. Общий расход П-15 вдвое превышал требующийся для его потопления, по теоретическим расчетам.

Это событие оказало исключительное влияние на последующее развитие морских вооружений. До того противокорабельные ракеты создавались только в СССР, Швеции и без особых успехов во Франции. Американцы и англичане спокойно наблюдали за деятельностью советских конструкторов, считая особое внимание, уделяемое ракетному оружию в СССР, вынужденной компенсацией отсутствия авианосцев в нашем флоте. После гибели Eilat американцы решительно приступили к созданию собственных противокорабельных ракет «Гарпун», тактического варианта «Томагавка». Французы ускорили и успешно завершили уже развернутую ранее разработку ракеты «Экзосет».

Следующие боевые эпизоды, связанные с применением ракетного оружия в ходе, по формулировке B.C. Высоцкого, «индо-пакистанского инцидента», в еще большей мере подтвердили представления о могуществе советского ракетного оружия. Как и наши черноморцы в 1941 г., индусы решили с началом боевых действий немедленно разорить осиное гнездо врага — его главную военно-морскую базу. Но рейд на Карачи прошел намного успешнее набега на Констанцу, что свидетельствует о его лучшей подготовке. Карачи находился на большом удалении от индийских баз, на пределе радиуса применения ракетных катеров пр.205. Поэтому большую часть пути катера «Ниргхат», «Нипат» и «Веер» прошли на буксире у сторожевых кораблей пр. 159 «Килтон» и «Катчал».

В ночь на 5 декабря 1971 г. на удалении 20 миль от берега сторожевики остановились, а ракетные катера своим ходом двинулись к берегу. Ход был неторопливым: катера имитировали занятые промыслом рыболовецкие суда. Тем не менее они вызвали повышенный интерес у пакистанцев, обнаруживших их на экране работающей береговой РЛС. Любопытство мусульман оказалось для них гибельным: посланный на разведку' эсминец Khaibar стал первой жертвой индусов, потопивших его двухракетным залпом. Ракетным огнем были также повреждены эсминец Badr, тральщик Muhafiz и транспорт, ошибочно принятый индусами за пакистанский крейсер. Две ракеты были выпущены по береговым сооружениям. Портовые краны давали мощное радиолокационное отражение, воспринимались операторами катерных РЛС как крупные суда и легко захватывались на сопровождение.

Спустя четыре дня индусы предприняли еще один ночной рейд на Карачи, в ходе которого потопили три и повредили два транспорта. Новым в боевом применении ракет стал великолепный фейерверк, вызванный четырехракетным залпом индусов, уничтожившим 12 из 34 топливных цистерн нефтехранилища. Согласно одной из версий, последние были поражены ракетами с тепловыми головками, захватившими на сопровождение металлические корпуса баков, хорошо прогретых за день тропическим солнцем.

Отметим, что все описанные выше боевые эпизоды связаны с применением ракетного оружия только одной стороной вооруженного конфликта, как бы игрой в одни ворота. В те годы у противников Египта и Индии не было ни ракетных катеров, ни друтих кораблей- ракетоносцев. Меры радиоэлектронного противодействия также не принимались. Положение изменилось в ходе октябрьской арабо-израильской войны 1973 г. Израильский флот к ее началу' насчитывал 12 катеров французской постройки типа Saar. Часть из них была якобы выкрадена израильтянами на французских верфях после введения правительством де Голля эмбарго на поставки вооружения Израилю. Можно предположить, что без молчаливого согласия фирмы-изготовителя столь дерзкая операция не увенчалась бы успехом. В дальнейшем в Израиле начали самостоятельно строить катера Reshef по типу французских Saar-IV. Головной катер успел пополнить израильский флот к началу очередного конфликта на Ближнем Востоке.

