Ты меня зацепила

22 глава

Дина

Пока мама отпаивает меня ароматным чаем на кухне, брат с отцом о чём-то эмоционально говорят на террасе. Мне не нравится выражение их лиц, или эти двое просто обсуждают какие-то новости, или же это касается меня.

— Мам, папа сильно ругался? — зажмуриваю один глаз и виновато смотрю на маму, которая отрицательно качает головой и шире расплывается в улыбке.

— Наоборот, он уже давно раскаялся в том, что много в последнее на тебя рычал, — она накрыла своей рукой мою руку, а я по её нежному взгляду поняла, что родительница провела с отцом неплохую разъяснительную работу.

Папа у меня очень эмоциональный, но у мамы имеются на него отличные рычаги управления. Эта женщина умеет поставить на место взвившегося мужа одним словом. Я прекрасно знаю, что за последние месяцы принесла им много хлопот, но разве я виновата, что на меня так подействовали события в личной жизни.

— Не переживай, главное, что ты у нас жива, здорова, а все неурядицы переживём, найдется этот шантажист и ответит за все, — тут её лицо хмурится, и я понимаю, что мама отлично держится, но порой ей не скрыть эмоций.

— Я так рада, что вы рядом, — соскакиваю со стула и обнимаю маму, едва не реву от избытка чувств.

А потом смотрю в окно и вижу, что Андрей разговаривает по телефону, смотрит в нашу сторону и качает головой, резко прекращает разговор и срывается со стула, идёт в кухню.

— Динка, есть разговор, — головой машет на выход, — пройдёмся.

— Мамуль, не скучай, — целую её в щеку и выбегаю на улицу, вижу, как отец сверлит меня каким-то осуждающим взглядом и качает головой.

Ну вот, что опять не так? Я не успеваю окунуться в размышления, ведь не успели мы отойти на несколько метров вглубь сада, как брат резко притормозил и посмотрел мне в лицо.

— Рубцов ушёл из компании.

Эта новость меня огорошила, я даже бессознательно шлепнула ладошкой себя по лбу и скривилась от боли.

— Дурак! — только и прорычала в ответ на данную новость и нервно зашагала туда-сюда.

Вот придурок, он совсем что ли головой тронулся? Так, стоп, может дядя что-то путает?!

— Как ушёл из компании? Да он же живёт своей работой, ты сам говорил, что он не просто трудоголик, а едва ли не фанатик.

— Ну, он дал отцу понять, что берет неделю отпуска, а потом, возможно, не выйдет вообще.

— Это такие глупости!

Да что же за карма такая надо мной висит последние полгода, тут уже от переизбытка стресса можно головой поехать. И я видимо поеду, ведь так жить на нервах просто нереально. Впрочем, я сама виновата в ситуации с Рубцовым, доигралась, свела мужика с ума, а тот, вот честное слово, словно мальчишка. Ему сколько лет, что он такие финты откалывает?

— Динка, я не хочу лезть не в своё дело, но тут скажу: ты — дура! Он хороший мужик, а ты так…

— Спасибо! — взрываюсь я. — Ты мне предлагаешь пылинки с него сдувать что ли?

— Да какие нахер пылинки, ты что совсем куку, с головой окончательно не дружишь? Ты пробовала просто не фыркать и нормально думать головой. То, что с тобой происходит в последнее время частично из-за тебя, потому в тот момент, когда Максим тебе изменил, в твоей головушке словно пошёл сбой программы, и ты делаешь всё больше и больше опрометчивых шагов. Я знаю всё о вашем знакомстве с Рубцовым, знаю, что ты его доставала намерено. А теперь во всем он виноват? Прости, но тут я тебе не товарищ!

Я стояла напротив Андрея и хватала ртом воздух, не имея возможности что-то внятно возразить. Он прав, полностью и безоговорочно. Так что теперь мне сделать?

— Ты хочешь, чтобы я позвонила Рубцову и попросила извинения?

— Это лучшее, что ты придумала за последнее время. Если у тебя не хватило смелости поговорить с ним с глазу на глаз, то имей смелость пообщаться с ним по телефону. К тому же мы бы с отцом не хотели терять такого профи.

Последние слова меня окончательно добили. Я последняя сука, ведь устроила чехарду. Мне нужно исправить ситуацию, и я попытаюсь это сделать.

При Андрее достаю телефон из заднего кармана шорт и на секунду застываю, а вдруг Алексей не пожелает со мной поговорить? Впрочем, узнаю все здесь и сейчас.

Набираю номер, слышу продолжительные гудки, нервно покусываю губы и наблюдаю, как брат маленькими камешками пытается попасть в небольшую ямку.

— Дать свой телефон? — говорит не поворачиваясь?

— Думаешь, тебе ответит? — сомневаюсь я и, отключив вызов, прячу свой телефон.

— Не попробуешь, не узнаешь, — Андрей, всё так же не поворачиваясь, протягивает мне свой мобильник и продолжает бросать камешки.

