Трофей верховных змеев

Глава 11

Дыхание обрывается. Меня захлестывает ледяной страх. От сладостного удовольствия, что я испытала мгновение назад сладостного удовольствия не остается и следа.

Мысленно понимаю, что должна сопротивляться, но тело не слушается.

— Проклятая человечка, — зло цедит Кайрос.

Он отрывается от моей шеи, отталкивает и впивается зубами себе в кисть.

Округлив глаза, с ужасом наблюдаю, как по смуглой, покрытой вздувшимися венами, руке мужчины стекает багровая жидкость.

В тот момент кожу в районе моей метки истинности почему-то потягивает.

Ненавижу верховного но мне внезапно становится грустно от сложившихся обстоятельств.

— Мне жаль, — тихо произношу и невольно тянусь кончиками пальцев к его плечу.

Это происходит непроизвольно. Будто неведомые силы заставляют меня коснуться мужчины. Почувствовать его силу и защиту.

Как в дурмане, поддавшись своей собственной беззащитности, провожу, едва касаясь подушечками, по каменному рельефу. Горячему как уголь.

Уголок губ Кайроса раздраженно дергается в оскале. Он перехватывает мою руку, сжав запястье.

Запястье хрустит от его хватки.

— Прекрати! — я едва не плачу.

— Не вздумай пытаться разжалобить меня, — бросает мне в лицо, небрежно разжав сильную ладонь.

— Даже не пыталась, — обиженно фыркаю, прижимая ноющую кисть к груди. — Я просто…А знаете что? Ничего я не хотела. Просто равновесие потеряла, а вы под боком оказались. Все.

В ответ верховный шумно пропускает воздух через легкие.

— Все сказала?

— Да. Мне уйти?

Тяжелый взгляд впивается в мои зрачки. Сколько в нем неприязни и раздражения. Аж дыхание перехватывает, словно воздух в одно мгновение пропитался свинцом.

Не раздумывая, спрыгиваю со стола и подхватив разорванные клочья одежды, собираюсь с гордо поднятой головой покинуть залитую солнцем комнату.

Первое движение и я едва не падаю. Ноги дрожат и не слушаются. Между бедер с остротой потягивает.

Упала бы, если бы верховный не подхватил меня.

Обвив мою талию, он снова усаживает меня себе на колени.

— Что вы делаете? — упираюсь в грудь руками.

— Расслабься. Ты плохо выглядишь. Слишком бледная. Я чувствую, что твоя энергия на исходе.

— Да ну? Из-за кого я плохо выгляжу?

В душе словно что-то взрывается от возмущения. Дергаюсь, вырываюсь, пытаясь соскочить с его колен, но верховный словно пушинку подхватывает меня и переносит на софу.

— Лежи спокойно, — он накидывает на меня покрывала. Закутывает как в кокон, плотно прижав руки к телу.

Чтобы распутаться надо постараться. Я и стараюсь. Пользуюсь тем, что он отходит в сторону и скрывается за дверью.

Только к тому моменту, как у меня почти получается выбраться, Кайрос возвращается и поправляет на мне покрывала.

Вскоре в комнате появляются суетливые слуги с кувшинами воды и прочими мыльными принадлежностями. Косо поглядывая на меня, они быстро прошмыгивают в смежное помещение.

Последним зашел пожилой наг с над носом накрытым пурпурной тканью.

Натаскав воды, слуги отчитываются, что все готово и поспешно покидают комнату.

Когда дверь плотно закрывается, верховный сбрасывает с меня покрывала и подняв на руки, несет в соседнюю комнату, где слуги подготовили ванную.

От ароматной воды исходит теплый пар, а на поверхности плавают лепестки Ираса — местного цветка, способного смягчать кожу и заживлять раны.

Видимо по мнению верховного целебных свойств цветка оказалось мало и мужчина потянулся к нише рядом с ванной. Подхватив один из флаконов, он вылил в воду содержимое и та окрасилась в мерцающий фиолетовый цвет.

Воздух в помещении пропитался ароматами сандала, смешанного с чем-то терпким, но приятным.

Погрузив меня в горячую жидкость, Кайрос собрал пряди моих волос, перекинув их через бортик.

Тепло приятно окутало тело, расслабляя каждую мышцу. Аромат пряностей заполнил легкие, изгоняя из головы все лишнее.

С такой резкой и контрастной перезагрузкой у меня не осталось сил на дальнейшую войну с верховным.

Прикрыв в блаженстве веки, я решаю отложить свои возмущения и позволяю себе расслабиться.

Но расслабиться не получается.

Кайрос моет мое тело, мягко скользя по коже мыльной мочалкой.