Как известно, боевые действия начались внезапно, с решительного наступления, предпринятого египетской и сирийской армиями около 13 часов 50 минут 6 октября 1973 г., в день еврейского праздника «Йом кипур» («Судный день»). Корабли арабов под прикрытием обычных мероприятий по плановой боевой подготовке были заранее развернуты в море. Но уже в первую военную ночь израильтяне восстановили боеспособность и двумя тактическими группами предприняли набеговую операцию на сирийскую военно-морскую базу Латакия. Севернее действовала первая ударная группа из катеров Miznak, Grash и Hetz, южнее находилась прикрывающая ее вторая группа в составе артиллерийского катера Mivtach и ракетного Reshef. Первой жертвой израильтян стал торпедный катер советской постройки пр.123К, обнаруженный Miznak и потопленный в 22 часа 50 минут огнем двух 76-мм артиллерийских установок, но успевший до своей гибели оповестить командование о приближении катеров противника.

Впервые ракеты «Габриель» были безуспешно применены с израильского катера Grash на дальности 20 км по находившемуся в дозоре к северо-западу от Латакии тральщику Yarmuk советской постройки пр.254, который немного позднее был потоплен двухракетным залпом катера Reshef с удаления 18 км в 22 часа 43 минуты. Немного позже южнее Латакии группа из двух сирийских ракетных катеров пр.183Р и одного пр.205 залпом шести ракет атаковала Reshef и Mivtach. Израильтяне прикрылись ложными целями. Далее сирийцы, сблизившись на дальность 30 км, провели пуск оставшихся двух П-15 с катера пр.205 по Grash и Miznak и развернулись в сторону' базы. Они шли на максимальном ходу, обеспечиваемом к тому времени изношенными дизелями, 24 узла. Израильские катера, успешно уклонившиеся от ракет П-15 с помощью ложных целей, на скорости более 30 узлов устремились за ними в погоню. Уменьшив дистанцию до 20 км, они пусками четырех ракет «Габриель» потопили сирийские катера пр.183Р и пр.205 в 23 часа 32 минуты и в 0 часов 08 минут. Оставшийся сирийский катер пр.183Р, спасаясь от ракетного и артиллерийского огня, выбросился на мель, где и был добит Miznak в 0 часов 25 минут.

В ту же ночь израильской авиацией был потоплен и один из семи египетских ракетных катеров, наносивших удар по береговым объектам у Рунами. Египтяне заявили о том, что один израильский вертолет был сбит.

События у Латакии повторились через двое суток у берегов Египта. Перед этим 10 израильских катеров были направлены к берегам Суэцкого канала в расчете на то, что танки смогут прорваться к каналу. Но контрнаступление израильтян не удалось, и четыре из 10 катеров вернулись на базу. Группа из восьми египетских ракетных катеров медленно, имитируя рыболовные суда, подкралась к цели и с дистанции 48–40 км нанесла четыре залпа ракетами П-15. Ракеты ушли на ложные цели.

Израильские катера Reshef и Keshet нагнали отходившие египетские ракетоносцы и залпом ракет «Габриель» на дальность 17 км потопили три из них. Один катер сел на мель и был добит катерами Soufa и Herev. На обратном пути группа израильских катеров была атакована египетским катером пуском П-15 на предельную дальность — 37 км. Арабы посчитали один израильский катер потопленным.

В ночь с 10 на 11 октября были уничтожены еще два сирийских ракетных катера, повреждены сирийские нефтесклады под Бамнизасом, потоплены в Латакии японский и греческий сухогрузы. В том же порту на следующую ночь было сожжено советское транспортное судно.

Наиболее удачным египтянам представлялся бой в ночь на 15 октября у мыса Абукир, прославленного блестящей победой Нельсона над французским флотом. Залпом пяти ракет П-15 на предельной дальности, по египетским данным, были потоплены два ракетных и торпедный катер израильтян.

Еще один неповрежденный израильский катер сумел пуском ракеты «Габриель» повредить ракетный катер египтян, который, тем не менее, вернулся на свою базу. Удары по Латакии и Баниасу были нанесены 20 и 23 октября.