Ищу в последних вызовах Рубцова, смотрю на цифры, и что-то внутри переворачивается. Мне даже страшно представить, что сейчас происходит с этим мужчиной. Решаюсь и делаю вызов, вновь слушаю протяжные гудки и чем дальше, тем больше понимаю, что он ни с кем говорить не желает.

— Не отвечает, — подхожу к брату и отдаю телефон, а потом стою рядом и наблюдаю, как маленькие камешки попадают точно в цель.

Вроде бы так легко, но не у каждого получится. Вот я живой пример рукожопости и, как оказалось, безответственности, хотя всю сознательную жизнь позиционировала себя за адекватного человека, который собственным трудом достигает желаемого.

Андрей прав, я словно подхватила какой-то разрушающий вирус, и моя программа дает сбой. Никто не виноват в том, что я переживаю личную драму, это не давало мне никакого морального права как-то обнадёживать человека. Я осознаю: винтовата, очень виновата. Теперь мне нужно всё обдумать и наконец-то встретиться с Алексеем. Надеюсь, он простит меня за мои поступки.

Прошло два месяца

— Ты уверена, что это последствия того, что мы вчера с тобой слопали двойную порцию суши? — бегала мама вокруг меня, когда я стояла в ванной комнате и держалась руками за края раковины.

Мне было жутко плохо, полчаса меня неимоверно выворачивало наизнанку. Давно со мной не было такого дурацкого состояния, ведь я тщательно следила за своим питанием. И вот что-то пошло не так, грешу, естественно, на суши.

— Мам, а от чего меня так выворачивает по-твоему? — нервно поворачиваю голову к родительнице и хмурюсь еще больше.

— Я, конечно, не берусь сравнивать, но такое состояние у меня было, когда я забеременела тобой.

— Что?! — да у меня от такого предположения едва ноги не подкосились, да разве ж так вот сразу обухом по голове стучат?

— Дина, — мама вытирает мое влажное лицо полотенцем, — тебе лучше знать, когда и что у тебя было, но, насколько мне известно, ты не в карты играла с Алексеем.

— Да достали вы меня уже с этим Рубцовым! — истерю я и выскакиваю из ванной.

Каждый божий день незатейливо я слышу новости о том, что дядя жалуется на то, что тяжко работать без ЗамЗама, что взял этот ушлёпок неоплачиваемый отпуск и греет где-то свои кости под солнышком. Ненавижу! Вообще ненавижу все то, что связанно с ним. Да я меньше переживала из-за бывшего, чем теперь мучаюсь виной, которую в меня вселили родственнички. Не намеренно, но у них так незатейливо получалось намекнуть, что где-то глобальная трагедия, ведь хороший дядя Рубцов куда-то запропастился.

Достали, и он достал. Мы же так ни разу за последние два месяца с ним не поговорили! Я однажды набрала ему с маминого номера, он даже ответил, но когда услышал мой голос, то вполне коротко объяснил, что я не обязана извиняться перед ним, и услышала только: «Извини, но мне некогда». А на заднем фоне смех и музыка. Так вот в каком он отдыхе. Скотина!

Я не стала тогда распространятся о кратковременном разговоре, но на душе остался осадок. И вот теперь мама вновь мне задвигает об этом мужике.

— Дина! — слышу грозный голос за спиной. — Ты снова убегаешь от проблемы! Я ну вернись и поговори со мной!

— Я не беременна! — едва не визжу и вновь прижимаю руку ко рту и бегу в ванную.

Слышу, как мама с кем-то говорит по телефону, потом куда-то исчезает. Я же чищу зубы и плачу, убеждаю себя, что это обычное отравление, что таблетки помогут. Я не могу быть беременной, мы ведь с ним… нервно сглатываю, потому что только сейчас осознаю, что мы в последние разы вообще не думали о презервативах, уж я так точно. Черт! Рубцов, если это правда, я тебя пристрелю!

Мне едва хватило сил добраться до кровати, завалиться на постель и скрутиться калачиком. Слёзы отчаяния душили меня, но я пыталась не реветь белугой.

Не знаю, сколько времени прошло, но на пороге появилась мама с пакетом каких-то медикаментов что ли. И вот сыплются перед моим носом на покрывало разномастные упаковочки. Тесты!

— Мам!

— Не ной, лучше сразу развеять все сомнения и не накручивать себя, милая.

Мама бывает порой слишком настойчива, и спорить глупо, ведь эта женщина будет стоять на своём.

— Марш в ванную, да внимательно читай инструкции.

На негнущихся ногах я иду в ванную, запираюсь и около пяти минут просто с брезгливостью смотрю на тесты. За дверью с кем-то спорит мама, видимо отцу все доложила. Ну вот, теперь только в моих интересах поскорее сделать эти грёбанные тесты и наконец-то успокоиться и успокоить родителей. Я даже боюсь представить, какое лицо сейчас у отца, да через полчаса он уже будет дома и душу из меня всю вытрясет.