Каждое движение словно отдает мелким разрядом тока, из-за чего я взбудоражено хлопаю ресницами, косо следя за каждым движением верховного.

Честно говоря — жду подвох.

Зачерпнув воды в серебряную чашу, Кайрос выливает мне на спину ее содержимое, смывая остатки пены.

— Поднимись, — звучит приказ.

Не дожидаясь, когда я проявлю расторопность, мужчина закидывает мои руки себе на плечи, предлагая опереться и приподнимает меня.

Намыленные руки скользят между бедер. Гладят, касаясь интимных мест.

Я краснею. Прикусываю губу.

Опустив взор, обращаю внимание на то, что его плоть снова налилась кровью и меня охватывает немая паника.

— Успокойся, — словно прочитав мои мысли, мужчина меня осекает. — Не буду я тебя сейчас трогать.

Неужели.

Недоверчиво бросаю в него цепкий взгляд.

Кайрос хмыкает:

— Мне не доставляет удовольствия брать испуганную человеческую девку. Особенно, когда я не могу применять свой яд.

— Вы так добры, — не сдерживаю сарказм.

— Сделай одолжение, стой смирно.

Он набрасывает мне на плечи мягкое полотенце, стирает влагу и подхватывает на руки.

Чтобы удержаться, приходится обхватить его шею руками.

— Куда ты меня несешь?

Опомниться не успеваю, как оказываюсь на кровати. В руках Кайроса новый флакон. Откупорив зубами колпачок, он растирает вязкую жидкость между ладонями.

Пахнет чем-то мятным, а вскоре эта субстанция попадает на мою кожу, вызывая одновременно холодок и тепло.

— Не дергайся, — прорычав сквозь зубы, верховный переворачивает меня на на живот. Усаживается сверху, не давая мне отодвигаться и принимается массировать жидкостью из флакона спину, опускаясь к пояснице.

Каждое движение плавное, с легким надавливанием. Кожа прогревается, отвечая волной мурашек.

Он медленно обводит мои ягодицы, раскрывает и рукой накрывает промежность.

Сильно вздрогнув, сжимаю край подушки. Каждая мышца мгновенно напрягается от его прикосновения.

Мужские пальцы размазывают странное разогревающее масло по чувствительным местам. Когда один из пальцев входит в лоно, я дергаюсь и мычу.

Ладонь Кайроса давит мне на плечо, удерживая на месте.

— Я сказал, не дергайся и лежи смирно.

— Пожалуйста, не трогайте меня, — жмусь щекой к подушке, пока его промасленный палец погружается в меня. Внизу живота снова болезненно тянет. — У меня и так все болит.

— Да не собираюсь я тебя сейчас брать, — раздраженно отчеканивает верховный. — Ты так быстрее восстановишься.

Он оставляет в покое мое лоно и сам поднимается. На разогретое тело опускается шелковое покрывало. Дальше мужчина усаживается напротив меня и подняв мне голову, подносит к губам стакан с каким-то отваром.

— Что это? — я снова дергаюсь и недоверчиво прищуриваю глаза.

— Целебный напиток. Ритуальный, — с металлом в голосе отвечает он. — хоть ты и бракованная, но все же моя истинная. По правилам положено…

Он не договаривает или не считает нужным, но я в целом догадываюсь, о чем речь.

На изумрудных землях, где вместо пустыни всегда все благоухало от тропических лесов — существовал обычай. После первой близости наг поил истинную особым отваром, призванным укрепить ее здоровье и помочь в зачатии.

Отвар варили из священных и целебных трав. Обычно это происходило после ритуала объединения, своеобразной церемонии, похожей на свадьбу, образно выражаясь.

Конечно никакой свадьбы у нас не было и о зачатии речи не идет, да и обычай этот редко ныне используется.

Странно.

Или Кайрос из тех, кто чтит старые обряды не смотря ни на что. Или просто решил меня подлечить, чтобы получить свой артефакт.

— Пей, — настаивает он, прислоняя к губам напиток, терпко пахнущий травами.

Жидкость обжигает полость и вязким привкусом оседает на языке.

Меня хватает от силы на пару глотков, а дальше я словно одурманенная, закрываю глаза.

Сон стремительно окутывает сознание. Когда просыпаюсь, помещение окутано ночным мраком.

Но я не одна. В комнате есть кто-то еще и это не Кайрос.

Приподнявшись на постели, приглядываюсь к массивному силуэту, стоящему в тени колонны.

— Значит мой брат все таки решил рискнуть и лишить тебя невинности, — желтые горящие глаза сверкнули из темноты.