Длительное время в советской печати приводились данные о потерях сторон, согласно которым арабы потеряли 18 кораблей, включая 10 ракетных катеров, а израильтяне — соответственно 12 и 7. Такие цифры приводит даже А.Б. Широкорад в «Энциклопедии отечественного ракетостроения», изданной в 2003 г. Однако, в отличие от танков или самолетов, корабли — товар штучный, считаемый не сотнями и тысячами, а единицами, которые оказались все налицо, а не на дне Средиземного моря! Авторитетный справочник «Джейн» из года в год показывал одну и ту же дюжину катеров типа Saar. Никаких неприятностей, согласно этому источнику, не случилось и с катером Reshef, успевшим поучаствовать в баталиях 1973 г. Наконец, в октябре 1998 г. официальный орган российского флота «Морской сборник» констатировал, что все 55 ракет П-15, запущенных арабами в 1973 г., не причинили ни малейших неприятностей израильским морякам.

Однако такие итоги не могут скомпрометировать систему П-15. Условия боевых действий в октябрьской войне 1973 г. оказались крайне неблагоприятными для ее применения. Неоднозначно трактуется и характер ложных целей, на которые были отведены запущенные ракеты П-15. Сирийцы, подводя итоги боя, сочли, что это были действовавшие на предельно малой высоте вертолеты противника, принятые арабскими моряками за быстроходные вражеские корабли. Они высказали предположение, что при атаке ракетами П-15 вертолеты стремительно набрали высоту, исчезнув с экранов РЛС. Сирийские моряки восприняли наблюдаемую на экранах РЛС картину- как гибель израильских кораблей в пучине вод и, обрадованные, двинулись назад, к берегу.

Подводя итоги боя 10–11 октября, египтяне также сочли причиной срыва своей ракетной атаки использование израильтянами вертолетов, имитировавших катера. Поскольку бой происходил вдали от израильских баз, получила распространение версия о том, что вертолеты были доставлены на борту двух десантных кораблей. Судя по этим данным, большинство П-15 было выпущено по воздушным целям, поражение которых абсолютно не планировалось при разработке ракеты.

Если бы эта версия оказалась правильной, то тактику израильтян можно было бы оценивать как претворение в жизнь мечты красных флотоводцев 1920-1930-х гг. о действиях против превосходящего противника тесно взаимодействующих легких сил флота и авиации. А население Израиля, как известно, в значительной мере состоит из выходцев из СССР.

Ракетные катера пр.205.

Израильский ракетный катер Reshef.

Однако, если верить публикации в «Морском сборнике», израильтяне использовали в этих боях обычные артиллерийские или реактивные снаряды — постановщики облаков дипольных отражателей. Между тем, как известно, отметки от вертолетов на экранах РЛС имеют характерный вид, обусловленный характером сдвигом частоты излучения, отраженного от вращающегося винта. Снаряды и ракеты — постановщики пассивных радиолокационных и тепловых помех также могли селектироваться по повышенной яркости и неустойчивости состояния: через 2–3 с отметка на экране РЛС распадалась на несколько составляющих, которые можно было выделить при переходе на мелкомасштабную развертку.

Конечно, на итогах войны 1973 г. сказалось и то, что П-15, по замыслу, не противокатерное, а противокорабельное оружие. Израильские катера несли больший боекомплект более компактных ракет. Размерность П-15 в значительной мере определялась масштабом полутонной боевой части, способной пробить броню толщиной 180 мм и разрушить расположенные за ней конструкции в радиусе 10 м, но явно избыточной для стрельбы по катеру водоизмещением в сотню-другую тонн. Кроме того, катера противника представляли для П-15 более сложную цель из-за малой радиолокационной заметности. Головка самонаведения захватывала такой объект на дальности вдвое меньшей, чем при стрельбе по эсминцу или транспорту, и с большей вероятностью выбирала ложную цель, своевременно поставленную уже после пуска ракеты. Однако это свойство всех самонаводящихся ракет, вне зависимости от их масштабов. А в ходе испытаний и учений П-15, как правило, успешно поражали катера-цели.

Неблагоприятно сказалось и то, что бои велись ночью. Пуск П-15 даже на максимальную дальность был хорошо виден противнику по ярко освещенному «хвосту» плотного дыма продуктов сгорания твердотопливного двигателя ускорителя, поднимающемуся от поверхности воды до высоты 300 м и более. Как раз при пуске П-15 на максимальную дальность у израильтян было более чем достаточно времени для того, чтобы поставить ложные цели. Так что «длинная рука» — не всегда благо. Действуй Равальяк не кинжалом, а шпагой — и «веселый король» Генрих IV, пожалуй, и смог бы отбиться от фанатика-убийцы.

Еще менее успешными оказались попытки применения П-15 с борта ливийских малых ракетных кораблей против американцев в 1986 г. Лидер ливийской революции М. Каддафи распространил суверенитет своей страны на залив Сидр, отхватив кусочек Средиземного моря с акваторией площадью с Голландию, Бельгию и Люксебург, вместе взятые. Не посчитавшись с волей свободолюбивого народа, американцы продолжали считать залив Сидр международными водами и послали в этот район свое «оружие агрессии» — авианосцы. После обстрела американских самолетов ливийскими зенитными комплексами С-200 палубная авиация США нанесла якобы ответные удары, потопив на базе два ракетных катера.

Вопреки мнению, приводимому уважаемым профессором Военно-морской академии Виталием Дмитриевичем Доценко, был поврежден и малый ракетный корабль Ean Mara. Во всяком случае, ему пришлось пройти аварийно-восстановительный ремонт с устранением боевых повреждений на Приморском заводе в Ленинграде, прежде чем в 1991 г. вновь вступить в состав ливийского флота под иным наименованием — Tariq ibn Ziyad.

В тот же вечер американский крейсер УРО «Йорктаун» обнаружил малоскоростную цель в 20 милях к западу от Бенгази. Это был МРК

Ean Zaquit («Эйн Загут»), подкрадывавшийся к американцам в режиме радиомолчания, имитируя рыболовное судно. Даже кратковременное — всего на два оборота антенны — включение РЛС демаскировало малый ракетный корабль. Пуском двух ракет «Гарпун» МРК был подожжен и затонул через 15 минут, при этом погиб весь экипаж.

Очень печально, но через год судьбу Еап Zaquit, бывшего МРК-15, разделил и советский корабль пр. 1234 — малый ракетный корабль Тихоокеанского флота «Муссон». Значительная часть из множества выпущенных ракет семейства П-15 завершила свое существование в качестве воздушных мишеней, применявшихся для обеспечения боевой подготовки артиллерийских и ракетных зенитчиков, летчиков, а также для проведения испытаний новой техники. При трансформации ракеты в мишень М-15 или М-15М на ней отключалась головка самонаведения, заменялась балансировочным грузом боевая часть. Мишень запускалась с одного из штатных носителей ракет П-15 и совершала полет на автопилоте.

В злосчастный день 14 апреля 1987 г. «Муссон» проводил учебно-боевую стрельбу зенитным ракетным комплексов «Оса-М» по воздушной цели. В силу уже упомянутой «неизбежной на море случайности» мишень после попадания двух ракет была повреждена, но продолжила полет, свернув в направлении «Муссона». Корабль еще успел обстрелять мишень из 57-мм автомата, но она все-таки дошла до него, ударив в надстройку под главным командным пунктом. При этом были сразу убиты командир корабля, большинство офицеров корабля и проверяющие из штаба, в том числе и первый заместитель командующего Приморской флотилии адмирал Р. Темирханов.

Известно, что при попадании в английский эсминец «Шеффилд» запущенной с аргентинского самолета ракеты «Экзосет» разбросанные по палубам остатки твердого топлива действовали как бомбы-«зажигалки», создавая множественные очаги возгорания. Советская мишень, запущенная с удаления всего в 21 км, также содержала немало топлива, которое усугубило тяжесть поражения «Муссона». Высказывалось предположение, что пары разбросанных в штормовом коридоре корабля самовоспламеняющихся компонентов топлива ракеты образовали некое подобие объемно детонирующей смеси (так называемой «вакуумной бомбы»), подрыв которой и вызвал наихудшие последствия. После героической четырехчасовой борьбы за живучесть корабль затонул в окрестностях острова Аскольд. По числу погибших — 39 человек — эта катастрофа превысила даже известные потери большого противолодочного корабля «Отважный» (пр.61) на Черном море в августе 1974 г.

Как это ни кощунственно, но трагическое событие в японском море лишний раз подтвердило грозную мощь ракет семейства П-15, до настоящего времени состоящих на вооружении кораблей многих стран. И не только кораблей…

Самоходная установка КТ-161 на шасси MA3-543M комплекса берегового базирования «Рубеж».

К концу 1960-х гг. определилось моральное устаревание береговых ракетных комплексов «Сопка» с ракетами КСС — доработанными под наземный старт авиационными ракетами КС первого советского противокорабельного комплекса «Комета». Не вполне отвечал новым требованиям и только что поступивший на вооружение «Редут» с самоходными установками на базе ЗиЛ-135. При всех его достоинствах — сверхзвуковой скорости полета ракеты, большой дальности — время развертывания включавшей множество агрегатов стартовой батареи было слишком велико. Перед пуском требовалось провести демаскирующую боевые позиции гонку маршевого двигателя ракеты. Да и большая дальность пуска не всегда могла быть обеспечена целеуказанием.

При принятии решения о разработке нового берегового комплекса учитывалось и то, что применявшаяся в комплексе «Редут» ракета П-35 и ее модернизированный вариант были основным оружием ракетных крейсеров пр.58 и пр. 1134, считались секретными и не подлежащими экспорту за рубеж Между тем, «Сопки» уже поставлялись в дружественные страны, к ним проявляли интерес и другие зарубежные партнеры СССР по военно-техническому сотрудничеству.

Разработка комплекса «Рубеж» началась в 1970 г. В нем была успешно реализована концепция автономной пусковой установки — своего рода «катера на колесах». Самоходная установка КТ-161, разработанная в КБ машиностроения (бывшем СКБ-790), выполнена на шасси семейства МАЗ-543М, использовавшегося, в частности, в зенитном комплексе С-300П. В передней части за кабиной водителя размещается бункер для аппаратуры комплекса, источников энергоснабжения и личного состава. Антенна РЛС «Гарпун» установлена на поднимаемой мачте. В походном положении мачта опускается вперед по ходу пусковой установки, после чего высота машины не превышает соответствующий габарит по зоне размещения контейнеров с ракетами. Поворотный блок из двух контейнеров при старте ракет разворачивается в боковое направление. Габариты самоходной установки массой около 40 т не превышают 14,2x2,97x4 м. В состав батареи входят по четыре самоходные пусковые установки и транспортно-заряжающие машины, несущие в общем 16 ракет. Комплекс переводится в боевое положение через 5 мин. после остановки машин.

Особенности схемы функционирования ракет связаны с тем, что их пуск производится не с уровня моря, а с той высоты, на которой находится самоходная пусковая установка, а маршевый участок полета проходит, как и у катерной ракеты, на высоте 25 или 50 км. Существенным преимуществом комплекса «Рубеж» является автономность самоходной пусковой установки, обеспечивающая высокие показатели боевой готовности после прибытия на стартовую позицию.

Комплекс «Рубеж» был принят на вооружение Постановлением Правительства от 22 октября 1978 г. Помимо береговых частей советского флота он эксплуатировался в Польше, ГДР, Румынии, Алжире, Ливии, Сирии, Индии, на Кубе и в других странах. Эти страны на протяжении многих лет также использовали корабли с ракетами П-15 (П-15М), что существенно упростило освоение комплекса «Рубеж».

Отметим, что еще в 1950-е гг. прорабатывалось применение доработанной ракеты П-15 в качестве главного ударного оружия перспективного сверхзвукового фронтового ракетоносца Ту-24 — планировавшейся серийной модификации опытного туполевского самолета «98». Работы по фронтовым перспективным самолетам не получили практического развития. Кроме того, П-15 по массогабаритным показателям не слишком отличалась от уже отработанной ракеты КС с более высокими характеристиками.

Ракеты П-15 оказались выдающимися долгожителями с точки зрения эксплуатации. Без малого полвека прошло от первых пусков П-15, а ракеты этого типа до сих пор состоят на вооружении отечественного ВМФ и флотов множества других стран. Этому способствовал значительный модернизационный потенциал, заложенный в конструкцию П-15, обеспечивший возможность двухэтапного совершенствования ракеты (в 1965 и 1972 гг.), а также высокий уровень боевых характеристик, определивший целесообразность неоднократного продления жизненного цикла ракеты, несмотря на разработку нескольких более современных образцов.

К числу несомненных достоинств относится оснащение ракеты мощной боевой частью, обеспечивающей потопление большинства современных кораблей одним- двумя попаданиями. Большинство современных ракет по этому показателю многократно уступает П-15. Помехоустойчивость головки самонаведения ракеты П-15М существенно повышена в сравнении с уровнем, достигнутым в П-15 и оказавшимся недостаточным в условиях активного радиоэлектронного противодействия в ходе ближневосточной войны 1973 г. Малая высота полета, впервые обеспеченная на П-15М, значительно снизила вероятность поражения ракеты средствами ПВО противника, хотя и не обеспечивает гарантированного прорыва к цели. По скоростным показателям П-15 по-прежнему находится на уровне практически всех зарубежных и некоторых отечественных ракет, уступая в то же время некоторым современным ракетам российского ВМФ.

Несмотря на значительные для современного уровня мирового ракетостроения массогабаритные показатели, ракеты П-15 могут размещаться на различных кораблях, начиная с катера водоизмещением около 80 т. В этом плане интересно сравнить возможности отечественных кораблей, вооруженных этими ракетами. Так, на катере пр.205 мощное ракетное вооружение было достигнуто за счет сведения к минимуму оборонительных возможностей: он оснащался всего двумя спаренными зенитными 30-мм автоматами. При этом практически отсутствовали возможности артиллерийского противодействия кораблям и катерам противника. Более гармоничное сочетание вооружения при практически том же водоизмещении достигнуто в пр.206МР, но для этого пришлось вдвое сократить ракетный боекомплект. При сохранении же четырехракетной комплектации в сочетании с развитым артиллерийским вооружением на пр.1241Т водоизмещение возросло более чем вдвое. Еще больший рост размерности носителя с переходом в класс малых ракетных кораблей имел место на корабле пр.1234Э, в котором примерно то же ракетно-артиллерийское вооружение дополнено зенитным ракетным комплексом самообороны, теоретически призванным обеспечить устойчивую ПВО корабля.

Наибольшими боевыми возможностями среди отечественных носителей ракет П-15 обладает большой ракетный корабль пр. 61М (пр. 61МП), по водоизмещению в 20 раз превышающий катер пр.205 и несущий то же ударное вооружение. При этом на кораблях пр. 61М (61МП) и пр.56У достигнуто не вполне формализуемое свойство — это корабли океанской зоны, неограниченной мореходности и значительной автономности, способные длительное время нести боевую службу в отдаленных районах.

Отметим и то, что в 1970-1980-е гг. число кораблей-носителей П-15 только в отечественном флоте превышало 160 единиц, при этом они несли более полутысячи пусковых установок ракет.

Катера пр.183Р и 205, ракеты и лицензии на их производство были переданы в Китай. Там они послужили основной для создания нескольких образцов противокорабельных ракет собственной конструкции. Впрочем, китайские варианты П-15 и их модификации будут рассмотрены в отдельной статье, намеченной к публикации в нашем журнале.

Как показал опыт боевого применения ракетного оружия на море, успех достигается при должном обеспечении действий ракетоносцев разведывательной информацией. Непременным условием выживаемости в современном бою является широкое применение средств радиоэлектронного противодействия. Эти тактические положения распространяются на применение всех ракетных комплексов, вне зависимости от сроков их разработки.

Тем не менее, в строю остается все меньше носителей ракетного комплекса П-15. Но, несмотря на все достоинства созданных позднее комплексов, П-15 навсегда войдет в историю как первый корабельный комплекс, примененный в реальном бою. как первый массовый ракетный комплекс отечественного флота.

Владимир Щербаков